Голос ветра

      Стохесс был одним из главных портовых городов на торговом пути, проходящем через всю Элдию. Насколько помнила Мирра, в этом большом городе, раскинувшемся у самой кромки необъятного водного простора, строили лучшие судна во всем королевстве. Корабли из Стохесса поставлялись и в Марлию, а местные плотники были известны на весь мир. Местные жители значительно отличались от тех, что населяли другие города. Мужчины и женщины казались абсолютно неприветливыми, с грубоватыми лицами и пронизывающими насквозь ледяными взглядами. Мирра однажды встретила нескольких жителей Стохесса в Тросте, где порой мастера закупали древесину и грубую непромокаемую ткань для парусов. Характер у этих элдийцев был подстать их внешности — несносный, грубый и жесткий, точно холодный камень. Девушка откровенно побаивалась их и уж точно не хотела вступать с ними в малейший контакт. Ей с каждым новым днем плавания всё чаще и чаще казалось, что старпом был родом именно оттуда — из такого светлого на первый взгляд прибрежного городка.       В лицо Мирре ударил свежий порыв ветра, вырывая из размышлений о том месте, куда сейчас неспешно плыла «Королева». Лёгкий бриз принес с собой запах соли, водорослей и трав, и девушка прикрыла глаза, растворяясь в этой свежести. Ветер принес с собой и властный голос капитана, что сейчас так же звучно и громко ругалась на команду, не стесняясь в выражениях, и Мирра снова задумалась о Ханджи. Они больше не разговаривали наедине с того дня, но что-то между ними всё же изменилось. Пусть и без слов, но золотое греющее изнутри чувство появлялось вновь и вновь в душе каждой из них, стоило Ханджи перехватить работающую девушку за руку, чтобы приостановить и дать поручение, или Мирре подсесть вечером поближе к капитану, чувствуя бедром тепло её ног. Теперь девушка не отводила взгляд от капитана, стоило той взглянуть на неё в ответ. Грозовой взгляд неприкрыто сталкивался с глазами цвета шоколада, но Мирра всё равно отчаянно краснела до самых кончиков ушей, и от этого щекотное чувство в груди Ханджи становилось лишь сильнее, расплывалось за ребрами быстрой рекой, заставляя сердце пиратки биться чаще. Капитану порой казалось, что её юная подчиненная смотрит прямо в глубину её души, видя насквозь каждое её сокровенное чувство и желание, и от этого почему-то становилось удивительно хорошо, воздушно и легко. В груди щемило от неозвученных чувств и Ханджи поражалась сама себе. Может быть Леви и был прав в том, что за эту любовь пиратке, возможно, придется отдать всё, что у неё есть, но капитан отчетливо понимала, что за любовь этой девушки с грозовыми глазами ей будет не жалко распрощаться со всем, что она имеет.       День за днем рука капитана задерживалась на руке Мирры чуть дольше, чем было необходимо, а поздними вечерами, когда команда отдыхала под громкие песни и шумные танцы, девушка сидела к пиратке совсем близко, вплотную, соприкасаясь с ней плечами и почти что обжигаясь от тепла, что согревало её изнутри. Порой Мирра дергалась от прикосновений Ханджи как от огня, да и сама капитан одергивала руку так, будто бы уже обожглась. Капитан всегда думала, что уж она-то достаточно сильна и велика для того, чтобы ничто не смогло сбить её с ног, ничто не могло согнуть её, но стоило грозовым глазам Мирры столкнуться взглядами со взглядом её глаз, и силы утекали из неё прочь, а сама Ханджи сгорала изнутри дотла.       Мирра раз за разом поддавалась золоту в груди, отдаваясь мимолетным порывам, робко касаясь руки капитана и чувствуя, как грубоватая большая ладонь накрывает ее собственную, делясь теплом. Порой в такие моменты девушка задумывалась о том, что же будет, если их отношения перейдут на совсем другой уровень, гораздо более далекий от этих мимолетных прикосновений, и от одной мысли об этом щеки заливал румянец и Мирра старалась отвести мысли в сторону от этого, подумать о чем-то неприятном, и она мысленно проговаривала то, о чем думала, сводя на нет дрожь в коленях. Но признаваясь себе, девушка осознавала, что и представить себе не может, что же происходит в спальне между двумя девушками, да и о том, что происходит между девушкой и мужчиной. Мирра никогда не слышала об этом от окружающих её людей, она совсем не знала, у кого об этом можно узнать. На ум приходили лишь старпом и Ханджи, но даже в мыслях это звучало абсурдно. Даже задумавшись лишь на мгновение о том, как уничижающе будет смотреть на нее Леви, прожигая насквозь ледяным взглядом, спрашивать у того перехотелось сразу же. Идти к пиратке звучало ещё глупее. Мирра едва ли смогла бы прошептать хоть слово в её присутствии, хитрый пронзительный взгляд карих глаз прибивал к земле намертво, лишая дара речи. Оставался лишь один вариант из всех тех, что могли бы прийти в голову девушке — найти в Стохессе бордель.       