Черно-белые полосы

Их геройская деятельность стартует с завидным успехом. Добрый, симпатичный, сообразительный, улыбчивый омега, силой превосходящий любого альфу и харизматичный, хмурый, совсем не похожий на героя, свирепый альфа сразу обзаводятся большим объёмом фанбазы. Не редко можно было увидеть на улицах детей в зелёном комбинезоне героя Деку или девушек в одном нижнем белье, выпрашивающих на фанвстречах автограф Динамита. Прилавки магазинов просто ломятся от мерча с изображениями новых героев. Весь 1-А и их параллель стали очень популярны ещё до своего выпуска так, как они славились своей победой над Лигой Злодеев и результатами спортивного фестиваля UA. Поэтому было совсем не удивительно, с какой скоростью раскупались в торговых точках футболки с Красным Бунтарем или подушки с Уравити. Уже на третьем году работы героя Кацуки и Изуку попадают в первую десятку геройского рейтинга, Деку на шестом месте, а Динамит на пятом. Однако уже в следующем году Мидория резко обходит своего альфу по результатам голосований и занимает почетное пятое место, когда Кацуки спускается на строчку ниже. Вездесущие журналисты быстро узнают об отношениях парней. На четвёртом году их геройской деятельности в интернет просачивается фотография какого-то поклонника, на которой отчетливо видно, как Кацуки оставляет лёгкий поцелуй на щеке своего омеги. А дальше дело за малым. Уже на следующий день желтая пресса выпускает большую статью о всех фактах, указывающих на то, что Динамит и Деку уже долго находятся в отношениях. Твиттер взрывается постами про то, как мило Деку трогает за плечо своего напарника, или, как страстно смотрит на омегу Динамит на одном из случайных фото. Позже и новостные каналы начинают форсить эту информацию. Кто-то приводит в доказательство очередные фото, а кто-то крутит популярное видео, на котором Деку, оскалив омежьи клычки, пытается отвести ухмыляющегося Динамита подальше от фанаток. «Сцена ревности» так в интернете обозначили это, очень полюбившееся публике видео. Изуку гневно давит на кнопку пульта, выключая телевизор. – А я тебе говорил, что не надо было так остро реагировать.- ухмыляется Кацуки и закидывает себе в рот виноградину.– Как будто ты раньше не видел, как меня окучивают бешеные фанаты. – Это были не просто «бешеные фанаты»!- Изуку снова скалится, скрещивая руки на груди. Он ещё очень долго помнил этот случай. – Эта омега была голая, Каччан! Полностью! Не говори, что ты этого не заметил!- Деку подходит к своему альфе и тычет ему кулаком в грудь. – Она, между прочем, хотела, чтобы ты у неё прямо на груди расписался! А грудь у неё вообще-то ого-го какая! И не ври мне, что тебе не нравится красивая грудь!- омега аж весь покраснел, он был действительно зол. Кацуки залился громким смехом. – Мой омега – мужчина. О какой груди может идти речь? И вообще мне похуй, на чем она там хотела, чтобы я расписался: на груди, на плакате или на других вещах. Какая к черту разница?! Я просто делаю свою работу.- альфа прищурился, глядя в горящие глаза своего злого омеги. – В смысле, какая разница?!- взревел Деку. – Это...это...- слегка стушевался он. - Это же так...интимно! С таким же успехом ты мог переспать с ней! – Ой, Деку, да заткнись ты уже.- Бакуго взял щеки омеги в свои ладони.– Самое главное – это то, как я к этому отношусь. А мне было похуй на эту омегу и её грудь. Если ты из-за этого так комплексуешь, иди сделай пластику, мне насрать, потому что я с выбором омеги уже давно определился и меня в нем всё устраивает. Изуку облегченно выдохнул. – Просто я не люблю, когда кто-то кроме меня к тебе прикасается. - шепчет он, опустив взгляд. Альфа на это широко распахивает глаза, его щеки чуть-чуть розовеют. –Тц!