Отличница

Гермиона все время думала о том, как наладить отношения с Драко, совсем не обращая внимания на других людей, но учиться, несмотря на это, не забывала. В конце вечера она решила сходить к нему. Плана, чтобы помириться, не было, но уверенность в удачном исходе почему-то была. В коридорах было спокойно, в отличие от гостиных и комнат. Перед сном ребята веселились, как только могли. Но чем ближе были подземелья, тем тише становилось вокруг. А зайдя в гостиную Слизерина, девушка и вовсе никого не увидела. Послышались шаги и Грейнджер начала терять уверенность в себе. Была большая вероятность, что это староста, и тогда он выгонит ее отсюда. Ей захотелось спрятаться. Гермиона даже стала оглядываться по сторонам в поисках укромного места, но не успела. — Что ты тут делаешь? — спросил Драко, который вышел очень кстати из комнаты, ведь девушка именно его и искала. — А ты… Можешь меня еще чему-нибудь научить? — смущаясь, она долго думала, что сказать, но решила озвучить то, что первое пришло на ум. — У меня настроения нет, — сначала Малфой улыбнулся, понимая, о чем идет речь, но приятное ощущение быстро ушло. Только почему-то он не продолжил идти в прежнем направлении, а остановился у входа — прямо на пороге. Вспомнив о своих планах, Драко решил полежать на диване в гостиной, несмотря на то, что обычно предпочитал ей свою комнату. — Давай я подниму его? — робко сказала Гермиона, медленно подходя к нему и присаживаясь у ног. Когда рука девушки стала двигаться по направлению вверх, он остановил ее, взяв в свою. Это было столь неожиданно, что они переглянулись. «А мы ведь даже не целовались», — почему-то промелькнула в голове у Грейнджер мысль, и одновременно Малфой ухмыльнулся. Она надеялась, что это всего лишь совпадение, поэтому сменила тему. — Откуда у тебя эта ухмылка? Как ты это делаешь? Драко приподнял одну бровь на столь странный вопрос, но все-таки решил ответить. — Все говорят, от отца, но это не так. Я слишком часто слышал от людей ложь, зная правду, с самого детства. Теперь это осталось и не только на такие ситуации, — спокойно ответил парень, продолжая держать ее за руку, разглядывая. После этого повисла тишина, но спустя время Драко присел рядом. — А ты умеешь целоваться? — Ты мысли мои читал? — ответила вопросом девушка, на что он ничего не сказал, но ответ дал. На этот раз поцелуем. Малфой медленно приближался к ней. Он неотрывно смотрел в ее глаза, ускоряя сокращение расстояния между ними, а в конце, прикрыв веки, накрыл сухие губы Гермионы. — Целоваться ты тоже не умеешь, — прошептал Малфой, но ей удалось услышать, от чего девушка покраснела. Он снова стал впиваться в ее губы, уже намного смелее, даже, можно сказать, страстно. Она не сопротивлялась, а лишь хотела сделать сама что-то лучше, но Драко доминировал и в этом, от чего Грейнджер просто расслабилась, полностью подчиняясь ему. — Драко? — сказал посторонний голос, прерывая их и заставляя Малфоя под нос ругнуться. Его друг стоял в недоумении и смотрел на них. — Ты целовался с этой? — он произнес это так, словно Гермиона — никто. Хотя для него это было именно так. Слизеринец, как и когда-то Драко, не считал ее личностью. Но если Малфой переубедился в этом, другие же — нет. Они никогда не поймут. — И? Кроме очевидных фактов, тебе больше нечего мне сказать? — равнодушно ответил Драко, сложив руки в замок вместе с ее рукой, которую держал все это время. Грейнджер же опустила голову, словно их застал преподаватель. — Тогда иди куда шел. Но тот продолжал глазеть, тогда Драко решил повторить: — Вали отсюда! — лишь сейчас, оглядываясь, сокурсник ушел. — Ты говорил, что нам нельзя дружить на людях, — напомнила она о его недавних словах. — А это дружба? — она посмотрела на него, думая над ответом. Сейчас Грейнджер понимала свою главную ошибку, которую спешила исправить.