Псина редкой породы

Шан Хуа мило улыбается, прикрывая улыбку длинным рукавом. Делегация с Цанцюн, оставшаяся одна в зале, начинает спорить о том, кого им поддерживать - главу секты Долголетия Нин Шусяо и первого наследника или же старейшин Цзян и третьего наследника. Шан Хуа еле сдерживает обречённый стон - да даже самому тупому из её тройки с Аньдин ясно как день, что Нин Шусяо ставит не на первого, а на второго своего сына! Однако наследники секты Долголетия сами себя перехитрили: среди них один только третий наследник поставил себя добрым и благовоспитанным юношей, чем было бы просто греховно не воспользоваться. Шан Хуа, задавив в себе что-то истерично орущее неблагим матом, переглянулась с одним из двух медиков с Цяньцао, прикреплённых к делегации. Адепт из знакомого ей по посещению пика Медиков квартета непонимающе на неё посмотрел, но кивнул, когда подошедшая к нему Шан Хуа нашептала тому пару слов. Медик на миг задумался, а потом в его глазах появилось осознание. Шан вернулась обратно к Аньдинцам, а тем временем дискуссия делегации, в которой презренный Аньдин не участвовал, потому как господа заклинатели адептов с Аньдин не слушали, всё набирала обороты. — ...Нет, ну вы сами подумайте! — Сказал тот самый медик. — Что первый наследник, что второй - они же отнеслись к нам презрительно, зачем нам им помогать? "Вы тоже относитесь к нам презрительно!!! И мы также не хотим не то что помогать, видеть вас не желаем!!!" От слов медика все адепты с Аньдин подавились воздухом. — Да из их семейки только третий наследник и повёл себя по-человечески! Медика поддержал одобрительный гул голосов. Шан Хуа, не сдержавшись, закатила глаза, а после, услышав глухой хлопок, перевела взгляд на фейспалмящего Ао Дуана. Шан Ян, которого Шан Хуа взяла с собой, непонимающе посмотрел на сестру - вообще он многого не понимал, а оттого был полностью согласен с тем дядей-медиком. В итоге делегация с Цанцюн решила поддержать старейшин и третьего наследника, в то время как адепты Аньдин уже давно условились оказать поддержку только третьему наследнику Нин Шуиню. Ао Дуан и Шан Хуа, встретившись взглядами, мысленно пожали друг другу руки. Всю делегацию разместили в гостевом крыле, Аньдинцам, что следовало ожидать, достались ближайшие к выходу комнаты, что впрочем, тех не расстраивало. Шан Хуа простучала пол выделенной ей комнаты, отыскала чью-то нычку, в которой сиротливо лежал непочатый кувшин алкоголя с пометкой "Улыбка Императора". Хуа-Хуа со всей силы ударила себя ладонью по лбу. "Ебучие отсылки! Да сколько можно?!" Вот только "магистра" ей тут не хватало! "Для полной коллекции не хватает только упоминания о каком-нибудь Ши Уду. Так, стоп." Шан Хуа едва вздрогнула. А ведь фамилия мало того, что начиналась на "Ш", так ещё и писалась точь-в-точь как фамилия лорда Ши Байли... "Да нет, быть этого не может! Не может же..?" Шан Хуа досадливо цыкнула и, выкинув лишние мысли из головы, вышла из комнаты. — Брат! — Поприветствовал налетевший на неё Шан Ян. — Ага. — Вяло согласилась ещё не отошедшая от своих философствований Хуа. Двое из семьи Шан направились к комнате Ао Дуана, где было решено провести первое собрание - они с Ао специально прикинули так, чтобы первое собрание проводилось у Дуана, а последнее по дате - у Шан Хуа. Таким образом равновесие соблюдалось