Самая сильная слабость

      Все мертвы. Они. Все. Мертвы. Дин, Бобби, Сэм и Кас. Даже Кас, грёбаный ангел, который мог их всех воскресить мёртв. Они обещали всегда быть рядом после того, как я потеряла родителей. А теперь их нет. Я потеряла абсолютно всё, что у меня было. Всё и всех. Осталось два выхода - в петлю или пулю в лоб, но последнее, что я пообещала Дину - не делать этого.       Уже прошла неделя с того дела, когда это произошло. Я практически не ем, практически не сплю, очень много курю и слишком много пью. Постоянно лежу на кровати и смотрю в потолок, собираясь с силами, чтобы покончить с этим всем. Каждый раз я беру в руки пистолет, смотрю на него и...откладываю. В нем остался один патрон. Как раз для меня. Но обещание, данное старшему Винчестеру, отгораживает меня от самоубийства.

***

      Сев на кровати, я подождала, пока перестанет кружиться голова, держась за стенку, подошла к столу и налила в мутный стакан воды - сушняк драл горло металлической тёркой. Поморщившись, залпом осушила его.       Нужно поспать. Однозначно, нужно поспать, иначе я точно не протяну, а я обещала. И поесть.       Оглядевшись вокруг, я присвистнула. Бардак, толстенный слой пыли на поверхностях, посуда с засохшей в ней едой. Подойдя к холодильнику открыла его. И, кто бы сомневался, конечно, он оказался пуст. Но, к счастью, на полке завалялись макароны. Собралась силами, помыла кастрюлю и поставила их вариться.       А теперь душ. Сэм никогда не простил бы мне того, что я так себя запустила       Из зеркала в ванной на меня смотрело чудовище с грязными волосами и отекшим лицом. Холодная вода немного привела тело в тонус, так что, обедала я немного посвежевшей. Только бы не продуло, ведь я сижу с мокрой головой перед открытым окном. А хотя, какая разница - зато помру, не нарушая своего слова.       Было мерзко сидеть чистой в комнате, которая больше напоминала бомжатник. Тут и там валялась грязная одежда, пустые бутылки, пустые сигаретные пачки и окурки. Вспомнились слова мамы, которая всегда говорила, что девочки должны быть леди. Я усмехнулась.       Знала бы ты, мам, в какую жизнь я вляпалась, после вашей с отцом смерти. Трое охотников и ангел - вот, кто заменил мне весь мир. Путешествия по стране и охота на монстров стали моей жизнью, но, по правде говоря, всегда думала, что первой из жизни уйду я, а никак не мои учителя и защитники.       С этими мыслями, я начала уборку, которая обещала затянуться надолго. Для начала собрала весь мусор - вышло два огромных пакета, посуду проще было выбросить, чем отмывать. Как и всю одежду, от которой мне было мерзко. Оставила лишь пару джинсов и рубашек. Одна из которых принадлежала Бобби Сингеру, одному из тех, кто был мне дорог. Я села прямо на только вымытый пол и, уткнувшись носом в рубашку, заревела.       Бобби. Славный Бобби - старый охотник на нечисть, который называл меня балбеской и не давал пить пиво с Винчестерами. Дядюшка Бобби, который, буквально, заменил отца сперва Сэму и Дину, а затем и мне. Бобби, который научил меня всему, что я знала и умела. Как же мне не хватает твоей оплеухи, когда я думаю о самоубийстве. Как же не хватает запаха машинного масла, дешевого виски и твоих объятий на моих плечах, когда я просыпаюсь с криками от кошмаров. Мысли о Бобби напомнили мне кое о чём, о чём я благополучно забыла. Выход из ситуации. Очешуенно глупый, но хоть какой-то.       Моя душа. Душа взамен за покой. И обещание сдержу и мучиться не буду. Во всяком случае, ближайшие лет десять. Ритуал вызова демона перекрёстка давно был мной заучен, осталось найти подходящее место. Где-то были карты, на которых отмечены все перекрёстки для проведения сделок. Быстро вскочила, но поняла, что зря, потому что эта проклятая неделя не прошла даром, и меня повело - перед глазами поплыли тёмные круги и меня замутило. Переждав минутку-другую, я продолжила путь к шкафу с макулатурой охотников. Точно в припадке, я просто выбрасывала всё на пол, пока не нашла то, что мне было нужно.       Водя пальцем по карте, вглядывалась в отметки и, наконец, нашла. Довольно недалеко отсюда, заброшенный дом, стоящий прямо на перекрёстке. Всё необходимое есть в запасах, машина, вроде как, на ходу и всё так же стоит под окном, я тоже пока жива. Теперь немного поспать и в путь.