С кем советоваться? Как идти? Мирра не была настроена решительно на это путешествие по достопримечательностям города. Но вопрос о том, когда «Королева» вновь причалит к берегу был острым и спорным. План Ханджи был известен лишь тем, кто был с ней дольше всего, да и навряд ли капитан тратила бы свое время на то, чтобы останавливаться в затхлых городках и ждать, пока её подчиненные нагуляются вдоволь по кабакам и накувыркаются с портовыми шлюхами. А это означало лишь одно — последний шанс узнать хоть что-то был у неё только в Стохессе. Мирра была уверена, что в этом городе они остановятся надолго, ремонт «Королевы» требовал немало времени, но девушка точно понимала, что по одному Ханджи их не распустит после того, что случилось в Каранесе. Тот мужчина, чьё имя девушка так и не запомнила, мог сделать так, что королевские солдаты заполонили бы каждый город Элдийского королевства, лишь бы изловить всех пиратов легендарной морской ведьмы, всех до единого, и сейчас, когда «Королева» надолго остается у суши, нужно было быть предельно осторожными.       Мирра вздрогнула, вырванная из своих размышлений громким голосом капитана, которая сейчас громко крикнула: — Готовьтесь, Стохесс уже впереди! —пиратка стояла у штурвала и уверенно вела корабль вперед. В небе противно кричали чайки, то и дело срываясь ближе к воде и почти что ныряя в волны, а вдалеке светлой полоской белел Стохесс. Этот город значительно отличался от всех тех, в который Мирра была раньше — Стохесс был очень большим и светлым. Уже с такого расстояния можно было увидеть, как по склону холма рассыпаны аккуратные маленькие домики из песчаника, крытые черепичными крышами, которые будто бы казались игрушечными. Совсем вдалеке смутными очертаниями темнели башенки главной ратуши города и блестели золотом купола местной церкви. Весь Стохесс был будто бы выточен из светлого дерева руками умелого мастера, и город, несомненно, приводил Мирру в восторг.       Чем дальше плыла «Королева», тем лучше можно было рассмотреть этот город. Уже издалека виднелся порт, выстроенный из дубовых бревен, которые вдавались глубоко в воду, скрываясь под темной толщей моря. Кораблей было много, но это было неудивительно: многие капитаны страшились начала сезона штормов и предпочли остаться у берега, дабы не попасть под горячую руку морских богов. У причалов виднелись большие корабли со спущенными парусами, что мирно покачивались на волнах, небольшие речные суденышки, что мельтешили перед глазами своим несметным количеством, и совсем крохотные в сравнении с теми кораблями лодочки местных рыбаков.       Ханджи же прикрикивала на команду, и все засуетились, готовясь к швартовке, а Мирра всё так и смотрела вдаль, не в силах оторвать взгляд от Стохесса, и в голове девушки всё так же навязчиво стучала мысль: нужно будет прогуляться по городу, но с кем? Армин? Нет, этот юнга был слишком впечатлительным и точно бы не смог понять намерений Мирры. Саша и Конни? Звучало сомнительно. Девушка не хотела слушать насмешки в свой адрес на протяжении всего нелёгкого приключения. Оставался лишь Жан. Это решение пришло к Мирре почти молниеносно, и девушка развернулась спиной к открывающемуся виду на город, ища в толпе пиратов знакомую макушку. — Жан! —к удивлению девушки, голос едва ли не сорвался на фальцет, а юноша вздрогнул и обернулся, испуганно глядя на Мирру. — Мирра! Что случилось?! — на лице юнги отразился неподдельный страх, но не заметив вокруг ничего подозрительного или опасного, Жан тяжело выдохнул. — Прогуляйся со мной в Стохессе, пожалуйста, — девушка