Закон есть закон. Обязательства

      Она все еще была зла. Зла на Министерство, Комиссию,Кингсли… Злилась на Северуса.       Злилась на себя.       По правде говоря, Гермиона больше всего злилась на себя. Потому что не предусмотрела такой исход. Потому, что не пошла на пролом, как обычно, увидев неточные формулировки.       Она уже несколько дней безвылазно сидела в книгах, не подпуская никого ближе чем на три метра: штудировала книги и составляла прошения на имя министра о пересмотре закона.        — Грейнджер, остановись! — ее внезапно обвязало веревками и откатило от стола волной магии. Девушка хмуро посмотрела на своего супруга и уже открыла рот, чтобы начать свою гневную тираду, как на нее наложили Силенцио. — Ты случайно не забыла, что заботишься теперь не только о себе? Сколько ты уже не спала?       Девушка нахмурилась и надула щеки от негодования. Да, она знала, что облажалась и понимала, насколько он зол и не винила его за это. По щекам потекли слезы: от злости, усталости, бессилия…вины.       Северус тяжело вздохнул и снял заклинания, но волшебница, казалось, этого даже не заметила. Он подошел к своей жене и коснулся ее лица кончиками пальцев, вынуждая посмотреть на себя.        — Ты похожа на ведьму, — сказал волшебник с теплой улыбкой, стирая с щеки девушки чернильное пятно.        — Я и есть ведьма, — недовольно, ощущая как длинные пальцы выпутывают пишущие принадлежности из волос.        — Не в том смысле, Грейнджер, не в том, — он слегка взъерошил и без того спутанные волосы и помассировал голову волшебницы. — Меня не было два дня, и посмотри на себя?!        — Если тебе что-то не нравится — выход там, — она махнула рукой в сторону двери.        — Во первых, это мой дом и, прежде чем ты скажешь, что тогда уйдешь сама, — он взял ее за руки и потянул на себя, — я все равно тебя не отпущу. Во-вторых, для тебя и ребенка такой образ жизни не полезен. И в-третьих, у тебя будет целая команда, чтобы справиться со всем этим, — он призвал телефон с помощью Акцио. — Сейчас я закажу нам китайской еды, и мы пойдем в душ, хорошо?        — Северус, — она надула губы, проникновенно глядя мужчине в глаза. Это выглядело весьма забавным с пером в ее волосах. — Может лучше пиццу?        — Пицца — так пицца, — он вытащил из ее волос последнее перо и набрал номер ее любимой пиццерии. — Есть какие-то предпочтения? — взгляд девушки сказал все за нее саму. — Курица с чесноком, морепродукты и, пожалуй, с грибами и артишоками, — он поморщился, перечисляя заказ. Снейп не питал страсти к артишокам, но эта пицца нравилась его жене.        — Не хочу с артишоками, — Грейнджер-Снейп распустила спутанные волосы и попыталась расчесать их пальцами.        — Девушка, извините, морепродукты и курица с чесноком. Большие, — на другом конце спросили еще что-то. — Мерло и диет-колу. Картошку и соус, — он уточнил адрес. — Имя на входе — Гермиона Снейп.       — Почему я? — воскликнула девушка, на что он насмешливо приподнял бровь. — А, ну да.        Он подтолкнул супругу к ванной, снимая через голову теплую черную водолазку, расстегнул ремень на черных джинсах, сбросил неизменные сапоги из драконей кожи.        — Мне нравятся твои пуговицы, но так даже лучше, — она смотрела на него, закусив губу и упираясь спиной в дверь ванной.        — Не хочешь раздеться? — волшебница усмехнулась и стащила с себя безразмерный полосатый свитер, один из тех, что ей подарила Молли и удовлетворенно хмыкнула, увидев его голодный взгляд. — Ходишь без лифа? Не натирает?        — Видишь же, что натирает, — шорты так же поползли вниз. — Но это все же лучше, когда ничего не давит. Черт возьми, они просто шикарные, — Гермиона посмотрела на свою грудь и сжала ее приподнимая.        — О, да, они чертовски хороши, — он уперся ладонью в дверь возле ее головы.       Она обвила руками его шею и коротко поцеловала его в губы:        — Прости, но ты просто ужасно воняешь, — Гермиона уперлась лбом в бледную грудь. — Просто ужасно.        — Ну извини, я три дня собирал ингредиенты вдалеке от цивилизации, — маг подхватил девушку под ягодицы и чуть сжал их, ощущая как та сцепила ноги за его спиной. — Мы идем в душ.        — Северус, — она отвела его сальные волосы от его лица, — я очень соскучилась, — и поцеловала в шею, чуть выше укуса Нагайны. — Надо тебя помыть.        — Тебя тоже, — усмехается мужчина.        — Все настолько плохо? — еще один поцелуй.        — Если поторопимся, успеем не только помыться, — он опустил девушку в душевой и поцеловал живот чуть ниже пупка, стягивая по ее ногам белье.        — Когда ты успел раздеться? — Гермиона повернула ручку, обрушивая поток прохладной воды на них обоих.        — Грейнджер! — зарычал он и прикусил кожу на лобке жены.        — Ай! — она засмеялась. — Стой так, мне так удобнее мыть тебе волосы.        — У тебя фетиш на мои волосы или что? — еще раз поцеловал живот, а затем уткнулся носом возле тазовых косточек.        — Перестань, — она почувствовала поползновения его пальцев по внутренней части бедра. — Просто ты опять помоешь волосы мылом и все. — Девушка намылила волосы шампунем и начала массировать кожу.        — Зато теперь я буду пахнуть цветами, — фыркнул он, поглаживая ее бедра.        — Ты всегда пахнешь цветами, — она наклонилась и поцеловала супруга, смывая пену.        — Травы и цветы — это разные вещи, — он поднялся и взял шампунь, разворачивая жену к себе спиной.        — Ври себе дальше, — шампунь полетел на пол, руки Гермионы оказались крепко перехвачены над ее головой, ноги раздвинуты. — Ай! — болезненный шлепок по ягодицам, грудь почти касается холодной плитки ванной. — Согрей стену, пожалуйста, нельзя простужать грудь. Да чтоб тебя! — очередной шлепок. — Ауч! Ауч! Ой!        — Аппетитная попка стала еще аппетитнее.        — Ну давай же, — девушка нетерпеливо заерзала, но ее тут же отпустили. — В смысле?