Без бога в девятом мире

Пошатывающийся Клаус только что справил нужду и, ломая ветки, вышел к дороге. Он поправил ремень на штанах и нервно выдохнул. — Рю, — он вяло поднял руку, — ты на меня не сердись, но я больше не могу. Я человек, и мне надо спать. Эти двое уже больше часа назад отрубились. Я оглянулся. Позади и вправду двое наездников носом уткнулись лошадям в шею, а я заметил это только сейчас. В эту секунду я задумался о наших нынешних действиях немного глобальнее и понял, что никогда так сильно не волновался. Меня не терзала совесть, но я не был уверен в том, что поступаю правильно. И «правильно» не с точки зрения кого-то со стороны: я сам не знал, нужно ли мне то, за что я сражаюсь. — Ты прав, это я уже ничего перед собой не вижу. Сделаем привал. — Дальше... — пробубнила девушка-орк сквозь полудрёму, не отлипая от лошади. — Я не собираюсь спать там, где он только что срал. Взяв во внимание ультиматум Леве, мы проехали дальше. Солнце находилось ровно над нами, когда в поле зрения медленно «вползло» подходящее место ночлега – деревянная хижина. Домик на вид был заброшенный, хоть и не так давно, но производил впечатление вполне способного укрыть от дождя и ветра убежища. — Есть кто? — негромко пробормотал Клаус, которого уже отказывались держать собственные ноги, когда слез с лошади и сделал несколько шагов навстречу ветхому зданию. Никто ему, как я и предполагал, не ответил. Он подошёл ещё ближе, к самой двери, и приложил ухо, чтобы понять, что происходит внутри. Ничего не услышав, Клаус помотал головой и открыл дверь – тишина. — Пойдём? — уточнил Анджело, медленно слезая с седла. — Да, давай за ним. — Ой... Эльф с глухим звуком завалился на землю и прокатился до моих ног. — Чего разлёгся? — Леве слабенько пнула по ноге еле находящегося в сознании парня и схватила меня одной рукой за плечо. Другой ладонью она аккуратно обхватила мою ладонь. Вторую мою руку Анджело использовал для того, чтобы встать, но так и не отпустил. Так я понемногу начал тащить их обоих к дому, куда только что вошёл Клаус. Мы успели сделать всего пять-семь шагов перед тем, как Клауса, будто мешок с овсом, выкинул из дверного проёма старый пузатый огр. Он был не очень высоким, но не менее уродливым, чем те, которых мне по долгу службы приходилось видеть до этого. Толстая и твёрдая кожа огра отдавала блеском сырой глины, а над правым ухом торчал маленький кривой рог. Он почесал пузо и, ковыряясь в зубах костью, направил свой неприятный взгляд на меня. — Огр в Акаверии? — негромко спросил я сам у себя и приподнял бровь. — Уверен, у тебя есть особое разрешение, чтобы жить в этой части леса. И ты мне его даже предоставишь. — Чё? Я уже собирался подойти и сделать ему очень больно, но вдруг осознал, что прилипшие ко мне спутники заснули и вцепились в руки мёртвой хваткой, при чём одновременно. Увидев, что я хотел что-то предпринять, но не смог, огр оживился, с глухим грохотом подбежал ко мне и ударил в живот. Его рука прошла насквозь и застряла. — Знаю... обычно выходит по-другому. Я ударил его лбом в нос и оттолкнул ногой. Там его уже ждал Клаус. Он распорол золотистым мечом бок огра и в секунду его обезглавил. — Вы никого не забыли? — Клаус показал пальцем мне за спину, где на лошади под действием сонного порошка лежала Немезида. — Потом заберу, надо сначала отвести этих двоих. Подъём! — А? — Так, один есть... Леве! — я стукнул девушку по голове лбом, после чего она замычала и мотнула головой. — Шагай. С горем пополам мы таки добрались до входа и обнаружили в доме довольно простое устройство: справа был подвешен пустой котёл над местом для костра и ящик, содержимое которого активно привлекало местных мух, а слева – пролёжанная соломенная кровать и немного свободного места, чтобы было где развернуться. Окно, если это можно так назвать, было «естественным», то есть просто дырой в стене на уровне груди, выходящей в сторону леса. Я бросил эльфа на полу рядом с