ii
15 марта 2021 г., 13:29
Самое время поставить на паузу и перемотать — чтобы вернуть все на пару ночей до этого, когда Тау Чи устраивали их ежегодную вечеринку перед промежуточными экзаменами. К ночи, когда Минхо напился чтобы поцеловать Питера; к ночи когда Сынмину пришлось звонить Крису, чтобы он помог собрать пьяных братьев, потому что его парень был ответственным студентом, пытающимся получить дополнительные баллы.
Крис дошел до дома TXT за рекордное время; вечеринка уже начинала сворачиваться, но все это означало, что большинство гостей уже было под кайфом или пьяными, но все еще отрицали свою готовность к возвращению в их дома — или общежития, чтобы то ни было.
Первым был замечен Ай Эн, один из их новичков, потому что он сидел снаружи на ступеньках с девочкой из Фи Ро Му. Он был подвыпившим, но в большинстве трезвым — вы бы не поняли что он пил, если бы не факт, что он был абсолютно уверен в своих подкатах к девушке с которой он был.
«Ему на пользу» — было первой мыслью Криса, потому что он знает, что Чонин положил глаз на нее еще в начале семестра. Он был также благодарен за то, что Ай Эн был достаточно трезвым, чтобы проинформировать его, что Хенджин уже ушел раньше с его девушкой, поэтому как минимум на одного человека меньше беспокоиться.
Как только он вошел внутрь, Сынмин практически прилип к нему, вместе с Минхо и Питером.
— Я отведу этих двух идиотов домой, — он говорит Крису, морщась пока пытался удержать Питера в вертикальном положении. У Минхо тем временем глупая ухмылка украшала его лицо, даже если он дул Сынмину в ухо.
Крис наградил Минхо строгим взглядом в попытке передать его Разочарование, но серьезно, ему просто хотелось расмеяться, потому что Сынмин был прав, и они оба были большими идиотами. Тем не менее, он также знал, что Сынмин оторвет его голову, если он хоть как-то покажет, что ему смешно из-за его проблем. Ким был на пару лет младше него, но иногда он действительно пугал Криса.
— Я бы забрал Феликса первым, но–, — младший вздохнул. — Он в ванной наверху, — он обьясняет. — Я сказал ему, что ты уже идешь помочь и он сказал, что подождет тебя — и потом он отказывался сдвинуться с места. Я думаю ранее он пил шоты с текилой — я не могу быть уверенным, потому что я пришел сюда поздно.
— Ладно, — Крис кивнул и похлопал Сынмина по спине. — Феликс на мне, но — ты уверен, что я не могу помочь тебе с этими двумя?
Сынмин покачал головой.
— Я разберусь с ними, просто–, — он поджал губы и серьезно посмотрел на Криса. — Позаботься о Ликсе.
— Угу, конечно бро, — он еще раз кивнул. — Ай Эн снаружи — может он мог бы помочь с этими двумя.
— Хорошо, я спрошу его, — Сынмин одарил его легкой улыбкой; это выглядело как будто он пытался сообщить что-то, но Крис не был уверен что, поэтому он позволил этому раствориться в глубине его мыслей. И потом они разделились и старший проложил свой путь к лестнице в доме ТХТ.
Он легко нашел ванную комнату — по правде говоря, второй этаж должен быть вне досягаемости для не Тау Чи, но Сигма Каппа и Тау Чи всегда хорошо ладили, и Феликс - это Феликс, ангел среди людей, поэтому Крис не был удивлен, что ему удалось получить разрешение для второго этажа. Сынмин скорее всего спросил Бомгю или Субина может ли Феликс проблеваться в чистой ванной или что-то вроде того.
Крис осторожно постучал в дверь перед тем как медленно толкнуть ее. Конечно же, он нашел Феликса свернувшимся на полу, перед унитазом, выглядя бледным и обезвоженным.
— Хэй бро, — Крис поздоровался с ним, как только он вошел внутрь маленького пространства, закрывая дверь за ним. — Ты в порядке?
— Дружище, — было что-то в том как Феликс выплюнул эти слова; приправленные долей яда, было слишком чуждо слышать это от Феликса, который в девяносто девяти процентах случаев говорит с искреностю. — Ты пришел.
— Ага, — Крис посмеивается, когда присел перед Феликсом. Он предложил бутылку воды, которую он схватил с кухни по дороге наверх. — Выпей.
