Две противоположности.

      Меня разбудил звон будильника. Я села на кровати и потянулась к телефону, выключая противный писк. Сегодня у меня самый ответственный день. Я старалась убрать из головы все плохие мысли, но это не помогало и становилось только хуже. Я боялась, что не сдам, и все эти годы прошли впустую. Я боялась подвести Мими, которая верила в меня больше, чем в себя саму. Ади, Ноя и Эдисона, которые внесли свой вклад в мои знания и, не задумываясь, говорили о том, что я справлюсь. Маму и папу, какими бы они ни были родителями, они хотели лучшего для меня, и благодаря им я являюсь той, кем являюсь сейчас. Я даже боялась, что не оправдаю ожиданий Люцифера. Каким бы он ни был, но некоторые проведённые с ним часы были лучшими в моей жизни.       Я поднялась с кровати и, немного шатаясь, дошла до ванной. Голова раскалывалась, отказываясь работать. Посмотрев на себя в зеркало, я даже не удивилась, именно это я и ожидала увидеть. Растрёпанные волосы, синяки под глазами были видны даже через макияж, который я вчера поленилась смыть. Органы будто бы сжимались изнутри, образовывая неприятное чувство. Тщательно умывая лицо, пыталась придать лицу более свежий вид. В один момент я замерла у раковины, смотря на своё лицо, по которому стекали капли воды. Резко развернулась, сделала два быстрых шага, оказываясь около унитаза, и открыла крышку. Я села на колени и меня вырвало. Первый раз в жизни меня вырвало до боли в груди и животе. Лёгкие сжимались, рукой я держалась за живот в надежде прекратить эти мучения.       Когда в моём организме не осталось ничего, я поднялась на ноги и сразу же подпёрлась о стену. Ноги стали ватными и прогибались так, что было невыносимо стоять. Я медленно подошла к раковине и сполоснула рот, но даже после этого горечь не ушла. Почистив зубы, я вышла из ванной на дрожащих ногах. Аккуратно легла на кровать и уставилась в потолок. Что со мной происходит? Я была готова разрыдаться от безысходности. Я не знала, что со мной и как это лечить. Полежав на кровати минут пять, я медленно села. Вроде всё пришло в норму, и даже голова более-менее перестала болеть. Осторожно, старалась не делать резких движений, я опять пошла в ванную. Я боялась, что, если как-нибудь не так поверну голову или прибавлю шаг, всё начнётся опять, поэтому решила воздержаться от резких движений.       Войдя в комнату, я взяла из шкафа аптечку, а из неё таблетки от головы. Пластинка с таблетками была уже почти пуста. Взяв таблетку, я убрала аптечку и набрала в стакан воду. Выйдя из ванной, на ходу выпила таблетку и поставила стакан с водой на тумбочку возле кровати. Времени уже почти не осталось. Я подошла к шкафу и достала оттуда одежду. Надев бельё, чёрные джинсы с завышенной талией и чёрную водолазку, я посмотрела на себя в зеркало. Чего-то не хватало. Достав ремень из нижнего ящика и затянув его на джинсах, удовлетворённо улыбнулась. То, что надо. Схватив сумку и ключи с полки, я пошла вниз, параллельно завязывая на голове хвост. Сев на диван у двери, я надела на ноги чёрные закрытые туфли на сплошной платформе.       