- Кацуки отворачивает голову, кладёт руку на макушку Мидории и сильно треплет лохматые локоны. - Идиот! Как будто я позволю кому-то кроме тебя себя трогать. *** В 22 Момо забеременела своим первым ребёнком. Новость эта стала для всех большой неожиданностью так, как все считали, что Яойерозу влюблена в Тодороки. Но всё оказалось иначе. Омега и правда долго вздыхала по Шото, но эта влюбленность быстро прошла. На третьем году геройской деятельности Момо встретила совсем молодого альфу, которому тогда было только 17 лет. Он тоже хотел стать героем и потому отправился на стажировку в агентство Креати. Парень беспросветно влюбился в героиню и с того дня не переставал искать с ней встречи. Когда же ему исполнилось 18, он лично пришёл к Момо, чтобы сказать ей об этом. Омега больше не смогла прятать свои чувства, а альфа уже очень давно ждал встречи с ней. В тот день они переспали, Момо забеременела, а её юный альфа сразу предложил ей выйти за него замуж. Яойерозу очень боялась всего, что связано с материнством и беременностью, ей было страшно, что она не справиться с ролью матери или сделает что-то неправильно. Единственное, что придавало ей сил – это помощь Изуку. Деку, как , на тот момент, уже опытная мать с семилетним дочерью, которую совсем недавно они с Каччаном отправили в школу, во многом помогал Момо своими советами. Всё это вызывало у Мидории чувство какой-то ностальгии. Смотря на Момо, такую ещё молодую и неопытную, он с ужасом понимал, что он то в свои годы был ещё совсем ребёнком, а малышка Кацуми уже начинала развиваться у него под сердцем. Когда он в первый раз наведался к ЯоМомо, чтобы проинструктировать её и помочь справиться с простыми задачами беременной омеги, возвратившись домой, он не выдержал и заплакал. Только сейчас с высоты своих лет он понял насколько беззащитным и маленьким был тогда, в свои далекие 14. Он отрыл старые фото с времен беременности и начал долго рассматривать каждую из них. На фото совсем ещё маленький мальчик. Его ручки ещё совсем худенькие, пока не покрытые уродливыми шрамами, ноги ещё только-только начинают прибавлять массу после тренировок со Всемогущим. У мальчика большой беременный живот, месяц восьмой или девятый. Этот живот кажется больше самого мальчишки, даже трудно представить, почему его позвоночник ещё не переломился от такой тяжести. Этого мальчика хочется защитить. На следующий фотографии Кацуки держит новорождённую Кацуми. Альфа ещё тоже совсем молодой. Его лицо ещё имеет какие-то детские черты и припухлость. Он смешно хмурит брови, но при этом его взгляд очень удивленный, восторженный и... напуганный. Он впервые держит на руках сморщенного младенца, свою собственную дочь. Кацуки на фото 15 лет. Слёзы невольно начинают бежать по щекам. Изуку не может объяснить, почему плачет, просто его душа требует этого. Он никогда раньше не задумывался о том, насколько трагична их с Каччаном судьба. Они оба предпочитали видеть всё в ярких цветах, не вдаваться в печаль, а идти дальше. Но сейчас... Изуку сидит один в полной темноте и видит всё ясно, как никогда раньше. У них не было выбора, не было детства, да и молодости толком не было. Не было свиданий под луной, не было первого трепетного, наивного поцелуя. Кацуки не спрашивал Деку, готов ли он, когда вошёл в него в их первый раз. Сердце Изуку не билось по-детски неопытно, когда альфа касался его в самых чувствительных местах. Они заложники обстоятельств, о которых они никогда не просили и которых никогда не желали. Матрас рядом с Деку прогибается под тяжестью чьего-то веса. – Папочка?