Человек, Эльф или Дракон?

Проснулся я ровно в том же положении, что и засыпал. — … я всё понимаю, но почему первый же, кого ты привела это эльф? — спросил пожилой женский голос. — Ой, мам, мне сейчас и так хреново, не начинай, а? — ответила Утгерд, вроде как. Со стоном я пытался встать на четвереньки, но всего лишь упёрся руками в пол. — О, Аксис, ты уже проснулся? — сипло спросила нордка, медленно подходя ко мне. Ну, судя по шагам, глаза категорически не хотели разлепляться. — Просыпаются… кхрм-кхе… после сна, а я блять воскрес. — с невозможным усилием воли я встал на четвереньки, а после сел на задницу, протирая глаза. Утгерд, стоя в обычной одежде, а не в доспехах, протягивала мне металлическую кружку с водой. Кто я, чтобы отказываться от подношения моей смертной последовательницы? Кружка воды ушла как в сухую землю. Хотелось ещё, но теперь пропало желание умереть. — Спасибо. — прохрипел я. А она довольно фигуристая, в доспехах это не так заметно. Вчерашняя собутыльница схватила меня за руку и одним движением подняла меня: — Ой, Акатош, помилуй меня, не дёргай так. — Аксис, не мог бы ты сейчас уйти? — спросила она с немного неловким выражением лица. — Встретимся в «Гарцующей Кобыле». В животе заурчал умирающий трактор и я, кивнув головой, повернулся к дверям. «А засыпать на пороге довольно удобно, далеко ходить не надо.» Добравшись до лавочек возле Златолиста, я прилёг на одну, свесив руку на землю. Наслаждаясь прохладным воздухом, я растёкся по ней как желе. — Как ночка прошла? — спросил кто-то, прерывая мою дрёму. Хорошо меня так лавочка убаюкала, я даже забыл, что голоден. Из меня вырвался хриплый стон. — Хах, вот поэтому с Утгерд никто и не пьёт. Но ты крепкий, даром что эльф, хотел бы повторить? — к горлу подступил желудочный сок вместе с порцией вчерашнего бухла. — Слушай, я вижу у тебя красивые сапоги, да? Если не хочешь, чтобы меня на них вырвало, то не вспоминай про вчера. Кто ты вообще такой? — я повернул голову чуть выше. Это был какой-то блондин с зализанными назад волосами и небольшой бородкой, собранной шнурком или чем-то таким. Сомневаюсь, что в это время кто-то придумал резинки для волос. — Меня зовут Йон, я из Сынов Битвы. Так, что? Удалось оседлать нашу Несломленную недотрогу? — Ты такой любопытный в маму или в папу уродился? — я сел и запрокинул голову в небо. — Мы вчера поспорили с мужиками, очень не хотелось бы потерять ставку. — присел он рядом. — А больше поставили на «Да» или «Нет»? И какая моя доля? — Деньги в этом случае вообще не главное, нам важен сам результат. — он прищурился и приготовился слушать. — Ну слушай… Мы напились до невменяемого состояния, потом нас выгнала Хульда. Мы добрались до дома Утгерд, точнее я её дотащил, чтобы продолжить пить. К сожалению, её родители оказались там, поэтому продолжение банкета не состоялось. Она им что-то крикнула и вырубилась прям на пороге. А я чуть позже. — Так ты её перепил, получается? — спросил он с гораздо большим интересом. — Как нехуй делать. — ответил я с надменностью альтмера, страдающего похмельем. — Во имя Шора, я не думал, что это возможно, но после того как ты победил её в драке, я ставил только на тебя. Жаль, что у вас ничего не было. Получается в ноль вышел. — тише сказал он. — А вообще, я же не за этим тебя искал. — Рад слышать. Мне и так херово, а тут ещё ты меня за личную жизнь доёбываешь. — отвечал я-человек, пока вставал и хрустел суставами. «Кажись немного полегчало. Я ненавижу