Десять способов побороть скуку

Обадайя Стейн всегда считал, что родился под несчастливой звездой. Не самый умный, далеко не красавец, да и характер подводил, но Обадайя не сдавался и все же дослужился до своей должности и только тогда осознал, что, в его случае, деньги решали все проблемы с несчастливой звездой. В целом, мало кто обращает внимание на недостатки, если ты помашешь перед носом этого "мало кого" пачкой долларов. Разумеется, если этот "мало кто" не некто с фамилией Старк. - Тебе стоит сбросить вес, - как-то бросил Говард Старк, даже не оторвавшись от макета оружия, - ты храпишь, а не дышишь… Как мул нагруженный. Обадайя стискивал зубы и терпел: он и без Говарда был в курсе своих проблем. - Господи, Обадайя, да это же элементарно! - возмущался Говард в другой раз, когда Обадайя изгалялся перед военными, чтобы продать им новый вид минометов. - Ты бы хоть за учебники сел - стыдно за тебя! Когда Обадайя выдвигал Говарду претензии, что, мол, оно, конечно, нормально и критику он терпит, но не при клиентах же, то отец Тони только отмахивался от него, как от назойливой мухи. - Характер у тебя, конечно, мерзкий, - мог заявить Говард при дамах. - Ой, ты же не обиделся, да? - И улыбочка эта гаденькая из-под усов. В общем, когда Говарда пристрелили, Обадайя не особо горевал. Одна яркая звезда закатилась, а несчастливая вот стоит и сверкает потным лбом перед гробом закатившейся. Тони Обадайя тогда особо не знал, так что он надеялся на чуть менее яркую звездовость отпрыска Говарда. Но как же чертовски он ошибся. Вопреки своей детской ненависти к отцу и клятвенным заверениям, что никогда-никогда, ни при каких обстоятельствах Тони не будет походить на отца, как же они были похожи: то же гигантское эго, то же презрение к окружающим, которых они поголовно считали дебилами, те же невыносимые заскоки. Только у Тони они были масштабнее, круче и ярче, будто он хотел, чтобы папаша перпетуум мобиле в гробу изображал. Но Говард отказывался быть зомбячьей динамо-машиной - сколько Обадайя не приходил к его могиле, а паленым там не несло. В унылом микрокосме Старк Индастриз Говард был красным гигантом, подминавшим все и вся под себя, но когда пришел Тони, то в небе взорвалась сверхновая и снесла все к чертям собачьим. Первые годы воцарения Тони Обадайя вспоминал с ужасом: тогда Тони еще был интересен сам бизнес, к которому отец его не особо подпускал. Увольнялись конструкторы, половина обслуживающего штата пошла под сокращение, а рабочие плакали на постоянных курсах повышения своей квалификации. Тони проектировал новое оружие, которое не мог создать никто, и, таким образом, проектировал завод, который мог собрать то, что никто до этого не собирал. Обадайя признавал себе, что тот самый первый известный ему "приступ" сыночка Говарда он пережил исключительно тем, что от степени возмущения творившимся беспределом просто потерял дар речи и не смог орать, как обычно, на юношу, который своими новаторскими подходами к производству, казалось, вознамерился разрушить Старк Индастриз. Промолчал и правильно сделал - Тони Обадайю просто не заметил, а потому тот остался на своих позициях, когда Старк Индастриз внезапно стала отхватывать военные контракты один за одним. Потом, конечно, когда отлаженная махина завода стала работать отлично и без его участия, Тони Старк заскучал и обратил внимание на Обадайю. Тогда же Обадайя понял, что попал. Тони нравилось его бесить. Нет. Тони обожал его бесить. Прийти вдрызг пьяным на заключение важного контракта? Есть. Закатить вечеринку с людьми нетяжелого поведения в качестве корпоратива? Есть. Собрать дебильный парализаторский свисток на коленке и опробовать его на Обадайе во время совещания? Трижды есть! Второй и третий разы Тони просто проверял и совершенствовал конструкцию. Тони дарил ему абонементы в спортзал, сертификаты на управление гневом, а однажды просто