котлом, а Леве уложил на кровать, пропахшую жирным огром. «Зато здесь никто не справлял нужду... наверное», — подумал я и накрыл её одеялом из... человеческой кожи, набитой тем, о чём я, вероятно, знать не хочу. Следом за нами ввалился Клаус. Тот сразу же решил всё остальное свалить на меня одного и уснуть на полу у окна. Я оценил его доверие, но мысленно отругал за слабость, после чего пошёл за королевой. Она всё так же лежала почти на самой заднице лошади без сознания, поэтому я лишь ещё раз натёр её ноздри щепоткой сонной пыли и, притащив в хижину, положил рядом с высоким парнем, беззащитно восстанавливающим силы на прогнившем кое-где полу. Королева Немезида была довольно хозяйственной женщиной, насколько я мог знать, так что она бы не смирилась с тем, что ночует в подобной помойке. Но, хоть она и спит, была в этой хижине вещь, которая не понравилась бы никому из нашей компании. Широкий ящик, который так облюбовали насекомые, был заполнен до краёв, судя по всему, ужином, завтраком и, как минимум, завтрашним обедом огра. Детей он, скорее всего, воровал из ближайших сёл, но тел было уж слишком много. Времени на погребение у меня не было, но я утащил смердящее вместилище мёртвой плоти далеко в лес, чтобы никто случайно не увидел. *** Проснулся я посреди ночи от того, что кто-то открыл дверь. Лёг спать я снаружи, прямо за дверью, прислонившись к стене, так что Леве Норша, внезапно захотевшая глотнуть свежего лесного воздуха, не заметила моего присутствия. Она медленно шла в сторону дороги, с которой мы заметили хижину огра, а я из интереса двинулся следом. Леве не знала, что я перегнал лошадей чуть дальше в лес, чтобы накормить, поэтому сначала я подумал, что она ищет именно их, но та не выглядела особо озадаченной, когда дорога оказалась пуста по обе стороны. Тем не менее, девушка начала нервно оглядываться, когда переходила дорогу, и вошла в лес по другую её сторону, что насторожило меня ещё больше. Стараясь не наступать на сухие палки, я медленно, но верно пробирался дальше незамеченным, пока девушка-орк шла, собирая собой кусты и нервно озираясь по сторонам. В какой-то момент она остановилась, я последовал её примеру и, не двигаясь, встал за деревом и наблюдал. «Если что-то и произойдёт, то сейчас», — подумал я и оказался прав. А произошло то, что Леве из рода Норша, бромашский полуорк, шла так далеко, чтобы справиться со своими физиологическими потребностями. Она уже начала снимать свои кожаные бриджи, когда я её остановил. — С-стой, подожди! — быстро выговорил я, выйдя из-за дерева. — А-ам... — девушка буквально застыла в этой наклонной позе с обеими руками, стягивающими штаны вниз. — Я просто... — Нет-нет, — она оставила расстёгнутые бриджи на уровне бёдер и замахала руками перед собой, — я... я знаю, ты тоже человек, у тебя может быть... свой интерес. Если кто-то и поймёт, то пусть это буду я. Просто... так стыдно... — Закрой рот! Нет! Нет! Нет. Зачем мне тогда тебя останавливать? Я объясню: ты пошла слишком далеко, поэтому я решил посмотреть, в чём дело. На кой хрен тебе надо было переться сюда, чтобы просто отлить?! — Вообще-то... — Да как угодно! Мы сейчас где-то в двухстах метрах от хижины, ты явно переборщила с секретностью. — Всё! Я тебя поняла, а теперь можешь проваливать. — Ты не... — Пошёл вон! Путешествуя вместе с кем-то, постоянно переживаешь такие бытовые недопонимания. Так было всегда, избежать подобных случайностей практически невозможно. Оправдывая этим свою излишнюю подозрительность, я шёл обратно той же дорогой. Остальные просыпаться даже и не думали, так что я просто пришёл и сел на то же место у двери. Леви вернулась позже, чем я думал. Меня уже тянуло в сон, когда она воспользовалась большим скрипучим рукомойником, повешенным на стену хозяином дома. Самое удивительное, что там действительно была чистая вода. Я не стал открывать глаза, поэтому просто услышал, как девушка подошла, открыла дверь и... встала на