Тempus colligere lapides

*** Чимин ненавидит опаздывать. И всегда гордился своей пунктуальностью. Но именно сегодня система дает сбой и он опаздывает к назначенному времени уже на пятнадцать минут. Правда его вины в этом практически нет. Выйти из дома с запасом времени не получилось, так как во время сборов ему написал Юнги и все дела были заброшены. Хён поинтересовался как прошел его рабочий день и чем он планирует заняться в пятничный вечер. И он с удовольствием рассказывает, что Намджун-хён пригласил в бар на встречу с его друзьями, и что сегодня он познакомится с Чон Хосоком и не придется ждать еще неделю до возвращения в Сеул самого Мина. За перепиской он не сразу замечает, что пора бы уже выйти. Только он еще совсем не готов. И если он сейчас не поторопится, то точно опоздает. Поэтому быстро попрощавшись со старшим, заканчивает сборы, вызывает такси, в котором сейчас и находится. А машина очень медленно ползет по сильно загруженным в пятничный вечер городским дорогам. Чимин нервничает. Такие ситуации всегда выбивают его из колеи. Он достает телефон и предупреждает Тэхена, что немного задержится из-за пробок. Спустя еще десять долгих минут автомобиль останавливается у тротуара практически напротив входа необходимого Паку заведения. Расплатившись с таксистом, он выскакивает из салона машины и не глядя по сторонам практически бежит к двери. У которой сталкивается с мужчиной. И, чтобы не упасть, хватается за рубашку парня, который, проявив хорошую реакцию, страхует Минни, прижав к своему крепкому телу за талию. — Ох, сонбэ, простите пожалуйста, я вас не заметил, — мило улыбается Чимин, пытаясь отодвинуться на приличное расстояние. — Не извиняйся, милашка, мне тоже следовало смотреть по сторонам, — задорно улыбается мужчина и все же отпускает парня. — Ты в бар? К девушке? Или, может быть, к парню? — Меня ждут друзья. И я уже сильно опаздываю, — последнее Чимин практически шепчет, смущенный непосредственностью красивого мужчины. — Ну тогда идем, — он придерживает дверь, чтобы парень смог пройти внутрь, сам заходит следом, и добавляет, — потому что меня тоже ждут друзья. Пак быстро проходит внутрь помещения. Он глазами выискивает столик, за которым разместились его друзья, стараясь не обращать внимание на идущего следом улыбчивого красавчика. Минни до сих пор немного стыдно за это нелепое столкновение. Но и реакция мужчины необычна, поэтому приводит в некоторое замешательство. Но вот он замечает темную макушку Чонгука, на плече которого лежит голова Ким Тэхена, а напротив них на диванчике удобно расположился Босс. В этот же момент Намджун выхватывает невысокую фигуру Чимина, губы его расползаются в радостной улыбке, которая резко сменяется удивлением. Правда младший не понимает, чем могла быть вызвана такая реакция. Но спустя пару мгновений осознание реакции старшего накатывает шквалом эмоций. — Хосок-а, когда ты уже успел познакомиться с Чимином? — Джун не может не спросить, ведь парни вместе зашли в бар и по довольной улыбочке на лице Хоби, было понятно, что Пак ему вполне симпатичен. — С Чимином? — Хосок-хён?! — одновременно. И если на лице Чона старшего отражается понимание и в глазах загораются искорки неподдельного веселья, то младший испытывает весь спектр эмоций: от смущения до первобытного ужаса. Он явно не так представлял знакомство с человеком, который мог помочь с его страстным увлечением танцами. — Чимин-а, что с тобой? — Тэхен первый замечает состояние друга. А тот плюхается на диванчик рядом с Намом и закрывает пунцовое лицо ладошками. Хосок же дьявольски улыбается, становясь еще более привлекательным. Настолько, что проходящая мимо официантка, выхватив случайно взглядом лицо Чона, спотыкается