запихнул его на ринг с чемпионом-тяжеловесом и полчаса веселился, наблюдая, как боксер гоняет по рингу взмыленного Обадайю. А еще он отказывался подписывать что-то просто так, потому что ему дали. Иногда Обадайя месяцами обрывал телефон (хотя хотелось просто оторвать поганцу уши), чтобы подписать мудацкий контракт с военными, потому что Тони стоически игнорировал пачку бумаг валявшихся на его столе. И было хорошо, когда просто игнорировал. Иногда он их сжигал. В общем, сверхновую в виде гениального мажорчика Обадайя терпел с трудом. Потому что Тони все же больше приносил деньги, хотя с его присутствием приток наличности и уменьшился. Говард редко интересовался бумагами - толкнуть что-то на сторону (не важно чью) было просто, легко, удобно, а главное крайне и крайне прибыльно для Обадайи. Тони тоже не интересовался бумагами, но всякое дерьмо от своего имени подписывать отказывался, ссылаясь то на звезды, то на гороскоп, то на придуманную болезнь под названием "я не трогаю ручки", хотя на самом деле просто ждал, пока ему все разжует Поттс. Рыжая хоть и была немного дурой, но не настолько дурой, чтобы не понять, что партия бомб сделала ноги не к американским военным, а к вполне себе ближневосточным и немного нелегальным в их великой стране. И не понимала рыжая, что платят они лучше родных, но бюджетных военных. И вот за это Обадайя Тони просто ненавидел. Новаторство Старка можно еще было терпеть, но чаще больше нет. В чем смысл выпускать тонну нового оружия, если Тони, как какой-то модельер, каждый сезон проектировал что-то свежее, более смертельное и красиво бабахающее? Даже самый последний пустынный бедуин не хотел покупать остатки оружия, валяющиеся на складе, когда на очередной выставке Тони в компании стриптизерш и драг-див устраивал очередную феерию-презентацию с рок-музыкой, салютом и танцами. А это убытки. Много-много убытков, с которых Обадайя в конце года не получит причитающийся ему за вредность работы бонус. - А что ты делал, чтобы я тебе бонус платил? - хмурился Тони. - Рабочие вот оружие в три смены делали, почти не лажали, а у тебя и без того зарплата за сидение на заднице неприлично большая. Твой бонус входит в обычную оплату, нет? Обадайе приходилось скрипеть зубами и соглашаться. Он прекрасно понимал, что далеко не незаменим: на его место можно любого идиота с подвешенным языком устроить. Мозгов, чтобы улыбаться военным и развлекать их перед заключением контракта, вообще не требовалось. И самое страшное было в том, что когда-нибудь до Тони дойдет, что Обадайя ему не особо нужен. И тогда… и тогда… Обадайя даже не хотел думать об этом "и тогда". Проблемы он предпочитал решать в зачатке. Локи пил заботливо приготовленный Хэппи чай и наблюдал крайне редкую картину: торговец смертью в его естественной среде обитания. Тони Старк взъерошенным комком нервов и вдохновения носился по лаборатории, хватался за чертежи, требовал отображать иллюзию оружия на туманном экране и периодически матерился, погружаясь с головой в условно сложные расчеты. Условно сложные - потому что Локи мог бы подсказать Тони несколько способов сделать все попроще, но как же веселье? В последнее время маг отмечал, что он, в целом, стал гораздо чаще находиться в приподнятом настроении. Влияли ли на это климат Мидгарда, смена обстановки и более частое пребывание на жарком солнце Майами, он сказать не мог. Но ему определенно нравилось его состояние. Тор, конечно, в обморок упадет, когда увидит его немного загоревшим. Локи просто дождаться этого момента не мог. - Дебилы-дебилы-дебилы, - на одной ноте жужжал Тони Старк. - Кто? - лениво поинтересовался Локи. В руке он держал список дел, который немного уставшая Пеппер отдала ему с утра с мольбой заставить Старка посетить хоть три из десяти запланированных мероприятий. И Локи сейчас с трудом выбирал, что интересно ему самому. - Все! - рявкнул Тони. Чертежи