Let me light up your night

Чимин оглядывает себя в зеркале и удовлетворенно кивает. Ему пришлось знатно постараться, чтобы сделать из себя на вид хотя бы бету. Его телосложение было слишком миниатюрным и стройным, и раньше ему это нравилось, но сейчас это было существенным минусом перед гонками, на которые пускали только альф и бет. Конечно, он не собирается лезть в гонку сегодня, но должен хотя бы изучить дороги, чтобы в дальнейшем чувствовать себя спокойно на трассе. Поэтому теперь на нем две толстовки, огромное худи, которую он купил специально, поехав в торговый центр после пар, и чёрная оверсайзная кожанка. На лице чёрная маска, на голове капюшон, в глазах – яркий предвкушающий блеск. Он готов. Машина тоже готова, послушно ждёт его около дома, полностью накормлена и агрессивно рвётся в путь. Чимин влезает в машину и проходится ладонями по кожаному рулю, чувствуя внутри сильное чувство волнения. Ему одновременно страшно ехать в место, где он никого не знает, и интересно до подрагивающих пальцев окунуться в любимое времяпрепровождение. Он любит дороги, несмотря на то, сколько боли они ему принесли, поэтому ждёт от сегодняшней ночи чего-то особенного. Люди, как будто чувствуя, что сегодня будет происходить что-то особенное, стараются как можно скорее вернуться домой, на дорогах все ещё небольшие пробки, поэтому Чимин приезжает на место немного позже, чем обычно собирается тусовка. Ещё в паре кварталов от нужного места, он чувствует, как воздух вибрирует от рыка многочисленных моторов, слышится громкая музыка и виднеются яркие блики света. Пак пытается успокоиться, но его заметно потряхивает от того количество людей и машин, которые тут находятся. Он удивляется, как полиция вообще позволила такому скоплению машин расположиться на одной улице, а затем кидает взгляд на навигатор и хмыкает. В Сеуле уже несколько десятилетий существует часть города, где установлены особые права. Здесь живут стритрейсеры. В Пусане такого не было, полиция жестко контролировала все дороги, поэтому их гонщики не могли сильно развернуться в тусовках, собираясь больше в своих клубах или подпольных местах. Вокруг множество домов, похожих на заброшки, а за их стенами скрываются самые дорогие клубы и бордели Кореи. Как бы люди не хотели, стритрейсеры были популярными и даже правительство не могло их сдерживать. Чимина встречают громкими выкриками, похлопыванием по капоту и громкой музыкой. Людей столько, что омега с трудом контролирует поток движения, едва не задевает людей крыльями машины, но все же пробирается ближе к стартовым линиям. Здесь находилась основная часть толпы, они все кричали восторженно, каждый пытался подойти к центру поближе. Чимин не видел, кто такой важный стоял в центре улицы, ему вроде и не до этого вовсе – нервы внутри шалят не по-детски, будоражат сознание, натягивая омегу словно тугая струна. Чимин пару минут сидит неподвижно, собираясь внутри, и выходит из машины, оглушаемый резким контрастом тишины салона и шума улицы. На него сразу же обращают внимание и Пак очень надеется, что это просто любопытство перед незнакомым лицом, а не подозрение в обмане своей сущности. Чимин оглядывается вокруг и с удивлением замечает, что омег здесь достаточно много, только сидят они в основном рядом с альфами или на альфах. Чимина от подобной картины воротит, он терпеть не может таких омег, потому что именно из-за них альфы считают, что им любая юбка дозволена; ему ещё противнее становится, когда он вспоминает, что его альфа этим тоже активно пользуется, возможно даже делает это сейчас… Его кто-то хлопает по плечу и Чимин на секунду дергается в сторону, потому что запах совершенно для него незнакомый, намешанный