Не хочу задерживать твое дыхание

29 октября 1992 Прижимая книги к груди, словно щит, Эйвери возвращалась из библиотеки уже поздним вечером. По словам Мадам Пинс это было «ее последнее замечание». Заведующая часто любила пригрозить ученикам вне зависимости от их факультета. Особенно сильно она ругалась из-за поврежденных книг: любая царапинка, малейшее повреждение оценивались мировой катастрофой. Что уж говорить о заломах на страницах. Коридоры, ведущие в сторону подземелья, практически пустовали. В надежде не наткнуться ни на кого «лишнего», слизеринка вслушивалась в малейший шорох и контролировала каждый свой шаг, чуть слышно ступая по каменному полу. Эту привычку она выработала еще в детстве, когда они с Драко прокрадывались на кухню по ночам, чтобы отхватить чего-нибудь вкусненького. Однако, тут все было иначе. Коридоры Хогвартса не вызывали никакого доверия: холодные, плохо освещенные, в некоторых местах даже сырые. По вечерам чувство неприязни и некой опасности лишь обострялось, а после поступивших предупреждений ходить было особенно жутко. Заприметив на другом конце коридора силуэт, вероятно старосты, Эйвери резко развернулась к другому проходу. Выбранный коридор проходил ближе к Большому Залу, поэтому путь увеличивался почти вдвое. Проходя мимо заброшенных туалетов, Эйви краем уха услышала чей-то голос. От явной неожиданности тело вмиг покрылось мурашками. Мысль о том, что ей показалось, успокоила, но услышав невнятную речь снова, слизеринку вновь окутала паника. Если бы голос был всего один, то Эйвери с легкостью могла бы скинуть его на девчонку-призрак Миртл, ведь историю о том, что она обитает здесь уже много лет, она слышала не раз. Не на шутку перепуганная Малфой хотела было бежать, но уловив в голосе знакомую интонацию, она приостановилась. — … придется отложить. Я не успеваю к срокам, — расстроенный девчачий голос эхом отражался от кафеля на стене. Да ладно… Это что, шутка какая-то? — Но чем больше мы откладываем, тем больше времени у Малфоя, чтобы завершить это все, — от произношения своей фамилии Эйвери вздрогнула, сжав холодными пальцами края книг. — Но Рон… Я не могу ничего поделать. Рецепт слишком сложный. И вообще… сам сделал бы хоть что-то. К тому же: с чего ты вообще взял, что это дело рук Малфоя?.. Не маловат ли он для таких поступков? — Ты вообще видела их семейку? — больше с утверждением, нежели с вопросом буркнул Рон. — Один отец его чего стоит, а сестра… Точно, Гермиона! А если они вдвоем что-то замышляют. Ты об этом не подумала? Тогда у нас точно проблемы, — Эйвери была уже готова ворваться в туалет и высказать все, что думает. — Между прочим, Эйвери общается с близнецами… На пару секунд Малфой замерла, вытаращив глаза от неожиданности. В голове не укладывалось, откуда она могла узнать, и замечал ли кто-то еще. Оставалась лишь надежда на то, что собственные друзья не шептались за спиной. — Что?! — два голоса, полные возмущения, заполнили помещение. Малфой показалось, что это было очень громко, поэтому она обернулась посмотреть, не решил ли кто-то проверить источник звука. К счастью, рядом никого не оказалось. Поняв, что сболтнула лишнего, Гермиона попыталась ускорить свою речь: — … поэтому, не надо наговаривать тут на лишних людей. Это может быть кто угодно. Не смотрите на меня так, прошу, — выдохнула та. Эйвери не видела лица Гермионы, однако воображение само рисовало картинку: вот гриффиндорка опускает глаза, по старой привычке надкусывая нижнюю губу. Она делала так постоянно, когда Снейп отпускал что-то в ее адрес при всем классе. Наверняка, ее самой очень хотелось бы с уверенностью отвечать на высказывания в ее сторону, но то ли смелости не хватало, то ли портить ни с кем взаимоотношений ей не хотелось. — Я сама случайно об этом узнала. Вернее, увидела, когда они писали ей летом, а после… уже в школе, еще и разговаривали втроем. И знаете, выглядели они вполне дружелюбно, — уже более уверенно добавила Гермиона. Эйвери нервно протопталась на месте, стискивая книги еще крепче. Супер! Браво, Грейнджер! — Так… хватит, — сбитый с толку Рон пытался собрать отдельные слова в одно целое. — Я не думаю, что это может быть правдой. По крайней мере, сейчас. Я… у меня нет… А ты, что молчишь, Гарри? Скажи что-нибудь. — Я не знаю, но… — Гарри начал говорить так тихо, что Эйвери по инерции подошла поближе к двери, чтобы хоть что-то разобрать. В этот момент она сама не понимала, зачем ей это, ведь она была той самой, которая всегда отговаривала от подобных вещей. Но тут было что-то другое.Обида о том, что кто-то посторонний знает секрет тайной дружбы, обсуждает ее семью, обвиняет в чем-то, о чем она знать не знает, укутала ее с головой, отчего хотелось ворваться в старый туалет, с силой оттолкнув тяжелую дверь, и… на самом деле, она сама не знала, что бы сделала дальше. Все слишком запутанно и сложно казалось в этот момент. Не рассчитав шаг, Эйвери задела дверь. Та со скрипом слегка отодвинулась. В туалете мигом наступила тишина. Эйвери показалось, что сердце на миг остановилось, а страх сковал мышцы, не давая шанса сдвинуться с места. Однако, услышав неторопливые шаги, приближающиеся к двери, Малфой опомнилась. Рванула со всех ног в сторону подземелий, забыв про опасности и дежурных. Кое-как Эйвери удалось пробраться мимо друзей, ссылаясь на головную боль и сильную усталость после тяжелого дня. Этой ночью она еще долго не могла уснуть, обдумывая случившееся со всех сторон. В конце концов Эйвери решила, что лучше промолчать, оставив услышанное при себе и понаблюдать за гриффиндорцами самостоятельно.