— Уже и так выпил слишком, — пробубнил Феликс; он звучал как маленький в этот раз — уставший и обиженный.
«Мило» — подумал Крис, и потом он быстро поинтересовался все ли с ним впорядке, потому что его младший «брат» напился в дрова, и все еще — это было одной из повторяющихся мыслей все равно крутящихся в его голове.
— Да, но тебе нужно выпить немного Н2О, бро, — отметил он, откручивая крышку бутылки, и поднес ее ближе к губам Феликса.
— Перестань так меня называть, — проворчал он; намек на яд в его тоне вернулся, заставая Криса в расплох — даже больше когда младший выхватил у него бутылку.
— Чувак, что–, — он собирался спросить что не так, но его вопрос закончился вздохом вместо этого, когда Феликс сделал большой глоток воды.
— Прос–, — он начал, после того как выпил половину содержимого бутылки за один раз, только чтобы прервать себя на половине извинений, его выражение лица искажало дискомфорт; он тяжело задышал, один, два раза, а потом он развернулся и его вырвало в унитаз.
Крис не смог не поморщиться; рвота Феликса была ужасно бледно-оранжевой, в большинстве жидкой с кусочками Бог знает чего. Он протянул руку с волнением, аккуратно поглаживая затылок Феликса, пока он нажал на кнопку смыва.
Его рвота закружилась, смешиваясь с водой и исчезая.
Феликс прорычал и прислонился ближе к касанию Криса.
— Я никогда не буду так пить, — он пробубнил. Крис засмеялся.
— Мне кажется ты это говорил на прошлой вечеринке тоже.
— Не может быть, — Феликс решительно машет головой. — С этого момента я пью только пиво. Никаких шотов текилы больше. Никакой жидкой храбрости.
Крис улыбнулся и погладил его по голове снова; младший лениво улыбнулся и прильнул к касанию. Он выглядел так очаровательно, что Крис не мог не почувствовать тепло, которое расползлось по его шее.
— Ты сможешь встать и пойти обратно домой? — Крис спросил, поднимаясь и предлогая руку Феликсу.
Младший сначала моргнул и попялился на руку, но только секунда прошла до того как он схватился за нее и попытался использовать ее как поддержку, когда пытался также подняться — это почти сработало, но все блевание очевидно пока не полностью очистило его организм от алкоголя, потому что он потерял равновесие, как только встал на ноги, шатаясь и натыкаясь прямо на руки Криса.
— Осторожней, — пробормотал тот себе под нос, пока помогал младшему устоять. Феликс такой маленький, и он был таким крохотный в хватке старшего. Вертикально между ними не было действительно большой разницы, но Крис коренастый — благодаря часам дисциплины, проведенным в спортзале, когда Феликс всегда был худым и достаточно легкого веса.
В тот момент Крис не мог не думать о том, что младший вписывается в его руки идеально.
— Я в порядке, — пробурчал Ли, пытаясь отстраниться от Криса и стать самому. У него получилось сделать несколько шагов из ванной просто замечательно, но Крис засмеялся все равно, потому что у него еле получалось пройти по прямой линии.
— Ликс, просто дай мне тебе помочь, ладно? — он настоял, быстро идя за младшим и оборачивая сильную и успокаивающую руку вокруг его тонкой талии.
— Ладно, — Феликс вздохнул. — Серьезно, — он проворчал, пока они оба осторожно спускались по ступенькам. — Нахуй текилу. Я не такой пьяный, Крис, я клянусь — просто не в равновесии.
— Ага, конечно, — Крис улыбнулся и аккуратно сжал его бок. — Тебе все равно нужна помощь.
— Ладно. Тогда тебе следует отнести меня домой! — заявил Феликс, тихое хихиканье вырвалось из него, когда они наконец-то вышли из дома, и они почувствовали холод, дыхание поздней ночи на их коже.
— Окей, — просто сказал Крис, отпуская младшего только для того, чтобы он мог наклониться перед ним предлогая свою спину.
— Подожди. А?
Крис посмотрел через свое плечо и ухмыльнулся из-за растерянного выражения Феликса.
— Ты сказал, что хочешь чтобы тебя понесли — или ты предпочитаешь, чтобы тебя несли в стиле невесты–?
Он подумал, что заметил как лицо Феликса покраснело на это замечание, но он не был уверен, было ли это из-за его комментария — или Феликс действительно был все еще пьян.