- Кацуми забирается на кровать рядом с омегой и обнимает его за руку.– Почему ты плачешь? Что-то случилось?- тревожно восклицает девочка. Её волосы в полном беспорядке, на щеке след от подушки. Кацуми уже давно должна была спать, но видимо её разбудило чувство тревоги Изуку, дети до 10 лет вообще очень чувствительны к чувствам родителей. Деку старательно вытирает слёзы тыльной стороной ладони. – Ты почему не спишь?- спрашивает он, усаживая девочку к себе на колени, обнимая. – Я почувствовала, что тебе грустно. – И ты пришла ко мне, даже не испугавшись темноты?- удивлённо спрашивает омега, зная, как его дочка боится темноты. – Ну а вдруг тебе нужна моя помощь!- Кацуми смешно хмурит брови, совсем как отец. У Изуку щемит сердце. Если бы у него была возможность прожить свою жизнь заново, исправив все ошибки, он бы ей не воспользовался. Он никогда не сможет отказаться от своей маленькой смелой девочки. Кацуми вытирает слезинки в уголках глаз родителя. – Ты мне не ответил! Почему плачешь? Если скучаешь по отцу, то ты же знаешь, что он скоро вернётся! А если не можешь без него спать, я могу поспать с тобой, но ты же уже не маленький! - и снова Кацуми говорит совсем, как Каччан в детстве. – Нет, малыш, всё в порядке. Просто стало грустно.- улыбается Изуку. Девочка замечает фотографии и берет их в руки. – Это ты и отец?- спрашивает она. –Да. – Такие маленькие, сколько тебе здесь лет? А отцу? – 15.- вздыхает Изуку, но замечает, что его печаль с приходом Кацуми куда-то испарилась.– Здесь и ты есть.- говорит он дочери. – Где?- поражено восклицает девочка. – Здесь.- тычет омега пальцем в фотографию.– У мамы в животике. – Фу! Как я туда попала!- Кацуми смешно морщит нос. Боже, ну почему она так сильно похожа на Кацуки! Изуку смеётся. – Подрастешь, узнаёшь.- омега чмокает дочь в лобик и слышит, как в прихожей кто-то пытается тихо включить свет. Каччан вернулся. – Вот и отец пришёл. Пойдём его встретим? - обращается Деку к дочери. – Ага.- девочка резво вскакивает и бежит встречать Кацуки. *** Всю беременность Момо Изуку находится рядом. После того, как печаль снова оставила его, он полностью погрузился в какое-то тягучее тёплое чувство ностальгии. Ухаживая за Яойерозу, он потихоньку вспоминает моменты из своей беременности. Например: увидев Момо в сорочке для беременных, щеки омеги невольно краснеют. В такой сорочке его видел Каччан. И без неё тоже. Деку усиленно трясёт головой, чтобы отогнать наваждение. Когда малыш ЯоМомо наконец-то появляется на свет, в Изуку кажется что-то ломается. Помогая Момо ухаживать за новорождённым, он вдруг кое-что ясно осознаёт. Ему всего 23, самый родильный возраст, он ещё может снова стать мамой. В своей голове Изуку почему то поставил блок на эту мысль. Наверное потому, что первая беременность для него была очень тяжелой и неожиданной и теперь даже подумать, что он, как все обычные омеги, может запланировать беременность в сознательном возрасте, было как-то странно. Эта мысль не даёт ему покоя. Материнские инстинкты омеги сходят с ума. Он хочет ребёнка, ещё одного, хочет снова быть беременным, хочет, чтобы Каччан взял его в течку, запер узлом и осеменил. Однако, всё это невозможно. Он стремиться к званию героя номер один, как и Каччан. Им обоим некогда, да и вообще не факт, что Кацуки захочет ещё одного ребёнка. Близится объявление очередных результатов геройского рейтинга, так что Изуку снова трясёт головой, выкидывая из неё все ненужные мысли. *** Изуку с Кацуки снова поднимаются в рейтинге ещё на одну позицию: герой Деку - четвёртое место, Динамит - пятое. Кацуки бесит, что Деку скорее всего войдёт в первую тройку быстрее него, но если честно, бесит уже не на столько сильно, как в старшей школе. – Ой, всё в порядке, слышишь?