практически на ровном месте. — Оооо, этот милашка прилип ко мне у входа в бар, да так, что мне пришлось практически отрывать его от своей рубашки, — с широкой улыбкой Чон садится на диван рядом с Чимином. Этот парень ему действительно симпатичен, да и от Чонгука он слышал о Паке только хорошее. Поэтому все его поведение говорит о том, что он безоговорочно принимает младшего в круг близких людей. Поэтому Хосок не может не шутить. Впервые за долгое время Хо наконец чувствует себя живым. От чего улыбка на лице его Гук-и становится еще более радостной. Его любимый братик действительно вернулся. А оба Кима в немом шоке переводят взгляды с Чимина на Хосока, не до конца понимая, шутка ли это. — Я опаздывал, поэтому бежал, как только вышел из такси. Не заметил хёна у дверей бара и врезался в него, — поясняет все еще закрывающий лицо парень. — Ребят, я случайно! Да блин, я действительно не хотел!!! Парни начинают смеяться с такой реакции Чимина на произошедшее, а тот не зная куда деть себя, утыкается макушкой в крепкую грудь повернувшегося к нему Намджуна. Старший, понимая смущение подчиненного, треплет его по светлым волосам, желая поддержать и успокоить. И именно в этот момент у столика останавливается тот, кого не ждали увидеть этим вечером не только в баре, но и в стране. Минни чувствует кожей направленный на него тяжелый взгляд, поднимает голову в сторону смотрящего и расплывается в нежной неконтролируемой улыбке: — Хёооон, ты приехал! — весь облик младшего отражает испытываемую им радость от вида человека, по которому он безумно скучал. А Юнги злым взглядом следит за тем, как по узкой спине тонсена медленно сползает крупная ладонь его лучшего друга. *** Юнги приходится занять единственное свободное место рядом с Тэхеном. Совсем не там, где бы ему самому хотелось. Но Чимин сидит с двух сторон зажатый Хосоком и Намджуном. И это почему-то дико раздражает старшего. Но постепенно беседа завязавшаяся за столом его расслабляет. Младшие решают расспросить его о поездке в Германию и он, ловя заинтересованные взгляды со стороны всех присутствующих, рассказывает с большим удовольствием. И даже не смотря на то, что в этой стране он бывал уже не единожды, поездки туда ему совсем не надоедают. Чимин удивлен тем, что Юнги оказался очень хорошим рассказчиком и слушать его действительно интересно. А его чуть хриплый голос вводит Пака практически в транс. Он неотрывно следит за мимикой Мина, жестами. И не может заставить себя не смотреть так пристально, чем привлекает к себе внимание и самого рассказчика, на губах которого появляется мимолетная улыбка. Интересным в общении оказывается и Хосок, который весь вечер шутит, отпускает колкие замечания в адрес Шуги и получает не менее живые ответы. И сразу видно, что оба мужчины получают удовольствие от этой шутливой перепалки. Самые младшие в разговор не вмешиваются, слушают внимательно. Тэхен практически засыпает, снова устроив голову на плече младшего Чона, обнимающего его за плечи. Рука Кима спокойно лежит на бедре Чонгука. И от обоих веет таким умиротворением и спокойствием, что все остальные ловят себя на лёгкой зависти по отношению к этой парочке. И если старшие братья просто рады за них, и уже не ждут, что судьба снова повернется к ним лицом, то Юнги и Чимин жаждут почувствовать все это на себе. Разговор медленно перетекает на студию Хосока и Гук вдруг задает вопрос, который давно его волнует. — Хосоки-хен, а когда ты вернёшься к тренировкам? И я не про тебя. Ты живёшь там. Я говорю о твоих группах. — Не знаю, Гук-а. За три года все те, кого я тренировал, либо нашли себе другие залы и тренеров, либо сменили страну, либо забросили танцы. Да и я растерял все тренерские навыки. И