— Нет — ни за что! — младший засмеялся и дико замахал руками.
— Давай, — Крис показал ему, чтобы он залазил. — Так мы быстрее доберемся до дома.
Феликс поджал губы и прошло пару секунд; он никак вербально не прокомментировал, но довольно скоро он осторожно забирался на его спину.
— Это всегда случается в этих корейских дорамах, которые Хенджин всегда смотрит в гостинной, — он мягко заметил, пока Крис как следует подкинул его, чтобы лучше взяться.
— Да?
— Да.
Крис попытался усмирить глупую ухмылку, которая так и угрожала появиться на его губах. Что-то поистине было не так с ним, если он думал, что это была романтическая сцена, в тот момент как Феликс был явно не в себе. Опять таки, это была не его вина, что младший скорее всего подразумевал похожую романтическую атмосферу. Все таки дорамы Хенджина всегда были полны романтики.
Они шли в тишине пару минут, пока Феликс положил подбородок на плечо Криса; его дыхание было теплым на шее Криса — почти щекотливым, и ему потребовалось так много энергии, чтобы не смеяться и не хихикать из-за этого.
— Эй Крис, — Феликс прошептал, как только показался их греческий дом; это было немного неожиданно потому что тишина убедила его, что младший уснул.
— Да?
— Мне не нравится, когда ты называешь меня братом.
— А? — Крис был очевидно растерян. — Бро–?
Феликс мягко проворчал: — Я только что сказал–. Его голос звучал строго, и предложение было прервано разочарованным вздохом.
— Не важно.
Крис нахмурился.
— Ты пьяный, Ликс, — он прошептал мягко.
— Ага. Пьяный. Не в своем уме, — Феликс засмеялся, немного громковато, прямо Крису в ухо, заставляя его вздрогнуть. — Теперь ты можешь меня отпустить, — он заявил как только они ступили на лужайку их дома.
— Я не против отнести тебя наверх, — Крис отметил, но Феликс отцепился от спины Криса и спрыгнул с него без лишних слов. К сожалению, его равновесие все еще было нарушено и он оказался на его заднице, прямо возле ступенек на веранду.
Крис попытался сдержать смех — но он не мог не издать смешок, благодаря тому как очаровательно Ли хмурился на него.
— Я в порядке, — провозгласил Феликс, все еще немного громковато — без сомнения частично из-за его опьянения, но в тоже время он звучал как будто он пытался искупить вину за что-то.
— Я в порядке, я в порядке, — он продолжал повторять, пока покачиваясь зашел в дом, после того как Крис открыл дверь для них.
Крис был таким озадаченным, но это не помешало ему следовать за Феликсом по ступенькам, сохраняя между ними маленькое расстояние пока они не дошли до ванной на втором этаже.
— Я в порядке, — Феликс повторил ему последний раз. — Я собираюсь помыться и почистить зубы — тебе не нужно заботится обо мне в ванной, Крис. Я не твой малыш брат.
— Вау–, — Крис поднял руки в знак поражения. — Хорошо.
Он все равно стоял там пока Феликс не закрыл дверь в ванну перед ним, и затем он быстро пошел вниз, чтобы взять бутылки с водой — он не хочет чтобы Феликс переживал ужасное похмелье утром, поэтому меньшее что он мог сделать это убедиться, что он не обезвожен.
Когда он вернулся в их общую комнату, Феликса еще не было, поэтому Крис просто поставил бутылку на прикроватный столик младшего, вместе с наполовину пустым пузырьком аспирина. Он подумал о том, чтобы проверить Ли в ванной, засомневавшись только из-за того, как Феликс слегка сорвался на нем ранее.
Это оказалось зря, потому что минуту спустя дверь открылась и вошел Феликс; он выглядел более свежим, но все еще уставшим.
— Эй, — Крис обратил на себя внимание сидя на своей кровати. — Чувствуешь себя лучше?
— Чувствую себя больным, — пробубнил Феликс; он заметил бутылки с водой на его прикроватном столике, и он повернулся, чтобы посмотреть на Криса. — Эй. Спасибо. За — ты знаешь. За все.
Чан молча кивнул.
— Ликс — что-то беспокоит тебя? — он спросил, пока Феликс пил воду. — Ты знаешь, что ты можешь поговорить со мной.