белыми птицами разлетелись по всей лаборатории. - Обадайя, потому что я просил поставить мне титан, а он не чешется. Завод, потому что сделали детали для модели с такими погрешностями, что я ее собрать не могу. Я, потому что вообще выдумал этот долбанный Иерихон вместо того, чтобы сидеть на мешке денег и не отсвечивать, а торговать старыми-добрыми бомбами. И ты!.. - обвиняющий палец уткнулся магу в грудь. - Ты тут сидишь и читаешь бумажонки Пеппер, а значит вечером я вновь попрусь на какую-то фигню, куда не хочу, но ты меня уговоришь… Опять! Локи сомневался, что вот сейчас Тони правильно определил мага в "дебилы". - Я могу пойти один, - пожал он плечами. Благотворительный ужин в Музее естествознания звучал отлично: для создания качественной иллюзии доисторической мидгардской ящерицы требовалось идеальное знание их скелетов, тогда бы они получились достаточно достоверными, чтобы Сиф, если не полысела, то хотя бы поседела. Вот с детства он эту истеричку терпеть не мог. Вечно она строила рожи и отнимала у Локи место под яркими звездами асгардского внимания. Сиф отвечала взаимностью - она терпеть не могла Локи за то, что Тору важен был куда больше брат, нежели друзья. Отправиться в Ванахейм за очень нужными Локи кристаллами? Да, конечно, братик. Заставить шамана рассказать свой секрет по накладыванию проклятий? Все, что хочешь, брат. Подставиться под проклятье, потому что Локи проще изучать его действие на жертве? Разбежался, прыгнул и был проклят мгновенно! Зато Локи счастлив. Но не в этом суть. От невинного предложения "пойти одному" Тони застыл на месте, будто йотуны на него напали. Потом он прищурился, скрестил руки на груди и выдал: - Сдам на опыты! Маг фыркнул в чашку с чаем. В теории Тони, конечно, мог, но… - Шею сломаю, - отозвался Локи. - Военных призову! - Это тебе не Один, чтобы призываться!.. Кляп в рот засуну. - Роуди тебя отметелит! - Уверен? - Хэппи отметелит! Локи взглянул на Хэппи, который бодро тряс головой, отрицая свое желание вступать в драку с магом. - Предатель! - выдохнул Тони. - Тогда я сам тебя отметелю! Локи отставил чашку с чаем в сторону и встал с лабораторного стула. - Если проиграешь, то идешь на ужин, - сказал он. - Не проиграю! - запальчиво отозвался Тони, вставая в боксерскую позу. - Проиграл, - сообщил Хэппи, убирая влажное полотенце с лица валяющегося на кровати в своей спальне Тони. Локи для этого многое даже не потребовалось: Тони так разъяренно понесся на него, что отойти в сторону и подставить подножку оказалось проще простого. Остальное сделала гравитация - Тони упал и шмякнулся носом о пол. Мог бы и серьезнее пострадать, но маг был не настолько козлом с развлекавшими его людьми. - Почему я разбил только нос? - удивился Тони вслух. - Повезло, - пожал плечами Локи. - Мы идем на ужин. - Там как воздушная подушка безопасности сработала, - Тони сел на кровати и с подозрением уставился на мага, - везде, кроме носа. - Похоже, ты не только носом ударился. У Локи даже выражение лица не изменилось, но где-то далеко-далеко за много тысяч световых лет громко возмущался Бифресту Хеймдаль, что тут даже последней гальке на берегу Космического моря было ясно, что маг врет. Но Тони не знал Локи настолько хорошо, насколько галька. - Ладно, проехали, Гарри Поттер гребанный, - Тони задумчиво потрогал немного распухший нос. Ни черта они не проехали, но данных было очень мало. - Хэппи, где мой костюм? Вот таким образом Локи и Тони оказались в машине и направлялись навстречу Музею естествознания и ожидавшему их там благотворительному ужину. Одного мага отпускать навстречу приключениям Тони не смог бы: в глубине души прочно сидело подозрение, что отпусти Локи одного - он сбежит. Маг, конечно, счел бы такие мысли дебильными: идти ему некуда, а тут кормят, поят и даже дурацкие документы сделали. Еще и развлекают бесплатно - совсем красота. - Мне кажется, что красный