приторными ароматами здешних омег и запахом табака и алкоголя, и его спокойно отпускают. Чимин разворачивается и утыкается на смутно знакомое лицо, но не понимает где мог его видеть раньше. Альфа улыбается широкой улыбкой, буквально освещая все вокруг, и произносит весело: - Привет, ты новенький? - Это так заметно? – Он надеется, что все-таки нет, потому что палиться в первый же день не хочется совсем, ему ещё столько хотелось сделать… - Нет, просто оглядываешься вокруг, а толпа здесь всегда одна и та же, все друг друга знают. Я Хосок, но можешь звать меня Джей-Хоуп. Чимин наконец вспоминает, где именно его видел и неприятно морщится. Нет, он спокойно к конкретно этому альфе относится, просто не хотел встречаться с компанией Мина как можно более долгое время, ибо именно они те, кто мог запросто его вычислить. Ещё и машину его видели, черт… Омега оглядывается и расслабленно выдыхает, замечая на огромной парковке ещё пару машин похожих на его собственную. Альфа смотрит на него и улыбается натянуто, словно чего-то ждёт и до Чимина только через пару секунд доходит, что именно. - О, можешь звать меня Мин. Я действительно здесь в первый раз. - Ого, тогда я буду твоим экскурсоводом! – Чимин не успевает возмутиться или как-то отказаться от предложения, как его хватают под локоть и ведут через толпу к самому центру. Люди перед альфой расступаются, освобождают дорогу, словно он здесь главный, а Чимин кажется себе жалким, потому что даже остановить альфу не может, слова выдавить не пытается в протест чужим действиям. - Хосок, подожди, да стой ты! Альфа останавливается и смотрит на него вопросительно, а в глазах вселенская грусть, словно Чимин своим отказом сердце ему разбил, вот только Паку плевать на это – он руку вырывает и поправляет худи на плечах и только после этого смотрит на альфу прямо, не отрывая взгляда и произносит уверенно: - Держи себя в руках, Хосок, мы не друзья и даже не приятели, чтобы ты хватал меня за руку и тащил за собой как мешок картошки. Любой бы альфа на его месте разозлился, как минимум оскорбился и вообще, Чимин уже давно должен лежать на асфальте с разбитой губой, и Паку даже на секунду кажется, что он и правда сейчас получит за свою дерзость, - лицо альфы удивленно вытягивается, а стоящие рядом люди замирают от услышанного, но Хосок заливисто смеётся и прыгает на Чимина, хватая его за шею, и,прижимая к себе, треплет по волосам, спуская капюшон вниз. Чимин дергается, пищит, потому что по его платиновой макушке его могут легко узнать, а когда его наконец отпускают, быстро надевает капюшон обратно, пытаясь по реакции альфы понять, понял ли он, кто перед ним, или нет. Хосок улыбается искренне и смотрит невинно, так что Чимин все же расслабляется немного, но бдительность все равно не теряет, чувствуя себя словно на вражеской территории. - Ух, вот это ты грозный! – Смеётся альфа и передергивает плечами наигранно. – Я аж испугался! А твой испепеляющий взгляд… Ты с Юнги, случаем, не знаком? Прям на одно лицо, будто убить готовы! Чимин от имени альфы замирает, но Хосок этого не замечает – снова берет омегу за руку и тянет за собой. Чимин страдальчески закатывает глаза, плетясь следом, пока его наконец не приводят к конечному пути – к небольшой компании сидящих в импровизированном кругу, созданном из капотов машин, альф. Подозрительно знакомых альф и омеги… Чимин понимает, что попал в ловушку и не может из неё выбраться, когда на него обращают внимание сразу все в круге. Омега пытается не замечать пристальный взгляд Мина, не зацикливаться на том, как хищно он втягивает воздух вокруг них, пытаясь услышать его запах и под маской улыбается, когда видит боковым зрением, что альфа