— Я просто хочу спать, — младший шепчет, залазя под одеяло после того как он закончил пить воду.
Крис издал смешок.
— Точно, ладно. Я надеюсь тебе не будет очень плохо утром, — он заметил, пока выключал лампу возле кровати, в свою очередь, погружая всю комнату в темноту.
Он вздохнул про себя, растерян поведением Феликса; он не знал какие выводы делать из этого, но на самом деле ему не дали времени, чтобы обдумать это, потому что через пять минут он услышал тихий скрип и копошение, которое последовало за ним, со стороны кровати Феликса.
— Ликс? — он тихо позвал.
Крис не получил никакого ответа кроме еще нескольких шевелений; и потом он понял, что Феликс встал с своей кровати, и сейчас опустился на колени возле его.
— Крис, — он прошептал.
— Господи–, — прокашлял старший, удивленный; луна прибывает серпом, поэтому через шторы едва ли пробивался какой-либо свет; тени сделали Феликса немного жутковатым, но это был все еще Феликс, поэтому Крис вскоре стал спокойным снова. — Не подкрадывайся так ко мне, — он сказал со смешком, пока садился.
Он собирался потянуться к лампе, чтобы включить ее, когда Феликс остановил его, обхватывая его запястье своими крохотными пальцами.
— Что не так, Ликс?
— Я думаю–, — Феликс выдохнул, дрожа. — Я думаю во мне еще осталось достаточно жидкой храбрости чтобы–
Крис ждал, не уверенный, о чем говорит Феликс; но младший не сказал ничего снова. Следующей вещью, которую Крис почувствовал были губы Феликса на его собственных. Его глаза расширились от удивления, но Ли был настойчив; его хватка на запястье Криса стала жестче, и он прижался ко рту Криса сильнее. Чувствовался вкус мятной зубной пасты, за что старший был благодарен — он собирался пошевелиться, собирался поцеловать в ответ, когда Феликс отстранился с тихим вздохом.
— Спокойной ночи, Крис, — он прошептал, и затем были слышны звуки его мягких шагов, и шелест простыней, когда Феликс снова улегся в кровать.
Крис остался совершенно потерянным.
— Ну.
Сынмин младше Криса на добрые пару лет, но есть что-то в том, как он ведет себя, самоуверенно — особенно для того, кому только исполнилось двадцать один — что это почти пугающе. Более того, то как Сынмин смотрит на него в этот момент говорит Крису что он, скорее всего, собирается оторвать его голову — метафорически, очевидно, и не буквально, но все же. На самом деле менее страшно не стало.
— Ну? — Крис сидит прямо и пытается выглядеть как можно по-президентски — напоминание, что он не только старше, но и выше Сынмина по рангу в этом доме.
Ким не ведется и даже не моргает.
— Перестань играться с Ликсом, — Сынмин говорит ему, его тон спокойный и ровный, и первая мысль в голове Криса
Вот и оно.
Все таки, это определенно то, чего он ожидал.
Крис нервно засмеялся.
— Что? — он спрашивает, потому что он не боится притворяться невиновным.
Если бы это был кто-то другой, кроме Сынмина, он скорее всего, тут же встал бы и просто заявил, что они не знают, о чем говорят. Он? Играться с Феликсом — это последняя вещь, которую хотел Крис.
Но Сынмин лучший друг Феликса, его самый близкий человек в этом доме, которому он доверяет, и Крис согласится, что он вероятно знает лучше, чем старший о том, что происходит; все-таки, даже Крис запутался в том, что происходит.
Как минимум ему ясны сейчас его собственные чувства к Феликсу — не то чтобы это сильно помогло, потому что ему все еще нужно признать это вслух. По словам самого Минхо, реально ли что-то, о чем никто никогда не говорил вслух? (Минхо сказал эти слова когда-то, когда они все еще были новичками с заданием вычистить каждый угол в доме, и они случайно нашли спрятаную надутую куклу старшего брата — которая была странно и довольно самовлюбленно сделана в его точном образе; этого было достаточно, чтобы они оба покраснели и поэтому они пообещали никогда не разговаривать об этом снова; другой контекст, но смысл остается тем же.)
— Не притворяйся недалеким, Крис, — Сынмин звучит раздраженным. Он садится напротив Криса, на один из стульев, которые только что освободили Питер и Минхо, и он поравнялся с Крисом. — Ты знаешь, что именно я имею в виду.
