Дождь в начале весны (Zǎochūn xià yǔ)

      Выйдя из дворца и пройдя несколько шагов, Феникс вдруг сказал:       - Нам нужно много времени для отдыха. Надо обсудить дела. Предлагаю немедленно отправиться на берег теплого южного моря. Сейчас склоняется солнце, там не жарко. В земном царстве пройдет много часов, а здесь наше отсутствие и не заметят, и мы вернёмся сразу во Дворец под платанами.       Жунь Юй понял намек: стены дворца сына императрицы могли иметь уши.       Цзинь Ми, услышав о море и мире смертных, обрадовалась. Конечно, ей хотелось солнышка. Хотели этого и братья, намучавшиеся не меньше. После слёз живые души искали радости.       Слуги пошли дальше (и увели за собой слежку Ту Яо, не зная о том), а трое небожителей, не выходя за ворота ограды, взяли крепко за руки друг друга и перенеслись туда, куда указал путь Феникс.       Там, где они оказались, пустынное место на берегу моря было усыпано мелкой галькой и плоскими белыми ракушками. Белая пена рассыпалась вдоль далеко видной извилистой линии воды.       Над берегом возвышалась выбеленная скала, по верху которой бушевала тропическая растительность. Во многих местах между расщелинами скалы сверху спускались тропинки. Не было ни души. Феникс сказал:       - Однажды во время битвы ко мне присоединился младший сын здешнего князя. Он был ранен. После боя мы отнесли его сюда, там его маленький город - скорее, большая деревня. Вон там, - и он показал за уходящую кривую линию берега, - есть пещеры, на берегу и высоко в скалах. Там можно спрятаться от солнца. Там мы пировали тогда.       Прибрежная полоса была многослойной: на урезе воды море крутило крупную гальку с пеной, кидало гальку на камни, выступавшие из воды. Ближе к скале шла широкая полоса мелкой гальки, а ещё ближе в берег вросли мелкие белые ракушки пополам с песком. Дальше начинался неровный, наклонный срез скальной породы - гладкого светло-серого камня, и лишь у самой скалы на полоске почвы росли пучки травы и мелкие редкие кустарники, обильно цветущие желтыми пахучими незнакомыми цветами.       Трое прошли по гладкой полосе, глядя на прибой. За резко изгибавшимся берегом открылись пещеры: неглубокие на уровне земле и глубокие, обширные на недоступной людям высоте.       Разложили большое покрывало (его достал из воздуха Жунь Юй), и на солнышке, как травинка, стала оживать и радоваться Цзинь Ми. Братья посмотрели на шрам Жунь Юя, что изводили вторым, и оказалось, что струпья облетели. Пятна розовой кожи выделялись среди белой. Дракон стремительно заращивал раны.       Цзинь Ми вспомнила, что надо принимать морские ванны для окончательного выравнивания кожи, и Жунь Юй решил тут же последовать советам. Он ушел подальше с глаз, завернул в пещерку, сложил одежду, придавил ее камнями, и пошел в воду. Феникс глядел на него, а Цзинь Ми села лицом в другую сторону. На ее лицо падали солнечные лучи. Феникс оглядел окрестности и присвистнул:       - Храм построили. Какой высокий для такого небольшого городка!       Там, куда смотрел Сюй Фэн, действительно возвышался храм. Он был не похож на строения Небесного царства и те здания, что видела Цзинь Ми в мире смертных.       - Мы забрались на юго-запад, - сказал Феникс, - здесь так строят.       Жунь Юй плескался в воде. Соленое море не было похоже на привычные ему пресноводные реки и озера. Он нырнул, проплыл, вынырнул и помотал головой, и нырнул опять. Проплыв далеко, Юй из воды помахал рукой брату. Тот помахал в ответ. Цзинь Ми с оживлением о чем-то говорила и Феникс кивал головой.       Волны припадали к телу пловца, как девушки после разлуки. Он задохнулся от непривычного наслаждения. Солнце сквозь сине-зеленые воды ласкало его, как никто и никогда. Дракон не мог больше удерживаться, его хвост забил под водой, распугивая местных рыбешек, медуз, отрывая клоками водоросли. Хвост выделывал движения, от которых по позвоночнику, по спине, по голове пошли мурашки удовольствия. Он нырнул и прокрутился колесом в воде, вылетел и вновь влетел в волны. Он прорезал синюю толщу, слившись с нею, и лишь изредка вспоминал: надо возвратиться…       Он плавал так долго, что обернулась Цзинь Ми: заволновалась. Увидела нырки дракона, ахнула и прижалась к Сюй Фэну. Тот сидел возле ее ног.       