Часодейный шанс или приключения Василисы по Времени...

Глава 6. «Правда о…» — Елена?       Василиса стоит на пороге гостиной. До этого спокойная фигура женщины, склонившейся над книгой, вздрагивает.       Свет в этой области замка приглушен, единственное яркое освещение идет вдоль по коридору, поэтому тень Василисы кажется такой устрашающей. — Как ты меня нашла? — Мортинова пытается выглядеть спокойной, но голос выдает ее, вздрагивая. — Я никому не говорила, где нахожусь. — Это неважно. Важно то, что ты так долго скрывала, — Василиса проходит внутрь и садится напротив женщины, занимая кресло, такое же роскошное, как и все в этом месте.       Елена смотрит на нее с опаской. — Зачем ты пришла? Нортон с тобой? — она переводит взгляд в сторону двери. — Нет. Нет, я пришла одна.       Василиса без единого признака неуверенности смотрит прямо на Елену. Прямо перед ней — убийца ее матери. Женщина, не принесшая в ее жизнь ни единого намека на что-то хорошее. Человек, пожалуй, воспитавший в ней осторожность к людям, умение не доверять кому попало.       Кажется, Елену тоже посетили подобные мысли, потому что ее взгляд сменился на еще более испуганный. — Так почему ты здесь? Наверняка Нортон волнуется, куда пропал его ребенок.       Василиса проигнорировала холод в ее голосе. — Я знаю все твои тайны, Елена. И, скажу сразу, я их искала. Прямо сейчас моя сестра, Селена, копит силы, чтобы отомстить тебе за нашу мать. Я полностью уверена, что в ее понимании месть означает твое убийство. — И что же, ты решила опередить ее? — Елена захлопнула книгу, которую все еще держала в руках. — Да, чтобы отомстить раньше. И отложить твое убийство, — Василиса мрачно посмотрела на нее. — Я не хочу чтобы моя сестра стала убийцей из-за тебя. К тому же… — ее взгляд опустился на округленный живот. — Я не позволю умереть любому ребенку, даже если он твой.       Мортинова поправила на себе плед, опуская глаза. — Как ты узнала? — Я знала что отец получает регулярные сообщения от тебя, где ты умоляешь его поверить, где просишь воссоединения или хотя бы помощь от него. И как бы я не ненавидела эту мысль, я понимала, что это правда. В отличие от отца, который игнорирует тебя. — Значит, ты не собираешься пытаться убить меня? — Елена вызвала часовую стрелу, показывая ее с разных сторон. — Моя сила стала слабее… Даже если захочу, не смогу защитить ни себя, ни ребенка.       Василиса выдыхает. — Ты правда хочешь родить этого ребенка? И вырастить? — Елена не отвечает на вопросы, судя по всему, чувствуя некомфортно говорить об этом с Василисой. — Почему тогда ты бросила того, первого ребенка? Почему оставила ее, почему решила, что положение в обществе дороже?       Фигура Елены замирает, в то время как Василиса становится эмоциональнее. Ее сердце стучит все быстрее, горло начинает сжимать.       Девушка поднимается с места, начиная беспорядочно ходить по комнате. — У тебя могло быть то, чего ты желаешь сейчас, еще тогда, пятнадцать лет назад. У тебя была настоящая семья. В самом начале ведь все было искренне? Ты же не собиралась убивать мужа изначально, чтобы притвориться его сестрой? Все пошло наперекосяк, когда тебе захотелось власти, — Василиса заглянула в глаза женщины, снова сев напротив. — Богатство и власть затмили все, верно? Или ты изначально просто не любила свою дочь?       Впервые за весь разговор Елена встретилась с ней глазами. Ее были полны слез, в то время как Василисины — боли. — Не говори о том, чего не знаешь, — едва не сквозь зубы начала она отвечать. — Ты еще девчонка, и не важно, что тебе уже больше, чем двенадцать лет. Если ты не понимаешь таких вещей, значит, еще недостаточно взрослая. Пусть тебе исполнится хоть двадцать, хоть тридцать лет в любом из времен, где ты прожила. Тебе не понять.       Василиса усмехнулась. — Это не я недостаточно взрослая, как вы все привыкли думать. Просто вы уже давно не люди, чтобы что-то понимать в человеческих чувствах.       