даже в мелочах. — ... Для начала надо выйти на связь с третьим наследником Шуинь, а там уже посмотрим. — Этот мог бы предложить позвать его к нам на собрание где-то через пару недель, но этот сомневается, что на чужой территории нам удастся обеспечить конфиденциальность разговора, поэтому разговор лучше навязать, дабы он прошёл на чужой территории. — Да, — Согласно кивнул Ао Дуан. — Но нам же будет лучше, если третий наследник Шуинь будет уверен, что сам решил пригласить нас, а не что мы его попросили. И правда, была большая разница между "они попросили о встрече на моей территории" и "я попросил их о встрече, но местом разговора выбрал свою территорию из-за безопасности той". — Тогда стоит подстроить всё так, чтобы третий наследник Шуинь сам взглянул на нас и решил использовать, и чтобы мы не выдали бы свою заинтересованность в нём. — Да, но главное не перегнуть палку - нам всё-таки нужно его заинтересовать, а не отвадить. Шан Хуа легко кивнула. — В этом плане кандидат Ао прав. — Шан Хуа щурит глаза и прикрывает рот длинным нежно-голубым рукавом. — Мы не можем переборщить, ведь третий наследник Шуинь всё-таки человек, и ничто человеческое, в том числе и ошибки, ему не чуждо. Однако и мы с вами тоже люди. Шан Хуа улыбается одними глазами. Ао Дуан намёк понимает, а потому решает развить поднятую тему. — Да, как и сказал кандидат Шан - мы все склонны ошибаться, и полагаться на одного третьего наследника, не имея запасных вариантов, опасно. Однако мы сейчас если и сможем примазаться к обеим сторонам, то это будет нерезультатно и слишком затратно. — Думаешь, во внутренний раскол они не поверят? — Остальная делегация выглядит стадом баранов без поводыря - хоть и несётся всё вместе единым порывом, но вряд ли разделится. — Хей, этот не говорил о делегации! — Шан Хуа игриво подмигнула Ао Дуану. Однако эта жестокая мадам ни на миг не забывала, какая именно зеленоглазая ублюдочная мразь отдала приказ сжечь её огород. — И то верно. — Ао Дуан улыбается почти ласково. — Я повторяю ещё раз: Я не обрезанный рукав и парнями не интересуюсь. Кандидату Шан ничего не светит, ты же понимаешь? — Как не светит? Этому светит солнце! Ао Дуан принял ты-это-серьёзно-сейчас вид. В повисшей неловкой мёртвой тишине раздались тихие хлопки. — Брат самый лучший! — Спасибо, А-Ян, твой брат это знает. Все адепты, включая Ао Дуана, единодушно окинули скептическим взглядом Шан Хуа, а после отрицательно покачали головой. — Вы просто завидуете. Шан Хуа удалось уловить протяжные зы-ырки на своей спине. — ... — 28 скептических зырков, вы действовали наверняка, да?! Это был скептицизм, недоверие?! Этот продолжал убеждать, но вы раз за разом продолжали скептически зыркать! Этот знает - вы скептики, разве это так сложно признать?! Скажите "я скептик"! Разве это так сложно признать? Ну же, признайте!!! Шан Хуа еле сдержала дикий ржач, когда увидела вытянувшиеся лица адептов, и одного из них, в глазах которого - Шан готова была поклясться в этом - видела искры понимания. Та-ак, этого персонажа она возьмёт на карандаш. Нет, она совершенно не собирается признавать, что наличие ещё одного попаданца в этом мире её пугало. Перед адептом, мигнув, появилась небольшая табличка, сотканная из ци. Судя по всему, никто другой кроме того подозрительного адепта и самой Хуа её не видел.