Выйдя на улицу, я посмотрела на небо. Тёмные тучи закрывали собой всё небо, не давая даже лучику солнца проникнуть между ними. Я вяло улыбнулась. Как похоже на моё настроение. Открыв ворота гаража, села в машину и выгнала её на улицу. Я открыла дверцу, и меня окутал холод. На улице уже не так тепло. Быстро закрыв гараж, вновь вернулась в тёплую машину, где работала печка. Включив музыку, я поехала в университет. Руки дрожали, и в попытке предотвратить дрожь я сильнее сжимала руль. Ужасное чувство съедало изнутри, но я должна держать лицо если хочу сдать экзамен сегодня. Быстро доехав до здания, я вошла в университет. Около двери, спиной ко мне, стола девушка. — Мими! — Я окликнула её, но она даже не повернулась. Я обошла её и встала лицом к лицу. Её голова была опущена вниз, а взгляд бегал по полу, рука находилась у рта и, скорее всего, она грызла ногти. — Мими. — Я мягко коснулась её руки. Девушка резко дёрнулась и, отшатнувшись, выдохнула. — Ты меня напугала. — Она заключила меня в объятия. — Прости. Ты чего такая задумчивая? — Мы отстранились друг от друга, и она нервно прикусила губу. — Сколько осталось до начала экзамена?       Я посмотрела на наручные часы. — Двадцать минут до самого начала, но нам хотя бы за десять минут нужно прийти.       Она кивнула и схватила меня за руку. — Успеем. — Мими тащила меня по коридорам, и вскоре я поняла, куда она меня тащит. На втором этаже, в самом конце коридора, где находится подсобка, было окно. Мы с Мими постоянно сидели на подоконнике и разговаривали. Все люди были на улице, либо же не ходили в самом конце, как мы. Это стало нашим местом. Когда мы дошли, Мими забралась на подоконник, свесив ноги и опустив голову. Я осталась стоять, но подошла ближе и взяла её ладони в свои, слегка сжимая. — В чём дело? Это из-за экзамена?       Она выдохнула, видимо, собираясь с мыслями и начала говорить: —Да, но не только. Я безумно переживаю. Что, если я не сдам и всё это в пустую? Я боюсь разочаровать тебя, родителей и Эдисона. Вы так в меня верите… — Мими, всё будет хорошо. Ты очень умная, и ты разбираешься в этой профессии. Мы справимся.       Она вяло улыбнулась. Я говорю одно, но думаю о другом. Будет хорошо, если хотя бы она возьмёт себя в руки. — Но, я так понимаю, это не всё? — тише добавила я. Мими кивнула, и её верхняя губа начала подрагивать. — Вчера, когда я уснула, Эдисон заказал такси и отвёз меня домой, вы это знаете. Когда мы приехали, я предложила ему войти попить чай, он сомневался и сказал, что мне нужно поспать, но я его уговорила. Мы попили чай, хотя оба клевали носом, и я предложила остаться ему на ночь. Тогда это казалось логичным. Он был пьян, ночь на дворе, ему завтра вставать на работу, вот я и подумала. Он согласился, и я не знаю, как так произошло, но мы переспали.       Я замерла, и мои глаза расширились. Мне показалось, что я ослышалась, но выражение лица Мими говорило об обратном. — Разве это не хорошо? Я думала, что это новая ступень отношений и так далее. — Нет. Это совсем не хорошо. — Мими закачала головой. — Мы были оба пьяны, а когда я утром проснулась, он уехал. Просто оделся и, ничего не сказав, уехал! Я звонила ему, писала, он не отвечает. Я переживаю. Вдруг с ним что-то случилось? Господи, зачем я предложила ему остаться? Вики, он такой человек, он бы сам никогда. Я ведь его знаю. Он краснеет от одного моего поцелуя. А вдруг он больше не захочет общаться? Ну конечно. Зачем я ему такая нужна? Лёгкодоступная. — И она заплакала. Её тёплые слёзы капали на наши руки, а я стояла не в силах пошевелиться. Нужно что-то делать. Не стоять столбом. Я резко потянула её руки на себя так, что она спрыгнула с подоконника и сразу же обняла. Девушка сначала растерялась, а потом прижалась ко мне сильнее и зарыдала. Её всхлипы были слышны где-то в районе моей шеи. Я гладила её по спине. — Милая, всё будет хорошо. Ты права, Эдисон не обычный, он не такой, как все, но он однолюб. Он такой тип парней, которые если полюбили кого-то, то им