хмурится, абсолютно ничего не учуяв. Хосок спасает его, самолично представляя омегу своим друзьям, спускает шутку про фамилию Юнги и сгибается от неё пополам, похлопывая себя по ногам. Чимин нервно оглядывается, пытаясь найти пути к отступлению. Ему вообще не прельщало находиться к Мину так близко, он пытается заглушить в себе желание дать деру и больше никогда на его глаза не попадаться, и выдерживает пристальные взгляды альфы на чистом упрямстве. Чимин все же не сдерживается и на секунду встречается с лисьим прищуром, внутри хваля себя за то, что решил перестраховаться и надел цветные линзы. Юнги смотрит на стоящего перед ним парня с прищуром, пытается понять, что его так в нем настораживает и в то же время понимает, что видит его впервые. - Ты не из Сеула? Чимин дергается, слыша хрипловатый от скуренных сигарет голос, хмурясь противному чувству внутри себя. - Я из Пусана. – Чимин старается делать голос более грубым, говорит в нос, чтобы у других даже мысли не возникло заподозрить его, но компания ведёт себя спокойно, глядит на него заинтересованно, в открытую не действуя, и только Юнги этот парень не нравится. Что-то в нем не так. - И какими судьбами в Сеуле? - Да прекрати ты, Юнги, устроил тут допрос на ровном месте. – Смеется Хосок и обвивает руку вокруг чужой шеи. Мин за этим движением следит пристально и прищуривается, понимая, что ему не нравится, как близко стоит его друг к этому парню, но объяснить своё поведение не может. Чимин старается не придавать виду, что его нарушенное пространство никак не волнует, но все же через пару минут из чужих объятий вырывается и выдыхает облегченно одновременно с напряженным Мином. Хосок это замечает, но решает не заострять на этом внимание. – Значит, ты ещё ни разу не видел наши гонки? Чимин смотрел видео в интернете, но вживую все кажется совсем другим, поэтому он отрицательно качает головой. - Тогда у тебя есть прекрасная возможность увидеть сегодня лучших из лучших. – Юнги от чоновских слов цокает и закатывает глаза, но на губах его ухмылка. – Ты же не откажешься поучаствовать со мной в гонке, а, Юнги? - Не боишься проиграть? На что гоняем? - На него. Чимин изумленно переводит на изменившегося за секунду альфу и не может поверить своим ушам. - Ч-чего?! В смысле на меня, ты совсем охренел?! - Прости, малыш. – Улыбается Хосок, глядя только на Юнги. –Ничего личного. Юнги резко поднимается и Чимин на секунду даже думает, что тот его ударит, но Мин лишь хищно щурится и, усмехнувшись, пожимает чужую ладонь. Чимин не знает, от чего ему больнее: от того, что на него буквально поспорили, или от того, что Юнги, прекрасно зная, что у него теперь есть свой истинный омега, спокойно вступает в спор за абсолютно левого парня. Ему хочется расплакаться, напиться и избить Юнги, но он все это в себя перебарывает, поправляет козырёк бейсболки, пряча лицо ещё больше и уверенно произносит: - Я тоже в деле. Альфы кидают на него удивленные взгляды, даже Намджун и Чонгук, до этого остававшиеся в стороне, подтягиваются ближе. Чимин ловит взгляд того омеги и видит в нем неподдельное волнение, но отступать не собирается. - За себя я поборюсь сам. – «И выиграю вас, придурки!»,-шипит внутри себя Чимин. - А ты сможешь?! – смеётся Хосок, оглядывая омегу новым пристальным взглядом. – Ты ведь даже дорогу не знаешь. - Я ему расскажу. – Подаёт голос Джин, выпутываясь из объятий своего альфы. Намджун протестующе тянется к нему, но Джин молча отдергивает руку, стоя на своём. Ким подходит к Чимину и кладёт руку тому на плечо, а Пак чувствует себя некомфортно из-за странного чувства, будто он сейчас самолично разрушает чужую компанию. Чимин изгибает брови и улыбается под