[Полученно достижение]

["Вы напугали деда"]

"Сам ты дед! Дед-инсайд! Я женщина!" Системная табличка, будто поняв причину негодования, исправилась, мигнув.

["Вы напугали деда бабульку"]

"И это я-то бабулька?! Совсем ебанько что ли?! Да ты! Ты..! Ты права, долбонутая хренотень." Мысленно Шан Хуа сложила прожитые года своих трёх жизней. Выходило... "Оhuet' я старая..." В итоге Шан Хуа наскребла в себе мужественности признать - она теперь пионерка пенсионерка, только без пенсии. Где её красный пионерский галстук?! Кто скрысил? Так что теперь она с чистой совестью вставать до рассвета уже и ездить в общественном транспорте меч же считается за общественный транспорт? Вроде бы нет до самого вечера уже, при этом брюзжа на остальных пока только мысленно. Шан Хуа цыкнула, а после ещё раз взглянула на системный интерфейс из-под полуприкрытых век. С попаданцем надо было что-то делать. Глаза на миг чуть полыхнули цветом жидкого металла, и Хуа на этот самый миг показалось, что она видит идущую от попаданца к полупрозрачному духу девушки в современной одежде тонкую и настолько же полупрозрачную голубую нить. На лбу у девушки был выжжен символ инь-янь, от которого и тянулись вдаль полупрозрачные голубые нити ци. "Еба... Так это и есть система? Фанон, оказалось, не только безжалостен, но и иногда прав." Спустя миг изображение полупрозрачной девы, мигнув, исчезло. "Итак, что мы имеем?" [[Задача: В мире есть один непрописанный, но пойманный Шан Хуа с поличным Попаданец с Системой - раз. Сама Система, как в некоторых укуренных фф - бестелесный дух, а не какая-то божественная сущность - два. Несколько нитей, идущих от лба Системы, один из концов которых крепится к попаданцу - три. Внимание, вопрос: скольких покемонов соберёт Шан Хуа?]] Отвечает постоянный игрок, трансмигратор с пика Снабжения и Суеты, кандидат Шан Хуа, в девичестве Мейхуа. Ответ: [Еба-ать, я соберу армию Попадунов с Системой!] К сожалению, ответ верный. Юноша с Системой поёжился, жопой чуя надвигающиеся неприятности. Шан Хуа неловко улыбнулась адептам Аньдин. — Многие говорят, что риск - дело благородное, но какое благородство есть в поражении, идущим рука об руку с риском? Адепты Аньдин возбуждённо начали перешёптываться, соглашаясь. — Однако какой смысл в излишнем разделении ресурсов? Безопасность и беспроигрышность, конечно, важны, но мы не можем попасться на своих махинациях "соученикам" из делегации. — Ао Дуан прохладно взглянул на окно, в очередной раз убеждаясь в отсутствии подслушивающих. — От чего? Здесь они не будут сильно нас бить - всё-таки даже бараны не собираются позорить хребет Цанцюн. А после... А после от них легко можно скрыться. Они оба понимали, к чему всё идёт, но ни Шан Хуа, ни Ао Дуан не хотели становиться аутсайдерами, начав стоять если не против, то отдельно от общей группы, и в то же время каждый хотел свалить эту ношу на другого. Победа в этом противостоянии была скорее психологической и реальной важности не имела, однако и отступать просто так смысла не было. В данной ситуации победит тот, кто лучше всего убедит толпу в своей правоте - и тут у сравнительно более щедрой Шан Хуа была небольшая фора, которой было бы глупо не воспользоваться. Вот как. Сначала ты работаешь на репутацию, а затем уже репутация работает на тебя. — Ну раз так, то будет рационально поручить это дело тому, кто так сильно в нём разбирается. Шан Хуа едва сдержала ухмылку. Оппонент повёлся на её почти прямую речь, и из-за этого, перенаправив внимание в другую часть разговора, подзабыл о том, что ключевой важностью на данный момент является благосклонность двух троек с Аньдин. Шан Хуа кивнула. — Да, этот тоже считает, что кандидат Ао сможет принести больше всего выгоды, занимаясь этим. Этот не может решать за кандидата Ао, всё-таки каждый сам выбирает свой путь, однако ваше мастерство говорит само за себя. Помнится, в одну из наших встреч вы так и сказали этому: "Мастерство и сила лишь одна сторона монеты". Этот бережно помнил ваши слова. Шан Хуа едва заметно нежно улыбнулась, тут же прикрыв рот длинным рукавом в разыгрываемом смущении. "Выкуси, ублюдок. Думал, я не отыграюсь за ту постыдную лекцию, что ты мне устроил, хотя повод для той нудятины и был просто смешон?! Обломайся, милый. Ты, быть может, и опасен, но до этой госпожи тебе как до вознесения." Ао Дуану не оставалось ничего иного, кроме как отступить с миром, тем самым чуть поднимая свою репутацию, что неизбежно немного просядет во время этого "делегирования" и операции в секте Долголетия. — Что же, раз кандидат Шан так уверен в моей кандидатуре, то я осмелюсь вынести вопрос на голосование. Адепты одобрительно закивали, некоторые из них с восторгом смотрели на Ао Дуана, не замечая ставшего на миг ехидным взгляда Шан Хуа, обращённого к их "Ао-шисюну". А вот сам кандидат Дуан заметил, едва сдержав желание поморщиться. Этот шкет..! Продолжал учинять на его пути беспорядки! Мелкий негодник, пусть и не думает, что его отпустят с миром! Перед адептом-попаданцем из тройки Ао Дуана возникло системное окно. Как прочитала Шан, конкретно это окно занималось... Какой-то хренью, недостойной Системы.