- Динамит держит на руках маленькую девочку лет трёх. Он только что остановил террористический акт в самом центре города и теперь доставляет пострадавших к машинам скорой помощи вместе с Красным Бунтарем. Девочка плачет – должно быть сильно испугалась, и хватается ручками за костюм взрывного героя. – Ой, ну не плачь, всё же закончилось, я всех спас, даже пострадавших почти нет. Герои же здесь, с тобой, тебе нечего бояться.- альфа гладит девочку по её светлым волосам, успокаивает. Он обычно доверял работу с детьми Киришиме, но эта девочка уж больно похожа на Кацуми, аж сердце трепещет. Девочка поднимает на Кацуки заплаканные голубые глаза и очень нежно обнимает героя за шею, прижимаясь поближе. Бакуго вздыхает, он продолжает похлопывать девочку по спине, ожидая её родителей в карете скорой помощи. Да уж, его Кацуми уже совсем взрослая, она теперь совсем редко когда могла вот так разревётся, да и на ручках её уже вот так не подержишь. В голове альфы что-то щёлкает, инстинкты дают ему знать о чем-то, но он не понимает о чём. Озарение приходит к нему уже позже, когда он сидя дома перед телевизором, смотрит репортаж о своих сегодняшних геройствах. Кацуки Бакуго – взрослый, зрелый альфа. Ему хочется иметь ещё одного щенка от своего омеги. Так чтобы они сделали всё правильно, чтобы они его запланировали, чтобы он оплодотворил Деку в течку, чтобы они в конце концов хоть одну течку Изуку провели, как положено. У альфы аж ноздри раздулись от возбуждения. Он очень хочет детей от Деку. В идеале так вообще несколько. Он бы был самым счастливым человеком на свете, если бы Деку отказался от своей роли героя и просто сидел дома и рожал Кацуки детей. Ещё двоих. Нет, лучше троих. Или четверых, чтобы было красивое число пять! Но Бакуго не настолько эгоист, чтобы лишить Изуку его мечты и нарушить когда-то данное Всемогущему обещание. Деку не за что не согласиться оставить пост героя ради ещё одного ребёнка, да и вынуждать его снова пережить весь тот кошмар, который омега перенёс в столь юном возрасте, Кацуки был на это не способен. Однако ведь никто не запрещал Бакуго просто попытается уговорить Изуку. *** Изуку старается прикрыть дверь, как можно тише. Время 23:00, а Кацуми только уснула. У неё завтра важный день в школе, конкурс осенних подделок или что-то вроде этого, Изуку не особо в этом разбирался. Он только час назад пришёл домой после тяжелого рабочего дня. Три ограбление, похищение и попытка самоубийства и это ещё не полный список дел, которые он успел разрешить сегодня. Однако дома отдохнуть тоже не получилось. Как только он шагнул за порог, его встретила взъерошенная Кацуми, которая совсем забыла собрать шишки в парке для своей подделки. Что делает заслуженный герой Деку после работы? Правильно, шарит под ёлками в поисках красивых шишек, а потом пытается отодрать свои приклеенные пальцы от подделки своей дочери. Изуку был готов взорваться от злости, если бы не большие зелёные глазки Кацуми, полные чувства вины. Омега быстро успокоился делать подделку с дочерью даже весело, а учитывая, что из-за своей занятости они с Каччаном почти не уделяют ей время, этот вечер им двоим был даже необходим. Мидория устало плюхается на кухонный стул. Он смертельно устал, но Каччан должно быть устал вдвое больше, если ещё не появился дома, а это значит, что Изуку должен превозмочь себя и приготовить своему альфе ужин. Когда время уже переваливает за полночь, Бакуго наконец-то появляется на пороге их дома. – С возвращением!