этот холод, но сейчас он прям в тему.» — Я приношу извинения за бестактность, однако, не каждый день в «Гарцующей Кобыле» такой переполох. Как ты заставил Микаэля, этот позор бардов, ползать и умолять оставить его в покое, на это было приятно посмотреть. А когда повалил Утгерд, у всех вообще шок был. Она ж вынослива как мамонт и на ногах держится не хуже. Ты вообще видел, чтобы кто-то кроме орчих использовал двуручники? — Орчихи… Кстати, о уродах, Микаэль. Он извинился перед Карлоттой? — Да, с раннего утра, пока людей на рынке было мало. Такого облегчения на лице человека я давно не видел. Карлотта безусловно красотка, но она мать и к тому же прекрасная женщина. Она заслуживает мужчину получше, чем этот… любитель простушек и сопливых песен. — А ты, я слышу, не в ладах с Микаэлем, да? Так что же никто в Вайтране ему бутылку об голову не разбил, чтобы он отстал от неё? — Карлотта бы сильно расстроилась. — покачал он головой. — Она не любит драк, особенно из-за неё. Она рассказывала, как в неё влюбились несколько новых стражников и чуть не поубивали друг друга? — Хм, нет, она же меня первый день знает… В любом случае, чего ты хотел? Переходи к главному. — Ах, да. Я хотел бы, чтобы ты поделился со мной той песней, что ты пел для Утгерд. Она очень понравилась одной девушке, и я хотел бы спеть для неё. — Какой девушке бы это понравилось? Я пел, чтобы просто поддразнить рыжулю за поражение. — поднял я брови. — Если бы ты смотрел куда-то, кроме лица Утгерд, то возможно заметил бы. — усмехнулся он. Ах, да. Если хоть что-то о Вайтране помню, то он вроде влюблён в какую-то девушку из Серых Грив. Ромео и Джульетта местного разлива.  — Ладно-ладно, тащи бумагу и перо, или хотя бы уголь. Но взамен ты скажешь мне, где тут можно нанять наёмника? — ха, тавтология. — Мне тут Фаренгар дело подкинул, один я вряд ли справлюсь. — Без проблем, обычно наёмников можно увидеть в «Пьяном охотнике» или же нанять Соратников из Йоррваскра, если это тебе по карману. Но я рекомендую тебе нанять Дженассу, её сейчас можно найти бродящей по главному рынку в Равнинном районе. Тёмных эльфов не особо жалуют, разве что как мясом, которым можно пожертвовать. Но она хороший воин, не многие умеют сражаться кинжалом и мечом одновременно с таким мастерством. — Ты прям хвалишь её. Она тебе заплатила или это какие-то скрытые чувства к эльфам? — А? Нет. — он рассмеялся. — Просто, если Дженасса не на задании, то она занимает моё любимое место, где я… получаю больше всего вдохновения. — тактично ответил он. — Я ведь тоже бард, пускай и начинающий. А без должного настроя ничего не выходит. — То есть, она мешает тебе пялиться весь день на твою любимую девицу с самой удобной точки? — предположил я. Он молча на меня посмотрел, и я понял, что угадал. — Ладно, твои дела любовные меня не касаются. Держи текст песни. — Благодарю тебя, эльф. Между прочим, честный бард никогда не присвоит чужую песню себе. Можешь сказать, чья это песня? Она не похожа на народное творчество. Я хотел было сказать, что она не моя, но кому от этой маленькой лжи станет хуже? Не может же будущий Глава Коллегии Бардов не иметь своих песен? Верно, Тодд? — Она моя. Ладно, бывай, Йон Сын Битвы. — я протянул ему руку на прощании. — Бывай, Аксис Перепивший Утгерд. — он протянул руку в ответ, и я с силой её сжал. — Без тупых прозвищ, я попрошу. — Что ж вы эльфы никогда шуток не понимаете. — потряс он больной рукой. Пройдя мимо голосящего изо всех сил жреца, я