Демон Скай и дом на краю леса

      Что?! Арестовать?!       Венс нахмурился.       — Алистер… Что… что случилось?       — Ты случился, — ответил Алистер, скрестив руки. — Схватить их.       Мужчины бросились на нас, тут же скрутив нам обоим руки. Цветные камни высыпались из моих ладоней.       — Да что происходит?! — закричал Венс, пытаясь вырваться.       Я же просто ничего не понимала.       — Вы думаете, я не знаю, что ты, Венс, продал Скаю душу? — жестко спросил блондин. — И теперь ты его шестерка?       — Так ты из-за этого?.. — Венс усмехнулся. — Не беспокойся, мы просто пришли отдохнуть. Скай тут ни при чем.       — Так я тебе и поверил, — отрезал Алистер. — Несколько дней назад мы поймали Мертвую Птицу, который летал над островом, что-то вынюхивая… Теперь ты. Вы думаете, я придурок?! Ничего не замечаю?! Я знаю, Скай снова что-то задумал, и я обязательно выясню, что именно…       — Ребята, где вы?.. — раздался позади далекий голос Сирены.       Уйдя довольно далеко от места пикника, мы совсем про неё забыли. Кое-как вывернув шею, я увидела девушку, бегущую к нам. Но чем ближе она становилась, тем сильнее замедлялась. Она с непониманием смотрела на мужчин, державших нас Венсом.       — Так вас не двое… Ее тоже задержать, — сказал Хранитель.       Двое мужчин побежали к ней.       — Сирена, беги! — крикнула я им вдогонку. Кто-то за спиной сильнее, чем требовалось, вывернул мне руку, и я зашипела.       Девушка отступила на шаг, потом ещё и ещё. Не понимая, что происходит, она развернулась и бросилась от людей к озеру. Они бы её догнали и скрутили, но Сирена забежала в воду, в прыжке превратилась в русалку и скрылась под водой. Мужчины за ней нырять не спешили.       — Сама вынырнет… — пробормотал один из них, когда они возвращались назад.       Хранитель холодно оглядел нас.       — Отведите их в город Весны, — сказал он. — Этого в мой кабинет, а это… — он кивнул в мою сторону, — чудо-юдо в подвал. Я скоро приду. Надо здесь все прочесать, вдруг ещё каких шпионов найдем…       — Ах ты хам блондинистый! — взвился Венс. — Как ты назвал Алуну?!       Но Алистер пропустил его возмущения мимо ушей и отошел к своему отряду отдавать указания.       Эх, опять я веер с чернильницей дома забыла… Ничему меня жизнь не учит…       Мужчины, удерживающие наши руки за спинами, пошли в сторону, откуда ранее пришли, волоча нас за собой.       — Прости… — прошептал Венс, скосив на меня свои серые глаза. — Прости, что так вышло…       — Ничего… — едва слышно шепнула я. — Ты ведь не знал…       — Разговорчики! — амбалы грубо встряхнули нас, заставив замолчать.       — Ты ещё успеешь наговориться, — нехорошо улыбнулся один из них Венсу. — И говорить будешь, и петь будешь, и во всем сознаешься… С тех пор, как Скай прикончил лучшего друга Алистера, у Хранителя весны на него точится не один зуб, а вся челюсть…       Он неприятно засмеялся. По лицу Оператора прошла судорога. Наверняка они с ним не за чашкой чая будут беседовать. Они вон какие крупные и накачанные, а Венс по сравнению ними худенький, тоненький и на голову ниже.       Нас вели к городу Весны. Вдалеке виднелись первые дома, образующие улицы, а на небе, словно большое темное покрывало, разворачивалась туча, закрывая клонящееся к закату солнце и нехорошо посверкивая.       Хорошо будет, если Инугами с Сиреной найдут нас. И додумаются взять с собой плащ Венса, где лежит зеркальце с пером. Иначе мы застрянем в этом мире.       Нас повели между домов. Весь город выглядел, как одна огромная ухоженная деревня. Деревья цвели, воздух сладко пах свежестью — было очень красиво, только вот, к сожалению, мне некогда было созерцать эту красоту. Нас привели к большому зданию. Над входными дверями висела вывеска с надписью на непонятном языке, буквы которого состоят из точек и палочек.       — Это зал суда, — пояснил Венс, проследив за моим взглядом.       — Я кому сказал, тихо! — нас опять встряхнули.       Видимо, в Монтоории свой алфавит, раз я ничего не понимаю в этих иероглифах.       Мужчины втащили нас в здание, скрыв от поднимающегося ветра; кажется, ночью здесь будет буря. Сначала нас вели по одному коридору, но на лестничном пролете Венса потащили наверх, а меня по ступеням вниз.       — Алуна, я обязательно вернусь! — крикнул он, когда его упирающегося мужчина затаскивал на следующий этаж.       — Я кому сказал, ТИХО! — судя по звуку, за словами последовал удар, но я уже не видела этого. Меня тащили всё дальше и дальше вниз.       — Вряд ли ты получишь своего дружка назад, — неприятно ухмыльнулся мужчина, тащивший меня. — По крайней мере, здоровым.       Я ничего не ответила. Меня завели в грязный каменный коридор, который больше всего напоминал каменный ящик. Тут было несколько дверей с зарешеченными оконцами.       — Это комнаты ожидания для преступников, — пояснил мужчина. — Извиняйте, красавица, но свободных мест нет, поэтому у вас будет сосед.       Дойдя до одной из последних дверей, он открыл её и зашвырнул меня в темноту. Приземлившись на руки, я зашипела: мелкие острые камушки больно впились в ладони. Мужчина запер дверь, и свет исчез. Только две пары светлых, но очень тусклых полос остались — это зарешеченное окошко пропускало свет свечи, что стояла в самом начале коридора.       Осторожно отряхнув руки, на которых тут же образовались мелкие порезы, я стала оглядываться.       Такое ощущение, что здание суда строили не на земле, а прямо на камнях. Подвалы вырублены на скорую руку: стены неровные, пол тоже не земляной, а каменный. Окна на улицу не было, лишь на самом верху противоположной стены, почти у самого потолка была небольшая щель, ведущая на улицу. Но была она такой маленькой, что туда едва мог пролезть мой палец. Сейчас в эту щель заливалась дождевая вода с улицы — вне стен здания начался дождь.       Внезапно у другой стены что-то зашевелилось и хрипло вздохнуло. Я от неожиданности отскочила в самый дальний угол, продолжая уже оттуда изучать своего соседа.       Это был парень, но до того странный, что я не сразу поняла, что это за существо: иссиня-черные волосы, на месте ушей торчали черные перья, кожа очень бледная, прямо как у моих монохромных демонов. Во вперивших в меня взгляд глазах вместо нормального зрачка по центру черных радужек были красные кресты, а щеки от нижних век и вниз расчерчены красным узором. Одежда неопознанного объекта напоминала костюм Ская с ремешками, только отличалась красной отделкой, шея была обмотана красным шарфом, а в темноте вырисовывались… черные крылья.       Вспышка молнии с улицы осветила парня через щель в стене. Короткая секунда яркого света позволила на миг различить детали. Оказалось, что его лицо было в ссадинах и синяках, а правое крыло как-то странно топорщилось. Руки и ноги его были стянуты веревкой — похоже, те парни над ним поработали.       За Венса стало страшно. Эти мордовороты за один удар его вынесут!       Странный парень несколько мгновений сверлил меня из темноты своими необычными глазами, а потом наклонил голову, спрятав их за черной челкой.       Осознание всей ситуации проникало в мое сознание, от чего я приходила во все большее отчаяние. Ни Венса, ни зеркала нет. Я в другом мире в каком-то подвале, а девочки далеко… Но, кроме Венса, есть ещё кое-кто, способный свободно перемещаться сквозь границы миров…       Интересно, Скай волнуется обо мне? Хоть чуть-чуть? Или до сих пор дуется? Когда Венс забрал меня к себе на Фабрику, он пришел за мной. Заберет ли меня и сейчас?..       Тяжело вздохнув, я обняла колени и сложила вокруг себя хвосты. Ну, и что теперь? Раскаты грома, дополнявшиеся вспышками — единственное, что было слышно первое время. Но через пару минут до моих ушей донесся слабый голос:       — Эй… Эй, девушка… Выгляни в коридор…       Я вскинула голову, оглядывая темноту. Мой сосед все так же сидел и молчал. Тогда кто это?..       — Да выгляни же! — нетерпеливо повторил неизвестный.       Я поднялась и, подойдя к двери, заглянула в зарешеченное окошко. В таком же окошке двери напротив виднелось чье-то лицо. У мужчины были белые слегка кудрявые волосы, собранные в растрепавшийся хвост, бледное лицо и золотистые глаза. Голову венчало нечто, напоминающее венок из веток.       — Наконец-то выглянула… — выдохнул он, увидев меня. — Как тебя зовут? Моё имя Глитч.       Говорил он с небольшим придыханием, словно только что бежал или сильно испугался.       — Алуна, — тихо отозвалась я.       — Эй, Алуна, хочешь выбраться? — сразу спросил новый знакомый.       Я задумалась. Выбраться-то хотелось, но можно ли верить тому, кто попал в тюрьму? Хотя… Я тоже в тюрьме, так что выбирать не приходится. Я кивнула.       — Хорошо, — сказал он, заметно успокоившись. — Видишь ли, я могу взломать замки на дверях. А вот пройти мимо стражей — нет. Они тут же скрутят меня.       — А я-то вам как помогу? — спросила я.       — Твой сосед… — он прижался белым лицом к решетке, тщетно пытаясь разглядеть моего сокамерника. — Известная личность. Я слышал о нем. Его зовут Мертвая Птица. Он подчиненный Ская. И очень сильный. Если ты развяжешь его и убедишь пойти с нами, то я сломаю замки и мы выберемся.       Я удивленно повернула голову в сторону парня. Он тоже знает Ская?       — Только он очень молчалив, — добавил Глитч. — Так что быстрого ответа ты от него не дождешься.       Снова вспыхнула молния, осветив темный силуэт.       — Хорошо, — ответила я. — Но мы поднимемся наверх и заберем ещё кое-кого.       — Хорошо, хорошо! — быстро дал он согласие. — Иди уже!       Я отошла от двери. Подойдя к парню, присела на корточки. Он поднял голову, и его странные глаза недоуменно расширились.       — Тебя же Мертвая Птица зовут? — спросила я. — Мое имя Алуна. Кивни хоть, что ли… — добавила я, видя, что он не собирается отвечать.       Парень слегка кивнул.       — Слушай, нам нужна твоя помощь, — перешла к делу я. — Ты же хочешь отсюда выбраться?       Парень снова кивнул.       — Хорошо. Тогда поможем друг другу. Если я тебя развяжу, ты сможешь одолеть стражу?       Парень кивнул не сразу, задумавшись, но вскоре, получив положительный ответ, я когтями разорвала его путы. Освобожденный парень стал растирать затекшие запястья.       — Глитч, он с нами! — сообщила я, вернувшись к двери.       По ту сторону коридора послышалась какая-то возня. Что-то щелкнуло, и в окошко я увидела, как противоположная дверь открылась. Глитч вышел и крадучись пересек коридор.       — Отличная новость. — Он стал колдовать шпилькой над нашим замком.       Когда в двери что-то щелкнуло и она открылась, он спрятал свой инструмент посреди сухих веток в венке на голове.       — Идем, — мужчина поманил нас к главной двери.       — Нам нужно на верхние этажи, — напомнила я. — Там мой друг. Найдем его и уйдем отсюда.       Глитч повернулся ко мне.       — Как истинный торговец, я, конечно, против, так как лучше всего уходить отсюда прямо сейчас и прямиком к выходу, но в силу обстоятельств мой товар тоже где-то наверху, так что обязательно обшарим всё хорошенько.       Мертвая Птица молча посмотрел на нас, а потом направился к двери, ведущей на лестницу.       — Стой! — сдавленно воскликнул Глитч. — Там же караульные…       Но парень не остановился и распахнул дверь. За ней и вправду стояли двое охранников. Схватив одного из них за ворот рубахи, Птица отправил его в полет навстречу стене. Звучно ударившись головой, мужчина благополучно отключился.       Второй успел выхватить меч из ножен, но парень оказался быстрее, вырубив его ударом в челюсть. Когда охранник осел на пол, Мертвая Птица повернулся к нам, мол, путь открыт, идем дальше, и, перешагнув бессознательное тело мужчины, спокойно пошел к лестнице.       — Ух ты… Как эффективно, — поразился Глитч, перестав шептать. — Теперь я понимаю, почему Лорд демонов держит его у себя.       Мы двинулись за черноволосым, чей красный шарф маячил впереди. Поднявшись на первый этаж, где нас с Венсом разделили, пошли дальше вверх по лестнице. За окнами давно царила ночь, её черноту то и дело освещали вспышки молний, гремел гром, ветер бил по оконным стеклам — на улице разразился настоящий ураган.       — Так… Хранилище улик должно быть где-то на этом этаже, — сказал Глитч, когда мы пересекли несколько пролетов.       Он быстро прошел по выбранному коридору, мы с Птицей молча шли за ним.       — А ты знаешь, где здесь кабинет Хранителя Весны? — спросила я.       — Да, — отозвался он, — но сомневаюсь, что твой дружок там. Ночью здесь, кроме караульных, никого нет, это я тебе как частый посетитель этого места говорю.       — Ты здесь не в первый раз? — удивилась я.       