***

Ни на следующий день, ни через неделю со стороны Трио ничего не происходило. По крайней мере, Эйвери ничего не замечала. Виделись они лишь на уроках, ну и в библиотеке. Особенно часто там засиживалась Грейнджер, но ничего удивительного, и уж точно подозрительного в этом не было. Возможно, что дело было в книгах, которые читала гриффиндорка, но за такой тонкостью самостоятельно Эйвери уследить не могла, как бы ни старалась, а просить чей-то помощи было просто глупо, да и не хотелось. После очередного нападения в силу вступили новые ограничения, поэтому «играть в сыщика» стало окончательно бесполезно. 27 ноября 1992 — Ну же! Подходите ближе! Я надеюсь, что все меня видят! И все меня слышат! — сегодня Локонс выглядел особенно довольным. Вследствие недавних событий Дамблдор поручил ему открыть дуэльный клуб для студентов. Для человека, одержимого славой, это был отнюдь не лишний способ показать себя в лучшем свете. И вот сейчас он, разодетый еще более торжественно, чем обычно находился в самом центре площадки. — По просьбе самого директора Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс я просто обязан научить вас самообороне и навыкам, которыми сам владею и применял на практике бесчисленное множество раз. О чем, кстати, и написано в моих книгах, — говоря о своих «достижениях», он слащаво улыбался во все тридцать два под восхищенные вздохи студенток. — Что-то сегодня наш принц разговорился даже больше, чем обычно, — фыркнула Эйвери, сложив руки на груди. — И не говори, — буркнул в ответ Драко. — А для наглядного применения самообороны мне поможет гость нашего урока — профессор Снейп, — Северус медленными шагами поднялся на площадку по пристальные взгляды студентов. На слова Локонса ему удалось выдавить лишь ухмылку. — Он любезно согласился поучаствовать в этой дуэли. Прошу не беспокоиться, дамы и господа, после дуэли я верну вашего любимого профессора зельеварения в целостности и сохранности. Слизеринцы почти хором прыснули. — Кто кого еще, — шикнул Забини, улыбаясь. На его слова друзья закивали. По всем правилам дуэли профессора «поприветствовали» друг друга в центре площадки, рассекая палочками воздух, и разошлись по разным сторонам. — Три, два, — начал обратный счет Локонс, — один… — Экспеллиармус! — уверенно раздалось в воздухе. Под ослепляющий свет заклинания профессор ЗоТИ резко отлетел на несколько метров назад. Особенно впечатлительные студенты взвизгнули, оборачиваясь, чтобы убедиться в том, что преподаватель остался цел. Локонс, напротив перепуганный тем, что репутация смельчака отпадет также быстро, как и появилась, встрепенулся, резко вскакивая на ноги, и уверенной походкой направился к Северусу. — Это была прекрасная идея показать им это заклинание, профессор Снейп, — лепетал Локонс, — однако, знайте, я сразу разгадал ваш прием, ведь если бы я захотел отразить его, то это было бы слишком просто. — Я считаю, что студентам прежде всего следовало бы научиться отражать именно эти заклятия. Вам ли не знать, профессор? На несколько секунд Локонс замялся, подбирая слова. — А глазки-то забегали, — хмыкнула Эйвери. — Отличное предложение, профессор Снейп. Вы правы в том, что студентам действительно стоило бы попытаться обезоружить противника. Поэтому я приглашаю двоих добровольцев выйти сюда. Скажем… Поттер. Пожалуйста, Гарри, выходи на сцену. И, давайте, Уизли… — Палочка мистера Уизли находится в плачевном состоянии. Мы скорее угробим Поттера, нежели проведем показательную дуэль. Я предлагаю пригласить кого-то из моего факультета. Малфой, например, — двойняшки переглянулись, — да, пусть это будет Драко. Слизеринцы одобрительно загудели. Малфой, хмыкнув, в один счет забрался на площадку, уверенным шагом ступая в сторону гриффиндорца. — Трусишь, Поттер? — насмехался Драко. — Еще чего, — сквозь зубы процедил Гарри, на что Малфой лишь хмыкнул. — Давайте, ребят. Все по правилам, — «поприветствовав» друг друга студенты разошлись. — И не забывайте, что вашим заданием будет лишь обезоружить противника, ни в коем случае не ранив