невольно переминалась с ноги на ногу, явно волнуясь и не находя себе места от неловкости и смущения, — Мне нужно кое-что… Узнать. И для этого мне позарез нужна твоя помощь, — Мирра потёрла затылок, неловко улыбаясь пирату. — Кракен тебя дери, я то уж думал, случилось что, — напряженные плечи парня потихоньку расслаблялись, а недовольное выражение никак не сходило с лица, — Что ж ты так орёшь… — и после, уже более мирно, Жан уточнил, — А куда ты, собственно, собралась? — В бордель, — и после слов Мирры юнга мгновенно поменялся в лице. Девушка едва-едва смогла выдавить из себя честное признание, снова заливаясь краской до кончиков ушей. Дыхание перехватило, и Мирра едва ли могла сделать вдох, а Жан, как ни в чем не бывало, хмыкнул: — Я, конечно, понимаю, что я неотразим, — юноша очень аккуратно подбирал слова, стараясь выразиться как можно осторожнее, — Но, боюсь, капитан Ханджи четвертует меня за такое… — лицо Жана стало непроницаемым, а Мирра едва ли не хлопнула себя по лбу из-за своей глупости и непонятливости юнги. — Да ты-то мне зачем? — девушка чуть нахмурилась, всё ещё краснея от своих собственных слов, — Мне туда нужно, чтобы поговорить, — Мирра с особенной интонацией выделила последнее слово, красноречиво глядя на парня. — В борделе? Поговорить? — по лицу Жана стало понятно, что ему с большим трудом удается не рассмеяться от абсурдности ситуации, но тот держался изо всех сил, стараясь не выставить Мирру ещё большей идиоткой. — Да чёрт! — девушка вскинула руки в гневном жесте, — Просто я ничего, абсолютно ничего не знаю, — Мирра подошла ближе к парню, чтобы никто другой больше не услышал её слов, — Вдруг это произойдет… Ну… Когда-нибудь произойдет… А я буду совсем как идиотка… — Жан понимающе кивнул на слова девушки, которая сейчас смотрела на него с искренним отчаянием в глазах. Мирра точно понимала, что доходчивее объяснить юноше не сможет, и даже это не давало ей не чувствовать себя полнейшей дурой. — Ох, надо же, наша девочка повзрослела, — лицо Жана расплылось в ухмылке, — Это что тебя сподвигло на такой-то подвиг? — парень говорил с лёгкой издевкой, и Мирра лишь отмахнулась от него. — Ой, да иди ты к черту, — раздраженно пробормотала девушка, махнув на того рукой, — Просто сходи со мной и всё! — Ладно-ладно, — Жан поднял руки в примирительном жесте, а улыбка всё никак не сходила с его лица, и выглядел юнга не то довольно, не то ужасно хитро и заговорщески, — Я ведь не могу отказать даме в помощи, — и парень рассмеялся. Смех его зазвучал громко и заливисто, отчего на них косо взглянули несколько пиратов из команды, а Мирра поняла, что румянец так и не сошёл с её щёк. — Спасибо, — девушка почти физически ощутила себя так, будто бы с её хрупких плеч упала гора, но теперь её нелепое решение казалось ей ещё глупее, чем на первый взгляд. — Да всегда пожалуйста, дорогая, — Жан хитро прищурился, — Тебе такие познания никогда не помешают, — парень улыбался, как кот, наевшийся сметаны. — Только давай без комментариев, — Мирра тяжело вздохнула, собираясь отойти, но ей вслед донесся задорный голос юнги: — Куда же без комментариев, — Жан уже не сдерживал смех, что рвался из него, — Мы же учиться идем, а значит комментарии тут необходимы. Может и я чего нового узнаю. Только ты расслабься и получай удовольствие! Не забудь об этом! — и Мирра точно поняла, что обращаться к Жану было худшей идеей из всего её абсурдного плана.       Порт Стохесса все приближался и приближался, становясь совсем близким. На корабле вновь поднялось столпотворение — матросы носили к бортам «Королевы» мешки с шерстью, чтобы корабль не разбился при столкновении с пристанью. Корабль начал швартоваться, а за бортом по деревянному настилу забегали портовые рабочие, принимаясь подтягивать корабль ближе к пристани за швартовые. Мирра и не заметила, как к ней подошла Ханджи, становясь совсем близко и почти соприкасаясь с ней плечами. Капитан подкидывала в воздух увесистый мешочек с золотом и ловко ловила его, слыша звонкий перезвон монеток. Едва-едва слышно, заметно лишь для Мирры, пиратка прошептала: — Не гуляй по городу одна. И не влипни в неприятности, — шепот женщины обжигал ухо девушки, отчего та невольно