спустился к рынку. Люсии нигде не было, а вот Карлотта подозвала меня жестом к себе и от души поблагодарила. Я попросил её подкармливать Люсию чуть чаще в качестве награды за мои труды. Но пришёл я сюда не за этим. … Хм, если бы я был секси-наёмницей для Довакина, то где бы я находился? Где вообще любит стоять Йон? Мимо меня прошла красивая девушка с корзиной в руках, она покупала продукты, но сейчас наклонилась над прилавком бабули, что продавала драгоценности. Большая грудь, длинные серые волосы, чёткие скулы и очень аппетитная задница, которую она сейчас оттопырила. Как её звали… Серая Грива. Кто-то-там Серая Грива. Это ж с ней мутит Йон! Откуда здесь лучший вид на лучшую часть её тела? Хм… Ястребом я оглядел рынок, проведя воображаемую линию взгляда. Опиравшись спиной на одну из балок, что поддерживали навес лавки «Товаров Белетора», стояла тёмная эльфийка с жёлтыми татуировками на лице. Она была в кожаной броне, на правом бедре у неё висел стальной меч, а на левом кинжал из того же металла. Из-за спины торчал лук. Да, увы, никто не видит в тебе наёмника, если ты не обвешан оружием. Кивнув себе, я подошёл к ней. — Йон сказал, что ты наёмник. Я бы хотел нанять тебя. — она кивнула и хитро улыбнулась. — Было хорошей идеей занять его любимое место. Мало того, что он сам гонит мне клиентов, так ещё я теперь понимаю почему он здесь стоит. — она мотнула подбородком в сторону ювелирки. — Да, эта корма, конечно, впечатляет. — покивал я, разглядывая с этого ракурса, туго обтянутую платьем, подтянутую попку одной из Серых Грив. — Приятно познакомиться с таким ценителем… кораблей. — расплылась в хищной улыбке красноглазая данмерка и отлипла от балки. — Клинок и тень, тишина и смерть — вот моё искусство. За скромную плату я буду творить это великое искусство для тебя. — Приятно слышать. Я собираюсь в древнюю нордскую гробницу возле Ривервуда. Какова цена вопроса? — Пяти сотен золотых хватит, я считаю. Это путешествие не займёт больше недели. Однако, если ты хочешь бессрочный контракт, тогда за справедливую цену в две тысячи пятьсот септимов я буду следовать за тобой, пока буду тебе нужна. — Две тысячи пятьсот золотых… — это почти все мои сбережения. Я мог бы её нанять, но это будет впритык. — Смерть — мое искусство, и, как все художники, я ищу покровителя. За эту небольшую горсть золота я пойду за тобой в любую опасность. — Ничего себе небольшая горсть. — возмутился я. За такие деньжищи мне работать никогда не приходилось. Впрочем, я не нанимался на продолжительное сопровождение. Положение беженца не позволяло. — Я — смертоносный инструмент, и ты можешь командовать им за эту небольшую сумму. Я предлагаю тебе нанять меня до того, как это сделает один из твоих врагов. — пожала она плечами. — Мои враги не используют наёмников. — покачал я головой. — Ладно, пятьсот золотых за неделю найма, договорились. — Я рада, что ты согласился. Я буду тенью за твоей спиной. Подожди меня, пока я соберу свои вещи. — она отправилась в «Пьяного Охотника». — Хорошо, я буду ждать в «Гарцующей Кобыле». «Как странно она разговаривает. Смерть, искусство. Какое искусство в прожаренных и растерзанных трупах? Но она красотка, этого не отнять.» Голод вёл меня в трактир. Когда я заметил за одним из столиков Люсию, то слегка удивился. На её столе уже была пара пустых тарелок, но она продолжала с голодом грызть куриную ножку. Отрывается на все деньги девчуля, а что ей ещё делать? Этих денег ни на что другое не