Глитч остановился возле одной из дверей, на которой висела табличка с какой-то иномирной абракадаброй, вновь достал из своего венка шпильку и принялся ковыряться в замке.       — А то, — хмыкнул он. — Лесники довольно часто ловят меня во владениях Весны. Тут растут очень редкие травы, которые на черном рынке чуть ли с руками не отрывают.       Замок щелкнул, и дверь открылась. Глитч зашел в темноту. Мы с Птицей за ним. В этой комнате был склад вещей, отобранных у заключенных и используемых как улики. На полках с трудом можно было разглядеть оружие, какие-то бутылки с сомнительным, иногда светящимся содержимым и много другой всячины.       — Вот он, мой родненький… — пробормотал Глитч, вытаскивая откуда-то большой черный рюкзак. — Ну-ка, всё на месте?       Он открыл его и посветил неизвестно откуда взявшимся маленьким фонариком. Из-за его плеча я увидела, что рюкзак полон красивых голубых цветов. Птица тоже с интересом рассматривал содержимое.       — Какие красивые… — выдохнула я.       — Да, красивые, — согласился Глитч. — Красивые и очень коварные. Это цветы Жуткой Жути. Их назвали так за то, что у этого голубого растения своеобразное чувство юмора. Когда до них дотрагиваешься, их пыльца накладывает иллюзии, которые могут неслабо напугать. Например, внезапно отрастает третья рука. Конечно, ненастоящая, но будет выглядеть правдоподобно. Я, когда собирал их впервые, без перчаток, прочувствовал это на своей шкуре. Мне казалось, что мой венок отрастил себе ветвистые щупальца и принялся меня душить. А в следующий миг обнаружил себя на земле, барахтающимся и хватающимся за шею.       Он закрыл рюкзак.       — Вообще это просто защитный механизм, чтобы отпугивать животных и глупых людей. Но люди умные догадались делать из него пудру иллюзий. За нее-то мне хорошо заплатят, — пояснил Глитч.       Мертвая Птица между тем стал ходить вдоль полок с оружием. Остановившись возле одной из них, он достал оттуда какой-то предмет. Им оказалась большая коса, к косовищу которой была прикреплена бирка. Оторвав её, Птица закинул косу на плечо.       — Алуна, я сомневаюсь, что твой друг здесь, — сказал Глитч, рассматривая меня. — Но если так хочется, я могу вскрыть кабинет Хранителя и проверить. Кстати, у тебя такие хвосты пушистые… Не хочешь продать мне несколько? Я думаю, на такие воротники найдутся хорошие покупатели…       — Они бесценны и не продаются! — осадила его я. — А проверить кабинет нужно обязательно!       — Что ж… А жаль… А жаль… — расстроился Глитч, продолжая бросать сквозь темноту на мои хвосты алчные взгляды. — На хорошую шерсть всегда есть спрос…       Мы вышли в коридор и вернулись к лестнице. Поднявшись на ещё один этаж, Глитч отыскал дверь Хранителя. Но кабинет Алистера оказался пуст.       — Я же говорил, — пожал плечами купец. — Тут никого не будет…       Неожиданный шум заглушил остаток его фразы. Был такой грохот, что создавалось впечатление, будто по лестнице на всей скорости катится тележка с кастрюлями. Только не вниз, а наверх, потому что грохот с каждой секундой усиливался. Потом до нас дошло, что это бряцание доспехов.       — Они должны быть где-то наверху! — донесся мужской голос. — Центральная дверь не взломана!       Кажется, караульные очухались. И друзей позвали…       От ужаса я забыла, как дышать, Глитч застыл, а перья на крыльях Птицы встали дыбом. Не сговариваясь, мы втроём ввалились в кабинет Алистера. Птица догадался забаррикадировать дверь комодом. Стопки бумаги, возвышавшиеся на нем, разлетелись по помещению.       Стража медленно, но верно обшаривала этаж, проверяя каждую комнату. Теперь их было не двое, а намного больше. Мертвая Птица, даже будучи вооруженным косой, с ними не справится.       Наши взгляды хаотично метались по кабинету, но ничего, что могло бы нам помочь, на глаза не попадалось.       За дверью послышались шаги. Кто-то вставил ключ в замок и повернул, толкнул дверь, но она, подпертая комодом, не поддалась.       — Эй, все сюда! Я, кажется, нашел их! — прозвучал голос с той стороны двери. Прогремел топот нескольких закованных в металл пар ног — компания за дверью пополнилась. — Не поддается! Давайте, навались! И раз!..       