вот тут Чимин понимает, что наступил тот самый момент, когда он может попроситься в студию к Хосоку. Иначе потом попросить он уже не рискнет. И так весь вечер из-за их нелепого столкновения стеснялся озвучить свою просьбу. Даже не смотря на то, что Хоби оказался удивительным человеком: веселым, умным, открытым. Таких всегда называют душой компании. И Минни не понимает, почему Юнги в тот вечер, когда они разговаривали о старшем Чоне, сказал о том, что он совсем не похож на того, каким был до случая три года назад. Младшему интересно, но интересоваться он не будет, потому что это, как минимум, не красиво. — Хоби-хён… — Что, милашка? — широко улыбается. — Боже, хён, перестань меня так называть! — он заливается румянцем от смущения. — Прости, милашка. Не могу, — Хо безумно нравится как розовеют щеки этого парня. — Но почему? — Чимин действительно не понимает. — Потому что ты милашка! — заразительный смех Чона раздается в полупустом помещении. Чимин еще больше краснеет. Парни за столом снова смеются. И Чимин не выдерживает, утыкается лбом в плечо сидящего рядом Намджуна. Похоже он еще не скоро привыкнет к такой игривой манере общения Чон Хосока. А Нам кладет широкую ладонь на макушку парня, который продолжает упираться лбом в его руку. А Юнги кроет. Резко и безоговорочно. Скинуть конечность друга со светлых волос — самое малое, что он готов сделать. Но сдерживается. Только зубами скрипит практически неслышно. Только Тэхен заинтересованно поворачивает голову к самому старшему в их компании. Его подозрения все больше становятся уверенностью. Их Юнги совсем неровно дышит в сторону Пака. Хотя это и не удивительно. Чимина сложно не любить. Минни немного придя в себя отлипает от руки Нама и все же задает Хосоку так интересующий его вопрос: — Хосок-хён, можно мне заниматься в твоем зале? — Что делать? — сказать, что Хоби удивлен, значит ничего не сказать. — Ну, могу я заниматься в твоем зале танцами? — Чимин-а, ты танцуешь? Правда? — почему-то эта новая информация о парне заставляет его волноваться. И получив утвердительный кивок, с готовностью отвечает, — конечно я не против. Приезжай в студию в воскресенье. — А ты сможешь помочь мне с тренировками? Юнги-хён говорил, что ты прекрасный тренер. При упоминании имени старшего Чимин снова смущается, что сразу подмечает Намджун. Он рад за друга. Даже не смотря на то, что хотел бы быть сейчас на его месте. Хосок же, резко скинув с себя всю веселость, очень серьезным взглядом смотрит на Юнги, который чуть заметно кивает, давая понять Чону, что это действительно его шанс начать жизнь заново. Об этом же сейчас думает и Чонгук, но в отличии от остальных он молчать не готов и прямо озвучивает свои мысли. Сегодня он действительно видит, что его старший брат готов выбраться из той скорлупы, в которую сам себя загнал после смерти Со Ён. — Буду только рад, — также серьезно отвечает Хоби. *** Юнги уже несколько часов мечется по своей квартире, напоминая своими повадками дикого тигра в клетке. Заснуть так и не смог. И сказывалась тут не смена часовых поясов, все же к частым поездкам мужчина привык, а события, произошедшие этим вечером в баре. Теперь он не знал, как смотреть в глаза Намджуну и Чимину. Боже! Ну какой же он идиот! Слепой тупица! Как он мог так паршиво поступить с лучшим другом, который всегда, что бы ни произошло, был на его стороне, поддерживая и помогая. Мужчина запускает пятерню в свои светлые волосы и рычит. А разочарованный взгляд, которым наградил его Минни, убивал не хуже медленного яда. Что же теперь делать? Оставить все так как есть он не может. С Намджуном они все выяснили все на месте, сбитая костяшка тому свидетельница, то с младшим разговор еще предстоит. Но