- устало зевает Изуку, выглядывая в прихожую. – Ты че ещё не спишь?! Совсем спятил!- Кацуки ругается шёпотом, потому что знает – Кацуми уже давно спит. У Деку бабочки начинают трепыхаться в низу живота при взгляде на альфу. Он уже давно обнаружил у себя фетиш на злого и уставшего Кацуки. Эти его мешки под глазами, подчеркивающие его алые радужки и длинные ресницы, этот поплывший от усталости взгляд, эти растрёпанные волосы в полном беспорядке. Всё это нехило так возбуждало омегу. Такой Каччан был чем-то похож на злодея или наркоторговца, или...шлюху с потекшей тушью... Изуку наверное извращенец. Хотя почему «наверное»? Он, будучи в первой пятерке героев, возбуждается от вида своего ужасно уставшего альфы. Наверное он болен. Изуку краснеет и тушуется, но он не в силах отказать себе в поцелуе. Он обнимает Кацуки за талию и глубоко целует, альфа от такого напора даже опешил. – Ты че? Соскучился? – Конечно, а как иначе.- произносит омега, наконец оторвавшись от чужих губ. – Ой, я понимаю, что мы уже очень давно не трахались, но я пиздец устал, задрот.- как-то с сожалением произносит Кацуки. – Эй! Я не это имел ввиду!- пуще прежнего краснеет омега.– Я просто соскучился! Идём ужинать или это уже почти завтрак... Посуду они, как обычно убирают вместе. Пока Кацуки домывает последние столовые приборы, Изуку протирает стол. Вдруг омега чувствует, как тёплые руки ложатся на его талию, а твёрдый пресс прижимается к спине. – Каччан? – Мне нужно с тобой поговорить, Деку.– шепчет альфа ему на ухо. Тело под ладонями вздрагивает.– Спокойно. Расслабься. – Что-то случилось?- Изуку начинает волноваться. Он всё ещё боялся, что Кацуки когда-нибудь бросит его и потому серьезный разговор сильно напряг его. – Я хочу кое-что попросить у тебя.- всё так же шепчет альфа. Изуку ещё раз вздрагивает, но в этот раз от возбуждения. Они и правда очень давно не были вместе. – И о чём же?- голос омеги дрожит. – Я - альфа. Мне 23 года, я в самом расцвете сил и моя природа иногда даёт о себе знать.- Кацуки оставляет лёгкий поцелуй на шеи Деку.– У меня вроде всё есть: помеченный омега, любимая дочка, жильё, работа мечты, но кое-чего мне всё таки не хватает. Изуку громко сглатывает: – И чего же? – Ты знаешь, что я хочу стать героем#1, но у меня есть и другая мечта. Я хочу,- альфа ещё теснее прижался к Изуку, касается губами уха,– чтобы мой омега потек. Хочу не сдерживаться и взять его в течку.- рычит он на красное ушко.– Хочу взять с узлом, без защиты, кончить внутрь и запереть.– совсем сладко почти поёт эти слова, отчетливо доводя их до слуха омеги.– Хочу осеменить тебя, хочу сделать тебе ещё одного щенка. Очень, очень хочу. Деку весь плавится от этого шёпота, уже почти стонет, но услышав последнюю фразу, резко разворачивается и толкает альфу в грудь. Кацуки смотрит на него ошалевшим взглядом, он выглядит как будто...преданным. Изуку злиться. Да, он и сам хотел детей, но тот факт, что Каччану хватило наглости это предложить после того, что они пережили, когда были подростками, после того, как Изуку почти достиг своей цели стать героем#1, почему-то просто вывел Мидорию из себя. – Ты с ума сошёл?!- выкрикнул он, но быстро спохватился, вспомнив про Кацуми, и уже тише продолжил. – Ты же знаешь, что я не могу оставить пост героя! Я не могу подвести Всемогущего! Да как ты вообще себе это представляешь?! Ты хоть о ком-то кроме себя думаешь, а, Каччан?! – Блять, ну извини, что я как нормальный альфа, хочу детей от своего омеги!