Дверь будто выгнуло внутрь. Птица и Глитч кинулись удерживать оборону и комод. Я всё крутила головой, ища пути к спасению. Или отступлению… Сверкнула очередная молния, на миг осветив комнату. Точно!.. Окно!       Я подбежала к нему и дернула щеколду. Створки тут же распахнулись. Сильный ветер вперемешку с крупными каплями дождя ударил мне в лицо. Шторы взметнулись, а разбросанные по полу листы, словно взбудораженные птицы, стали летать по комнате.       — Что ты делаешь? — пропыхтел Глитч. Удерживать дверь становилось всё труднее.       — Птица, бери Глитча и улетаем отсюда! — перекрикивая вой ветра, огласила я.       Черноволосый кивнул, тут же оставил комод в покое и ухватил за руку купца, потащив к окну.       — Что?! — запаниковал Глитч, поняв наш маневр. — Нет! Я не уйду без рюкзака! Мои цветы!..       Он вцепился краешками пальцев за одну из лямок оказавшегося, по всей видимости, слишком тяжелым рюкзака, игнорируя попытки Мертвой Птицы затащить его на подоконник.       — Глитч! Оставь это! — закричала я. — В ураган с сумкой далеко не улетишь!       — Я не могу!.. — завыл он. — Мои цветы!..       Вой ветра, раскаты грома, постоянные вспышки молний, удары тяжелых капель о крышу и стены, крики стражи, выламывающей дверь, нытье Глитча по поводу сумки — всё это смешалось в одну кашу.       Схватив купца за вторую руку, я помогла Птице затащить Глитча на подоконник и обоих выпихнула в окно. Парень тут же, раскрыв черные крылья, взлетел. Глитч, вцепившись в парня мертвой хваткой, продолжал завывать о своих дорогих товарах Птице в ухо. То ли дождь тому виной, то ли купец и вправду расплакался из-за потери.       Раздраженно вздохнув, я кинулась вглубь комнаты. Только успела схватить рюкзак с пола, как дверь выбила стража. Появившихся в дверях мужчин ослепила вовремя сверкнувшая вспышка. Пока они ловили цветных зайчиков, хлопая глазами, я успела вернуться к окну и прыгнуть следом за Мертвой Птицей, которого уже немного отнесло ветром.       Когда я раскрыла свои крылья, меня тут же подхватил ураган. Ещё этот рюкзак… Тяжеленный, собака… Такое ощущение, будто Глитч всерьез занимается продажей стройматериалов. В частности кирпичей.       Из окна показалась стража. Прыгнуть за нами они не могли, а потому остались внизу корчить злобные рожи и ругаться отборным матом.       А мы с Птицей полетели над домами подальше от здания суда. Но ежу понятно, что в такой ветрище далеко не улетишь. Выбрав один из домов повыше, я подлетела к чердаку и выбила стекло из маленького круглого оконца лисьим пламенем. Запихав туда сумку Глитча, я помахала Мертвой Птице, чтобы он летел за мной, после чего пролезла внутрь.       Вместе мы затащили на чердак Глитча. Сам Птица залез последним. С нас троих ручьями текла вода. Купец ползком добрался до своей любимой сумки, обнял её и вместе с ней завалился набок, больше не подавая признаков жизни.       Мертвая Птица, чудом сумевший утащить с собой ещё и косу, завалился в кучу хлама в углу.       Вытянув из той же кучи пыльное покрывало, я замоталась в него по самые уши. Мое летнее платье не предполагало полетов в ураган под ледяным ливнем.       В отличие от парней, которые отрубились моментально, я не могла так быстро уснуть. За сегодняшний день столько всего произошло…       Из всего этого выходит… Что Скай убил и лучшего друга Алистера? Поэтому Хранитель так на него злится.       Но самое странное то, что даже после этого Скай не становится мне противен. Мне просто очень печально. Сколько ещё подобных историй мне придется выслушать о монохромном демоне?..       Сон накатил внезапно. Сначала мне снился пляж Зеркального Озера. Потом мне приснились Алистер и Скай. Оба орали друг на друга и перетягивали, как канат, сумку Глитча. Скай хотел забрать себе цветы Жуткой Жути, чтобы украсить ими подвалы, а Алистер кричал, что таково последнее желание его лучшего друга — чтобы сумка не досталась Скаю. Рядом с ними на цветастом покрывале сидели Мертвая Птица и Глитч. Последний ревел, потому что обещал обменять этот рюкзак на косу Птицы — на нее нынче есть спрос.       Проснулась я внезапно от очередного раската грома. Свернувшись в клубок в коконе из пыльного сукна, закрыла глаза, снова уснув и забыв свой сон начисто.