что ему сказать после того, как он натворил такой хе*ни? Он прокручивает все возможные варианты, а перед глазами невольно появляются события прошедшего вечера. *** Получив разрешение на занятия в зале и уговорив Хосока тренировать его, Чимин расслабился и спокойно включился в ничего не значащий разговор, не замечая, как быстро пустели бокалы с пивом, которое он предпочел крепким напиткам старших. К алкоголю не притронулись только Чоны, которые на эту «попойку» приехали на своих машинах. И чтобы впоследствии их оставить у бара не могло быть и речи. Слишком трепетно они относились к своим «ласточкам». Чонгук же после примирения с Тэхеном вообще стал похож на заботливую мамочку. Он теперь сам привозил и забирал старшего с работы, и вообще всячески холил и лелеял, практически сдувая с любимого пылинки. Только старший был совсем не против такой заботы, не ощущая контроля со стороны младшего, как это могло бы казаться. Чимин завидовал ему. Настолько влюблёнными выглядели младшие, что Пак иногда ловил себя на мысли, что хотел бы оказаться на месте Тэхена, а вместо высокого темноволосого Гука в его сознании возникала совсем другая, светловолосая, фигура. А младший Ким ходил по офису и светился, и все понимали, что этот парень действительно обрел свое счастье. И все же выпитое просится наружу. Поэтому Пак встает из-за стола, пытается протиснуться мимо сидящего рядом Намджуна, но спотыкается в узком пространстве между столиком и диваном и начинает падать прямиком на своего Босса. Чтобы не плюхнуться на того сверху на глазах всего бара, упирается в плечо мужчины, останавливая падение. Лица оказываются в нескольких сантиметрах друг от друга. А младшие, наблюдающие за всей этой ситуацией и тихо посмеивающиеся из-за неоднозначности позы, вдруг слышат тихий рык Юнги. Он неотрывно смотрит на руку лучшего друга, схватившую парня. В момент падения Чимина Ким действует на инстинктах и успевает подстраховать того, удерживая за бедро. Пак чувствует, где остановилась ладонь Джуна, дико краснеет и, оттолкнувшись от плеча мужчины, практически убегает в уборную. А в голове Мина словно отключают рубильник, отвечающий за адекватное восприятие ситуации. Ревность затапливает его с головой, вытесняя остатки здравых мыслей. Глаза старшего темнеют от едва сдерживаемой ярости, на крепко сжатых скулах играют желваки. Он сверлит диким взглядом Намджуна, который не сразу понимает реакцию друга. Но в тот момент, когда Шуга с громким стуком ставит бокал на столешницу и вылетает из-за стола, до Джуна доходит, что творится с Мином. Похоже пришло время поговорить. — Хён! Подожди! — Намджун кричит, но старший никак не реагирует на окрик и выходит на улицу. — Ребят, извините. Мы скоро вернемся, — обращается уже к оставшимся за столом. И идет следом за другом. В этот момент возвращается Чимин, который, замечая отсутствие двоих за столом, интересуется куда они делись. А Тэхен, весь вечер анализировавший все происходящее, вдруг резко вскидывает голову с плеча Чонгука и просит: — Гуки-хён, пожалуйста, проконтролируй их. — Тэхен-а, что? Ты уверен? — и получив кивок от любимого выходит из-за стола, направляясь следом за старшими. Хосок поражается тому, как Чонгук и Тэ понимают друг друга практически без слов. Такому единству можно только поражаться и завидовать. А Чимин, так и оставшись стоять у стола, чувствует необъяснимую тревогу. *** Кажется Чон вовремя. Эти два, прости Господи, идиота стоят чуть дальше по тротуару. И в тот момент, когда до них остается всего пару шагов, младший слышит обрывок фразы Кима, который произносит имя Чимин-хёна, а Юнги срывает тормоза и он, не раздумывая, сильно бьет Намджуна по лицу. Тот, не ожидавший удара, в первые