очень тяжело отказаться от этой девушки. Ты не совершила ничего плохого. В этом не было твоей инициативы, и ты его не принуждала. Возможно, он, как и ты, испугался и уехал. — А вдруг нет? А вдруг я стала ему противна, и он поэтому уехал, не сказав ни слова. — Мими, успокойся. Такая влюблённость, как у вас, так просто не проходит. А если он всё же решил тебя бросить, ты сейчас сдашь этот экзамен на отлично и утрёшь ему нос. Он либо будет гордиться тем, что у него такая девушка, либо сожалеть, что упустил тебя. Одно из двух, но сначала нужно взять себя в руки.       Мими выдавила из себя улыбку, но губы продолжали дрожать. Я подняла свои ладони к её лицу и вытерла мокрые дорожки от слёзы пальцами. Оперевшись лбом о её лоб, я заглянула Мими в глаза. — Ты справишься со всем. Ты сильная.       Она опять прижалась ко мне. Было видно, как она нуждалась в моей поддержке. — Ты права. Я сдам, а потом поеду и поговорю с ним. Я так и сделаю. — Она отодвинулась, и на её лице засияла уверенная улыбка. — Нам пора. Экзамен скоро начнётся. — Мы дошли до аудитории, взявшись за руки. Пытались сохранить в себе уверенность, хоть её и было чертовски мало. Перед входом нас осмотрели на наличие шпаргалок, и мы с Мими сдали свои телефоны. Войдя в аудиторию, сели на места, которые были отведены нам. Руки были сжаты в кулаки из-за дрожащих пальцев. Голова болела, и я уже почти мечтала, чтобы она раскололась на две части. Переведя взгляд в окно, я столкнулась лишь с серыми облаками и моросящим дождиком, который начал капать на окно.       Вдруг дверь в аудиторию открылась. Я подняла голову и встретилась взглядом с моим преподавателем. Мисс Грин вошла в аудиторию, а за ней два человека. Одна — женщина, в очках, чёрных брюках и белой блузке, лет сорока пяти. А второй мужчина — в чёрных брюках и синей рубашке, лет тридцати. — Итак, здравствуйте все. Сегодня очень важный и ответственный день, вы и сами это понимаете. Я всего лишь желаю вам удачи и хочу, чтобы вы верили в свои силы. — Учитель трясущимися руками начала оставлять на партах листы из стопки. Когда она подошла к моему ряду, положила передо мной тест. — Вики, успокойся. Ты можешь, расслабься и делай своё дело. — Она быстро прошептала это и сжала мою руку, чтобы никто не заметил. Я улыбнулась и кивнула, смотря ей к глаза. Учитель прошла дальше, а я взглядом скользнула по листу, лежащему передо мной. Он был повёрнут так, что я смотрела на белоснежный лист, а сам тест находился с другой стороны. Когда Мисс Грин раздала все листки, наконец села за свой стол. — На выполнение этого теста вам даётся максимум сорок минут. После окончания вы тихо встаёте и кладёте ответы на край моего стола. После вы встаёте и выходите из аудитории, около двери будут стоять педагоги, которые проведут вас в другой кабинет. Эти двое людей, преподаватели из других учебных заведений, они будет следить, чтобы всё прошло гладко. Не нужно обращать на них никакого внимания. Всем удачи, время пошло. — Мы все тут же перевернули листы. В тесте было двенадцать различных вопросов. Семь из них были с шестью вариантами ответов, где нужно было выбрать один, в других пяти нужно было самим написать ответ. Я взяла ручку и первым делом написала свою имя и фамилию в отведённое окошко. Виктория Денница. Сейчас, смотря на красиво написанное имя и фамилию, я задумалась о том, что это может звучать не так плохо. Отогнав ненужные мысли, я начала читать задания. Внутри всё подпрыгивало, когда я знала точный ответ и с улыбкой на лице отвечала. Когда было что-то тяжёлое, я закрывала глаза и пыталась вспомнить всё, что я знаю и что мне объясняли. Паника зарождалась с каждым человеком, вышедшим из аудитории. Я переживала о том, что время может выйти и я не успею закончить. Из кабинета ушёл третий человек, и я сильно сжала ручку. Ничего страшного. Пускай они хоть все уйдут, зато я всё сделаю правильно и сдам. Я всё успею.       