[Счёт]

[Ао Дуан_______Шан Хуа]

[2] [2]

... +1

[2] [3]

[Выбрать сторону]

Окна Системы выглядели едва заметными, почти сливаясь с окружающим миром, но стоило Шан Хуа сконцентрироваться на системных окнах адепта, как слова стали видеться ей вновь полупрозрачными, а не едва заметными, словно почти рассеявшийся белый дым на фоне белых же облаков. От её пристального внимания или нет, но в следующий миг Система закрыла для своего пользователя право выбора, написав "время истекло", а после зачислила адепта на сторону Шан Хуа и выдала соответствующий квест, дескать помогите и вас вознаградят. Только вот сама Шан Хуа никого награждать не собиралась. Э-эх, эта мадам уверена на все сто процентов, что, выскакивай у неё перед глазами названия её самых главных достижений, то эта мадам бы уже любовалась новеньким "[Вы напугали Систему]". Иначе произошедшая чертовщина никак не объяснялась. Судя по взгляду адепта-попаданца, тот вообще нихрена не понял, но собрался жениться жаловаться. Система незамедлительно отозвалась на гневные(?) мысленные вопли и роптания.

[Время истекло. Эта Система ничем не может помочь пользователю.]

"Не, ну сервис просто ахуеть, конечно. Фу, дизлайк, отписка, жалоба." Кажется, теперь эта мадам начала понимать чувства попаданцев с вредными Системами. Она, конечно, с этой, да и вообще любой, Системой связана не была, но теперь уже точно расхотела. К тому же ей хотелось сохранить свободу, а если связываться с Системой... То не делай, сюжет не рушь, квесты выполняй... Тц-тц, какое безобразие... Но в любом случае у этой мадам не было Системы, а потому эта мадам и не особо парилась на эту тему. Однако присмотреться к этой колоритной парочке Система-Попаданец всё же стоило - местные реали слишком уж не соответствовали канону ПГБД - рас, вместо двух, было четыре, учитывая духов и небожителей, а персонажи имели отличную от канонной мотивацию, и хотя она знала канон ПГБД, но уверенности это в неё не вселяло. Шан Хуа вытянула руку и сделала вид, что посмотрела на свои коротко подстриженные ногти, в реальности же боковым зрением замечая выражение лица попадуна и Ао-шисюна-который-не-шисюн. "Шисюн", как же. Она отказывается искренне признавать старшим того, кто ей равен. На людях, на благо дела - да, конечно, если ей это будет на благо, эта скромная мадам готова вытерпеть многое, а коль выгода перевесит здравый смысл, то вытерпит ещё больше. Другое дело, что боль, кто бы что ни говорил, Шан Хуа не любила. И, как нормальный, жаждущий гарема власти Аньдинец, она не любит, когда ей смотрят в душу - привет, Му Фан - однако ещё большей нелюбви, даже ненависти удостаиваются те, кто в эту душу плюют - пока таких, за малым исключением, не было, но всё равно тогда ей было противно и мерзко. Шан Хуа мягко улыбнулась. — Раз этот вопрос решили, то этот предлагает идти дальше. Ао Дуан, словно позабыв о учинённой ему мелкой пакости - всего лишь сделав вид, отмечает Хуа - благосклонно кивнул. — У нас осталось ещё два вопроса. Шан Хуа вновь мягко улыбается, одаривая солнечным и немного нежным взглядом адептов. Те тают, словно мороженое в июньскую жару, но виду не показывают - "Неплохо. С этим можно работать." - отмечает Шан Хуа. Ей не по пути с теми, кого слишком легко обмануть или с совсем уж беспринципными - для всех взаимодействий люди используют рычаги давления. Будь то пряник или кнут, почти за каждым предложением тянется неосязаемая дымка "а не то...", что особенно видно в речи адептов Аньдин. Именно поэтому Шан Хуа так и не может понять Му Фана - в его предложениях совсем не слышно "а не то", из-за чего "а не то" приходится додумывать самостоятельно. Ведь это "а не