хватит, а копить особого смысла нет, так как зарабатывает она по паре септимов в день. Девочка заметила меня и помахала рукой, я махнул ей в ответ и подошёл к Хульде. — О, вернулся. Твоя железяка в подсобке, заберешь её. — сказала женщина. — И тебе, добро пожаловать, Хульда. — кивнул я. — Ой, извиняюсь, добро пожаловать. И так, чего желаете? — спросила она, подняв бровь. «Да, не особо вежливо. Микаэль хоть и мудак, но её работник, а я ему угрожал.» — Поесть. Четыре оленьих отбивных и соли, пожалуйста. — жрать хотелось неимоверно. — Пить что-то будете? — с иронией спросила она, а я закрыл рот рукой, пытаясь опустить обратно желудочный сок, что немедленно поднялся к горлу. — Что у вас есть из того, что я не пил вчера? Молоко? Давайте его. Расплатившись за заказ, я занял столик. Минут через 15 мне принесли мой заказ. Быстро, не ожидал. Достав из рюкзака остатки хлеба, сыра и даже морковь, я принялся всё это поглощать. Вскоре дверь открылась и зашли Утгерд с Дженассой. Они одновременно направились к моему столику, поглядывая друг на друга. — Присаживайтесь, девочки. Надеюсь вы не против оленины? — отставил от себя две оставшиеся отбивные. — Не против. — ответила Утгерд, экипированная в доспехи без перчаток, садясь напротив меня. Дженасса пришла с кожаной походной сумой, перекинутой через плечо. Она перетащила свой стул поближе ко мне и принялась за отбивную. «Ей не обязательно быть тенью настолько буквально, хотя я не против.» — Доброе утро, Утгерд. — поздоровался я с девушкой, которая молча ела свою отбивную, агрессивно орудуя ножом. — Доброе… если оно доброе. — проворчала она. — Кстати, что с тобой рядом делает она? Наёмники обычно в «Пьяном охотнике» сидят. — Я её нанял, чтобы отправиться исследовать Ветреный Пик для Фаренгара. Хочешь с нами? Внезапно, нахмуренное лицо рыжули стало попроще, и она с ухмылкой согласилась: — Конечно, мне давно было интересно, что в этих руинах. Даже среди нордов нелегко найти тех, кто не боится убить пару драугров. — Ну, драугры — это оживлённые древней магией воины-норды, что сторожат тайны драконов в заброшенных на века курганах. Мало кто решится разграбить их. — ответил я, покачав головой. — Их страх оправдан, некоторые из драугров могут преподнести очень смертельные сюрпризы. — Какие, например? — спросила Дженасса, а Утгерд кивнула, пережёвывая мясо. — Некоторые из драугров владеют заклинаниями холода и зачарованными клинками. Сильнейшие из них могут использовать Ту`ум. Иными словами, они владеют Голосом. Они знают максимум один, реже два крика, но иногда и этого хватает. Вы же знаете, что случилось с Торугом? — Да-а, люди говорят крик Ульфрика разорвал его на куски. — кивнула Утгерд. — Брешут люди. Нет, такого крика у драконов. Наверное, это был крик «Безжалостная Сила». Вполне вероятно, что Торуга просто смело в стену, не оставив в его теле ни единой целой кости. — Ты хочешь сказать, что что-то понимаешь в силе Голоса? Только Седобородые могут его использовать. — скептически ответила Утгерд. — Разбираться и использовать — это разные вещи. Я многое знаю о драконах и о Криках. Меньше, чем хотелось, но знаний никогда не бывает достаточно. — Говорят, что одна из этих тварей сожгла Хелген. Один путник рассказал, что почти никто не выжил. — негативно сказала Дженасса. — Приятно познакомиться, путник Аксис, который лично Ярлу Балгруфу доложил о событиях в Хелгене. — шутливо приподнял я невидимую шляпу, словив несколько недоумевающих взглядов. — Хотя, перед