Инк мастер Хогвартс

Сидя в купе напротив угрюмого парнишки и рыжей подруги, Хоуп потирал назревающий под глазом синяк. Тот на бледной коже обещал к концу вечера переливаться всеми цветами синего и фиолетового. — Шакалы! — Эванс все еще не могла успокоиться, наматывая на лёд, добытый у старшеклассников пару платков, чтоб не обжечь кожу холодом. — Нет, это же надо! Двое на одного, да еще и со спины! Не ожидала, что и тут будут такие придурки. Но ничего, мы их еще поплясать заставим, — девочка воинственно хмурилась, помогая Хоупу приложить куль к подбитому месту. — Чего еще ждать от шпаны подворотней? Если бы не дар, то они бы и оставались в отбросах общества, — прогнусавил из своего угла угрюмый парень, которому в ходе схватки тоже досталось, только не в глаз, а по носу. Что ж, этот крупный выпирающий объект было бы трудно не задеть, метя кулаком в лицо. Мальчик с необычной внешностью, который пришел на помощь после крика Лили "наших бьют", назвался Северусом Снейпом. Он оказался другом Эванс и в первые минуты общения выражал лёгкое недовольство и враждебность по отношению к Оливеру. Все решило то, что весь такой прилизанный Оливер, одетый в приличные дорогие обновки, не посмотрел на неряшливый вид и откровенно задрипанную одежду, угрюмое лицо и вредность, протянул первым руку, предлагая дружить. Северус похоже не ожидал такого, долго всматривался в чужие глаза своими черными, прежде чем протянул руку взамен морщась от боли в носу. Если честно, то у Хоупа от этого взгляда на загривке встали все волосы дыбом и холодок прошел по коже, но он постарался этого не показывать. Словно в душу заглянули, изучили и обратно вышли. Сразу после этого и атмосфера в купе стала заметно расслабленнее. — Странно, что в магБритании одна школа на всех и нет совсем деления на платные и не платные заведения. У обычных людей школ много и есть получше места или по хуже. А тут всех в один вагон пихнули, — Оливер сказал отметив как Северус нахмурился и быстро глянул на Лили. Видимо идея, что их бы разделили, руководствуясь достатком семьи, была ему неприятна. — Так-то у магглов. У волшебников многое делиться не по размеру кошелька, а по статусу крови или магической силе. Вот в Хог берут только самых сильных либо родовитых. Слабосилки проходят школу ремесленников. Есть еще те, кого учат на дому, но это редко встречается и не одобряется, — Северус дал пояснение, а Хоуп задумался. — Выходит мы будем учиться в очень крутом интернате, где смешали простолюдинов с элитой, — он хмыкнул, понимая, что это тот еще замес. В Англии было кастовое общество, и Оливер не сомневался, что в магической части будет так же. Деление конечно было не такое жёсткое как в Индии, но пока такие слова как мезальянс еще не вышли из моды, а тут взяли и посадили шпану с улицы рядом с сыном лорда, виконта, маркиза или еще кого из крутых мира сего за один стол. Конфликтов не избежать, ведь дети жестоки, а дети с палочками могут быть еще и опасны. — По силе и деньгам понятно, а по крови это как? — Оливер спросил, на что рядом сидевшая Лили внезапно поморщилась, а Северус поджал губы и нахмурился. — Деление по ее чистоте. У кого мама и папа маги, тот чистокровен и элита, у кого один родитель не маг, тот полукровка, а тот, кто рождён от двух магглов, тот магглорожденный, — наконец тот дал пояснение. — Глупости все это! — Эванс взвилась, каблучком ударив по полу и скрестив руки на груди. Кудряшки на ее голове забавно запружинились, а на щеках появился только сошедший после драки в тамбуре румянец. — Кровь у всех одинакового цвета и делить кого-то на хуже лучше просто из-за того, что ты не рос среди волшебства — глупо. — Нет, тут логика есть, — Хоуп вздохнул, поняв быстро что к чему за что заслужил возмущенный взгляд. — Сама посуди. В обычном мире так же есть негласное деление на сословья. Моя мама, — Хоуп замялся, не зная, как сказать. Иногда косноязычие проскальзывало или не находились слова, потому он не особо любил говорить долго и много, чтоб его отклонение