— Сынмин, я просто пытаюсь насладиться моим завтраком здесь, — Крис упрямо спорит пока съедает еще одну ложку сухих хлопьев. — Хочешь? — он спрашивает, щедро двигая тарелку к Сынмину, который морщиться в ответ.
— Кто ест хлопья без молока? — он ворчит, отвращение украшает его черты.
— Питер и Минхо не сказали мне, что они допили молоко, — отмечает Крис. — И это не так уж и плохо.
Сынмин качает своей головой неодобрительно.
— Ты пытаешься сменить тему, но ты знаешь, что со мной это не работает так легко.
Он прав; Крис хорошо осведомлен, что Сынмин не тот тип, кого легко отвлечь и он обычно уважает его умение разделять и расставлять приоритеты — пока эти приоритеты не заставляют его говорить о своих чувствах к Феликсу, он полагает.
Затем снова, почему это должно быть плохой вещью?
— Крис, я не люблю совать свой нос в личные дела людей, но–, — Сынмин хмурится. — Это Ликс. Он ведет себя как раненый котенок–
— Правда? Я не–
— Рядом с тобой нет, — Сынмин перебивает категорически. — Потому что он не хочет, чтобы ты переживал. Ты знаешь, что он крайне влю–, — он останавливается и поджимает губы, его выражение выглядит так, будто он быстро перефразирует то, что он хочет сказать у себя в голове. — Смотри. Ты очень нравишься Феликсу. Прям по уши очень.
— Он не–
— Я уже сказал тебе не быть недалеким, Крис, — Сынмин действительно не дает ему закончить ни одно его предложение. Замечательно. — Он думает он разьяснил это тебе, когда поцеловал тебя той ночью, но ты здесь, все еще притворяясь перед ним — перед нами всеми.
Крис моргает.
— Он– Я –, — он выдыхает прерывисто; он понимает, что все из того, что говорит Сынмин не ложь.
Он полагает, что есть смысл в том, что у Феликса есть чувства к нему; из всех в этом доме Феликс всегда очень заботился о Крисе и о том, что он чувствует. Он единственный, кто всегда готов помочь, когда Крису нужна помощь — когда Крису нужно положиться на кого-то. Феликс всегда здесь с улыбкой и словами поддержки, но сложно чувствовать себя особенным, когда Феликс это буквально ангел, который не редко расхаживает с улыбкой и автоматически поднимает дух.
Именно поэтому Крис и влюбился в него в первую очередь.
Он полагает Феликс не расхаживает вокруг, целуя других братьев под влиянием — по словам самого Феликса, теперь когда Крис думает об этом — жидкой храбрости.
Поэтому — Сынмин очевидно знает о чем он говорит, и Крис идиот.
— Феликсу больно, что ты ничего не сказал, — Сынмин продолжает, ни разу не нарушая зрительный контакт. — Он набрался достаточно смелости, чтобы поцеловать тебя, и ты просто притворяешься, как будто этого не случалось.
— Я—, Крис хмурится. — Я думал он был пьян и что он ничего не помнит!
— Разве это не еще одна причина для тебя, чтобы поднять эту тему? — Сынмин щелкает языком.
— Я не хотел, чтобы он думал, что–, — Крис остановился; что он не хотел, чтобы Феликс думал? Что бы он на самом деле потерял, если бы поговорил с Феликсом об этом проклятом поцелуе?
Брата, возможно, говорит предательский голос на подкорке его головы. Кроме того, что прошло долгое время с тех пор как он перестал думать о Феликсе как о брате, и это заставляет его лицо потеплеть, из-за чего в свою очередь Сынмин награждает его странным взглядом.
— Он думает он растроил тебя. И что ты предпочтешь забыть, что это случилось, для начала. Я действительно не хотел так аттаковать тебя, — Сынмин говорит ему, и в этот раз его голос наконец-то становится мягче — немного извиняющимся. — Я знаю, я не могу говорить тебе что делать — ты взрослый парень, и ты самый ответственный человек, которого я знаю, но я чувствую, будто ты так сильно работаешь над отрицанием своих чувств перед собой — или хотя бы перед кем-то еще, и — ну. Ты вроде как должен себе и Феликсу что-то лучшее, — он шмыгает. — Кроме того, ты не надуришь никого. Минхо собирает ставки на то, как скоро ты соберешь себя в кучу и дашь Феликсу счастье, которое он заслуживает.