то" точно есть - как считает эта мадам - а значит она должна знать, на что подписывается, соглашаясь или отказывая. Иногда, на мгновение, что меньше секунды, ей вообще кажется, что в речи Му Фана она не слышит "а не то" не потому, что тупая и не может различить, а оттого, что скрытых мотивов у лекаря просто нет. "Бред. Какой же это бред." Ну конечно, эта мадам просто не поверит в такое... Если поверит, но ошибётся, то как ей после такого вообще собрать себя, да и получится ли? О, она прекрасно знает ответ. "Нет". Это же просто абсурд. В этой жизни никто ничего не делает за так. За всё надо платить, а потому ей уже выставили счёт, который ещё понять надо и узнать цену. Только вот как это сделать, когда противный ростовщик постоянно меняет тему разговора и мало того, что уверяет в отсутствии задолжнности, так ещё и бесит, падла, так, что в голове мысли плывут! Шан Хуа с грустным пониманием смотрит на старейшин Цзян и третьего наследника. — Я... Этот не очень хорошо знал шисюна, ведь он был с Байчжань и нас разделяли долгие ли густых лесов, а у самого шисюна было много обязанностей, но... — Шан Хуа всхлипнула, делая вид, что пытается сдержать сдавленные рыдания. — Но даже когда его послали к этому проклятому главе... Он продолжал шутить и веселить... — "А также измываться над выходцами с Аньдин на пару со своими корешами. Сборище уродов." — И-и... Э-этот знал, что вы н-непричастны, детали ведь не сходятся... Этот... Этот готов вам помочь. Ранее этот считал, что глава секты Долголетия Нин Шусяо - хороший и ответственный человек, н-но... Этот не может простить. Шан Хуа обхватывает лоб ладонями и падает на колени. Плотные и длинные рукава полностью скрывают лицо. В глазах старейшин кандидат Шан выглядит подавленным, а его плечи немного дрожат - от сдерживаемых рыданий - решают Старейшины Цзян. — Я сочувствую твоей потере. — Сказал один из старейшин. — Но ты хотя бы знаешь истинного виновника, а потому сможешь отомстить. И эти старейшины, хоть и выглядят дряхлыми, но готовы помочь тебе, младший. — С-спасибо, старшие! Старейшины Цзян, решив, что уже дожали адепта заклинательской школы Цанцюн, ушли к себе. Плечи Шан Хуа продолжали подрагивать. — Ты обхитрил их, но не меня. Я восхищаюсь талантом этого старшего. Если бы я не знал, что этот ученик издевался над старшим, то даже я бы поверил тебе. На слова третьего наследника Шуиня плечи Шан задрожали лишь сильнее. Она развела руки в стороны, позволив увидеть её улыбающееся лицо. Шан Хуа дрожала не от рыданий - она просто сдерживала смех. Изначально всё должно было пройти по плану, но эти старейшины Цзян... Такие забавные, право слово, что она чуть не сорвалась, а потому решила сымпровизировать, скрыв под рукавами расплывшиеся в улыбке губы. Отсмеявшись, Шан Хуа встала на ноги, с любопытством спросив. — И только из-за этого ты отбросил вариант, где этот адепт любит, когда над ним издеваются? Или где этот адепт, если совсем уж стукнутый на голову, влюбился в мучителя с мускулистым телом и чистым голосом? — Старший, это настолько маловероятно, что и не пришло мне в голову. Именно так Шан Хуа удалось заручиться поддержкой третьего наследника секты Долголетия Нин Шуинь. В это время Ао Дуан сидел перед главой секты Долголетия Нин Шусяо. — План прошёл просто отлично, глава секты. Вашим людям под моим руководством удалось убрать лидера радикального движения в нашей делегации. Этот адепт с Байчжаня... Теперь будет легче. Ао Дуан кивнул своим словам, используя некоторые психологические штучки, чтобы расположить к себе главу секты. Шан Хуа руководит людьми старейшин Цзян. Заклинатели, которых собралось не меньше дюжины, споро складывают