Я начала писать, пока уверенность, захлестнувшая меня, никуда не исчезла. Я сделала всё и ещё раз пробежалась взглядом по листу. Никаких ошибок или помарок. Я была уверена в своих ответах. Тихо поднявшись на ноги, я подошла к столу учителя. Положив лист на край стола, я подняла глаза на Мисс Грин. — Осталось немного, ты справишься.       Я кивнула и вышла из кабинета. В коридоре стояло несколько моих учителей. — А вот и ты. Пойдём, я тебя провожу, — сказала Мисс Дэвис. Я улыбнулась и кивнула. Мы пошли дальше со коридору. — И как тест? Вышедшие девушки были не в восторге. Сказали, всё было тяжело. — Я знала большинство ответов, но на самом деле да, это было тяжело.       Учительница положила ладонь мне на плечо и сжала. Мы дошли до конца коридора, и она кивнула на дверь. За дверью находился художественный кабинет. — Тебе туда. Удачи. — Я вошла в аудиторию. В комнате за партами сидело несколько человек, а за учительским столом стояли незнакомые мне люди. Я подошла ближе к столу. На одной стороне были разложены белые квадратики из бумаги, а рядом в стопке холсты размером тридцать на сорок сантиметров. — Здравствуйте, — произнесла я тихо, чтобы люди, сидевшие в аудитории, не отвлеклись от работы. — Здравствуйте. Ваше задание сейчас — это выбрать любую карточку и нарисовать на холсте максимум за два часа то, что будет там написано. Вы можете использовать любые принадлежности, которые есть в этой комнате.       Я выдохнула и кивнула. Пробежавшись по карточкам, которые были перевёрнуты, я вытянула одну с края. — Портрет, — сказала я, смотря на мужчину за столом и показывая карточку. Он кивнула и протянул мне один холст. — Ваши два часа начались.       Я направилась вдоль стены и подошла к шкафам. Внутри лежало огромное количество разных красок, акварелей, карандашей, кистей и так далее. Я немного задумалась, чем я буду рисовать, но в итоге взяла тюбики с масляными красками, пару кистей разных размеров и стакан. Наполнив стакан водой из раковины, которая стояла недалеко от шкафа, я села за первую свободную парту и разложила все свои художественные принадлежности.       На ум мне приходило множество идей для портрета. Нужно было решить, кого же я буду рисовать. Закрыла глаза, и передо мной пронеслись все знакомые мне люди. Я выбрала одного, по которому скучала очень сильно. Размазав на овальной палитре краски из тюбика, начала их смешивать до идеального оттенка. Взяв кисть, нанесла первые мазки на холст. С каждым новым мазком картинка становилась больше похожей на портрет. Я не знаю, сколько времени я просидела за работой, но пришло и ушло немалое количество людей. Я полностью отпустила все мысли и была погружена в рисование. В конце я была в восторге. На холсте была изображена девочка, которая сидела спиной в белом платье. Пояс нежно-розового цвета завязывался в огромный бант сзади. Золотистые локоны падали на плечи и спину. Перед девочкой стояло зеркало, где виднелось её отражение. Я попыталась передать точную внешность Изабель, и теперь эта малышка смотрела на меня через картину.       