этим я рассказал это Соратникам, так что понятно откуда слухи. — И каково это было? Спасать свою жизнь от дракона? — спросила Дженасса. — Захватывающе и чертовски опасно… — припомнил я-человек свою пробуждение и побег. — А ещё меня ограбили чёртовы имперцы. — вставил свой септим я-эльф. — Ну и ещё мне теперь снится небо в огне и драконий крик. Кест-Да-Кирл. — сказал я, совершенно не чувствуя силы в этих словах. Без души дракона это не имеет смысла. — Не хотела бы я там оказаться. — пробормотала Дженасса. — А я бы хотела. Драконов не видели уже тысячи лет, его убийство принесло бы славу на века. — мечтательно произнесла искательница приключений. — Его нельзя убить. Только Драконорождённый на это способен. Довакин. Я уверен, что на Хелген напал сам Алдуин. Чёрный, как владения Ноктюрнал, и полон ненависти как… это ни с чем не сравнить. — я передёрнул плечами, вспомнив прожигающий взгляд его красных глаз. — Ладно, вижу с едой вы закончили. Держи свои деньги, Дженасса, а ты забирай свои перчатки, Утгерд, и можешь взять мой орочий двуручник. — Ты серьёзно? — удивилась рыжая. — Почему? — Орочье оружие лучше, чем стальное. Да и мне его на своём горбу тащить не хочется. Считай это подарком. Встретимся у ворот, мне нужно забрать шлем у Адрианны. Я кивнул на прощание Люсии и направился к кузне. Дженасса тихо следовала сзади за моим левым плечом. Когда мы пришли, Адрианна делала очередную заготовку меча. Её волосы были собраны в хвост, а сама она часто вытирала пот грязным рукавом, поэтому на лице у неё было несколько разводов сажи. — Адрианна, я за шлемом. — девушка бросила на меня взгляд, но продолжала работу. Я решил подождать, мало ли, вдруг ей сейчас нельзя отрываться от работы… Кузнечное дело было так же далеко от меня как Скайрим от Саммерсета. — Зайди в магазин, я сказала мужу что ты зайдёшь. — отвлеклась она на мгновение и вновь принялась орудовать молотом. — О, хорошо. Спасибо за работу. Я открыл дверь и, переступив порог, врезался головой низкий дверной проём. — Бля-я-ять. — зашипел я, схватившись за голову. — В первый раз? — спросил бородатый мужик с тяжёлой железной броне. — Извини, сам с трудом привык. Хочешь что-то купить? Всё, что ты здесь видишь, с умением и заботой сотворила моя жена Адрианна. — Ничего, такая судьба «высоких» эльфов. — я использовал магию Восстановления. — Я от Адрианны, за эльфийским зачарованным, как это бы не было иронично… шлемом. Сзади сдавленно фыркнула Дженасса. Ей хорошо, она не высокая. — Да, она упоминала о тебе. Это твоё. — он передал мне шлем. Целый и всё ещё зачарованный. Я принял его из рук в руки. Блин, какой же этот мужик здоровый. Его руки толще моих ног. Надев шлем, я накинул капюшон. Ничего не могу поделать с тем, что дизайн у эльфийского шлема немного нелепый. Впрочем, это мнение разделяет только я-человек. Пригнувшись, я вышел из магазина. Ворота в Вайтран были открыты, так как тревогу уже сняли, в связи с подтверждением того, что это дракон сжёг Хелген, а не Братья Бури. Перед воротами стояли два редгарда с кривыми мечами. Кривыми. Мечами. И стража не собиралась их пропускать. «Боже, я помню все смешные фразы стражников, а ведь сколько лет прошло.» — Мы вас не пропустим. Если хоть один из вас снова будет приставать к нашим жителям — мы вас убьём на месте или бросим гнить в казематы. Вы хоть знаете, чья она жена? — подняла мечи стража, которая постепенно стягивалась и перекрывала проход, отгородив собой испуганную местную