имущество первого наследника в мешочки цянькун, из-за чего количество денег и драгоценностей в хранилище падает. — Но здесь слишком мало! — Возмущается один заклинатель. — И охраны почти нет! Какое-то западло... Ой, не нравится мне это всё. "А тебя это и не должно ебать. Тебе платили за то, чтобы ты работал, а не языком трепал." Конечно, свои мысли Шан Хуа не озвучила, не желая рушить свою репутацию доброватого паренька с большим сердцем, но немного цундеристого. Да и, неспроста этот заклинатель сделал такие выводы. Шан Хуа хватило одного лишь взгляда, чтобы понять, что оставленное почти без охраны хранилище - банальная замануха, которую она хоть и подозревала, но это был не самый вероятный вариант. Однако... На банальный вопрос анальный ответ. Эта мадам ещё посмотрит, кто кого перехитрит. Всё дело было в том, что наследникам был выделен определённый сектор экономики секты, по которому наследники и отчитывались. А если заявленный доход не соответствовал реальному... За расхищение бюджета секты Долголетия сектор казнокрада ровнёхонько так распиливался между остальными наследниками, оттого третьему наследнику было крайне выгодно обокрасть своих братьев, чтобы выбить себе преимущество. "Всё предусмотрел умница третий наследник Шуинь, и вопрос верности своих людей, и надёжность оборудования в своём секторе... Только вот позабыл за всеми мороками о том, что воровать не только ему выгодно." Именно поэтому, когда Шан Хуа узнала, что некто - тут все дружно посмотрели в сторону кабинета главы секты Долголетия - обнёс хранилище третьего наследника и вынес всё до последней медной монетки, то Шан Хуа даже не удивилась, несмотря на то, что с Ао Дуаном подобное не обговаривала. Ха, просто его методы слишком похожи на её. Только вот на каждый хитрый болт найдётся своя хитрая гайка. На краткий миг отразившее шок и непонимание лицо Ао Дуана явно стоило того - когда надо было отсылать доходы, внезапно вскрылось, что первый и второй наследники расплатились фальшивым золотом. Шан Хуа наклоняется к брату, скрывая лицо в широких рукавах, и начинает нашёптывать самые главные ситуации-клише этого мира. — Видишь кусты? Поищи там что-нибудь необычное и неси сюда, когда найдёшь. — На немой вопрос Хуа поясняет. — Это один из шаблонов и клише суки-судьбы. Ты точно найдёшь там какую-нибудь плюшку или чит, тебе по жанру судьбы положенно. А ведь делегация здесь меньше месяца... Кстати об этом - Шан Хуа всё-таки вспомнила о собственном брате. Отлучаться из этой тьмутаракани ей было нельзя, но и брата, как бы тот ни упирался, надо было доставить на хребет Цанцюн, дабы тот уже наконец стал учеником пика Аньдин официально. Шан Хуа лишь грустно вздохнула в глубине души - расставаться с братом ей не хотелось. — А-Ян, запомни, видишь обычного, но не совсем деревенщину в необычном для того месте - не лезь к нему, это опасный деревенщина. У таких деревенщин особая судьба. — Да, брат, я запомню и сделаю. — А ещё уважай старость. В этом мире полным полно могущественных дедов и бабок, только главное не перепутать их с обычными. Да и лолей лучше не бить - они все, как правило, цундере, так что мстить будут жёстко, просто чтобы набрать репутацию холодных тянок. Решение проблемы было простым до безобразия - Шан Хуа просто подбила Шеу Юэмо отконвоировать подбросить её брата Яна до школы, довести до её трио миньонов Фонг-Шу-Шуай, и усё. Даже её брат с подобным согласился - тревогу следовало бить уже тогда, но Шан Хуа в кои-то веки решила довериться. Зря - как позже решит она, ведь её ребетёнка просто напросто спиздили. И как-то плевать, что утащили недалеко, и что её брату никто не навредил - всё равно эта