его. Три… два… один. — Риктусемпра! — Экспеллиармус! Два голоса прозвучали одновременно, отчего оба заклинания просто столкнулись между собой. — Я же сказал, что только обезоружить, — процедил Локонс. — Опускайте палочки. Давайте еще раз… И отойдите подальше! Три… два… — Серпенсортиа! — выкрикнул Малфой раньше положенного. Из палочки вылезла огромная черная змея. Перепуганные студенты крича разбежались. Зло прошипев, она направилась в сторону Гарри. Тот замер на пару секунд, но вместо того, чтобы бежать — что-то прошипел. На удивление, змея, будто бы услышав приказ, свернулась в клубок. Студенты притихли еще больше, смотря на происходящее, вытаращив глаза. — Змееуст… — прошептала испуганная Панси. — Да быть такого не может… — промямлил Тео. — Что ты творишь, Поттер?!.. Н-ненормальный… — чуть ли не плача проговорила студентка Хаффлпафа — Ханна Аббот. — Что? — вытаращил глаза Поттер, не понимая всеобщей реакции. — Я ничего не делал. — А может ты и есть наследник Слизерина? А, Поттер? — не выдержала Эйви. По залу прошелся шепот. От шока, Гарри просто открывал рот, словно рыба, не в силах выдавить ни звука. В первые секунды Эйвери показалось, что она пожалела о своих словах, но увидев растерянное выражение лица гриффиндорца и возмущенные взгляды присутствующих, на лице расцвела победная ухмылка. Поняв, что Гарри находится в безвыходной ситуации, Рон поспешил подхватить друга под локоть, уводя из зала. Растерянный Локонс безуспешно пытался обратить внимание студентов на себя, но в центр площадки выйти не решался, ведь змея все еще находилась там. Снейп, явно разозленный ситуацией, стиснув зубы, направился к сцене. Одним взмахом палочки Северуса — змея исчезла. — На этом занятие закончено, — низкий голос эхом разлетелся по помещению. — Прошу всех разойтись. Сейчас же. 14 декабря 1992 Даже не постучавшись, в комнату забежала Эйвери. Кроме Драко в спальне никого не было. Сам слизеринец сидел на кровати, опустив голову, подперев подбородок рукой. — Мама написала! Представляешь? В будни… — лепетала Малфой, держа в руках еще запечатанный конверт, но заметив в руках брата в точности такое же, но уже распечатанное письмо, застыла у порога. — Что-то случилось? — Да нет… — Драко поднял глаза, выдохнув, — тут просто отец написал. Ничего особенного. — Дай-ка сюда, — сказала Эйвери, протягивая руку. Тот с явным нежеланием передал конверт. Получив письмо, Эйви уселась рядом с Драко, раскрывая листок, — сейчас посмотрим, что же такого в этих письмах. Все-таки пришли одновременно. Не похоже на них… Письмо было совсем маленьким, всего пару строк, но Эйвери пробежалась по нему несколько раз, не веря тому, что видит. Здравствуй, сын. До нас с Нарциссой дошел слух об очередном нападении на одного из учеников. Я прошу тебя быть предельно осторожным и держаться поближе с сестрой. Нарцисса хочет забрать вас домой. Мы думаем над этим. Желаю удачи, Люциус. — Серьезно?! — воскликнула Эйвери, смотря брату в глаза. — «Желаю Удачи»? Он в своем… — начала Малфой, но резко исправилась, — сам-то знает, что говорит? И вообще… Почему снова только тебе? Хоть раз бы адресовал мне это несчастное письмо. — Он тебя тоже упомянул. Вот, глянь… «держаться поближе с сестрой». — «Держаться поближе с сестрой» — передразнила Эйвери. — Я тебе что, спасательный круг? Почему он не думает о том, что и я в опасности… Почему? — Ладно, не кипятись, — попытался разбавить неприятный разговор Драко. — Давай лучше мамино письмо прочитаем. Вздохнув, Эйвери распечатала конверт и держала письмо так, чтобы Драко видел содержимое. Здравствуйте, дети. На днях мы узнали об очередном нападении. Если я не ошибаюсь, то это студент из Хаффалпафа. Думаю, что Люциус уже написал вам, но я не могу просто промолчать. Пожалуйста, я вас очень прошу, будьте осторожны. Не ввязывайтесь в неприятности. Я уверена, что Гарри Поттер со своими друзьями не сидит на месте. Но вы, пожалуйста, будьте умнее, не ходите за ними по пятам. Я очень по вам скучаю и переживаю за каждого. С любовью, Ваша мама. Только прочитав последнюю строчку, Эйвери прижала письмо к груди, прикрыв глаза.