редгардку. — Мы просто спрашивали не знает ли она человека, которого мы ищем. — Я слышал, как вы ей угрожали. Проваливайте отсюда. — Хорошо. Мы уйдём. — один из редгардов согласился уйти, а второй сперва злобно зыркнул на стражу. О, так это же квест с предательницей из Хаммерфелла. Отметим его в уме. Я видел в таверне эту шоколадку, слишком красивая и ухоженная для простой официантки. Это будет хороший заработок. Во-первых, Садия вывезла деньги с собой. А во-вторых, с Кемату и его бандитов можно поиметь очень много душ для моего атронаха. — Что здесь происходит? — спросил кто-то из-за спины. Это была Утгерд с орочьим мечом за спиной. Видимо свой она отнесла домой. — Редгарды кого-то искали. — я посмотрел на неё. — Этот шлем ведь не от пластинчатого комплекта доспехов? — Да, это нордский резной шлем. — ответила она. — Бандиты, знаешь ли, носят откровенный мусор. Только с их лидеров получается снять что-то хорошее. Полный комплект пока не собрала. — ухмыльнулась нордка. — Я знаю, бандиты чаще всего нищие, как помойные злокрысы. Ладно, пошли, девочки. Дорога до Ривервуда оказалась гораздо короче, чем из него. Может сказывалась компания двух девушек, а может всему виной был сундук, который не тратил мою ману, а спокойно стоял где-то у Адрианны. — Так… помните я рассказывал вам о том, что может ждать нас в гробнице? — Помимо злокрысов, разбойников и драугров, использующих магию и Голос? Просвети нас своим знанием, господин. — иронично спросила Дженасса. — Иногда может оказаться, что финальную комнату охраняет не обычный драугр, а драконий жрец. Это такая летающая нежить-маг, очень могущественная, иногда использует магические посохи. Сильнейшие из них имеют Маски Драконьих Жрецов. Но этот курган особой важностью или историей не отличался, как я знаю… Поэтому нам не должно попасться ничего сложного. — Ты столько об этих гробницах знаешь… А на что они похожи? — спросила рыжуля. — Ты же всё равно об этом узнаешь через пару часов. Но ладно, я расскажу. Это как ваши катакомбы Зала Мёртвых, но очень огромные. Прям реально огромные и заполнены ходячими засушенными мертвецами. — Звучит весело. — оскалилась она. На дороге было несколько выжженных пятен. — Нам недалеко осталось, полчаса ещё. — Я знаю. — ответили они в один голос. — Я не первый раз иду в Ривервуд, знаешь ли. — ответила нордка. — А я там буду во второй раз. Вы знаете туда короткую дорогу или типа того? — поинтересовался я. — Самая короткая дорога уже вытоптана людьми, господин. — негромко сказала данмерка. Она вообще старалась передвигаться как можно тише. «Пускай Дженасса говорит «господин» с иронией, но как же мне это нравится. Чёртовы альтмеры с их задранным до небес ЧСВ.» — Печально, но ладно. Никому не нужна остановка в Ривервуде? Нет? Хорошо. Но мы туда всё равно зайдём на обратном пути. Есть информация, что в Ветреном Пике скрывается банда воров с очень ценной вещью. — Что за вещь? — поинтересовалась эльфийка. Она выглядела более заинтересованной в добыче, чем Утгерд. — Драконий коготь из золота. На самом деле это больше напоминает драконью лапу. И эта штука как-то связана с Ветреным Пиком. — Что за него обещают? — Деньги, много денег. Возможно тебе даже что-то перепадёт сверх твоих 500 септимов, если твой вклад в дело будет впечатляющим. — поддразнил я её, но она лишь пожала плечами, не обратив на это внимания. Вскоре мы добрались до моста в Ривервуд. — Так, отсюда поворачиваемся и идём за мной. — я повёл их к