маской, вызывая о Юнги непонятное чувство дежавю, подходит к альфам и кладёт свою ладошку на скреплённые руки альф. Выглядит это весьма забавно, учитывая, что в размерах она едва ли не в два раза меньше чужих ладоней. - В случае вашего проигрыша, я забираю ваши тачки. - Ты все равно не выиграешь, малыш, успокойся! – Смеётся Чон и шипит под нос что-то на непонятном языке. Чимин плюет на это и кивает взгляд на Джина, который подходит и разбивает чужой спор. Чимина тут уж хватают за руку и ведут куда-то в сторону, усаживают на старые бочки и достают откуда-то карту. Джин что-то бубнит себе под нос, хмурится и кусает губы, его ладони подрагивают от переживания. - С тобой все в порядке? – все решается задать вопрос Чимин через пару минут наблюдений за омегой. - Ты зря в это влез. - Это ещё почему? –Чимин и сам об этом знает, он точно не думал головой, когда во все это ввязывался, но задетая гордость не давала стоять на месте, когда его буквально ставят на кон как какую-то вещь. – Ты бы стоял на месте и ничего не делал, если бы тебя делили как трофей? Омега ничего не отвечает и Чимин хмыкает, получая немой ответ. - Смотри, основная дорога проходит через несколько наших районов и пару городских. В такие дни там повышенный патруль, поэтому нужно быть проворным и уверенным – полиция особенно не церемонится с пойманными, но на нашу территорию никогда не лезет, отлавливая за ее пределами. Вот эти четыре поворота, - омега тыкает на несколько участков на карте, - самые опасные. Там оживленное движение, слишком крутые повороты. Ты в дрифте как? Чимин неопределённо пожимает плечами, отчего старший омега обреченно стонет. - Ты серьезно ввязался в гонки с Мин Юнги и Чон Хосоком будучи не умеющим дрифтовать?! Поздравляю, ты заранее проиграл этот спор! - Просто покажи мне дорогу, от тебя не требовалось читать нотации. – Раздражается Чимин, хотя понимает, что он не в том положении, что дерзить человеку, который хочет ему помочь. Джин устало закатывает глаза к ночному небу и произносит: - Надеюсь, ты хотя бы приедешь живым. Чимину на эти слова обращать внимание совсем не хочется, но слух против воли за них цепляется. Пак внимательно изучает всю карту, слушает все наставления омеги и кивает на особо пламенные просьбы быть в обозначенных точках максимально аккуратным, пытаясь сдержать внутри себя белёно колотящееся сердце. Оно видимо только сейчас поняло, что ее хозяин впутывается во что-то опасное, потому успокоиться никак не может, нервируя омегу ещё больше. Толпа оживленно гудит, понимая, что готовится что-то весьма грандиозное, люди расчищают дороги, освобождая место для предстоящей гонке, а на старте уже стоит красный Астон Мартин. Хосок восседает на капоте своей машины и наблюдает, как Чимин подходит к своей машине вместе с Джином, получает какие-то последние советы и садится за руль, оставляя дверь открытой. Толпу пугает громкий рык мотора, спорткар плавно двигается с места и останавливается рядом с машиной альфы. Чимину выходить не особо хочется, но по правилам сеульских гонок участники должны сначала предстать перед толпой лицом к лицу. Юнги подъезжает буквально через пару минут и тоже выходит, становясь рядом с Чимином и едва задевая его своим плечом. Чимину кажется, что он на фоне альф выглядит забавно, на десяток сантиметров ниже ростом, более щуплый и миниатюрный даже в трёх кофтах и куртке. Его Лукан выделяется формами, по крайней мере так кажется самому Чимину, когда он осматривает машины противников. У Юнги сегодня машина отличается от той ночной встречи, сейчас рядом стоит иссиня-черная бугатти, с синими линиями по бокам, мигающими неоновой подсветкой. Чимину неожиданно становится интересно, сколько