Жунь Юй после головокружительного скольжения в родной стихии понял, что после моря придется смывать соль: чешуйки были - для пресной воды, кожу под ними щипало.       Над высоким берегом вдруг разнеслось мычание. Цзинь Ми и Феникс засмеялись.       Там, куда они глядели, было сложно построенное, высокое с многочисленными ребрами, выступами и рельефными украшениями, многоугольное внизу и конусообразное сверху, мелкоступенчатое строение коричнево-сероватого цвета. Оно, казалось, было вырезано из цельной высокой скалы.       Жунь Юй лег на урезе воды. По ногам до пояса бил прибой, окатывал пеной грудь и руки, иногда плеща по лицу. С головы бежали реки. Жунь Юю казалось: он вновь родился.       Такой большой радости он не помнил. Чувство благодарности к Фениксу, похожее на то, что он ощутил ночью, появилось из солнечного сплетения, окатив его, как морская вода. Неужели столько пережито было за одни сутки?       Когда он высох в пещерке под лучами вечернего солнца и оделся, Феникс замахал ему рукой. Он раздевался. Жунь Юй догадался: они хотят искупаться. Он отвернулся, видя боковым зрением, как снимала накидку Цзинь Ми, повернулся спиной. Нашел большой камень и сел на него. До него доносились возгласы брата и девушки. Цзинь Ми, не умевшая плавать, плескалась рядом с берегом. Боясь оставить ее, Сюй Фэн плыл то на восток к Жунь Юю, тоже помахав рукой, то обратно мимо Цзинь Ми.       "Как же мы раньше не догадались прийти сюда", - думал плывущий Феникс. Мир был на земле, верилось и в мир на небе. Солнце - его мяч для игры - тихонько спускалось к морю за фигуркой Цзинь Ми.       Он вынул её на руках из волны, проговорив: "Мы ещё придем сюда вдвоем".       Жунь Юй был, как деревце на вольном ветерке. Прикрывал глаза, грел спину, подставлял левый бок солнцу, волосы сохли быстрее, чем дома. Ему крикнули, чтобы поворачивался и подходил, и он пошел на закат, и луч солнца гладил его шею.       Тут стали Феникс, Дракон и Цзинь Ми решать свои вопросы. Феникс сказал, что ничто не поможет им, если сперва не обратиться к Му Дань, правительнице Царства Цветов. Если заручиться ее поддержкой, то отцу Цзинь Ми удастся расторгнуть одну помолвку и провозгласить другую.       Царство Птиц должно признать эту перестановку в обмен на восстановление питания птиц зерном и другой растительной пищей. Феникс сказал:       - Хоть и выросло поколение птиц, питающееся лишь мошками и червяками, а все же их старейшины и все старшие в народе птиц не смогут устоять перед такой возможностью.       Жунь Юй сказал:       - Что даст это Императору, ведь он рассчитывал на то же самое при заключении первоначальной помолвки между мной и дочерью Повелительницы Цветов?       - Му Дань не давала согласия, и даже не обещала подумать.       Жунь Юй сказал:       - О возвышении птиц хлопочет императрица. Может ли она отказаться от зерна для царства птиц во имя брака Сюй Фэна и Суй Хэ? Подумал и ответил сам:       - Возможно, но она захочет сохранить такое решение в тайне. Значит, госпожа Пионов должна объявить о своем решении до того, как императрица попытается ответить на него.       Ну, а другие силы? Супруга Ло Линя, госпожа Ветров, и он сам, они оба противостоят стихии огня. Ее представляет императрица. А также сам Феникс. Тут напрашивается одно: раз Повелитель Пламени объединяется с Повелителями Воды и Ветров, то императрице делать в Небесном царстве нечего. Ее власть становится номинальной. Нет ей опоры ни в чем. Надо ей подсластить эту пилюлю. Например, дарами из того же царства птиц.       Цзинь Ми сказала: это так, только она может в гневе отказаться от даров и начать войну.       Жунь Юй сказал:       - Против ее пламени будет Вода, Ветер, Растения, а также я с моими светилами. Можно составить гороскоп (в котором всегда есть возможность поражения) и показать ей. Может быть, она примет во внимание волю звёзд. Но это означает поход к предсказателям. Или к Богине судьбы.       И прежде всего надо убедить Императора. А его мыслей никто не знает. Моя помолвка была совершена без моего участия, лишь по мере взросления я поставил свою роспись на свитке о ней. Он может не принять во внимание мои желания, как не думал о них раньше. А птицы останутся при прежнем рационе. Вот здесь – главное.       