Поднявшись на ноги, я слегка пошатнулась от головокружения. Скорее всего, из-за того, что резко встала. Немного успокоив сердцебиение и взяв в руки холст, я направилась к столу учителя. Протянув портрет учителю, я потёрла шею. — Виктория, верно? — спросил мужчина средних лет, смотря на изображение. — Да, верно. — Я, конечно, знал, что вы хороши, но чтоб на столько… Эта девочка важна для вас? — Да, это сестра моего мужа. Почему вы спрашиваете? — медленно произнесла я. — Сразу видно, что вы знаете этого человека. Её внешность описана до каждой крошечки, и невозможно нарисовать так человека, которого вы увидели на улице. — Спасибо.       Мужчина кивнул и взял свою тетрадь. Написав пару слов рядом с моей фамилией он поднял голову, улыбаясь. — Ты можешь идти в свой кабинет. Ваш преподаватель огласит результаты.       Я посмотрела на картинку, а потом на мужчину. Подумав секунду, я всё же неловко произнесла: — Простите, а могу ли я забрать картину? — Я безумно соскучилась за Изабель и мне кажется, она была бы счастлива, если бы при встрече я подарила ей её портрет. — Прошу прощения, но нет. Нужно ещё раз утвердить все результаты, а по окончанию мы бы хотели повесить его в стенах университета. У вас золотые руки, вы можете нарисовать точно такое же, не расстраивайтесь.       Я кивнула и вышла. Конечно, было немного обидно, но, возможно, он прав. Я могу нарисовать что-то вместе с Изабель. Погруженная в мысли, я не заметила, как дошла до аудитории. Я вошла в кабинет, и на меня уставилось огромное количество глаз. Половина кабинета была заполнена учениками, которые ждали результатов. За столом сидела Мисс Грин. — Вики, подойди. — Она подозвала меня, и я послушно встала рядом. — И как прошло? — Ну, вроде неплохо. Мужчина сказал, что я нарисовала даже лучше, чем он ожидал. — Ну слава богу. Ты молодец, с меня тортик.       Я улыбнулась и кивнула. Пройдя между партами, села за стол рядом с Мими. — Всё нормально? — спросила подруга, как только моя голова коснулась парты. — Да. Голова болит и кружится. Просто волнуюсь, не переживай.       Она положила свою ладонь на мой лоб, а потом на щёку. — Температуры вроде нет. — Задумчиво произнесла она. — Я же говорю всё хорошо. Ты что рисовала? — Цветочки, — с сарказмом произнесла она. — Что? — Я улыбнулась и приподняла голову. — Цветы. Я рисовала цветы, чёрт возьми! Человек, проучившийся в этом грёбаном университете, рисовал цветы! — Я смотрела на то, как её лицо краснеет от злости. — И что в этом плохого? — Все рисовали что-то красивое. Вот он рисовал закат. — Мими ткнула пальцем в парня, сидящего в начале аудитории. — А вот она водопад. — Она кивнула на девушку, сидящую на одном ряду с нами. — Мими, натюрморт это тоже искусство. Какие цветы ты рисовала? — Розы. Которые мне подарил Эдисон в прошлый раз. — Буркнула она. Я так и не поняла, она до сих пор злится из-за цветов или уже на Эдисона. — А я рисовала Изабель, — невзначай проговорила я. Мими стукнула кулаком об стол. — Даже тебе достался портрет! А мне какая-то фигня. — Она ещё долго что-то говорила себя под нос, но в аудиторию зашли двое мужчин. — Итак, мы подсчитали все выши баллы и готовы огласить результат. — Голова начала болеть сильнее. Пальцы нервно постукивали по столу в ожидании. — Мими Бёрн. Вы прошли экзамен. Количество ваших баллов составляет сто девяносто два. Вы допустили одну ошибку в тесте, а на картине забрали все сто.       