вздрогнула, кивнув, а после сразу же почувствовала, что Ханджи отходит от неё, чтобы снова дать напутствия своей команде. — Городскую стражу обходить, по одному не разгуливать, — Ханджи окинула взглядом команду, прожигая взглядом каждого пирата, — Вернуться до наступления темноты, всем понятно? Мы тут не на курорте, — красноречивый взгляд карих глаз говорил сам за себя, — Все свободны! — капитан подытожила свою речь и первой спустилась на помост, отчего доски под её ногами протяжно заскрипели. — Мы с Жаном пойдем прогуляемся по городу, — Мирра уверенно толкала юношу в спину с уверенностью в том, что юнга ухмыляется, портя всю загадочность, — Обещаю, с нами всё будет хорошо, — девушка неловко улыбнулась капитану, едва заметно кивнув. — Да-да, — парень подтверждающие закивал, он едва ли не смеялся, давясь своим собственным смехом. Мирра отчетливо видела, как плечи Жана дрожат, и где-то в груди неприятно заворочалась злость на юнгу.       Стоило им выйти с причала, их обоих охватила суета портового города. Мирра почувствовала себя так, будто бы снова вернулась в родной Трост. Всё это беспокойное столпотворение на улочках, что казались гораздо шире и чище, весь этот шум и гомон, всё здесь навевало странную тоску и чувство ностальгии. В груди затянуло, вмиг стало удивительно тяжело на душе. Мирра почувствовала вину перед Ханджи. Наверное, было слишком глупым с её стороны так поддаваться неведомому порыву, когда капитан даже не раскрыла ей своё сердце, но отчего-то, даже без клятв в любви, девушку мучила совесть. Незаметно для себя, окончательно погрузившись в размышления, Мирра ускорила шаг, и теперь Жан едва поспевал за девушкой. Она ловко петляла между людьми, направляясь в неведомом даже ей направлении. — Тебе что, так не терпится? Смотри, как бежишь, — юнга снова расплылся в своей дурацкой улыбке, — Прямо со всех ног, — парень захихикал и покачал головой, — Давай немного помедленнее, я совсем не успеваю за тобой. — Жан! — Мирра резко остановилась на месте, так, что юноша едва ли не влетел в неё, — Я просила тебя помочь мне, а не ржать надо мной, — щеки девушки снова предательски горели. Мирра невольно топнула ногой, вызывая у Жана новый приступ смеха. — Извини-извини, — юноша поднял руки в примирительном жесте, — Я просто не могу сдержаться, — парень снова хихикнул и тут же ойкнул от подзатыльника, который дала ему Мирра. Девушка развернулась на пятках и скрестив руки на груди зашагала вперёд, к зданию с вывеской «Голубой лотос». Отчего-то хотелось, чтобы все поскорее закончилось.       В такой час в «Лотосе» почти никого не было кроме тех девушек, что там работали. Мирра буквально вросла в пол, окутанная запахами масел, духов и благовоний. Приглушенный свет не давал толком разглядеть помещение, а от сладкого запаха немного кружилась голова, и лишь слабые порывы ветра разгоняли этот аромат. На невысоких и мягких на вид диванчиках сидели девушки, но выглядели они совершенно не так, какими Мирра привыкла видеть работниц борделей. Никакого вычурного макияжа, казалось, совсем никакой краски на лице, и лёгкие воздушные одеяния, которые больше скрывали, чем показывали, оставляя безграничное пространство для полета фантазии. Заведение выглядело богато. Девушка прикинула, сколько у нее денег. Её скромных сбережений должно было с лихвой хватить на разговор. Мирра весьма туманно представляла себе порядок цен в таких местах. — Чего стоишь? — Жан склонился к девушке, негромко шепча ей слова, — Иди давай, ты же так сюда рвалась, — парень, едва было, не засмеялся, но Мирра совсем ничего не ответила на очередной подкол. Она лишь с трудом сглотнула комок в горле и сделала неуверенный шаг к стойке, за которой сидела девушка, что, казалось, была не намного младше капитана — на вид ей было не больше двадцати пяти. Мирра никогда не встречала таких девушек — немного грубоватые черты лица, коротко стриженные светлые волосы и глаза, как всегда считала девушка — зеркало души, были черными, затягивающими в себя, будто бы омуты. Легкий шелк, что дымкой лежал на красивых плечах хозяйки борделя, приковывал к себе внимание, стекая волнами по стройному телу, а на открытой высокой красивой шее блестело колье, явно выполненное тем, кто знал своё дело. — Добро пожаловать в «Голубой лотос», — бархатный голос девушки разрезал тишину в помещении, окутывая приятным звучанием, — Меня зовут Елена и я готова предложить вам лучших в любовных делах девушек Стохесса.       