мгновения оказывается дезориентированным. Не из-за силы удара, который пришелся по губе, все же разница в росте достаточна, а из-за неожиданности. Поэтому он не сразу замечает, что хён замахивается снова, и перехватить летящую руку у него не получится. Но удара не следует. Рядом оказывается Гуки, которого оба до этого и не замечали. Младший крепко держит кисть Мина, не давая вырвать руку из железного захвата. — Что вы, *лять, тут устроили? — Чонгук не кричит, он цедит слова через стиснутые зубы, а темные глаза мечут молнии. Выглядит это действительно устрашающе. — Мин, ты вообще ох*ел? — А какого х*я он лапает … — орет Шуга. — Да никого я не лапал, придурок бешеный! Ты вообще меня слышал? — Джун просто перебивает, не желая опять слышать бред, который несет старший. — Я же только что пытался тебе все объяснить!!! — Да ты давно на него глаз положил! Что, думаешь я не видел? — все так же повышенным тоном. И сразу Чонгуку, — да отпусти ты уже меня, Чон! — Нет, — категорично и спокойно. Для младшего уже все ясно. А этим индюкам точно не помешает поговорить тет-а-тет. — Да ни на кого я глаз не положил! И уводить никого не собираюсь, — Намджун немного успокаивается. В отличии от Шуги, который еще не понял, что спорить с таким младшим себе дороже, он понимает, что им обоим придется сделать все, что скажет Гук. Вырастили же на свою голову! — Ой, да не пи*ди! Ты думаешь, я слепой?! — тормоза так и не вернулись. А Чонгук начинает закипать от всего происходящего. — Хён, если ты сейчас не замолчишь, то заткну тебя я, — снова тихо, но уже с рычащими нотками. Гук не угрожает, он ясно обозначает свои намерения. И Нам уверен, что тонсен так и сделает. — Иди к черту, Чонгук! — Ох, как же ты мне надоел… — он чуть дергает старшего за руку, которую все еще продолжает удерживать, притягивает к себе и наклонившись, чтобы ясно видеть глаза истеричного Шуги-хёна, шипит, — или вы сейчас добровольно возвращаетесь в бар и спокойно все между собой выясняете, или я тебя несу туда, болтающегося вниз твоей дурной башкой. Но в любом случае вы поговорите. Выбор за тобой хёооон, — и это «хёооон» звучит настолько издевательски, что Кима передергивает. А до старшего пока еще не дошло. Он открывает рот, чтобы начать спорить, но Чонгук уверяет, что он шутить не собирается и действительно «прокатит» старшего на плече. Мин сдается. Так позориться перед остальными он не горит желанием. Да и осознание всего произошедшего уже начинает крутиться в его белобрысой голове. Джун же старается не отсвечивать, ему страшно от такого младшего. Поэтому он, повинуясь кивку Гука, спокойно идет в сторону бара. А следом за ним плетется Юнги, удерживаемый за плечо сильной рукой парня. Так, на всякий случай. *** Чимин переживает, что совсем не нравится сидящему рядом Хоби. Он хватает младшего за запястье и заставляет сесть на диван. — Успокойся. Не убьют они друг друга. Все-таки лучшие друзья. А бешеному Мину лучше выплеснуть свою злость. На улице это сделать явно проще, — Хо бросает взгляд в окно, где как раз виден силуэт Чонгука, торопливо идущего по тротуару. На что Чон и обращает внимание соседа, — да и Гуки проследит. Сомневаюсь, что мелкому хоть один из них сможет перечить. Мальчик то вырос, — а на губах горделивая родительская улыбка. — Он прав, Чимин-а, хёни присмотрит, не сомневайся, — поддерживает Тэхен старшего. Парни наконец цепляются за его «хёни» в отношении самого младшего. И чтобы хоть как-то отвлечь себя от мыслей, что же случилось между Юнги и Боссом, Пак интересуется: — А почему ты Чонгука называешь «хён»? — Думаю, ты и сам понимаешь, почему, — Ким загадочно улыбается, — а если не понимаешь, то подожди немного, думаю через пару минут все и так станет