же у Мина всего машин, и он этой мысли неприятно удивляется. Вперёд выходит Намджун и благодарно кивает восклицающей толпе, поднимаясь на небольшой помост перед стартом. - Перед началом гонки как обычно представляю вам участников. Хотя представлять собственно нужно всего одно новое лицо. Я попрошу, - Альфа поворачивается к Чимину и отстранённо улыбается, - снять маску. Возможно, сейчас мы увидим нового победителя! Чимин застывает, поглощённый сотнями пристальных взглядов, и боится шелохнуться. В его планы никак не входило показывать своё лицо, тем более теперь, когда Юнги легко его вычислит. Его мысли лихорадочно бегают, пытаясь найти какой-нибудь выход из ситуации. - Лучше пусть снимет ее, если выиграет. – Выкрикивает кто-то из толпы. – А то проиграет и опозорится! Толпа взрывается от смеха и в иной ситуации Чимин бы оскорбился, но сейчас он даже благодарен тому придурку за возможность выйти из ситуации. Хосок рядом усмехается и произносит тихо, чтобы слышали только они втроём: - Он все равно проиграет, как бы Джин не пытался его натаскать за те десять минут. - Помнится, когда ты впервые пришёл на гонки, ты вообще только права получил. – Отвечает Мин, а Чимина окутывает странное чувство защищенности. – Хватит выебываться, будто с рождения стритрейсером был. - Ты разбиваешь мне сердце, Юнги! – Хосок притворно хватается за грудь и смеётся. Чимин чувствует себя третьим лишним, поэтому молча уходит, садясь за руль своей машины. – Йа, никакого уважения к… Больше он не слышит из-за закрывшейся двери и глубоко выдыхает. Руки подрагивают от напряженных нервов, он с силой сжимает кожу на руле и устало опускается лбом на руки. Он уже пожалел, что вообще решил сюда приехать. Лучше бы сидел дома и делал заказ на очередной проект, а теперь вынужден отстаивать свою честь в его первой настоящей гонке. Чимин дергается, когда слышит легкое постукивание по стеклу, опускает его и щурит глаза, глядя на Юнги. Мин напряжен не меньше самого Чимина, это видно по дерганым движениям, но обращать внимания на это у Пака нет ни желания ни времени. - Что? - Ты все ещё можешь отказаться… - И позволить вам играть в свои игрушки ценой собственной шкуры. Обойдусь! Юнги будто пощечину получает, настолько холодным и презрительным кажется голос парня напротив. Он хмурится от непонятного чувства, будто где-то он уже этот знакомый пренебрежительный тон слышал, но все никак не может понять где, а парень фыркает и поднимает стекло обратно, оставляя Мина молча стоять в одиночестве. Совесть внутри грызёт, а интуиция вопит, что ему нужно как можно скорее отказаться от гонки, тем более что Юнги уж точно в праве это сделать, но гордыня мгновенно отзывается, заставляя альфу готовиться выигрывать эту гонку. На стартовую линию выходит омега с странной тряпкой в руке. Чимин прищуривается и с омерзением понимает, что это чертово кружевное белье. Внутри становится ещё противнее, но он сам сюда приехал, знал, какие люди здесь крутятся. Пак сдергивает капюшон и бейсболку, не боясь, что его могут увидеть за тонированным стеклом и увеличивает обороты, давя на педаль газа. Машина рычит, урчит и скалится, готовая вырваться вперёд, но Чимин знает, что это ещё не все для победы. Он должен быть сосредоточен и уверен, иначе не видать ему победы, а она ему нужна неимоверно. Буквально несколько секунд и машины срываются с места под опущенный «флаг» омеги. Бугатти уверенно вырывается вперёд, мигая фарами, Чимин старается не обращать на это внимание, вспоминая все подсказки Джина. Первый поворот он пролетает почти без ошибок, чем удивляет и Юнги, и Хосока, ведь они специально подбирали дорогу так, чтобы новички не могли сориентироваться в пространстве, отдавая