Я слышала, как у Мими перехватило дыхание. Подруга повернулась ко мне с счастливой улыбкой и с неописуемым шоком в глазах. — Поздравляю тебя. — Я протянула к ней руки и обняла. — Спасибо большое, Вики. Если бы не ты, я бы тут не сидела. — Я услышала тихий всхлип и сильнее прижала её к себе. Она в шоке. Мими недооценивает себя и даже не надеялась собрать хотя бы половину возможных баллов. Когда она отстранилась от меня, то её глаза блестели, но слёз уже не было. Она взяла меня за руку и переплела пальцы в успокаивающем жесте. — Ты справилась. — Подруга говорила так уверенно, будто бы уже знала мой результат. Мужчина называл разные имена, знакомые мне и нет. Результаты у всех были разные. У кого-то больше у кого-то меньше, и я переживала лишь о том, чтобы мой результат был не хуже, чем у остальных. — Виктория Уокер. Вы прошли экзамен. — Я резко выпрямилась. Дальше слушать уже было бессмысленно. Понимать то, что это всё не зря, что я добилась чего-то в жизни, это просто прекрасно и не описать словами. Я уже представляла как расскажу друзьям и родителям. Я так хочу, чтобы все, кто были со мной и поддерживали, гордились мной. — Ваше количество баллов составляет двести. Вы выполнили свой тест без единой ошибки, и вашей картине поставили сто баллов. — Мужчина что-то говорил, скорее всего, называл другие имена, а я перестала что-либо слышать. Весь мир остановился. Я слышала лишь свои участившееся дыхание и удары сердца. — Вики, все двести! Ты такая молодец. — Мими потрясла меня за плечи, обнимая. — Да, я сама в шоке… — тихо произнесла я. Мими схватила меня за руку и потащила к двери. Мы тихо выскользнули в коридор. В аудитории было так душно и жарко, что, оказавшись в прохладном коридоре, я втянула в себя воздух. Подойдя ближе к окну, опёрлась о подоконник. — Эй, всё хорошо? — Мими подошла сзади и положила ладонь на моё плечо. — Да. Я просто очень удивлена. — Оно и видно. Идеально сдать два экзамена. Ты просто богиня, Вики! — Мими радовалась за меня больше, чем за себя. Я рассмеялась оттого, с каким восторгом подруга меня хвалит. — Пошли уже.       Мы пошли к выходу, обсуждая экзамен. Когда мы подошли к двери, я открыла её и вышла, оставляя подругу позади. Я улыбнулась и замерла, видя, что нас ожидает за дверью. — Мими. — Чего ты стоишь, давай иди… — Она подтолкнула меня вперёд и вышла на порог. Когда она увидела то, что увидела я, сама была не меньше удивлена. Перед университетом стояло три машины, а рядом с машинами трое парней. Как только они увидели нас, тут же улыбнулись. Мими медленно, как будто бы опасаясь, пошла в сторону Эдисона. А я недолго думая направилась к Ади и Ною. — Ну привет. Как дела? — спросил Ной, когда я подошла ближе. — Привет. Сдала, без ошибок и получила все возможные баллы. — Вот это я понимаю! Поздравляю тебя. — Ади обнял меня, слегка приподнимая воздухе. — Мы в тебе не сомневались. — Ной крепко меня обнял и протянул букет, состоящий из белых пушистых цветов и ярко-жёлтых подсолнухов. — Точно, я от радости совсем забыл. — Ади улыбнулся и взял с капота машины букет из лилий. Большие белые и розовые лилии пахли изумительно. — Спасибо большое. — Я улыбнулась и повернула голову к Мими. Она своими медленными шажками только подошла к Эдисону. — Привет, — неловко произнесла она и заправила прядь за ухо. — Привет. — Ты прости за вчера, я просто… — Мими не успела закончить, как парень её перебил. — Нет, это ты меня прости. Я уехал, ничего не сказав, оставил тебя одну. Даже не представляю, что ты могла подумать. — Мими, не говоря ни слова, подошла к нему и положила голову на плечо. Эдисон растерялся на секунду, а потом обнял её, утыкаясь носом в её волосы. — Я так переживала. — Она говорила, а её голос дрожал. Мы все услышали, как она заплакала. — Прости меня, прости, родная. Извини, что