госпожа решила карать всех виновных без вазелина. Однако оставаясь в секте Долголетия, Шан Хуа таких подробностей будущего не знала - всё же она с Аньдин, а не Юантянь, чтоб их там... Грёбаный Юантянь, с адептами которого вообще общаться нельзя - вот стоит этот адепт, в разговоре с тобой улыбается, да только, вполне возможно, улыбается он какому-то твоему косяку, который ты ещё даже не совершил. Обидно? Обидно. Вот и остальные считали также. А кто такая эта скромная мадам, чтобы спорить с толпой? Ах да, ей по профессии положено, но не спорить, а руководить, так скажем, но это не к спеху и вообще к теме разговора об этих вертихвостах-предсказателях не относится. За оставшийся месяц их делегации всё-таки удалось скрестить ужа с ежом и возвести на престол пост главы секты Долголетия третьего наследника Нин Шуинь - после истории с фальшивым золотом Ао Дуан на удивление легко переметнулся обратно к коллективу. Конечно, он сказал, что с самого начала действовал на благо третьего наследника, и некоторые ему даже поверили... Однако, когда Шан Хуа ехала домой, то думала вовсе не о конкуренте-кандидате, а о армии попаданцев - с попаданцем из тройки адептов Ао она уже договорилась, завербовав себе неплохую фигуру на шахматной доске их пика, но вопрос с попаданцами оставался открытым. По приезду, родной пик встретил Шан Хуа до боли знакомым и родным состоянием горящего во время наводнения борделя. На этот раз полыхали склады, на что матерился владеющий теми самыми складами Ао Дуан, экстренно сбегая разбираться с этим вопросом. До того момента, как Шан Хуа малодушно решит передушить всё население отдельно взятых трёх пиков оставалось ещё почти полчаса. Шан Хуа только смотрит, никак не меняясь в лице, когда впервые ловит намёк на произошедшее на церемонии поиска учеников событие. Конечно, тройка её миньонов виляет как может, но Шан Хуа довольно быстро по намёкам, которые трое не смогли спрятать и убрать из своей речи, понимает, что именно произошло. Шан Хуа нежно улыбается, но троих рукожопых миньонов прошибает диким ужасом. От милой и нежной улыбки их главы хочется зарыться поглубже в песок, убежать на край света и ослепнуть, чтобы перестать видеть эту ужасающую улыбку - хочется убежать, но неведомая сила словно держит их, прижимая к полу и стенам. — Где, вы говорите, мой брат? Юантянь не самый плохой пик, но Шан Хуа и правда не может понять, какого хрена её милый братец-булочка забыл на этом сборище гадалок и шарлатанов. Да, сейчас Шан Хуа и правда хочется с максимальной жестокостью вырезать целых три пика родного хребта Цанцюн: Юантянь, ибо как они посмели и что вообще они творят, Аньдин, ибо куда вы, слепошарые ублюдки, смотрели, и Байчжань, ибо те виноваты по умолчанию - а меньше надо было бить адептов Аньдин, Аньдинцы злопамятны. И статус внешнего адепта Шан Хуа не помешает - Ши Байли, сволочь эдакая, опять разжаловал эту мадам! Эта мадам негодует. В комнату, постучавшись, вошёл её сосед Чао Чан, который нёс на плече красивую ткань. Будто не замечая парящего в воздухе желания убийства, загорелый Чао-чан слегка улыбнулся, распрямляя ткань. — Красивые шторы, правда? Еле выцыганил на Цзюйсянь, но, по-моему, оно того стоило. Чао-чан слишком милый. Благодаря действиям загорелого адепта обстановка немного разрядилась, а жажда крови пропала. Шан Хуа встала, чтобы помочь соседу по комнате повесить шторы, но, внезапно обернувшись, ледяным взглядом осмотрела пятящихся адептов, отчего те сразу же остановились. — Не сметь. И трое косячников, переглянувшись, стали помогать вешать шторы. Закончив, Шан Хуа ещё раз смерила косячников только-попробуйте-съебаться-и-я-вас-уебу