Эпидемия

Прошло два месяца. Джордж держал поникшую голову руками. Рэй лихорадочно чертил планы операций на карте боевых действий, сверяясь с документами. За два месяца боевых действий резервной армии удалось занять четыре из десяти основных городов страны. Они успели провозгласить новое государство. НХР—новая Хельмеровская Республика, контролировала значительные территории на севере и в центре страны. Они приняли флаг и гимн. Объявили Шенстон новой столицей. Проделали колоссальную работу над пропагандой, призвали к восстанию против основного правительства, слёзно умоляли руководство Борейско-Вальвердской коалиции поддержать их. Они даже выпросили снабжение и получали оружие и еду через узкий коридор на севере страны. Солдаты стояли насмерть и вели ожесточённые бои за каждую деревню, каждую улицу, каждое здание и каждую комнату. Но всё без толку. Вся армия, вернувшаяся с фронта не прекращала свой натиск и неумолимо продвигалась вперёд. Джордж и Рэй могли не спать днями. Они перестали следить за гигиеной, отдыхать и заниматься чем-либо кроме управления резервной армией и НХР. Посольство стало для них тюрьмой. Максимум свободы, который они могли себе позволить было открытое окно. Конец неумолимо приближался. Когда образовались сугробы всё стало хуже. Казалось бы, армия Хельмера должна замедлиться и переждать неблагоприятные погодные условия, но нет. Их самые боеспособные соединения продолжили наступление. Солдаты резервной армии массово гибли от холода и болезни Хольма. И не потому, что у них не было тёплой одежды, а из-за многочасового пребывания на холоде. Через генерал-майоров до них доходили леденящие душу рассказы о солдатах, сражающихся на холоде, будучи больными. Их фекалии замерзали прямо в их штанах и сковывали их движение. Не в силах больше ходить, парализуемые лихорадкой и диареей они падали на снег и умирали прямо там. Они уже потеряли Шенстон и Герт. Северная группа армий была уже на подходах к Рэддингу. С его падением НХР больше не сможет сопротивляться и они будут казнены. —Ещё две недели и мы капитулируем, —сказал Джордж. —Ты прав. Но я не собираюсь сдаваться без боя, —ответил Рэй. —Я тоже. Но у меня есть идея. Мы можем бежать. Пока НХР не капитулировала мы соберём отряд из пятидесяти солдат, который доберётся до Хельмера через город рядом с Летбургом, который находится в анархии, проехав сто двадцать пять километров. Они возьмут посольство штурмом под видом солдат нового правительства и вывезут нас в НХР тем же путём. Мы пройдём через изменение внешности и перебежим границу Дантии. Если всё пройдёт так, как я задумал, то мы сможем сохранить себе жизнь, а возможно ещё и втянуть Южной Борею в конфликт. —Я думал что ты уже на грани нервного срыва. —Так и есть. Но после шестидесяти двух дней шести часов и пяти минут управления государством я не утратил способность здраво мыслить, каким бы невероятным это не казалось. Им нужно два дня для подготовки. Один день займёт операция. И еще пару дней мы будем проходить через пластические операции. —Ясно. Ты уверен в успехе? —Абсолютно. Прошло два дня. Они провели их как обычно, стараясь не подавать виду и ожидая своего часа. Эти два дня тянулись гораздо дольше, чем обычно, несмотря на продолжавшуюся работу, которая занимала много времени. Обычно Рэй нехотя вставал с кровати и всегда был рад возможности полежать ещё несколько минут, но сегодня он встал с кровати как только проснулся. Джордж постучался к нему в комнату, Рэй открыл. —Несмотря на мою исключительную способность к статистике, всегда нужно учитывать человеческий фактор. Они уже стоят под посольством и ждут нашей команды. Сейчас надо дать им команду, так что времени на сборы вообще нет. Рэй кое-как натянул свою генеральскую форму, взял чемодан и последовал за Джорджем. За каждым их шагом и приказом следили. Однако охранники, следящие за приказами сменяли друг друга в две смены. Один из них внимательно следил за их речью. Второй же не мог понимать сложных конструкций на хельмеровском языке и имел привычку спать на рабочем месте. Рэй и Джордж заняли привычные места. Рэй склонился над картой боевых действий, Джордж же занимался гражданскими вопросами, пропагандой и координацией действий НХР. Внимательный охранник был на своём месте, когда зазвонил телефон. Джордж снял трубку. —Когда начинать? Мы так долго не простоим, нас заметят, —сказал командир отряда. —Да, понятно. Можете приступать. У вас есть моё разрешение, —Джордж повесил трубку. —О чём был этот разг… Не успел охранник договорить как военная бронемашина протаранила ворота посольства. Из окна можно было видеть как солдаты спецназа резервной армии выходят из