подъёму на гору. — Кстати, здесь могут быть волки. Как будто меня услышав, чёрные зубастые черти выпрыгнули из кустов и понеслись на нас. Первого молнией упокоил я, а второго стрела Дженассы. — Эй, не забирайте себе всё веселье. — сказала нордка. — Если я не ошибаюсь, то нам нужно будет пройти рядом с небольшой башней. Там определённо есть бандиты, так что ещё будет весело. Я с тоской посмотрел на волков. Что с них взять, кроме ненужных мне шкур? А в игре были бы септимы или драгоценный камень. Дженасса вытащила из волка свою стрелу. — Ты же говорил, что здесь второй раз, откуда тебе знать? — спросила рыжая. — Я проводил небольшую разведку. — солгал я, не моргнув и глазом. Поднимаясь выше мы вышли к упомянутой башне. Мы старались держаться незаметно, прячась за большими камнями. Снега было по колено, а зубы стучали друг о друга. — Я один пропустил момент, когда природа пошла по пизде? Грёбаный холод. — я развёл в руках небольшой огонёк дабы согреться. — Так, девочки, берите луки. Выносим их издалека. — Я не брала лук. — тихо сказала Утгерд. — У меня есть один, но он не в лучшем состоянии. — я похлопал по имперскому луку за спиной. Он просто мусор, будем честны. Рядовым в армии не дают хорошее снаряжение. — Ладно, не беда. Значит, подходим ближе. Будем готовы атаковать их в ближнем бою. Дженасса, первый выстрел за тобой. Бой прошёл на удивление быстро. Здесь не нужно было, как на Легенде, втыкать по сотне стрел в разбойника, чтобы он умер. Одного меткого выстрела в голову хватало чтобы убить наверняка. Не радовало только, что это же правило работало и на нас. Но в целом, это были не разбойники, а просто мусор. Из них лишь один мог накинуть на себя Дубовую Плоть, но Утгерд снесла ему голову, даже не заметив заклинания. Третьего неудачника сосулькой в голову добил я. — Ты говорил будет весело? Скукота. — шутливо скривила губы Утгерд. — Я и сам разочарован. Но пошли обыщем их башенку. — дрожа от холода, я стягивал с каджита, убитого стрелой, меховую накидку на плечи. Дженасса сделала то же даже раньше, собирая с трупов стрелы и обыскивая их. — Любимая часть работы. — ухмыльнулась она. В башне оказался один хилый сундучок, что открывался хорошим ударом ноги. В нём не оказалось ничего интересного. Мешочек монет, железные перчатки и зелье выносливости. Ясное дело, что всё пошло в рюкзак. Хм. Скинув меховые перчатки с имперскими наручами, я одел железные. Неплохо, подкладка тёплая, если её нагреть магией. Правда они тяжеловаты, но самую малость. — Не разбрасывайся вещами словно невоспитанный варвар. — перчатки подняла Дженасса и тут же с трудом их натянула, прям поверх кожаных наручей. Перчатки заскрипели, но растянулись. — Я так и знал, что тебе холодно. Ну не может данмерка не мёрзнуть на таком собачьем холоде. — обвинительно ткнул я пальцем в неё. — То, что я не жалуюсь — не значит, что я не чувствую холода. — пожала она плечами. — Что я слышу? Это какое-то эльфийское нытьё, которое нордка не в силах понять? — оскалилась рыжуля. — Ты не можешь перепить эльфа, нордка. Так что помалкивай, женщина. — огрызнулся я, кутаясь в меховую накидку. — Ты говоришь «помалкивай женщина», но на задание взял целых двух женщин. Что ты без них можешь? — ответила она. — Победить тебя в драке на кулаках, Несломленная. Спустившись с башни, мы прошли чуть дальше. Перед нами предстала высокая и крайне широкая лестница. Однако, из-за неудобного угла не было видно ни даэдра. Сколько их? Кто там вообще? — Я