— Минхо?! — Крис таращиться в недоверии. — Этот засранец– я думал все будут ставить ставки на то, как скоро он и Питер соберут себя в кучу?!
Сынмин хмыкает.
— О, все и ставят, и если ты хочешь поспорить — мы можем поговорить позже, — Крис моргает; и затем он смеется, потому что, конечно Сынмин будет тем, кто собирает ставки на этих двух. — В любом случае, — Сынмин продолжает. — Я более чем уверен, что ты не хочешь, чтобы образцом твоей любовной деятельности были эти двое. Они идиоты. Ты обычно нет.
Крис пролежал на кровати всю вторую половину дня, просто смотря на потолок. Он написал своему куратору раньше и сказал ей, что случилось вымышленное, фальшивое чрезвычайное происшествие, поэтому он может перенести встречу на понедельник вместо сегодня.
Совсем безответственно, и совсем не похоже на него, но он не мог нормально сфокусироваться, в любом случае — разговор с Сынмином сделал его неспособным к обработке чего угодно, кроме мыслей о Феликсе, Феликсе и… ну. Феликсе.
Видимо этот парень способен превратить его в безумно влюбленного идиота, даже хуже чем это делал его подростковый краш в препубертатном возрасте. Кто знал?
(Окей, глубоко внутри Крис знал — и может поэтому он так сильно работал над тем, чтобы не признавать эти чувства.)
Согласно его часам, стоящим возле кровати, оставалось несколько минут до четырех дня, когда дверь в его комнату открывается и Феликс наконец-то входит туда.
— О, привет, чувак! — Феликс выглядит удивленным видя его здесь, и это приносит боль Крису, то как его глаза сразу же с ярких и взволнованных становятся неуверенными и почти грустными. — Я думал, ты уходил? Все в порядке — ты чувствуешь себя нормально?
Крис смягчается из-за волнения в голосе Феликса; даже когда ему больно, он ставит чувства других выше своих.
— Я в порядке, не переживай, — Крис убеждает его, пока садится и пододвигается к краю кровати; его глаза следят за Феликсом, пока младший идет к своей кровати, только чтобы наклониться к ее ножкам, чтобы достать до чего-то под ней.
— Парни хотят поиграть в мяч, — Феликс обьясняет, когда снова встает с оранжевым баскетбольным мячем в руке. — Если ты не чувствуешь себя плохо, хочешь присоедениться к нам? — он улыбается от ушей, но неувереннось отражающаяся в его глазах все еще там.
— Вообще-то, — Крис выдыхает и двигается немного в сторону, чтобы сделать место для Феликса рядом с ним; он хлопает по пустому месту. — Мы можем поговорить?
Улыбка Феликса ослабевает, и его выражение лица становится любопытным, но настороженным.
— О чем?
— Ум, — Крис намеренно останавливается и ждет пока Феликс наконец-то сядет возле него. — О той ночи.
Глаза Феликса расширились и его рот приоткрылся в идеально сформировавшуюся О.
— Мы не–, он морщится и его обычно глубокий голос на самом деле становится выше, когда он пытается заговорить. — Мы можем забыть, что это случилось, — он предлагает спокойно. — Мне действительно жаль… Я имею в виду. Мы братья. Я знаю что я переступил черту, и я — ух, — он заикается, и его щеки загораются глубоким оттенком красного. — Я извиняюсь.
Наступает тишина; Крис знает, ему нужно успокоить Феликса, но его сердце громом гремит у него в груди, отвлекая его от возможности найти идеальные слова, чтобы объяснить, что ему не должно быть жаль ни за что.
— Ладно, ага, — Феликс кивает и посмеивается нервно. — Хороший разговор, — он подытоживает, и это очевидно, что он собирается вставать — Крис не может этого позволить, не тогда, когда он не сказал его часть. Он быстро двигается и хватает Феликса за запястье.