месте. Она стояла так ещё некоторое время, но затем дверь закрылась. — Можно тебя поцеловать? — тихо произнесли губы вплотную к моему уху. — Иди спать, я невкусный. — Дай хотя бы попробовать. — В другой раз. — Какой ещё другой раз? Завтра мы в любом случае разойдёмся, умрёт кто-то или нет. Я хочу получить награду заранее, — капризно требовала Леве, сев рядом со мной. — Спасение мира от бесконечных игр в богов для тебя недостаточная награда? — Да ты и сам знаешь, что плевать я на это хотела. Как будто я сейчас здесь из-за твоей благородной цели! Вовсе нет. Я бы вообще предпочла, чтобы мы прямо сейчас развернулись и вместе поехали туда, где нас никто не найдёт. Впервые за долгое время я по-доброму улыбнулся, восприняв слова Леве всерьёз, но старался не показывать ей лицо. — Я не могу. Кто-то должен пойти по этому пути. — Не обязательно ты. — Дороги назад меня лишили, когда сделали воплощением. Так или иначе, двигаться отсюда можно только вперёд. Ты сама знаешь, я многое недоговариваю, но уж как-нибудь смирись. — Предлагаешь молча смотреть, как ты отдаёшь жизнь ради какой-то бессмысленной хрени? — тон девушки стал немного холоднее, чем обычно. — Если понадобится, я... — я прервал себя, пытаясь озвучить слова, что были правдой когда-то. — Ты... что? — Если понадобится, я усыплю тебя силой, иди внутрь. — Забыл? Мы легли ещё днём, так что я спала более, чем достаточно. Теперь точно не усну. — Да... Точно, — вместо Леве внутрь со скрипом зашёл я, — подъём! Клаус тем временем уже спал в обнимку с королевой. Он сам поразился своим крепким сном, когда это понял, затем извинился перед бессознательной дамой и встал. Анджело же, как проснулся, начал кашлять и в спешке выбежал из дома, вонь не оставила его равнодушным. С королевой на плече я вышел сам, с неоднозначным выражением лица посмотрел на сброд людей, которые собрались здесь только потому, что их привёл я, и которые выглядели в одной компании немного нелепо, а затем, нервно моргнув, направился к лошадям. Кобыл, благо, никто не съел, не украл и не прирезал, как оно бывает в этих краях, а особенно в лесу, что уже заставляло мыслить оптимистичнее. Положив женщину на одну из лошадей, я отвязал животных и повёл к дороге. «Там меня уже ждали свежие, умывшиеся и быстро перекусившие небольшими запасами из последнего встретившегося нам селения спутники», — сказал бы я, будь это действительно так. Леве, вопреки своим же словам о том, что спала достаточно и точно уже не уснёт, сейчас пускала слюни, развалившись на траве, Анджело недовольно бубнил, что Клаус потратил всю воду из рукомойника, и искал, чем ополоснуть лицо, среди сумок, которые я ночью снял с лошадей и кучей бросил рядом с домом, а сам Клаус искал, чем набить брюхо, в тех же сумках, попутно убеждая эльфа в том, что он ни в чём не виноват, и там на самом деле оставалось всего ничего. Но, пока шумная компания приходила в себя посреди тёмного леса, я был занят совсем другими мыслями. — Это... — подошёл Клаус, когда я привёл лошадей к дороге, и указал пальцем на Немезиду. — Может, её как-нибудь покормить? Не загнётся с голоду? — Я её только что усыпил, не получится. Да и смысла нет, мы будем на месте через несколько часов, если верить Фарикс. — Ага... Кстати, если уж речь зашла об этом... — дальше он стал говорить почти шёпотом. — Ей можно доверять? В смысле, эта твоя богиня не кинет нас? — Я понимаю её мотивы, а намерения ещё прозрачнее. Нет смысла переживать. — Ну ладно. Только потом не говор-... — Если она умудрится нас как-то обмануть, мы все покойники. Парень помотал головой, прорычал нечто невнятное и пошёл за сумками. Анджело тем временем пытался заставить подняться Леве, но без толку. «Я не могу, разберись с ней сам, пожалуйста», — вежливо попросил он меня с не очень радостным выражением лица, когда я подошёл ближе, а сам направился помогать Клаусу с нашими пожитками. — Вставай. — М-м-м... Понеси меня. — Могу по земле потащить. — Ну! Вечно