***

      Старушка Импала никогда не подводила Дина Винчестера. И меня не подвела - завелась, как по маслу, даже после недельного простоя. Сверяясь с картой, я вырулила на шоссе и помчала на критической скорости в сторону точки назначения. Адреналин подгонял, мысль о том, что сегодня все мои страдания закончатся, придавала сил. Она же придала мне сил привести себя в порядок, чтобы сраный демон, пришедший по мою душу не видел, насколько мне плохо. Я надела рубашку Дина и чувствовала себя, словно в его теплых объятиях. Машина тоже дарила это чувство - руль, которого не так давно касались его руки, карта, лежащая на пассажирском сидении, где сидел Сэм, задние сидения, отражающиеся в зеркале заднего вида, на которых чаще всего сидели мы с Касом. Это все резало по сердцу, но внушало уверенность в том, что я, пусть этим поступком разочаровала бы их всех, но он был верным.       Вот, наконец, показалось нужное место. Было абсолютно плевать на жуткий вид заброшенного дома, на завывающий внутри ветер. Подкурив сигарету, я сделала всё необходимое для вызова демона и стала ждать. Только сейчас, когда меня немного отпустила навязчивая идея, я поняла, что делаю. Но пути назад не было. Я бросила окурок на землю и тут за моей спиной раздался бархатный голос.       Ну, конечно, какой же он еще может быть.       - Здравствуй, Лапуля.       - Ну наконец-то, - вырвалось у меня на выдохе, когда я оборачивалась. За моей спиной стоял мужчина. Точнее, демон в тушке какого-то бедняги. Где-то на полторы головы выше меня, чуть полноват, небрит, глаза слишком ласковые для демона. Одет он был в слишком идеальный чёрный костюм и такое же идеальное чёрное пальто. Признай, Саш, демоны перекрёстка умеют произвести впечатление.       - Так не терпелось продать свою душу? - он усмехнулся, а я обратила внимание на его британский акцент.       - Пока тебя дождалась, почти передумала, - смело я заглянула в его глаза, в которых прыгали озорные искорки. - Заключаем контракт и расходимся, красавчик. Хочу, чтобы вся боль отпустила. Увидимся через десять лет. Как там... Теперь тебя поцеловать надо?       - Какая резвая, - он странно начал озираться по сторонам, словно, ожидая кого-то обнаружить. - Ты приехала на Импале Винчестеров. Где они?       Вопрос полоснул ножом по сердцу.       - Можешь расслабиться, их здесь нет. Их вообще нигде нет. Как и Каса, как и Бобби, - слова вырывались сами.       - И даже Сингера? - он приподнял бровь. - Жаль, занятный был мужик...       - Так мы заключаем контракт, или будем трепаться? - жёстко перебила я его.       Демон ухмыльнулся и неспешно подошел ко мне.       - Солнышко, а ты вообще знаешь с кем имеешь дело?       - Не знаю и не имею ни малейшего желания узнавать тебя ближе.       - Я Кроули, Король Ада, - он, точно, не слышал меня, а меня его слова, словно, ошпарили кипятком.       Винчестеры рассказывали о нём и обо всём том, что он сделал. Я не знала, как реагировать на это открытие, и что меня поразило больше - то, что за моей душой пришла такая большая адская шишка или то, что именно Кроули поднял Бобби с инвалидной коляски.       - Я очень рада, Ваше Величество, а теперь заключим контракт и разойдёмся на десять лет, окей? - я смело сделала шаг в его сторону, потому что ещё пара минут, и я передумаю. И тогда, снова здравствуйте, бессонные ночи, кошмары и всё в этом духе. Но Кроули не торопился, он внимательно вглядывался в мои глаза, спрятанные за линзами очков.       - Хорошо, Лапуля, заключим, - он наклонился ко мне, приобнял за талию и нежно, но настойчиво коснулся губ.       И только это произошло - буквально, пара секунд, как с меня, точно, свалился груз. Я почувствовала небывалую лёгкость. Он отстранился, и ухмыляясь, снова заглянул мне в глаза.       - Увидимся через десять лет. Или раньше, - и Кроули исчез. А я, еще немного постояла, привыкла к новому ощущению покоя и направилась к машине, чтобы, наконец, приехать домой и выспаться за всю неделю, что мне не удавалось этого сделать.