- рычит Кацуки и грозно разводит руки в стороны.– Или мне их может на стороне заделать?! Изуку давится воздухом, на глаза наворачиваются слёзы. Эти слова бьют его по самому больному месту. – Да пошёл ты!- омега разворачивается и уходит в спальню, громко хлопнув дверью. Этой ночью Кацуки не ночует дома. *** Утром Динамит не появляется в агенстве. Деку волнуется, но ему всё ещё больно от слов альфы. Да как он вообще мог такое сказать?! Одна только мысль о том, чтобы Кацуки кувыркался с другим омегой, выворачивала Изуку на изнанку. Если он вчера не был дома, то где был? С кем? В голове уже рисуется сцена, где Каччан снимает себе номер в отеле. Не только себе. Изуку неприятно морщится. Он понимает, что у Бакуго есть свои потребности, но и у Изуку тоже есть долг и обязанности, в конце концов и потребности у него тоже есть. Может им просто не судьба быть вместе? Может она свела их один раз, тогда в медпункте, но на этом всё, дальше им не по пути? От этой мысли невыносимо больно и плохо. На патруле Изуку видит Киришиму. Кацуки наверняка ночует у него, но омега об этом не спросит, он выше этого. Но он волнуется... Киришима ловит на себе его взгляд, но Деку быстро сориентировался и вовремя отвернулся. И всё же Эйджиро успел это заметить. На лице альфы проскальзывает выражение какого-то сожаления. Киришима подходит к Изуку со спины и тихо произносит над самым ухом. – Он в порядке. Можешь не спрашивать, но я знаю, что ты волнуешься.- сказав это, альфа также незаметно удаляется. У Изуку гора с плеч сваливается. Кацуки живой, ну и хорошо, ну и черт с ним. Пусть делает, что хочет, пусть спит, с кем хочет. И не важно, что у самого Деку сердце кровью обливается. *** Он уже неделю не приходит домой. С Кацуми видеться только после школы. Бакуго конечно появляется на работе, но с Деку совсем не пересекается. Все это замечают, но боятся спросить, в чем дело. Изуку вроде уже и не так сильно злиться, но и мириться первый не собирается. Это ведь не он сказал такие обидные слова. Это ведь правда так? В очередной день к нему подходит Киришима. – Слушай, Мидория, я конечно понимаю, что это только ваше дело, но я боюсь за вас обоих. Бакубро...он живет один в отеле. Не понятно, что ест, да и не факт, что ест вообще. А ещё он...пьёт. На этих словах Изуку вздрагивает. – Он плохо спит и его концентрация снижена. Мне страшно, что его просто на просто ранят во время патруля. Вы же оба не сможешь себе этого простить. Поговори с ним. Мидория хмурится. Он всегда шёл на уступки, почему Каччан не может прийти к нему? «Потому, что ты его оттолкнул.»- шепчет внутренний голос. Перед глазами, как назло, встаёт вымученное лицо Кацуки. За последние дни он и правда осунулся, помрачнел, под глазами залегли тени, он даже перестал на всех ругается и орать. Изуку вздыхает. – Дай мне адрес отеля. *** Кацуки пинает пивную бутылку под ногами. Он очень любит чистоту, но сейчас ему на порядок, мягко говоря, насрать. Альфа валится на кровать и устало прикрывает глаза. На внутренней стороне век как обычно отражается лицо Деку. Бакуго тихо рычит. Он придурок и Деку тоже. С одной стороны его злило, что Изуку его даже не выслушал до конца, а просто наорал, с другой же Кацуки просто ненавидел сам себя. Он столько лет портил Деку жизнь, издевался. Он до сих пор винил себя за случай в медпункте и считал, что он все же изнасиловал омегу. А Деку ему всё простил, открылся, принял, выносил его дочку, полюбил их обоих всем сердце. А Кацуки на это ответил эгоистичным желанием. Он снова сделал Деку больно. Снова напомнил, что ему от него что-то нужно, да ещё и сказал, что в любой момент может променять на кого-то другого. У них же есть ребёнок, это здорово, зачем им ещё один. А на Деку между прочем лежит ответственность за всю Японию, у него есть мечта всей его жизни. После случившегося Бакуго просто не мог смотреть ему в глаза, но и без Изуку увядал на глазах. Он ему нужен. В дверь постучали. – Мне не нужна уборка!