с тобой так. — Как? — Чёрствый ты. — Тебе романтики тут никто не обещал. Поднимай задницу и дуй к лошадям, — чуть холоднее, чем обычно, отругал я Леве и, не дожидаясь её, сам направился в сторону дороги. Девушке понадобилось какое-то время, чтобы пересилить свою лень, усталость, а также всё остальное, и через пару минут мы дружно, или не очень, поехали дальше. Сделав несколько небольших остановок на перекусы, болтовню с проезжающими навстречу торгашами и прочие прелести человеческой жизнедеятельности, примерно через пять часов мы преодолели лесные пейзажи, и их сменил плеск морской воды и зыбкий песок под копытами лошадей, которые, благо, за следующие полчаса езды по берегу, ни разу не завалились набок от такого надёжного грунта. — Долго ещё? — я в очередной раз поднял голову к небу. Никто давно уже не удивлялся такому поведению с моей стороны. — А ты сам посмотри. И я посмотрел. Странно, что я не обратил внимания до этого, но огромная каменная глыба, которая на горизонте не казалась чем-то из ряда вон выходящим, теперь закрывала всё большую часть неба. Если верить Фарикс, именно такую штуку мы и искали. Она была высотой примерно в семь раз больше меня и в шесть – Клауса, про ширину вообще трудно было говорить. — Как я понимаю, это и есть врата, — сообщил я тем, кто были не особо посвящены в детали плана. — Врата? В смысле? — потерялся Клаус. — Это типа... камень. — Да, друг мой, это определённо камень... Но то, что мы ищем, находится внутри него. — А-а-а... — Леве, готова? — Я? Ну как тебе сказать... Я, конечно, повторяла заклинание, много раз повторяла, но теперь не уверена. Скажу хоть слово не так – меня разорвёт. А оно длинное. Хе-хе... — Если тебя это утешит, то это будет меньшей из моих проблем. — Как... мило, — одновременно прищурилась, подняла бровь и натянуто улыбнулась Леве, — но я всё же попробую обойтись без этого. Когда мы подъехали к огромной глыбе, девушка-орк первая спрыгнула с лошади и, достав из сумки на моей кобыле ритуальную маску, подошла ближе к камню. Сама маска полностью была сделана из мерзко блестящего серебра, да и по качеству она была чуть ли не хуже, чем дешёвые украшения из маленьких столичных магазинчиков, что само по себе заставляло усомниться в том, что это артефакт. Ведь кто из мудрецов далёкого прошлого стал бы наделять магической силой такое уродливое изделие? Но сомнения пропадают, когда видишь, как с этой маски в прямом смысле бесконечно стекает вязкая жидкость золотистого цвета. Именно на её основе делают препараты с так называемой «Небесной материей». То были и бутыли с дрянью, что ускоряет мою духовную материю, которые, к слову, я успел где-то потерять во время этого путешествия, и лекарство, которое не давало умереть юной Цизаре. — Ты не будешь надевать её или вроде того? — поинтересовался Клаус, когда увидел, что Леве уже была готова начинать. — Нет, — немного раздражённо ответила та, — в ритуале нужно лишь её присутствие. Девушка снова повернулась к нам спиной и приготовилась читать заклинание, открывающее врата, когда её вновь прервали, на этот раз я. — Погоди. — Да, да... Что опять? — Леве вопросительно подняла ладони. — Я... Не нужно... В общем, мне надо кое-что проверить. — В каком плане? Я поставил на камень свою метку и исчез в портале. Женщина уткнулась лицом в мою грудь. Она тихо всхлипывала. Я почти ничего не видел внутри помещения, в котором оказался, но несколько небольших лучей света откуда-то сверху отражались от золотистых волос. Много времени не понадобилось, чтобы всё понять. «Всё закончилось», — положив руку на её голову, сказал я и пошёл вперёд. Помещение было небольшим, а большую часть пространства занимали ящики. Перед лестницей, ведущей к выходу, стоял деревянный стол, а на нём – зажжённая свеча. Она почти ничего не освещала, но помогла мне не запнуться на ступеньках. Сделав три широких шага по лестнице, я оказался прямо у источника солнечного света, который продирался