ясно. А еще я просто безумно его люблю. — Разве это повод называть младшего хёном? — Хосок тоже не до конца понимает логику Тэхена. — Для меня — самый важный, — проговорив это, он подзывает официанта, просит принести им с Хо по стакану апельсинового сока, а Чимину воды. — Зачем мне вода? — Тебе явно стоит успокоиться, а делать это с помощью алкоголя не самый лучший выход, — старший Чон смотрит на парня, сидящего рядом, и грустно улыбается. Уж он то знает, что пить — не лучший выход. У столика появляется официант, принесший заказ. Минни делает глоток воды в тот момент когда колокольчик над дверью мелодично звенит, а в бар входит никто иной как Ким Намджун, по подбородку которого стекает струйка крови из разбитой губы. Следом появляется Шуга, конвоируемый младшим Чоном, на лице которого Тэхен читает дикую злость. Старшие смогли довести его Гуки. Заметив разбитую губу Джуна, Чимин вскакивает с диванчика, порываясь подойти к Киму. Но его останавливает рука Хоби, который видит как брат качает головой, безмолвно прося остановить парня. — Ну ты и красавец, братик! — Тэхен хмурится, ему совсем не нравится открывшаяся картина. — Мо-ло-д-цы! — саркастические аплодисменты сопровождают произнесенное по слогам слово, — совсем тормоза отказали, что выбрали мордобой как способ решения разногласий? — Ну хоть ты то не начинай, Хвостик… — устало тянет Нам, падая на сидение рядом с Тэ. — Нет уж, вы свое право командовать сейчас потеряли, — рычит Чон, подтолкнувший Юнги к диванчику, заставив сесть рядом с Паком, который так и остался стоять, переводя взгляд то на одного, то на другого. Намджун, видя состояние Минни, смотрит на того виновато. Получилось действительно глупо. Да и не хотел он заставлять того переживать. Все-таки брат прав — он клинический идиот. А Мин боится даже взглянуть на стоящего рядом парня. Сейчас, когда немного подостыл, он понимает, что повел себя крайне глупо. Да уж, а все считал себя взрослым, уравновешенным мужчиной, а не гормонально неустойчивым подростком, который выпускает эмоции через кулаки. Все же решаясь посмотреть на Пака, поднимает голову… и лучше бы он этого не делал. Во взгляде, направленном на него, сквозит разочарование, что становится тошно. — Хосок-и — хён, — зовет брата Чонгук, — забери пожалуйста Чимина и отвези домой. Тебе как раз по пути. Хосок кивает на просьбу младшего, и дождавшись, когда его пассажир захватит свой кардиган, висящий на спинке дивана, выходит на улицу. А за ним выходит и Чимин. — Тэ, мы тоже уезжаем. Этим… слово бы подобрать поприличнее… давно пора поговорить, — Гук тяжелым взглядом смотрит на сидящую через стол парочку. — Они не разнесут бар? — все же Тэхён переживает. Он знает характер обоих. И если Мин заводится сразу и так же быстро потом успокаивается, то его брат закипает медленно, и остановить его потом практически нереально. — Не думаю, что они горят желанием ночевать в участке, платить штраф и возмещать убытки заведению. Да и оказаться на первых страницах газет со скандальными заголовками то еще удовольствие. Так что выход у них один — поговорить, — Гуки уверен, что старшие больше ничего не натворят. — Отлично. Тогда они еще и напополам оплатят общий счет, — коварная ухмылка скользит по губам младшего Кима, когда, услышав фразу, оба «драчуна» вскидывают головы, ошарашенные таким выпадом, — Ну, а что вы хотели? Это наказание, МАЛЬЧИКИ! И Тэхен, схватив любимого под локоть, удаляется из помещения. А двое, оставшихся еще некоторое время пятятся на светлую столешницу. Намджун тяжело вздыхает, понимая, что оставившие их младшие во всем правы, и поговорить действительно необходимо именно сейчас, заказывает две порции коньяка, и получив заказ, зовёт: — Юнги-хён…