этой и других машин снаружи. Охранник поспешно удалился, пытаясь принять участие в битве. Джордж откинулся на спинку кресла и снова улыбнулся. —За все тридцать пять лет три месяца и три дня моей жизни я ещё никогда не был так близок к смерти. —К моему лбу приставляли пистолет, но это не так страшно, как многодневное ожидание смерти. Кстати, ты убёшь сотрудников посольства или сохранишь им жизнь? —спросил Рэй. —Что за вопрос, конечно убью. Никто не станет разбираться в том, что произошло. На наших солдатах форма основного правительства, они напали на посольство прямо в центре города, потому что узнали о их подрывной деятельности. Вот тебе и повод для нарушения перемирия. Уже через пять минут Джордж и Рэй стояли перед послом, который был связан и удерживался солдатами. —Помнишь ты говорил, что в случае поражения нас казнят? —спросил Джордж. —Да. Помню. Но я не хотел этого, —ответил Уйю. Левая половина его лица превратилась в кровавое месиво, которое неспешно стекало и падало кусками на рубашку. Его очки были разбиты и валялись у него под ногами. Он выглядел сломленным, но ни Джордж, ни Рэй не жалели его. —А я так не думаю. Убейте его, —сказал Джордж. Следом раздался выстрел. В ту же секунду Уйю упал на пол, а кровь начала растекаться по полу. —Нужно уходить. Скоро тут будут толпы слуг народа. Если не повезёт, то за нами будет погоня, —сказал Рэй. —Да, ты прав. Вскоре Рэй и Джордж благополучно добрались до столицы НХР, которая была в осаде. Они пережили пластические операции. В Рэддинге не могло найтись профессиональных пластических хирургов, так что они ограничились подтяжкой лица, а также отращиванием усов и бороды. Им выжгли отпечатки пальцев рук и ног и подобрали одежду. И как раз в тот момент, когда войска противника вошли в Рэддинг, а бои стали проходить прямо в городе, они тайно выехали из осаждённого города и направились к границе Дантии. Они подъехали к одному из мало охраняемых участков границы. Бывший пограничник помогал им перебраться. —Мы пойдём к этому лесу на горизонте, там мы выйдем. Я проведу вас через границу и вернусь назад. Во время перехода ведите себя максимально тихо, хоть это и малонаселённый регион Дантия усилила границу после образования НХР и начала гражданской войны. После перехода границы не расслабляйтесь, а пройдите ещё несколько километров. Чем дальше от границы, тем лучше, понятно? —Да. А как нам быть с языком? —спросил Рэй. —В рюкзаках которые я вам дал есть деньги, одежда, словарь и разговорник. Но в основном вам придётся осваивать его самостоятельно, в полевых условиях… —Ясно, —сказал Хемниц. Рэй и Джордж благополучно перебежали границу, нашли жильё и спрятали деньги. Но через пару недель у владельца квартиры возникли вопросы, на которые они не смогли ответить в силу незнания дантского языка. Владелец квартиры просто перестал пытаться с ними разговаривать. Как оказалось позже, только чтобы донести на них полиции и собрать информацию. В новый, 1986 год Рэй и Джордж проснулись, будучи уже закованными в наручники. Их перевезли в полицейский участок и посадили в следственный изолятор. Через некоторое время нашли полицейского, владевшего Хельмеровским. —Как и зачем вы сюда приехали? Как ваши имена? —спросил полицейский. —Мы бы хотели получить статус беженцев. Моё имя Ганс Ленц, —сказал Джордж. —Моё имя Грэг Уотсон. Приехал по такой же причине, —сказал Рэй. —Много кто ещё хочет получить его, однако это удаётся не всем. Дайте мне посмотреть на их паспорта, —сказал полицейский. Он долго и напряжённо всматривался в их красно-чёрные паспорта. —Значит паспорта НХР… Этого государства уже не существует. Я знаю, что по основам международного и хельмеровского права вы должны будете получить паспорта Хельмера, если таковых не имеется. Через пару недель вас экстрадируют, а там уже пусть разбираются как хотят, —подытожил полицейский. Джордж совершил самоубийство, перерезав себе горло, украденной из тюремной столовой и умер, лёжа на кровати, сдерживая крик и утопая в собственной крови. Рэя Уилсона экстрадировали в Хельмер, где его опознали по чертам лица. Его хотели заключить в тюрьму, но это вызвало всеобщее недовольство общества, истощенного гражданской войной. Он предпочёл расстрельную команду повешению. Прошёл месяц. Последним желанием Рэя была прогулка по заснеженному двору тюрьмы, во время которой он ел мясо, зажаренное на костре. Слушая как снег хрустит под его ногами он размышлял о своей жизни. —Рэй Уилсон, по решению верховного суда, вы были приговорены к смертной казни путём расстрела. Приговор должен быть немедленно приведён в исполнение. Вам предоставляется последнее слово. —Я ни о чём не жалею.