в этот подвал через щель в двери. Эта дверь оказалась достаточно крепкой для того, чтобы сделать из подвала клетку, и Аврориана никогда не смогла бы выбраться из неё сама. Ударом ноги я снёс эту дверь с петель, и она, вылетев, забрала с собой развалины, подпиравшие её. Я не успел выйти из проёма, как встал на месте с широко раскрытыми глазами. Ощущение было такое, будто моё сердце спустя столько времени снова забилось с бешеной скоростью. — Прости... меня... Я... — всё, что смог я выдавить из себя, находясь в сильнейшем потрясении. — Что вообще происходит?! — раздался громкий возглас в голове, но я не обратил на него внимания. — Ты должен открыть врата! В чём дело? Запах, источаемый всеми этими внутренностями и оторванными конечностями, в ином случае заставил бы меня плотно проблеваться. Руины, оставшиеся от дома моего отца, по большей части были перекрашены в тёмно-красный кишками, кровью и всем остальным, что должно быть внутри тела, но никак не на разрушившихся и повалившихся стенах здания. Некоторые тела были относительно целыми, некоторые лишь конечностями вылазили из-под обломков. Когда я нашёл выход, то смог рассмотреть всю картину снаружи: от потолка не осталось совершенно ничего, и ни одна уцелевшая стена не доходила до третьего этажа, он был разрушен целиком, а из разбившихся окон свисали гниющие трупы крестьян, понемногу поедаемые мухами. Аврора шла за мной, но старалась не смотреть по сторонам, ей и самой немало досталось даже при том, что она смогла дойти до потайной двери и спрятаться в убежище. По большей части она смогла обработать раны тем, что было в ящиках внизу, но её правый глаз уже точно не увидит света. Трава от разрушенного здания и до забора была такой же идеально зелёной, как и всегда. На ней лежал и грелся под солнцем, как я когда-то, Вэн Гин, надзиратель десятого порядка, он был одним из тех, кто не нападал тогда на моё убежище в городе. Я думал, он дезертировал, но юноша с узким разрезом глаз сейчас эти самые глаза закрыл и наслаждался ясной погодой с прохладным ветром в десяти метрах от кладбища человеческих внутренностей. Уроженец, как он сам любил рассказывать, великой и богатой страны на востоке даже не подозревал, что я иду в его сторону. Когда я откинул с его лица прядь длинных волос, он хотел резко вскочить, но я схватил его за горло, ударил о землю и поднял сам. Я держал его за горло перед собой так, что он не доставал носками до земли и хрипел от удушья. — Это ты сделал? Внешне я уже не проявлял никаких эмоций. — К-ха... Нет, я бы... Я бы не стал... — Тогда я просто убью тебя. — Стой! Подож... подожди! Если я всё честно расскажу, ты пощадишь меня? — Да. Я соврал. — Меня направили сюда, чтобы вс-... К-ха! Чёрт... Направили, чтобы всех прикончить. Я приказал... собрать всех крестьян в поместье, — он указал пальцем на руины, — и прирезал. Потом сообщили, что нашли тебя в городе. Я хотел... хотел вернуться, но сказали ждать тут, вдруг ты появишься. — Я не нашёл тела отца. Где оно? — И не найдёшь. Точнее, найдёшь, оно же по всему дому теперь. Кусочек тут, кусочек там... Я отпустил шею надзирателя, но ладонью другой руки обхватил его голову. Я начал сжимать так медленно, насколько мог сдержаться. Он начал кричать и дёргаться, начал говорить про то, что я обещал ему жизнь. — Рю, не надо... — Аврориана протянула руку, останавливая меня, — не марай руки сильнее, чем они должны быть. — Тогда это будет последний раз, когда я тебя ослушаюсь. Вэн Гин кричал от агонии, пока его голова трещала под моей рукой. В какой-то момент его глаза закатились, а сам он перестал кричать. Я бросил тело на землю, но, чтобы быть уверенным в том, что прикончил его, воткнул кинжал в грудь и оставил там. — Слушай, — Фарикс явно была недовольна тем, что я нахожусь на другом конце Акаверии, когда мог быть уже в аду, — я всё понимаю, но тебе сейчас надо быть не здесь. Открыв портал обратно, я тихо сказал Авроре: «Скоро всё