Мирра замерла на месте, не в силах вымолвить ни слова. Вся решительность мигом куда-то пропала, оставляя после себя лишь непонимание и стыд. Девушка совсем не понимала, с чего ей начать, и, как ей показалось, в глазах Елены сверкнул понимающий огонёк. — Я могу предложить вам девушку, что будто бы изо льда, но в постели горяча, как огонь, — Мирра уже точно чувствовала, что от каждого слова этой девушки она краснеет всё сильнее и сильнее. Но этот, казалось, непрекращающийся кошмар, прервал Жан, обратившись к Елене. — Эта леди, — ладонь юноши опустилась на плечо Мирры, — Пришла спросить совета в любовных утехах, — взгляд Елены, направленный на девушку, сверкнул любопытством, но она тут же опустила взгляд, не давая никому понять этого. — Любопытно, — едва слышно прошептала блондинка, и тут же продолжила, — Тогда вы можете выбрать любую девушку, которая вам приглянется. Цена за беседу — четыре золотых, расплачиваться тоже будете с ней, — на губах Елены заиграла легкая улыбка, но черные глаза были такими же холодными, они совсем не улыбались. Мирра почувствовала, как по спине катится холодная капля пота, а язык совсем ее не слушался. Девушка стояла в ступоре, не находя в себе сил даже осмотреться вокруг. Мирра и не заметила, как к ней подошла высокая девушка, обвивая руками ее талию и жарко шепча на ухо: — Ты такая милая, — на красивой, чуть смуглой коже лица девушки, мелкими пятнышками выделялась россыпь веснушек, а хитрый взгляд, казалось, видел Мирру насквозь, — Идём со мной, дорогая, я расскажу тебе даже о том, о чем ты даже не имеешь представления.       Девушка, которая представилась, как Имир, отвела Мирру за ширму, к удобному мягкому дивану, и пиратка буквально чувствовала, как ей в спину устремлён насмешливый взгляд Жана. Чуть меньше, чем через час, Мирра вылетела из-за ширмы, краснея, казалось бы, ещё сильнее, чем до этого, а смех юнги, что пришёл вместе с ней, стал ещё громче и противно отдавался в висках тупой болью. Мирра сгорала со стыда, и, казалось, не смогла бы заговорить больше ни с одним живым существом, если бы к ней сейчас не подошла Елена, одетая уже совсем по-другому, абсолютно обычно, точно так же, как одеваются девушки в провинциальных городках королевства Элдии. Только сейчас девушка заметила, насколько хозяйка борделя была высокой: Мирре нужно было значительно поднять голову, чтобы снова взглянуть в леденящие душу черные глаза. Теперь Елена улыбалась более тепло, и даже в ее глазах едва заметно плясали искорки от улыбки. — Прошу прощения, юная госпожа, — девушка галантно протянула Мирре руку, чтобы после склониться и оставить поцелуй на тыльной стороне ее ладони, — Мы с вами не успели толком поговорить, — голос Елены источал сладость и тёк, будто бы нектар, — Не сочтите за дерзость, но могу ли я вас проводить? — Мирра вновь почувствовала это оцепенение, охватывающее её с ног до головы, но нашла в себе силы слабо кивнуть, соглашаясь с предложением девушки.       Шли они в полной тишине, разбавляемой лишь шумом города и криком чаек, парящих над морем. Иногда Елена задавала вопросы, и Мирра отвечала, но совсем немного и почти односложно. Эта девушка немного пугала её. Вдалеке показалась пристань, и чем дальше они шли, тем ближе и четче становились очертания кораблей у причала. «Королева», как смогла заметить Мирра, всё так же покачивалась на волнах, но теперь корабль выглядел чище и аккуратнее, рабочие, которых наняла капитан, точно работали на славу. Остановившись у самого трапа, ведущего на корабль, Елена вновь поцеловала тыльную сторону ладони девушки, заставляя ту судорожно краснеть: — Приятно было иметь с вами дело, Мирра, — сладкий низкий голос звучал нежно и приятно, а имя из уст девушки прозвучало так, будто бы мурчала кошка.       А Ханджи наблюдала за этой картиной краем глаза, и в глубине её души горячее золото затмевала холодная беспощадная ревность, которая раздирала сердце на куски.