- крикнул альфа. – Ты уверен?- раздался из-за двери голос Мидории. Кацуки подскочил, как укушенный, и рывком распахнул дверь. Перед ним стоял его Деку, такой домашний в своей обычной футболке и шортах. Таким он не видел его уже как пару недель. Каччан был каким-то удивленным, даже пораженным, с легкой щетиной и тенями под глазами. Вид уставшего альфы снова ударил в солнечное сплетение. Изуку скучал. Очень скучал. Они встречаются испытующими взглядами. – Нашёл себе мать для своих детей?- язвительно спрашивает Изуку, но голос срывается. – Ага. Прямо сейчас на него смотрю.- хрипло отвечает Бакуго с легкой ухмылкой. Они снова смотрят друг на друга и вдруг срываются. Они одновременно кидаются к друг другу, жадно целуя. Кацуки одной рукой сжимает в ладони зелёные волосы на затылке, а другой быстро проходится по спине, стискивает талию Деку до синяков, тянет на себя. Изуку тоже дёргает светлые волосы, забирается пальцами под край чёрной майки, очерчивает мышцы спины, лопатки, царапает ноготками, оставляя кровоподтёки. Альфа рычит в мокрый поцелуй, хватает омегу за ягодицу, жадно сжимает, требуя большего. Деку дважды просить не надо. Он подпрыгивает, обхватывая талию Каччана ногами. Бакуго закрывает за ними дверь и валится вместе с Изуку на постель, начиная грубо срывать с омеги одежду. Мидория не сдерживается, уже стонет и трется задницей о вставший член альфы. Кацуки уже тоже не до предварительных ласок. Он быстро оставляет свою пару без нижнего белья, и сам освободившись из спортивок, сразу входит на всю длину. Изуку вскрикивает. Ему больно, но Кацуки он хочет больше. Альфа слегка замялся, понимая, что причинил боль, поэтому омега берет всё в свои руки. Он опрокидывает Бакуго на спину и начинает интенсивно на нем скакать. Кацуки впервые видит такого Изуку, поэтому он ,закусив губу от удовольствия, не может отвести от него взгляд. Он поддерживает омегу под бёдра, наслаждаясь его узостью. Они уже около месяца не трахались и две недели даже не спали в одной постели, им мало друг друга, очень мало. Кацуки начинает подмахивать тазом на встречу Изуку, проникая ещё глубже. Мидория кричит в голос, ему очень хорошо. Он запрокидывает голову и слишком быстро кончает. Стенки ануса слишком туго обхватывают член Бакуго, он слишком глубоко, чтобы выйти и поэтому кончает в своего омегу, весь выгибаясь дугой, рыча и сжимая ягодицу Изуку до красных отметин. Но обоим мало. Они ещё очень голодны. Альфа хватает Изуку и переворачивает на спину, снова входит в покрасневшую, мокрую дырку. Деку улыбается сквозь стон, Каччан знает, что ему нужно. Кацуки начинает остервенело вдалбливаться в омегу, вколачивая его размякшее тело в матрас. У Изуку голос срывается на очередном стоне, поэтому он просто кричит, хватаясь за спинку кровати. Дерево трещит под сильными пальцами героя. Его ладонь накрывает рука альфы и тот начинает двигаться в нем в ещё более быстром темпе. Кацуки почти складывает Изуку пополам, впивается пальцами в молочные бёдра до боли, котороя сейчас добавляет лишь большую сладость процессу. Мидория уже не соображает, где находится. Альфа резко переворачивает