кончится». По ту сторону меня уже ждали недоумевающие спутники, которым было очень интересно, куда и зачем я пропал. Леве сидела на песке, прислонившись спиной к камню, и разглядывала маску, Клаус был занят тем, что допивал последние запасы воды, а Анджело, судя по всему, с интересом разглядывал метку, из портала на которой я вышел. — Где ты... Я не дал Леве договорить, но выхватил у неё маску и, медленно замахнувшись, выкинул этот кусок серебра далеко в море. — Я был в доме отца, — я говорил медленно, но остальные ясно давали понять, что они не в курсе, что происходит, Клаус даже выплюнул свою воду, — ночью я почувствовал, что не могу подцепиться к портальной метке там, это меня беспокоило. Пока мы ехали сюда, я использовал запасную, она находилась в тайном убежище под домом. Там я встретил... — Ближе к сути, — Леве чуть надулась, но сидела на том же месте. — Я как раз к ней подошёл. Моего отца и всех его крестьян жестоко убили. Я даже похоронить его не смогу, от тела ничего не осталось. В общем... я не могу. — Не можешь что? — непонимающе помотал головой Анджело. — Не могу уничтожить этот мир. — Подожди, мы ведь... Стой, мы же не... — Если уничтожить артефакт, созданные им миры исчезнут. Я ведь прав? — теперь я обращался к той, кто, как обычно, находился в стороне. В данном же случае она сидела на небольшом камне справа от меня, сложив ногу на ногу. Теперь она не подавала признаков того, что раздражена или удивлена, просто сидела и смотрела на море. — Не хотела тебе говорить. Жаль, что ты сам догадался. Но ты должен понимать, почему я так поступила. — Да, я... я понимаю. Но я ведь с самого начала это понял. Я был готов к тому, что все присутствующие здесь, включая меня, прекратят своё существование. А теперь... — Но по твоей вине умерло множество людей, и всё изменилось... — Вовсе нет. Просто теперь я могу отбросить сомнения. Они зародились гораздо раньше. — Вот как... Не пожалеешь? Все мы созданы артефактом, ненастоящие. Возможно, где-то в изначальном мире есть настоящий ты, у которого есть настоящее тело, настоящие мысли, чувства... — Наши чувства настоящие. Я считаю, этого достаточно. — Что ж... — Фарикс усмехнулась и вздохнула, — тогда увидимся на собрании богов. Она в мгновение исчезла, будто бы и не было её вовсе. — Я сейчас не особо понял, о чём вы там говорили, но... ад отменяется? — Да, отменяется, балда, — на этот раз Леве улыбалась, она повернулась ко мне, — что важнее: даже в тебе, оказывается, есть какие-то чувства. Просто мы их, видимо, пока не заслужили. — Что-то мне подсказывает, что это в прошлом. — Надеюсь, что так. У меня теперь на тебя большие планы. — Ребят, — замахал руками Анджело, внимательно изучавший меня глазами во время разговора с Фарикс, — это значит, что я могу вернуться в деревню? И даже не придётся умирать? Чего мы тогда ждём? — Мне ещё надо... убить королеву, чтобы стать богом. — Оу... Немезида и не думала приходить в сознание, когда я стащил её с лошади и аккуратно положил на песок. Её волосы совсем спутались за это время, а на лице было несколько небольших царапин, но даже так королева всё ещё выглядела внушительно. Между людьми из высшего света, взятыми в плен, и обычными оборванцами, выглядящими примерно так же, всегда была какая-то разница. Может, только я её и чувствовал. — С чего бы начать... — я чуть приподнял тело женщины и положил одну руку на её волосы, а другой обхватил подбородок. — Немезида не всегда была добра ко мне, это так. Справедливой она тоже была не всегда: пару раз по её прихоти я чуть было не лишился звания, а однажды почти остался в темнице. Но даже так я могу вспомнить и плохие, и хорошие моменты. Одно могу сказать точно: она не заслужила такого конца. — Так отдай титул бога ей, — Леве села на колени у меня за спиной и положила руки на мои плечи. — Я тоже не заслужил. С этими словами я резким движением свернул шею только что действовавшей королевы Акаверии. Она ничего не