свет означал остановиться, - мимоходом заметил Локи, когда машина на быстрой скорости мчалась в сторону светофора. - Означает, - побледневший Тони крепко вцепился в руль и внимательно смотрел на дорогу, где, благо, было не очень много народа. - И? - А я не могу остановиться. - Он убрал ногу с педали газа, но машина не сбавляла ход. - В смысле?! - вскрикнул Локи. Тони только нервно улыбнулся. В машине, купленной всего лишь месяц назад, неожиданно отказали тормоза. Единственное, о чем сейчас думал Старк, как бы не сесть за убийство по неосторожности. Маг будто бы прочитал все мысли по лицу Тони, у него резко забегали глаза, отмечая обстановку на улице, но людей на пешеходном переходе было слишком много, чтобы отбросить их всех магической волной. - Будет неприятно, - рыкнул Локи и дернул руль на себя. Машина с визгом прочертила асфальт и на скорости влетела в столб и продолжила его таранить, визжали шины, шел дым, но несработавшие подушки безопасности навевали Локи на не очень хорошие мысли. - Ты все мои машины разбить решил? - немного истерично хихикнул Тони. Должно быть, это шок от того, что жив, подумалось Локи. Рядом с взбесившимся чудом автомобильного производства суетились люди. Кто-то открыл водительскую дверь и буквально за шкирку выволок из машины Тони. С Локи этот фокус не прокатил - из машины он вышел самостоятельно, несмотря на то, что до этого человек усиленно пытался открыть заклинившую дверь. Правая нога опять немного заныла от приложенных сил. - Все назад! - внезапно заорал Тони. - Она сейчас рванет! Вот в выводы от создателя бомб о взрывах Локи верил, поэтому пнул одного из помогавших им людей подальше и сам стремительно отошел от занимавшейся огнем машины. Тони отчего-то валялся на асфальте, прикрыв одной рукой голову, и что-то орал в трубку телефона. И тут раздался взрыв, которой своей волной сшиб Локи с ног. - Так вот почему он валялся, - просипел маг, разглядывая вечернее небо Майами. - Вы в порядке? - к нему подполз человек, которого минутой ранее Локи оттолкнул. - Ага, - маг перевернулся на живот и споро встал на ноги. - Не вставайте! У вас может быть сотрясение! Локи только отмахнулся: это у того, кто был повинен в его испорченном вечере, будет сотрясение. Обадайя примчался прямо в больницу. Тони с отсутствующим видом сидел на койке и рассматривал собственные носки, пока названный дядя качественно и, главное, громко полоскал ему мозги. Вообще, Тони был против больницы, но вызванные добрыми самаритянами врачи ни его мнения, ни мнения Стива не спросили, несмотря на то, что даже невооруженным глазом было видно, что в этой странной аварии они оба отделались легким испугом. Точнее испугом отделался Тони, Стив был абсолютно спокоен ровно до того момента, как злобная черная медсестра зычным рыком заставила его надеть больничную рубашку и, угрожая катетером, загнала мутанта на рентген. Рентген выявил трещину в малой берцовой кости правой ноги и то, что скелет мутанта, увы, сделан не из адамантия или вибраниума, на крайний случай. И теперь Стив сидел на койке напротив и с ненавистью всматривался в гипс, покрывавший его ногу от середины бедра и вплоть по стопу. - Но это же бред так лечить! - свистящим шепотом, опасливо посматривая в сторону медсестры, говорил Стив, напрочь игнорируя вопли Обадайи. Тони посмотрел на Стива. Конечно, было интересно узнать, как в лаборатории лечили мутантам переломы, но это не являлось первостепенным вопросом, занимавшим его гениальный мозг. Тони глубоко вдохнул и выдохнул, но воспоминания о непонятно откуда взявшемся (во второй раз за день) воздушном коконе, который сжал внутренности и наружности при ударе о столб, никуда так и не делись. У Стива явно было больше талантов, чем он показывал. Тони задумался. Или у Стива было больше талантов, чем он сам знал. Тоже здравая гипотеза. - Я тебе сколько раз говорил, чтобы ты экспериментальные