меньше бросалось в глаза. — Она так говорит. Что есть люди высшего класса и нижнего. Достаток, титул, связи для нее имеют значение и на всех ниже себя она смотрит по-особому. Так вот, у магглов родовитые или влиятельные родственники это и есть та самая чистая кровь. Я с ней не согласен. Просто не одни маги всех любят делить на своих и чужих, — парень неловко повел плечом под все еще негодующем взглядом рыжей знакомой и изучающе задумчивым мальчишки. Дальнейший разговор как-то сам зашел в тупик, и тема завяла. Вскоре попутчики Оливера решили прогуляться по вагонам, а на приглашение пойти с ними, мальчик вежливо отказался. Он заметил, что Снейпа этот ответ вполне устроил, хоть тот и постарался этого не показывать. Видимо хотел провести время немного наедине со своей подругой, подумал Хоуп, утыкаясь в альбом для рисования, неосознанно усмехаясь. Часть него почему-то была свято уверена, что этот воробушек был влюблен той слюнявой подростковой любовью, которая заставляет бедняг неловко мяться, краснеть и ходить под ручку в киоск за мороженым. Оливер на пару минут задумался, водя карандашом по бумаге. Воспоминания о прошлом будущем уже стали затираться, но он помнил все еще свою первую любовь. Девчонка в темно синем платье и пышными бантиками на линейке. Тонкая, звонкая и такая вся взрослая с блеском для губ и красным маникюром. Сейчас она вызывала лишь ностальгию и улыбку, а еще опознавание, что в этой жизни эта участь детской влюбленности пройдет его стороной. Не сможет он на полном серьезе что-то испытать к угловатым мелким одногодкам, а взрослые девушки им еще долго будут только умиляться.

***

— Когтевран! — прозвучало зычно над головой, и пыльная Шляпа резко была снята со светлой головы Хоупа. Под негромкие аплодисменты синего стола мальчик последовал к своему дому на следующие семь лет. В нем все трепетало все еще от вида волшебного замка и впервые за долгое время душу захватило детское восхищение. Это как впервые увидеть море или взять разгон на качелях, скатиться на велосипеде с горки, залезть на дерево высоко, высоко, так чтоб мама если бы увидела, схватилась за сердце. Истинное и невинное удовольствие, которое со временем теряется и забывается. Хоупа почти трясло и он непоседливо вертелся, желая все рассмотреть. Особенно звездное небо со свечами. Это было нечто и Оливер собирался если не разобраться как его заколдовали, чтоб когда-нибудь повторить такое у себя дома, то хотя бы нарисовать, а лучше татуировать на добровольце. Да, акварельные краски, туманность темного ночного неба, тучи и звезды, сияющие ярче чем свечение свеч. — Оно чудесное, правда? — рядом раздался голос и Хоуп невнятно угукнул, даже не поворачиваясь к говорящему, чем вызвал понимающий хмык. Видимо тут такое норма, залипать впервые на долго, смотря в потолок. Очнулся Оливер, когда раздались овации и, к своему стыду, понял, что пропустил большую часть распределения. Завертев головой, он обнаружил Лили за красным столом, а вот Снейп удивил. Он сидел немного дальше за синим столом, нахохлившись как воробей под дождем. В поезде парень хотел попасть на Слизерин, потому что там училась его мать и для налаживания нужных связей, однако проскальзывало и желание оказаться за одним столом с Лили. Вот только Шляпа решила по-своему отправив к воронам. Правда, тут он смотрелся вполне органично со своим выдающимся шнобилем. Словно почувствовав взгляд, тот поднял темные глаза и скупо кивнул. Типа поздравил с поступлением на один факультет? Оливер кивнул в ответ и отвернулся к еде, отметив, что речь местного директора школы, почти ничем не отличалась от речи в магловской, с поправкой на метлы, волшебство и Запретный лес. Последний пункт запретов особенно всполошил умы новеньких своим интригующим названием и отсутствием объяснений, что же такое там запретное может быть. Хоуп и сам испытал прилив любопытства, но чисто теоретического. С его деффектом любую опасность следовало помножать на два, ведь убежать от угрожающего фактора для него