Императрица создаёт угрозу Цзинь Ми, это так. Мы должны защищать ее. Возможно, вам придется надолго разлучиться, потому что большей защиты, чем в доме отца, Цзинь Ми нигде не получит. Придется вам ждать.       - Дядя Дан Чжу может выступить защитником, говоря о близком родстве? - спросил Феникс.       Жунь Юй сказал:       - Сюй Фэн, я знаю, близкого родства между вами нет, есть лишь дальнее. Госпожа Матушка называет Сюй Хэ племянницей для усиления значимости Сюй Хэ.       Это сообщение вызвало хмурые гримасы у Феникса и Цзинь Ми, а Юй продолжал:       - Знаю, что для небожителей близкое родство препятствием не является: духовные силы побеждают все дурные последствия такого брака.       - Значит, все дело в Императоре. А что, если я попрошу его именем матери, - спросила Цзинь Ми, - разумеется, императрицы не должно при этом быть.       - Да, - ответили оба брата, - это может подействовать.       И Жунь Юй подытожил:       - Надо вызвать императора во дворец Повелителя Вод, или в иное место, чтобы при переговорах не было императрицы и вообще посторонних.       - Что же, - сказал Феникс, - мы обсудили все. У нас нет больше никаких веских аргументов. Есть лишь ещё твое, Жунь Юй, твердое отречение от невесты, и за него, скорее всего, тебе попадет. Поэтому прежде я должен полностью признаться в моей вине. Мы должны быть рядом... Скажи нам окончательно, Первый Принц, точно ли ты не откажешься от расторжения помолвки? Или...       - Да, я желаю расторжения помолвки, - ответил Жунь Юй, и порозовел. Цзинь Ми, без слез, низко поклонилась ему. То же сделал и Феникс.       - А теперь я хочу посмотреть этот храм, - сказала Цзинь Ми, неожиданно развеселив братьев, как в старые времена.       Они поднялись на высоту, позволяющую разглядеть храм. Над берегом, обращённая к морю, парила прикреплённая сразу под кровлей черная птица.       - Кому здесь поклоняются? - спросила Цзинь Ми. Этого не знали ни Жунь Юй, ни Сюй Фэн.       Они переместились на сторону суши и опустились на землю. Храм был высок и прекрасен, глаза разбежались разглядывать листья, цветы, птиц, зверей, воинов с оружием и девушек в развевающихся одеяниях и орнаменты, вырезанные поверх его стен. Люди выходили из храма и заходили в храм. Изнутри доносилось пение жрецов, звон колокольчиков, шел нежный и сильный аромат воскурений.       Трое зашли в храм незримыми. Внутри было прохладно, горели свечки, тонкие и высокие, толстые и широкие. Над большим прорезанным на море окном прикреплено было изображение птицы, очень похожее на уличное, но то было черным, а это раскрашено алой краской. От птицы ореолом исходили длинные, нарисованные золотом лучи. Очертания птицы напоминали ворона, о чем шепнула Сюй Фэну Цзинь Ми.       Прислушавшись, они услышали молитвы, обращённые к великому богу воинов - воплощению бога Солнца, великому Ворону – и одновременно же Фениксу.       Феникс чуть не свалился. Жунь Юй улыбался во весь рот, смеясь молча. Цзинь Ми, тыча пальчиком то в птицу, то в бок Сюй Фэна, весело произнесла:       - Ну это же копия тебя, как ты упал мне в клумбы! Та, темная птица - обугленный Воронёнок. А эта, алая, это - ты и есть!       На стене были прикреплены таблички на незнакомом языке и изображения. Приглядевшись, Сюй Фэн воскликнул:       - Это действительно я! Вот изображение того сына князя, вот битва, вот мы несём раненого сюда, в его город над морем. А вот он же в короне князя. Значит, он стал здесь князем!       - Значит, здесь поклоняются тебе, братец, - похлопал по плечу Сюй Фэна брат.       - Хороший знак, - сказал Сюй Фэн, и они покинули это удивительное место.       Вновь обхватив друг друга, все трое перенеслись во дворец Сюй Фэна.       За окнами неслись тучи и продолжал капать дождь. Доверенные сказали, что Ло Линь и Линь Сю ещё не вернулись, но судя по всему, завтра возвратятся. Дождь подходит к концу, поднялся ветер.       Тепло Дворца под Платанами ждало их. Ванны были готовы, ужин ждал на столе, путешественники по настоянию Феникса выбрали себе помещения. Подошли слуги, вернувшиеся из Дворца Небесных Сфер: уборка закончена. Да, пока они были в царстве смертных, здесь прошло меньше часа! Жунь Юй перенёсся в свой дом, запечатал его, и вернулся во Дворец под Платанами вместе с караульным.