машины не заказывал! - в уши ворвался вопль Обадайи, который, впрочем, сверкал своим собственным гипсом подальше от непосредственного радиуса действия Стива. - Ни разу, - криво усмехнулся Тони, но Обадайя его не услышал. - Тысячу раз я тебе говорил, чтобы ты свое здоровье берег! Со всякой… - Обадайя покосился на Стива, - швалью не общался… - Я тебя и с этой костяной ногой завалю, - рыкнул Стив, и Тони ему поверил. - Ты у нас такой один! Что станет со Старк Индастриз, если с тобой что-то случится?! Тони промолчал. Проблема-то в том, что со Старк Индастриз ничего не случится. Сначала распродадут остатки, потом привлекут наемных инженеров - оружейка такая стезя, где с намеченного пути трудно слететь. И кому, как не Обадайе, это знать? - Полиция уже вынесла решение, что это проблемы с машиной? - прервал поток воплей Обадайи Тони. - Первоначальная версия, - кивнул тот. - Вероятно, твой механик начудил. Каким образом все окружающие уверились в том, что Стив механик, ни Тони, ни сам Стив до сих пор не понимали. - То есть ты, - зашипел опять Стив, - мне, - он поднялся с койки, нетвердо встав на гипс, - заявляешь, что я причастен к инциденту? - Заявляю? Я прямым текстом говорю! Лицо Стива прочертила кривая ухмылка, и даже гипс на ноге не был помехой его движениям. Тони, как завороженный, наблюдал, как его ручной мутант из лохматого придурка, распивающего чай с Хэппи в лаборатории, превращается в жуткое создание, готовое размазать Обадайю по стенке. И названный дядя быстро это осознал. "Бизнесмен, - подумал Тони уважительно, глядя вслед спине быстро удаляющегося с проклятиями Обадайи, - сразу запах жареного чувствует". В больнице их промариновали ночь. Убедившись, что - кроме трещины в берцовой кости Стива - никаких травм нет, врачи их отпустили на волю. Абсолютно несчастный Стив сидел в коляске около выхода из больницы и с непередаваемым выражением лица рассматривал лежащие на его коленях костыли. - Это варварство! - возмущался он. Стив все никак не мог отпустить ситуацию, а врученные ему утром костыли окончательно добили его веру во все светлое, доброе и вечное. - Через месяц или два снимут, - пожал плечами Тони и вертел головой по сторонам, выискивая заказанное Джарвисом такси. - Суртра вам всем в зятья, - скривился Стив, - дольше никак? Тони только усмехнулся и ничего не ответил. Теплое утреннее солнце приятно грело кожу, а где-то в вышине чистого синего неба слышалось карканье ворона. - Я не знаю как, но вчера ты спас мне жизнь, - тихо сказал Стиву Тони. - Я этого не забуду. Тони знал, что Стив будет отпираться, и тот его не подвел. - Все же эти ваши эскулапы что-то пропустили, - притворно вздохнул он, балансируя на задних колесах коляски, - ты бредишь, друг мой. - Все возможно, - улыбнулся Тони. Он точно знал, что прав, и теперь он точно знал, как выглядит Стив, когда врет. Если Обадайя сравнивал Тони со сверхновой, то Хеймдаль точно знал, что во Вселенной Асгарда Локи - черная дыра. - Похоже, ваш сын забыл о своей миссии, мой царь, - произнес Страж пришедшему на Бифрест Одину. - Он не пытается остановить торговца смертью. Черная дыра - объект малозаметный за границей горизонта событий, сливающийся с темнотой вечности и мимикрирующий под холодное и пустое ничто, но его воздействие на окружающее время и пространство несоизмеримо. Так и Локи - его редко замечали за сиянием его отца и брата, но это не означало, что стоило сбрасывать мага со счетов. В конце концов, все галактики вертятся вокруг черных дыр. - Зато ему весело, Хеймдаль, - усмехнулся в бороду Один. Наивный наблюдатель не зайдет за горизонт событий, побоится быть разорванным дикой, огромной энергией, удерживающей черную дыру на ее месте, и побоится никогда не выйти обратно. Наивный и глупый, считал Хеймдаль. Ведь если зайти за горизонт событий, то увидишь звезду, которая сияет ярче всех. И уже не нужно никаких "обратно".