было совсем не вариантом. — Первачки, после пира не разбегайтесь и оставайтесь на местах, а то заблудитесь, потеряетесь и никто вас искать до завтра не будет. Мы, то есть я, Эдгар Уоррен и Элла Стимвил — старосты, проводим вас до нашей гостиной и спален, — долговязый паренек, который ранее пытался заговорить с Оливеров, привлек внимание новеньких. Он и девушка, что сидела напротив него, сильно выделялись ростом среди малышни и явно были старшекурсниками. — Дай им поесть спокойно, Уоррен, — девушка одернула своего напарника и улыбнулась новичкам. — Всегда бежит впереди паровоза. — Я о нас думаю. Не хочу, как Ривер в прошлом году искать по чужим гостиным потеряшек, вместо сна. Правила, есть правила, — сказал, как отрезал Уоррен и Хоуп подумал, что с этим человеком у него будут проблемы, если он не сможет хорошо скрывать свои делишки. Было у него стойкое чувство, что маги от обычных англичан мало чем отличались и за татушки ему может прилететь. Даже стало интересно, как тут наказывают. Заколдовывают в лягушек и жаб? Бррр, быть земноводным так себе перспектива и Оливер решил немного обождать с демонстрацией своих навыков, а то и почитать и поспрашивать сначала у знающих. Во избежание переезда к квакушкам на болото. — Оливер Хоуп, приятно познакомиться. Обещаю, не убегать, — решил Хоуп, что прощупывать своих соглядателей на Когтевране можно начать со знакомства и невинной беседы. — Да уж, ты то точно не сбежишь, — Уоррен шутку оценил, взглянув на трость и задумчиво покачал головой, — Сложно тебе придется с такой ногой по лестницам ходить. Её бы нашей колдоведьме показать. Ты же из семьи простаков, да? — Спасибо, приму к сведению и да, моя мама не волшебница, — сказал мальчик, прилежно промокнув рот салфеткой. — А отец? — Его я никогда не знал, — невозмутимо признался Хоуп в том, что он бастард и успел заметить, как слегка скривился староста. Нда, тут и правда очень старомодное общество. — Ясно, — похоже на этом Уоррен хотел закончить наше общение, но не тут-то было. Хоупа с поезда интересовал один нюанс и раз уж у него сидит тут целый староста под боком, то пусть отдувается! — Я так и не понял, по какой схеме Шляпа распределила нас по факультетам. Уж на факультете умников должен быть более вразумительный ответ, чем по характеру, — недоумевал Оливер и заметил, как за его столом младшие курсы затихли, заинтересованно прислушиваясь. Уоррен, уже записавший нового вороненка в неблагонадежные лица лишь что-то буркнул, а вот Элла, староста девочек, охотно ответила. — Отчасти Шляпа и правда распределяет по характеру. Например, буйному и энергичному гриффиндорцу будет сложно и одиноко жить с тихими воронами или неконфликтными барсуками. Такие казусы случаются и тогда страдает и студент, и дом, в котором он учится. Однако у нас немного разная внеклассная программа. Ворону легче попасть в кружок малефики и проклятий, слизеринецам уготован путь в алхимию и ритуалистику, гриффиндорцы имеют уклон на боевую магию и магических животных, а Пуффендуй выпускает лучших гербологов и магов стихии. Есть еще масса направлений, курсов и кружков, на которые попасть легче или сложнее, в зависимости от того, какого цвета твой галстук. Хотя если очень стараться, то даже закрытые двери Хога можно заставить открыться и пойти учится тому, что интересно, — Элла затихла и оглядела стол, за которым ее слушали едва не раскрыв рот вся малышня. — Раньше было еще больше отличий и факультеты намного сильнее различались, но в связи с ростом магглорожденных и уменьшением родовитых магов студентов школе пришлось менять программу и сокращать финансирование. Есть надежда, что эта вынужденная мера не на долго. — ого, что тут за проблемы рождаемости у чистокровок? Снейп о таком в поезде не говорил и судя по удивленной мордашки тоже не знал, о плачевном положении дел. Староста тем временем оглядела весь стол оценивающим взглядом. — Вы доели? Тогда стройтесь в колонны попарно и держитесь строя иначе потеряетесь. Мы покидаем зал после Слизерина.