Она ненадолго замолчала. — И я всегда смогу понять брошенного ребенка, выросшего не в своей семье, — Василиса поднялась, украдкой убирая скопившуюся влагу. — Именно поэтому я расскажу ей обо всем. — Ты не посмеешь, — в ее запястье вцепились ногти Мортиновой. — Удивительно, какой сильной вы можете быть для женщины, у которой ослабевает часовой дар, — девушка смотрит на проявляющиеся на коже синяки, когда Елена отпускает ее руку. — Все в вас так и говорит о лжи. Вы вся — одна сплошная ложь. Даже ваше имя на самом деле чужое. Вы всю жизнь присваивали себе чужое, но в итоге так ничего и не добились. Даже несмотря на то, что ваша дочь так похожа на вас, я не хочу, чтобы она выросла таким же человеком.       Василиса отступила на несколько шагов. — Не рассказывай ей, пожалуйста. Давай… Давай заключим сделку, договор, — взгляд Елены стал отчаянным. — Я готова на что угодно, только не выдавай меня. Никому.       Василиса застыла, раздумывая над предложением. — Ты должна понимать, что тебе грозит куда более страшная опасность, чем раскрытие тайны, — Василиса невесело усмехнулась. — Селена найдет тебя в любом случае. И поверь, ты не знаешь, какая сила в ней скрыта, — она покачала головой. — Об этом я и говорю, — чуть более уверенным тоном произнесла Елена, вставая и отбрасывая плед. Одна ее рука приобняла живот. — Ты поможешь мне скрыться ото всех: своей сестры, Астрагора и Нортона. Не раскроешь мои тайны никому из них. Взамен я готова почти на все, что ты просишь. Сейчас мне нечего терять. Я хочу лишь сохранить этого ребенка, — взгляд Елены чуть опустился.       Василиса, как ни странно, верила ей. Наверное, впервые в жизни подумала о соглашении с ней. — На самом деле, сейчас нет ничего такого, что ты можешь сделать для меня, — Василиса задумчиво опустила взгляд. — Поэтому предлагаю изменить условия сделки.       Она опустилась обратно на кресло. — Я предоставляю тебе защиту, но вместе с отцом. Он спрячет тебя, и мы не позволим Селене добраться до тебя. Однако я все равно раскрою правду. Либо это сделаешь ты, мне нет разницы, — Василиса отвела взгляд. — Взамен ты тоже сделаешь кое-что для меня.

***

      У Елены не хватило духу раскрыть правду дочери, поэтому эту задачу Василиса оставила на себе. Свою часть сделки та выполняла прямо сейчас, пока Василиса решила договориться с отцом.       Конечно, Нортон-старший все еще выглядел очень уставшим от жизни, все еще не выпускал из рук бокал и все еще пытался по вечерам забыться в карточных играх с Мираклом, но Василиса немного рассеяла эту атмосферу. В буквальном смысле — раскрыв окно, чтобы проветрить его кабинет от дыма сигар и тяжелого аромата виски. — У меня есть к тебе дело, — без лишних слов начала она, разжигая камин. — Нужно безопасное место, на сто процентов защищенное от проникновения любого существа, будь то человека, будь то затерянного. — Для кого? — продолжая заполнять какие-то документы, спросил отец. — Помнится, одно из таких я совсем недавно предоставил сестре Драгоция. — Нужно такое же для еще одного человека. — Василиса, я не могу раскидываться своими замками ради кого попало. Если ты сразу признаешься, кто это, дела пойдут быстрее.       Василиса выдохнула, присаживаясь напротив Нортона. — Тебе это не понравится. — Я знаю, — спокойно отвечает он. — Мне нужно спрятать Елену, — отводя взгляд признается девушка.       Плечи Нортона замерли, как и ладони, только что выводившие каллиграфичные буквы. Но через несколько секунд продолжили свой ход. — Что тебе опять взбрело в голову?       Василиса вздохнула. — Мы заключили с ней сделку. Я прячу ее в надежном месте и предотвращаю тот факт, что моя сестра станет убийцей, а она… Тоже кое-что выполняет для меня. — Не помню, чтобы приглашал ее гостьей в свой замок. Где ты могла с ней пересечься? Насколько я знаю, она оставила свой пост директора Фариэлле и где-то спряталась. — Я нашла ее. Поговорила и заключила сделку.       