нужные секунды на обгон. Чимин чувствует, как белеют его костяшки на руках от того, как сильно он сжимает руль, но расслабиться он не может – впереди один из самых опасных поворотов, они выезжают в город. Машины на огромной скорости вливаются в ночной поток автомобилей, Чимин замечает, что вовремя надавил на газ, когда мимо его зада пролетает чья-то иномарка, усиленно сигналя отбитым гонщикам. Хосок немного отстал, вынужденный затормозить перед столкновением, так что у омеги есть возможность увеличить фору. Он пыхтит и давит на газ, резко дергая ручник и влетая в очередной поворот перед ханганским мостом. Колёса взвизгивают, в воздух поднимается неприятный запах жжённой резины, забивая ноздри. Мост оказывается пустым, лишь в нескольких метрах видны фары бугатти Юнги, а в зеркале заднего вида пытающийся нагнать Астон Мартин, и, надо сказать, у него это отлично получается. Нога давит на газ, вырывая машину вперёд, так что в следующий поворот Чимин влетает одновременно с Юнги. Он чувствует, как чужая машина едва не задевает его крыло, кому-то нужно сбавить скорость, чтобы предотвратить аварию, но Чимин сдавать не собирается. На страх и риск переключает ещё одну передачу и резко сжимает сцепление с газом, вырываясь чуть вперёд, но чувствует как его немного заносит. За одно мгновение он видит перед глазами два абсолютно разных исхода и надеется, что делает все правильно, когда выкручивает руль, заходя на огромной скорости в ещё один поворот. Чимин бы закрыл глаза, но страх потерять из виду дорогу куда сильнее, он делает все на автомате, поэтому не сразу понимает, что давно приехал на исходную точку и что вовсе не видит перед собой ничьих фар – только ошеломлённая толпа, взирающая на большой экран, показывающий особо эффектные моменты гонки, и его безумно колотящееся сердце. Чимин выходит из машины, удивительным образом вспоминая про маскировку, и окунается в оглушающие крики, заторможенно реагирует на бегущего к нему Джина, не старается отбиться от чужих рук, упорно потряхивающих его за плечи и смотрит на экран, где он едва не распрощался с жизнью. Намджун подходит к ним и хлопает Пака по плечу, поздравляя с победой. - Ну… - у Кима нет слов, чтобы описать то, что он видел своими глазами, он немного теряется, пытаясь подобрать слова, и хмурится, когда это сделать не может, а толпа снова взрывается в смехе, видя как их главный мозг стоит в ступоре. – Ребят, вы сами все видели, да? Теперь настало время увидеть лицо победителя. Чимин ищет глазами Юнги, а когда находит его, пристально за Паком наблюдающего, в первую секунду хочет позорно сбежать. Его взгляд завораживает и одновременно пугает, он не знает и не может предугадать, какой будет его реакция, но внутри все сильнее возгорается злость. Он поспорил на него. Поспорил на человека, которого не знал. Что он будет делать теперь? Пак уверенно поднимает голову и сдергивает с себя капюшон, а затем и кепку, наблюдая за реакцией своего альфы. Юнги на него пристально смотрит, ждёт чего-то, а когда видит знакомые платиновые пряди, застывает. Чимин остервенело дергает маску, срывая ее с лица, и прожигает Мина взглядом, и Юнги кажется, что в них плещется все презрение и ненависть, какую только может испытывать омега. Парни рядом изумленно переводят с них взгляды, Хосок понимает, какую кашу он только что для своего друга заварил и дергает себя за волосы, рыча от досады. Юнги убьёт его, точно прибьёт. Толпа всего этого не замечает, кричит что-то непонятное, а Чимина становится противно здесь находиться. Он садится за руль, не слушая выкрики Юнги и выезжает за пределы тусовки, на которую возлагал огромные надежды и в которой так жестоко разочаровался.