***

Гостиная как и спальни их факультета пришлась Хоупу по душе. Когтевран вообще был по его скромному мнению самым удобным из четырех факультетов, если не брать во внимание внеплановые кружки и занятия, о которых им рассказала за ужином староста. Эти ребята имели звание заучек, ровную репутацию с носителями зеленых, красных и желтых нашивок, а так же не страдали стадными замашками, а значит в отличии от адептов того же Гриффиндора никто не ломился в друзья или не навязывался, как в Пуффендуе. За частую индивидуалисты, они могли себе позволить одеваться и вести себя чудоковато и не быть битыми за странный цвет волос или мантии. Единственное, чему Оливер был не рад, так это соседству по комнате с тремя парнями. Какими бы не проблемными они не были, их присутствие раздражало. Память услужливо подкидывала воспоминания о грязной посуде, очереди в душ и туалет, а также воришке, который не стеснялся сжирать даже масло без хлеба, если его оставляли без присмотра в общем холодильнике. — Предлагаю составить список правил, которые будем соблюдать, чтобы не мешать друг другу жить, — он сказал после неловкого молчания, когда они все коротко перезнакомились и собирались готовиться ко сну. Помогало, что одного из трех соседей он уже знал и робко надеялся на некую поддержку в своем начинании. Снейп тоже не выглядел шибко радостным от того, что ему придется терпеть чужих людей и резким кивком головы, одобрил начинание знакомого. — И какие же правила ты предлагаешь? — спросил Буллстоун, который был явно из семьи чистокровок. Иначе с чего бы ему смотреть на Хоупа с высока? — Ну для начала не водить в комнату посторонних, не рыться в чужих вещах, не ябедничать взрослым, если из нас кто-то нарушит правила и не шуметь после десяти вечера, — Хоуп перечислил то, что для него было важно. Не то, чтобы он собирался заняться криминалом в одной отдельно взятой комнате студенческой общаги, но парень хотел перестраховаться. Вдруг его увлечение реально карается и порицается? — Собираешься нарушать школьные правила, Хоуп? — протянул все тот же мажорчик, на лице которого смешались заинтересованность и брезгливость. — Нет, но не хочу переживать, в случае непредвиденных обстоятельств, что живу в комнате с крысой, — пожал плечами Оливер, заметив задумчивый взгляд Снейпа, который пока молчал, как и второй сосед, не вмешиваясь в беседу. — Ты меня крысой обозвал только что? — ощерился Буллстоун. — Нет, я сказал, что хочу спокойно жить в комнате, не боясь за свой тыл. Сделка выгодная и тебе тоже, ведь в случае чего, на тебя тоже никто из нас не донесет, — с нарастающим раздражением выдохнул Хоуп, понимая, что с этим гражданином беседы не получится. Мальчишке он уже изначально не понравился и тот может из вредности начать гадить. Что ж, попытка была не пытка. — Попробуешь меня сдать, подучишь так, что в Мунго не соберут, ясно тебе, калека? Ничего я обещать не буду, — Буллстоун удалился в сторону ванной, громко хлопнув дверью. — А я согласен с правилами. Не стоит мешать друг другу и жить лучше мирно, — пробубнил второй сосед, нервно оглядываясь на дверь в ванную. Мальчик попросил его звать просто Сэм и производил впечатление очень зажатого обычного ботаника. Очки и сгорбленная осанка этот образ тихони неплохо так добавляли. — Я тоже за, — скупо отозвался и Снейп, невозмутимо поддержав идею, которую так категорично отринул Буллстоун. Трое из четырех уже не плохо. Скрывать свой талант предстояло лишь от чистокровного сноба, а не от всех в спальне. Пообещав себе мысленно раздобыть магические методы защиты своих вещей и спального места, Хоуп прошествовал в душ следующим. После такого длинного и непростого дня нога ныла от нагрузок, а глаза потихоньку начали слипаться. Завтра его ждал первый учебный день в школе магии и библиотека, где он собирался основательно покопаться. Все же Шляпа никогда не ошибалась, распределяя юных волшебников по факультетам, ведь только истинный вороненок мог засыпать с улыбкой на губах при мысли об ожидающих его завтра новых знаниях.