сейчас запущу туда атронаха. Дженасса, готовься стрелять. Утгерд, это будет громко, поэтому мы будем отбиваться от подмоги из кургана. — Запустишь кого? — только переспросила нордка, как я призвал свою слугу на самый верх лестницы. Она обрадовала находящихся там разбойников огненными шарами, пока мы поднимались по лестнице. Из кургана выбежала ещё тройка разбойников, которых я обрадовал потоком молний с двух рук. Да, это слабейшие Искры. Однако под таким напором маны они превращаются в натуральные дефибрилляторы запредельной мощности. Сердце от такого сгорает на раз-два. А глаза вытекают вообще почти моментально, если попасть в лицо. Да, маги читерные ублюдки. Противники были, опять же, ни о чём, но в этот раз их было целых шесть. Но добычи с них всё ещё было с гулькин хер. Мы зашли внутрь Ветренного Пика и сразу почувствовали разницу. Не было пронизывающего кости ветра, да и костерок, разведённый бандитами, малость нагрел помещение. На полу лежало несколько бандитов, побеждённых злокрысами. Жалкое зрелище. Осмотрев проход вглубь пещеры, я использовал Чувство Жизни, чтобы заметить таящихся врагов. Их не оказалось на радаре, но они таились глубже. Например, двухметровый морозный паук и вор в паутине. — Не знаю, как вы, но я не против минут десять погреться у костра. — я подошёл к нему, уже зная, что увижу. — О, опять сундук. Какая радость. — я пнул его ногой, но он не собирался открываться. Ладно, пора работать кинжалами, я не собираюсь на такой ширпотреб переводить отмычки. В сундуке оказался железный щит, ламеллярные сапоги, охотничий лук, небольшое количество монет и рубин. Уже лучше. — Кому-то нужны сапоги или щит? Утгерд, держи лук. Дженасса, отсыпь ей немного стрел. Ты вообще претендуешь на какую-то долю, Утгерд? Ты не особо в этом заинтересована, как я вижу. — Я заработала немало денег, зачищая лагеря разбойников. — отмахнулась она, присев на спальный мешок. — Меня интересуют лишь приключения и славная битва. Кстати, благодарю тебя за этот меч. Орки те ещё уродцы, но ковать они умеют, это у них не отнять. Золото можешь оставить себе, но если мы найдём комплект хороших доспехов, то я бы их взяла. — Я понял. Что насчёт тебя, Дженасса? — А что насчёт меня? Мне достаточно того, что я подбираю с павших врагов, но я была бы рада разделить любое сокровище, найденное по пути. — хитро улыбнулась она. — Хотя меня немного пугает необходимость выносить вещи мертвецов из этого склепа… Не хочется получить какое-то древнее проклятие. — Пока не замешаны Принцы Даэдра о проклятиях не беспокойся. — я отмахнулся. О проклятиях в этих гробницах я ничего не помнил. — Между прочим, я не против делиться с тобой добычей, так как ты часть нашей партии, пускай и временно. И было бы неудачно, если бы ты погибла в самом начале приключения из-за того, что я зажлоблю тебе меч или лук. — данмерка улыбнулась на это и кивнула. — Однако, в следующий раз ты сделаешь скидку, когда я тебя найму. — она фыркнула. — Начало приключения, что ты имеешь в виду? — спросила моя тёмненькая спутница, поближе пододвигаясь к костру и обнимая колени. — В Скайриме война и трон Верховного Короля пустует. Внезапно вернулись драконы. Тем временем, придворный маг Фаренгар послал меня в древненордский курган, чтобы я добыл какой-то Драконий Камень. Только тупой не поймёт, что мы стоим на кануне грандиозного шухера. Не знаю, как вы, но я буду в первых рядах, когда мир начнёт гореть, девочки. — и я знал, что говорю правду.