почувствовала, даже глаза не успела открыть, просто упала головой на тёплый песок. Ознаменовал её конец яркий свет. Было похоже, что звезда медленно спускается к нам с небес. Белый огонёк остановился на верхушке камня. Со временем сияние начало сходить на нет, а на его месте образовался мужчина. Он сидел, игриво свесив ноги с края, и наблюдал за нами с длинной змеиной ухмылкой на лице. Его средней длины светлые волосы трепал ветер, пока сам мужчина разглядывал то нас, то пыль на руках. — Хорошая погодка, правда? Я угадал с нарядом, — слова были произнесены тихо, но их чётко услышал каждый из нас. Одет он был в лёгкую чёрную накидку на восточный лад, прикрывавшую худощавое тело. На ней были изображены цветы самых разных видов и размеров. Из-за ветра казалось, что вся флора на его халате двигалась и переливалась. — Жарковато, — хоть мы уже встали, Леве всё ещё одной рукой держала моё правое плечо. — А мне нравится. — Ты – душа артефакта? Мужчина вздохнул, услышав мой вопрос. — Вечно вы преувеличиваете. Но, если вам так будет... — Нет-нет, расскажи. — Вам правда интересно? С чего бы начать... — меня бросило в дрожь от того, что он сказал это точно так же, как я несколько минут назад, но при этом его улыбка не уменьшилась ни на миллиметр. — Я лишь наблюдатель, который иногда выглядывает из своего зрительского зала, чтобы исполнить свою единственную задачу. — И в чём же она? — Не дать спектаклю закончиться, конечно же. Кста-а-ати... Я до последнего за тебя болел. Был уверен, что ты попытаешься меня убить. Кто бы мог подумать, что уже на пороге ты размякнешь... — Вспомнил обещание, данное когда-то. — Да-да-да! Помню что-то подобное, — он приложил палец к подбородку и чуть отвернулся, — как же её звали? Сейчас... Точно! Селина, верно? Он, как ребёнок, резко показал на меня пальцем, когда назвал её имя, как бы подловив меня. Я не понял, откуда он это узнал, но и удивительного было в этом мало. — Может уже сделаешь то, зачем пришёл? — грубо поинтересовался у него Клаус. — То, зачем пришёл? А, да-а-а, — он появился по другую от меня сторону и положил руку на левое плечо, — думаю, ты заслужил нормальное тело, друг. Странная энергия наполнила меня в том месте, которого он коснулся. На моей щеке появилась небольшая трещина, которая медленно шла к груди и постепенно разошлась по всему телу. Мерзкий на вкус пепел начал ссыпаться с моего тела и смешиваться с песком под ногами. И я почувствовал. Почувствовал ногами этот рыхлый песок, почувствовал свежий морской воздух, ладони на моих плечах. Как оказалось, у Леве довольно грубые ладони. Выплёвывая из себя остатки этой грязной пыли, я упал на колени. Мои ладони воткнулись в тёплый песок. Я понял, что уже переродился как бог. Множество знаний о себе, об этом мире наполняли мой разум. Их было слишком много, чтобы сосредоточиться даже на малой части. — Ну как? Скажи же, ощущение непередаваемое! — Да, я... чувствую себя прекрасно. — Чем ты мне нравишься, так это своей честностью. Что ж, остальное оставляю на тебя. Мне пора в новый, десятый мир. Скоро снова увидимся. Я видел только его босые ноги, но понял, что он исчез с таким же светом, с каким появился. Попытки встать не увенчались успехом, я ещё не успел привыкнуть к новому телу, а Леве была не в силах поднять меня в одиночку. Тогда перед лицом я увидел ещё две протянутые руки, они принадлежали Анджело и Клаусу. Они вместе подняли меня с колен. Я открыл портал, но теперь мне для этого не нужна была метка или что-то подобное. Я бы даже, наверное, смог переместить нас мгновенно, но боялся ранить кого-то из них. По ту сторону портала на земле сидела Аврора, которая ещё долго будет приходить в себя после случившегося. Она смотрела в небо, что так предательски яркой голубой скатертью соединяла её с теми, чья доля была куда легче. Я больше никогда не допущу, чтобы она плакала. Как её друг, как семья, как Рю Анкернот, бог бессмысленной кровавой резни из девятого мира.