я так поступил. Я люблю тебя. — Он гладил её руки, плечи и спину. А она заплакала ещё сильнее после его слов и обняла его руками. Я наблюдала за ними, чувствуя, как и моё сердце тает вместе с сердцем Мими. Они такие милые, и они так нуждаются в друг друге. Ной и Ади стояли и улыбались, глядя, как их друг успокаивал девушку. Когда Мими успокоилась, Эдисон нежно смахнул с её щёк слёзы. — Вы там всё или как? — крикнул Ной, чтобы они услышали наверняка. — Не ори. — Эдисон с Мими подошли к нам. Мими светилась ярче солнца. — А ты сдала? — вдруг вспомнил Ади и посмотрел на Мими. — Да, сто девяноста два балла.       Эдисон направился в машину и достал оттуда два букета. Один состоял из девяти нежно-розовых роз, обёрнутых в бледно-зелёную обёртку. Парень протянул это букет мне. А второй, огромный, завёрнутые в розовую фольгу, который состоял из белых и розовых роз, светло-фиолетовой гвоздики, ромашек и белых маленьких розочек, он подарил Мими. — Молодцы девочки, мы в вас не сомневались. — Спасибо, Эдисон, — поблагодарила я, вдыхая аромат цветов. Мими привстала на носочках и коснулась его губ своими. — Ну что? Кто куда? Отмечать будем? — весело спросил Ной, но, увидев злое лицо Ади, замолчал. — Тебе мало было? Скажи мне спасибо за то, что я за тобой заехал, так бы ты точно проспал. При мне лучше вообще не пей, — прошипел парень. — Ребят, я домой, — сказала я, смотря на каждого. — Сама доедешь? — спросил Эдисон, обнимающий Мими. — Да, конечно. К тому же мне нужно заехать в аптеку. Таблетки уже почти закончились. — Ясно. Ну тогда пока. — Каждый из них обнял меня на прощание. Ади один раз попытался настоять на том, чтобы поехать со мной, но я сказала, что справлюсь. Поудобнее взяв в руки букеты, я открыла заднюю дверь. Аккуратно положив туда цветы, захлопнула дверцу и села за руль.       Помахав друзьям на прощание, я завела мотор и поехала в сторону аптеки. Подъехав к белому зданию, где зелёными буквами горела вывеска «Аптека», машина остановилась. Припарковавшись, я направилась ко входу. Помещение было пустым, только за стойкой стояла девушка лет двадцати семи. Я подошла ближе к ней. — Здравствуйте, мне нужно обезболивающее. — Она отложила свой журнал и посмотрела на меня. — Здравствуйте, какое именно? — От головы. В последнее время у меня болит и кружится голова. Утром ещё и вырвало. Я точно не уверена, но, скорее всего, это связано с головой. У меня травма с рождения. — Кроме головной боли и рвоты ещё что-то есть? — Нет, больше ничего. — Когда месячные были в последний раз? — Полтора месяца назад. — Вступали ли вы в половой акт в последние два месяца?       Я занервничала ещё сильнее, чем на экзамене. Ладони моментально вспотели, а голова была готова треснуть. Воспоминания резко всплыли в моей голове. — Да. Девушка, мне действительно очень плохо. Вы могли бы дать мне обезболивающее, и я пойду. — Я сомневаюсь, что вам нужны такие таблетки, а те, которые нужны, вам должен прописать врач. — Что это значит?       Она улыбнулась и отошла к одной из полок. Когда она вернулась, то протянула мне две картонные коробочки. — По моим предположениям, вы беременны.       