Нортон устало потирает переносицу. — Куда смотрит Драгоций? Когда ты успеваешь сбегать из Черновода? — Причем тут Фэш? — Василиса смерила его подозрительным взглядом. — Ты специально оставил его в замке, чтобы он следил за мной? В любом случае, мне нужно, чтобы ты спрятал Елену. — С чего бы мне, даже теоретически, соглашаться на это? Она для меня больше никто. — С того, что она мать твоего будущего ребенка, — Василиса устало поднимает взгляд, зная, что за этим последует. — Прежде чем ты начнешь отпираться, просто поверь уже и хоть раз прими ответственность, как полагается. Хотя бы защити их, даже если не будешь принимать участие в его воспитании. Насколько я поняла, Елена очень даже не против растить его одна.       Нортон неверяще усмехается и откладывает документы в сторону. — Допустим, что это так. Но ты же понимаешь, что Селена скорее всего найдет выход как найти ее? Я не думаю, что ее что-то остановит. — Но мы можем попробовать. Постараться хоть что-то сделать, а не сидеть сложа руки. Неужели ты не видишь разницы? — васильковые глаза вперились в серо-зеленые.       После молчаливой борьбы Нортон все же отвел взгляд и откинулся на спинку стула. — Хорошо. Я помогу с безопасным местом. Но никак не гарантирую, что Селена не сможет туда пробраться. — Отлично, — Василиса поднимается. — Куда ты собираешься теперь? — У меня запланирована встреча на территории Чернолюта. Ничего противозаконного, не волнуйся. Бабушка в курсе. — Возьми с собой Фэшиара! — вдогонку крикнул Нортон, когда Василиса уже выходила из кабинета. — Так ты все же не объяснишь мне, зачем мы сюда пришли? — спрашивает Фэш, оглядываясь по сторонам.       Они стоят в поле, огражденном кустарниками и невысокими деревьями. Недалеко отсюда — речка, в которой они когда-то купались с друзьями.       Василиса немного нервничает, покусывая губы, поэтому на вопрос Фэша поворачивается к нему и отвечает кратко. — Это сложно объяснить, но ты, главное, не влезай в наш разговор. Я почти уверена, мы подеремся, но ты на это не обращай внимания, ладно? Нам просто нужно кое-что решить.       Заметив, как округлились глаза Фэша, Василиса решила отступить и создать невидимый купол, который оградил бы ее с собеседником от Фэша. И тот, соответственно, не смог бы вмешаться в их разговор.       После затянувшегося ожидания на поле, наконец, появляется знакомая фигура. — Если бы ты не написала, что расскажешь мне что-то прямо-таки действительно важное, я бы ни за что сюда не пришла, так и знай, Огнева. — И тебе привет, Маришка, — Василиса встретила ее спокойным взглядом. — Там что, Фэш стоит? Почему он так далеко? — Я выставила защитный купол, где сейчас только мы с тобой. Потому что мне правда нужно рассказать тебе несколько важных вещей.       Маришка посмотрела на нее скептически, но ничего не ответила. Василиса подошла поближе, чтобы между ними не было слишком большой дистанции. — Скорее всего, ты мне не поверишь, и я понимаю почему. Пожалуйста, расскажи мне про свою семью. Твои родители, кто они?       Ожидаемо, Маришка фыркнула. — Ты что, головой ударилась? Мои родители одни из самых известных часодеев на всей Эфларе, ты и так знаешь. — В каком году они поженились? Ты ведь родилась намного раньше?       Взгляд Маришки сменился на неприязненный. — И что ты хочешь этим сказать? Тебя вообще бросили на Остале, едва ты родилась. — Я хочу сказать, что тебя тоже оставили, прежде чем ты оказалась в семье Резниковых. Это не лучший способ сообщить об этом, но… — Это просто бред, я не могу быть не родным ребенком, — Маришка прервала ее с усмешкой, но черты ее лица все же изменились. — Я помню все детали своего детства, я точно знаю что выросла в своем доме.       Василиса присмотрелась к ней. — Но ты все же сомневаешься в этом.       Маришка замолчала. — Если ты позволишь, я расскажу тебе правду. Без преувеличений и прикрас. — Я… — Ты хочешь это услышать, — Василиса видела это.       