взглядом, отчего те, вздрогнув, застыли на месте. Этих косячников Шан Хуа не понимала - да даже если её брата и спиздили, то что им мешало выкрасть его обратно?! Вот-вот, как она и говорила - косячники. Шан Хуа взъерошила волосы присевшему на кровать Чао Чану. Этот милый юноша был просто прекрасным другом и маленьким неунывающим солнышком. — Ну всё, иди, я сейчас буду этим вот — Хуа кивнула на тройку адептов, застывших подобно мышам перед змеёй. — разнос устраивать. Чао Чан понятливо кивнул и, прихватив пару своих вещей, вышел из комнаты. — Итак. — Шан Хуа обернулась на побледневшую тройку Фонг-Шу-Шуай. — Мы всё объясним! — Надеюсь на это. Шан Хуа бежала за Шеу Юэмо, не уставая вслух призывать на голову той всевозможные кары и несчастья. Шеу Юэмо пока что еле-еле уходила от преследования, но у Шан Хуа было чувство, что её ведут куда-то. Как оказалось позднее, ей не казалось. Шеу Юэмо быстренько шмыгнула за спину горного лорда пика Юантянь Лян Байкуня. На лице Шан Хуа тут же не осталось и следа враждебности. Целый горный лорд ей был не по зубам. В итоге уже через несколько минут Шан Хуа с трудом сохраняет понимание смысла разговора, едва продираясь через словесные дебри "луны не той фазы", "тусклого Марса" и "яркой Венеры". В монологе Лян Байкуня она понимает только предлоги, да и то не всегда. Под конец речи увидев откровенно непонимающее лицо напротив, Лян Байкунь всё-таки сжалился. — Ты со слухов знаешь, что пик Юантянь не забирает чужих учеников, и этот слух правдив. — Прежде чем Шан Хуа успела возмутиться, Лян Байкунь продолжил. — Мы видим судьбы людей и основываемся на них, когда ищем адептов нашего пика. Так вышло, что судьба Шан Яна тесно переплетается с пиком Юантянь, и я не мог этого оставить. Самой судьбой ему предвещено стать моим преемником. Шан Хуа не могла озвучить ни единой своей мысли, поскольку все они были нецензурными. Да какого хрена?! У этой госпожи такое чувство, что это её братец Ян является главным героем, а не Ло Бинхе! Так, стоп! "Сам он деревенщина - штамп. Сирота - штамп. Старшая сестра/брат тоже попадает под штампы китаефандома. Идём дальше. Мудрый наставник - чек, красивая(?) и добрая(?) шицзе, пусть и в лице паршивки Шеу Юэмо - чек. Поступление не туда, куда планировалось, но на более престижное место - тоже штамп. КАКОГО ГУЯ ЗДЕСЬ ТВОРИТСЯ?!" Шан Хуа с шоком поняла, что у её братца-Яна, похоже, началась какая-то своя сюжетная арка, помешать которой она не могла. Будто поняв ход её мыслей, Лян Байкунь кивнул головой на выход. Где-то в глубине души трусливая часть Хуа была даже рада, что её отпустили - сама Шан сейчас слабо представляла, что ей нужно делать. Лян Байкунь, смотря в спину уходящей Шан Хуа, покачал головой на немой вопрос Шеу Юэмо. — Эта немолодая девушка понимает суть судьбы, хотя самих судеб не ощущает, попросту не зная, как это делается. Ты сама видела, как в один миг сменились её паводки судьбы - она и сама поняла бессмысленность трепыханий, а потому отступила. — Но... Шицзунь, почему тогда мы не приняли её к себе на пик, раз она понимает судьбу? Это... Этот талант многим не даётся, он редок даже среди адептов нашего пика. — Её судьба не сплетена с пиком Юантянь так, как это надо, а пик Юантянь чужого не берёт. Шеу Юэмо кивнула, принимая такие объяснения. Она прикрыла посветлевшие глаза, всматриваясь в успокоившиеся после ухода Шан Хуа линии вероятностей, что сейчас были похожи на мирное море, ничем не схожее в своей безмятежности с тем штормом, что бушевал в линиях вероятностей ещё час назад. Эта Шан Хуа... Как на взгляд Шеу Юэмо, Шан Хуа имела слишком большое влияние на мир, даже учитывая её почти пробуждённое наследие.