— Подожди, — он говорит. Он пытается улыбнуться, но по тому как Феликс еще больше занервничал, он думает это скорее всего вышло как недружелюбная гримаса. — Подожди, — он повторяет, после того как глубоко вдохнул. Он пытается еще раз улыбнуться, и когда Феликс видимо раслабляется — даже если совсем немного — он знает что вышло лучше. — Прости, — он наконец-то начинает. — Ты не переступал ничего — ты не сделал ничего неправильного, и я —
Феликс шевелится, чтобы еще раз сесть возле него; в этот раз он смотрит прямо на Криса, его глаза широко открыты и полны надежды. Он выглядит очаровательно — его нижняя губа слегка подрагивает, пока румянец на его щеках делают его веснушки только больше выразительными. Он выглядит таким же драгоценным, каким Крис его знает в реальности, и он отвлекается от остальной части его речи, которую он собирался сказать.
— Крис–? — Феликс зовет его, очевидно ожидая продолжения.
— Я думал ты был пьяным, — Крис выдыхает. — Я думал, что поцелуй это был просто алкоголь, и я думал, я делал тебе одолжение, притворяясь, что этого не случилось — но он не был — он все равно не был чем-то, что я бы остановил, неважно был пьяным ты или нет. Я имею ввиду–, — он смеется, потому что теперь это он тот, кто спотыкается о свои слова. — Что я пытаюсь сказать, это то, что я бы очень хотел поцеловать тебя сейчас, когда ты трезв.
Это не было тем, что он имел ввиду раньше, но это определенно то, что действительно проносилось в его голове.
Феликс быстро моргает. «Оу» — он шепчет.
— Да, прости, — Крис смеется нервно. — Прости, это прозвучало странно, я просто–
— Ладно, — Феликс кивает. — Ты можешь поцеловать меня, Крис.
У Криса перехватывает дыхание, и действительно ли он услышал все так?
Да, он пологает — все-таки он почистил свои уши час назад.
Он пялится на Феликса, у которо сейчас на лице решительное выражение — ожидая и испытывая. И самое последнее что хочет Крис сделать это разочаровать его еще раз, поэтому он двигается. Он наклоняется, одной рукой держа крохотное лицо Феликса — и он останавливается, когда его лицо едва находится в сантиметре от Феликса, его мозг перенапрягается, как будто он не способен обработать тот факт, что он действительно собирается сделать это, после его тяжелой работы над тем, чтобы осознанно оттолкивать его чувства целый год уже.
И затем Феликс издает мягкий, нетерпеливый звук и все мысли в голове Криса улетают. Он срывается, прижимая губы к, на удивление, шелковым губам Феликса. Он двигает свою свободную руку вокруг худого тела Феликса, прижимаясь пальцами к пояснице для поддержки — так он чувствует, что Феликс расслабляется в его руках, и вскоре их губы приоткрываются, углубляя поцелуй медленно, но жадно.
— Я люблю тебя, — Крис находит себя выпаливающим в момент, когда они отстраняются, и боже блядский — он думает. Он придурок, у которого нет никакого контроля над своими собственными словами. Стыдоба, и все еще, он решает, что он не стыдится признания. — Я люблю тебя, — он повторяет уже с большей увереностью. Он держал свои чувства достаточно долго, и он знает Феликса достаточно для того, чтобы перестать продолжать быть скромным.
Особенно сейчас, когда Феликс смотрит на него с выражением, которое выглядит таким… загоревшимся.
— Крис–, — Феликс охает, только чтобы разразиться очаровательным хихиканьем. — Я тоже люблю тебя, — он сказал просто, счастливо. И потом он хихикнул несколько раз, пока наклонился чтобы оставить совершенно целомудренный поцелуй на губах Криса.
«Что за милый, очаровательный мальчик» — думает Крис. Добавляет к этому: завораживающий, очаровательный, восхитительный, драгоценный — Крис согласен пройтись по всему словарю синонимов, но то что действительно важно: Феликс теперь весь его.
— Наконец-то, — громкий знакомый голос кричит снаружи их спальни, как будто читая мысли Криса, и когда он смотрит в направлении двери то понимает, что она слегка приоткрыта — что Феликс не запер ее за собой раньше, когда пришел.
Питер — это Питер блядский Хан — громкий и шумный в коридоре; и если Крис сначала сомневался, что несносный комментарий Питера про него и Феликса, то Минхо, просовывающий свою голову в комнату через несколько секунд, развеял их все.
— Питер говорит–, — Минхо хмыкает, когда видит их, и Крис понимает, что он и Феликс все еще буквально переплетены между собой, с руками вокруг друг друга. — Черт, — он ругнулся. — Сынмин только что выиграл весь спор!