Маришка сложила руки на груди и сфокусировалась на девушке. — Я пока не буду говорить имена твоих настоящих родителей, поэтому ты просто представь. Была одна девушка, еще довольно молодая, лет девятнадцати… Она была из бедной семьи, поэтому выйти замуж за более достойного человека казалось наилучшим решением. Они поженились, в счастливой молодой семье появился ребенок. Вначале все было хорошо, пока в один день девушка не узнает, что муж изменяет ей. После чего все переворачивается вверх дном, она понимает, что ей нужно нечто другое, чем такая жизнь.       Василиса переводит дух.       Всю версию произошедшего она узнала из прямых уст, от Елены. И теперь пазл был наконец-то сложен. — Вместо того, чтобы отомстить мужу тем же, либо искать его любовницу, она решает пойти более жестоким, но удобным для себя путем. Она… Убирает оставшихся живых наследников семьи мужа — его самого и его сестру, и встает на место сестры, притворяясь ею. Так в высшем обществе появляется новая фигура взамен старой.       Маришка хмурится, но продолжает выслушивать. — Однако в эту картину совершенно не вписывается ребенок, за которым нужен постоянный уход и воспитание. Девушка решает не играть роль хорошей матери. И отвратительным образом ребенок попадает к Фариэлле. Той, кого ты считаешь биологической матерью.       Глаза Маришки уже не смотрят на Василису.       Василиса со спокойствием ожидает ее реакции. Еще несколько секунд в растерянности, и Маришка поднимает взгляд на нее. — Ты мне веришь? — спрашивает Василиса, видя ее сомнения. — Я… — Тогда позволь мне сказать еще несколько вещей.       Василиса оглядывается назад, выискивая фигуру Фэша вдалеке. Тот стоит на прежнем месте, не в силах пройти дальше купола, и смотрит на них. В его взгляде недоумение и волнение. — Я могла бы не раскрывать этой правды, поверь мне, Маришка. Возможно, так было бы лучше. Но я вижу сейчас, что у тебя есть свои сомнения и страхи, что ты бы хотела узнать правду, потому что больше никто никогда не раскроет ее тебе. И понимаю, что это правильное решение. — Зачем тебе это? — собравшись, спросила Маришка, глядя на нее. — Поиздеваться надо мной? Отомстить? — Можешь считать и так, если тебе от этого легче.       Василиса опустила взгляд, вспоминая их с Еленой разговор. Она всегда считала эту женщину импульсивной, не думавшей о последствиях. Но теперь, зная, что она долгие годы близко общалась с Фариэллой Резниковой, любовницей своего мужа, которого она когда-то любила, и ни разу не подала об этом знать, Василиса понимала, что ошибалась на ее счет. — Ну? И кто же мои настоящие родители? Этого ты мне не расскажешь?       Василиса обратила внимание на Маришку. Девушка почти не сдерживала раненые чувства, и была на грани того, чтобы либо расплакаться, либо что-нибудь погромить.       Вздохнув, Василиса потихоньку вытянула часовую стрелу, предугадывая дальнейшие действия Маришки, и призналась: — Твоя настоящая мама — Елена Мортинова. Та, которая почти вырастила и воспитала тебя в качестве своей ученицы.       Услышав имя, Маришка перестала сдерживаться и, вскричав, напала на Василису, посылая мощный эфер боли.       Василиса среагировала быстро. — Ты лжешь! — повторно нападая, воскликнула та.       Она понимала, что разъярит Маришку, и была к этому готова: остановив ей время, Василиса забрала ее часовую стрелу, и отошла на несколько метров. Заметив пропажу, Маришка пораженно выдохнула и осталась стоять на месте. — Этого не может быть… — Неужели ты никогда не замечала вашей схожести? — мягко спросила Василиса. — На мой взгляд, вы всегда были как две капли воды.       Маришка опустила взгляд на землю и поджала губы. Глаза ее наполнились слезами. — Тогда… Тогда почему Елена бросила меня? — она подняла взгляд на Василису.       Поняв, что Маришка больше не собирается нападать, Василиса расслабленно опустила плечи и подошла к ней, слегка приоткрывая руки. Заметив это, Маришка в ту же секунду оказалась в ее объятии, пряча лицо в своих ладонях и позволяя боли выйти. Замкнув руки за спиной девушки и чувствуя, как она сотрясается в плаче, Василиса выдохнула.