его в коленно-локтевую позу, резко входит одним мощным движением, до мокрого шлепка, выбивает у Изуку весь воздух из лёгких. По комнате разносятся громкие хлюпающие звуки и шлепки. Деку хрипит, уже не в силах кричать. Бакуго кладёт одно ладонь на его грудь, сжимает сосок. Омега проходится по руке, переплетает с ним пальцы, чувствуя, как узел уже растягивает стенки дырочки. Кацуки впивается в его загривок зубами, заставляя выгнуться до хруста в позвоночнике и в последний момент выходит, кончая на выгнутую спину. Деку изливается следом. Они лежат недвижимо в течение часа, их взгляды устремлены в потолок, в голове пусто. Изуку вдруг понимает, что, как бы сильно Каччан не хотел детей, он не сделает это с Деку насильно, поэтому он и не кончил в него второй раз. Омега опускает взгляд. Он должен был выслушать Каччана, а не набрасываться на него с обвинениями. Только он собирается что-то сказать, как Бакуго начинает говорить первым. – Послушай меня, я не просто так предложил тебе это. Не думай, что я мудак и эгоист. Я знаю, как много для тебя значит твоя геройская карьера, но это может быть наш последний шанс завести ребёнка. Ты уверен, что сам не пожалеешь, что так и не попытался стать матерью, как все нормальные омеги, а не жертва школьного насилия? – Последний шанс?- Изуку поднимается на локтях, заглядывая Каччану в глаза. Альфа продолжает: – Сам подумай. Ты на пороге первой тройки. Если ты в неё войдёшь, то уже точно не сможешь отлучится в декрет, возможно уже никогда. Люди будут на тебя надеятся.– Кацуки тоже поднимается на локтях, сталкиваясь с омегой нос к носу.– Сейчас самое время. Тебя все знают, ты уже не потеряешь свои позиции, но к тебе внимание ещё не так сильно приковано, как к первой тройке. Пять лет геройской деятельности - хороший стаж. А твоё возвращение через год, может быть сенсацией, протолкнувшей тебя в тройку. Тем более...,- альфа нежно погладил Изуку по щеке,- неужели ты не хочешь хоть раз в жизни провести со мной течку. Мы что с тобой совсем не правильные, как пара? Деку поддаётся вперёд и быстро целует Кацуки. – На самом деле,- Изуку стыдливо опускает глаза,- я тоже хочу детей. Мне просто действительно страшно покидать пост, который я заработал такими усилиями. А ещё...– он встречается взглядом с красными глазами, смотрит в них, пытаясь найти ответы. – Я боюсь, снова почувствовать себя, как тогда. Кацуки хмурится, понимая, о чём он говорит. – В первые месяцы беременности я чувствовал себя брошенным. Ты со мной почти не разговаривал, да и вообще был холоден. Всё было так сложно, я был рад быть мамой Кацуми, но...в остальном... Я не скажу, что это были мои самые счастливые дни.- под конец голос омеги почти совсем затих. – Эй,- Кацуки заставил Деку посмотреть на себя.– теперь-то ведь я с тобой. И я всегда теперь буду рядом. Перестань загоняться по пустякам, перестань думать, что я тебя брошу. Этого не случиться. Я не сказал тебе этого тогда, наверное потому что и сам не понимал, но сейчас вижу ясно. Я любил тебя ещё тогда, в средней школе. Я не хотел, чтобы тебя трогали другие, слюни на тебя пускал. Если бы тогда в медпункте, оказался кто-то вместе тебя, у меня даже наверное получилось бы сдержаться, но тебя я хотел уже очень давно, это было выше меня. Я люблю тебя, балбес, люблю Кацуми, мне не интересны другие и я не хочу уходить от тебя. Поэтому я попрошу ещё раз: роди мне ребёнка, Деку. На глазах омеги заблестели слёзы. Эти слова Каччан сказал ему, когда не побоялся понести ответственность, принял его и их будущую дочку. – Конечно, Каччан.-шепчет он в чужие губы.