Я подняла шокированный взгляд с коробок на врача. Руки начали трястись, куча мыслей появилась сами по себе. В ушах был шум, в голове — каша. — Думаю, двух должно хватить. Если результат не подтвердится, то сходите к врачу, это серьёзные симптомы. — Я кинула ей пару купюр и, взяв эти коробки, повернулась. Не успела я сделать и шага, как ноги подкосились и прежде чем упасть, я ухватилась за стойку. — Девушка! С вами всё хорошо? Может, воды? — Н… нет, спасибо. — Я мотнула головой и направилась к двери. Ноги подгибались в коленях, и я их почти не чувствовала. На улице небо вновь начало темнеть. А холодный ветерок обдувал плечи. Сев в машину, я завела двигатель и нажала на педаль газа. Машина резко сдвинулась с места, и на большой скорости поехала из города. Возможно, я поймала кучу штрафов, но я не могла ждать. Руки тряслись и немели одновременно. Колени дрожали и мне еле удавалось удержать ступню на педали. Я знала, что если сейчас же не доеду до дома, то упаду в обморок. В глазах начало темнеть, а дорога плыть тогда, когда я въехала в лес. Я резко зажмурила глаза и распахнула. Нужно было держаться, иначе я попаду в аварию.       Через минуту я увидела верхушку дома. Резко нажав на тормоза, я подняла в воздух огромное количество пыли. Выскочив из машины, я побежала домой. Мне было всё равно, что Люцифер будет в шоке, что я так появилась в доме. Мне было всё равно на всё. У меня была цель, а именно сделать эти чёртовы тесты и понять, что со мной всё в порядке. Войдя в комнату, я не стала даже закрываться. Забежав в ванную, я распаковала один и вынула из коробки нечто похожее на толстую ручку или маркер. Я взяла в трясущиеся руки инструкцию. Пробежав по строчкам, я быстро выполнила всё необходимое и тут же повторила все действия со вторым.       Когда всё было готово, я сидела на крышке унитаза и умоляла, чтобы они были отрицательными. Я не могу. Я не вынесу этого. Я буду не способна выносить и родить ребёнка, который зародился против моей воли. Я не смогу жить с его отцом, понимая, что он не только меня изнасиловал, но и сломал жизнь нашему ребёнку.       Когда прошло определённое количество времени, я медленно встала и подошла к столу. На раковине лежало два электронных теста. На маленьких экранах, как самый худший приговор, светились два плюсика. Я схватила один тест и поднесла его к лицу. Ничего не изменилось. Тот же самый плюсик. Тишину в комнате прервал мой смех. Истерический смех, который рвался из самой груди. Громкий, панический смех, сменился горьким плачем. Я медленно упала на колени и вцепилась в свои волосы. По щекам стекали горячие и крупные слёзы. Я тянула волосы до боли в голове. «За что это всё мне?! Я не могу. Я не могу. Я не могу». Проговаривала про себя я, качая головой. Я будто бы перестала существовать. Каждая клеточка моего тела не хотела в это верить. Я думала, что мне было плохо, когда родители не обращали на меня внимания, когда насильно отдали замуж, когда Люцифер сделал со мной это, но нет… Ничего не сравнится с этим. Я была готова никогда не ощутить родительской любви или даже остаться сиротой, была готова на всю жизнь остаться одна, я была готова на всё, лишь бы не забеременеть таким способом. Когда мой малыш спросит, ждала ли я его? Хотели ли я с папой его? Что я ему скажу?! Что до последнего не хотела его и надеялась, что его на самом деле не существует? Скажу, что его отец, конечный ублюдок, который даже не думал о тебе, когда насиловал меня? — А-а-а-а! — Я кинула тест в стену так, что он разбился на мелкие кусочки. Встав на ноги, я упала назад на колени. Я была растоптанная, никому не нужная и беспомощная. Всё же поднявшись на ноги, я как только могла, быстро спустилась вниз.       Выйдя на улицу, села в машину и взяла телефон. Набрав номер ближайшей клиники, я нажала на звонок. — Алло. Здравствуйте. Чем я могу вам помочь? — по ту сторону слышался женский голос. — Я… я хочу сделать аборт. Прямо сейчас. Я могу приехать?