Тempus colligere lapides

*** Намджун въезжает на парковку огромного магазина. Сегодня, спустя долгие три месяца, из Штатов возвращается Чимин, которому за это время удалось полностью наладить работу нового филиала. Юнги, с которым младший успел помириться практически перед самым отлетом, долго бушевал, потому что отговорить от этой поездки любимого так и не смог. Злился, что его оставили одного, но и решение тонсена прекрасно понимал. Все они любили свою работу и были жуткими трудоголиками. Сжав зубы, Мин отпустил любимого в аэропорту и засел в офисе практически не покидая кабинет. И никакие увещевания со стороны лучшего друга и психанувшего Тэхена не действовали. Только Чонгук, которому о поведении любимого хёна накапали оба Кима, смог вытащить старшего из офиса на выходные. Притом «вытащил» в прямом смысле. Практически за шкирку, под громкие крики и мат Шуги. Но как бы не требовал отпустить его, тягаться с макнэ для мужчины было явно не под силу. Особенно когда Гук-а был зол. Но в итоге выдержав всего две недели редких созвонов по видео, старший вытребовав у Босса срочное получение для офиса в Америке рванул к Чимину первым же рейсом. В таком ритме и жил все три месяца. И вот сегодня Пак приезжает. Но Юнги, не отличающийся терпением, пару дней назад улетел в Штаты и возвращаются они уже вдвоем. В аэропорт Инчхон эту влюбленную парочку уехали встречать младшие, оставив подготовку к вечеринке на Намджуна. Который только для вида побухтел на хитрожопых мелких, которые таким образом еще и время побыть наедине урвали, и отправился в любимый супермаркет за алкоголем и закусками, по дороге успев заказать еще и доставку еды на дом. Занятый своими мыслями Нам медленно идет по проходу между стеллажами, параллельно выискивая необходимые закуски, которые Хвостик указал в огромном списке, и не замечает, как своей тележкой случайно задевает невысокую девушку, пытающуюся достать что-то с верхней полки. — Извините, я Вас не заметил, — говорит мужчина, аккуратно придерживая миловидную брюнетку. — Вам помочь? — Джун удивляется, насколько маленькой рядом с ним выглядит девушка. И даже еще не видя ее лица в нем просыпается инстинкт защитника. — Да, буду Вам признательна. Вон ту пачку, с верхней полки, — девушка встает на носочки и тянется к нужной вещи, неосознанно прижимаясь боком к Намджуну. Он не глядя берет упаковку, задевая тоненькие пальчики, чувствует легкое покалывание в месте соприкосновения и поворачивается к девушке лицом. И застывает, потому что ловит взгляд темных глаз, в которых еще немного и утонет. Сердце в груди начинает неистово биться, словно пытается пробить ребра и выпрыгнуть в ладони красавицы, которая кажется Джуну ведьмой, приворожившей его своей красотой. Оба практически не дышат и тянутся друг к другу. Звук упавшей пачки разрушает наваждение, окутавшее пару. Девушка чуть отстраняется, а щеки ее покрываются румянцем, который делает ее еще более привлекательной в глазах мужчины. — Как Вас зовут? — спрашивает Ким, чтобы разрушить неловкую паузу. — Ан Хен Джин. А Вас? — Нам заслушивается глубоким красивым голосом девушки и не сразу отвечает на вопрос. — Ким Намджун, госпожа. — Спасибо Вам за помощь, — произносит Хваса и собирается уходить. А Намджун понимает, что если сейчас отпустит Хен Джин, то сделает самую большую ошибку в своей жизни. Потому что сердце его кричит о том, что эта девушка и есть его счастье. — Постой! — Ким прихватывает изящные пальчики своей большой ладонью, — не уходи. И девушка останавливается. Всматривается в лицо так привлекшего ее мужчины с ожиданием и … надеждой? *** Входная дверь наконец открывается и в нее входит Намджун. — Ну и где тебя носило, дорогой братик? — от Тэхена так и исходят волны недовольства. — Мы уже час дома! Еду привезли полчаса назад! А тебя все нет и нет… — Хвостик, успокойся. Со мной все нормально. Спасибо, Чонгук, — говорит он уже Чону, который молча забрал тяжелые пакеты из рук хёна. — Нет, Джун-а, ты где был? Мы вообще волновались! — Тэхен-и, давай пройдем в гостинную, у меня для вас есть хорошая новость, просит старший Ким брата и его парня, который улыбается, потому что все видел. Тэ подозрительно глянув на брата, молча проходит в комнату и плюхается в кресло, в котором сидел до возвращения старшего. На подлокотник присаживается Гук-а, который берет руку любимого в успокаивающем жесте. Чимин, удобно устроившийся на коленях Юнги поворачивает голову к Боссу, который появляется следом за младшими. Он выводит из-за спины невысокую красивую девушку, руку которой так больше и не отпустил: — Ребята, познакомьтесь! Это моя Хен Джин. *** Этот год для Джина стал самым тяжелым за все его двадцать восемь лет жизни. Нет, он ни сколько не жалеет, что согласился уехать в Россию. Потому что здесь хоть и было тяжело, но новые впечатления, интересный проект и другие люди, отличающиеся по менталитету, не давали ему уйти в свои переживания. Мужчина знал, что останься он в Сеуле, то уже через несколько недель пришел бы к Хосоку и умолял дать ему шанс попробовать быть рядом. А он хотел, чтобы Хо решил сам, чего он хочет от жизни. За эти долгие одиннадцать месяцев Хоби так ни разу ему не позвонил. Не было сообщений ни в одной из социальных сетей. И постепенно Сокджин переставал ждать и надеяться. Единственной отдушиной становились короткие разговоры с Чонгуком, который, казалось, единственный не забыл своего хёна. Созваниваться получалось редко. Но длинные сообщения в Твиттере он получал постоянно. Поэтому был в курсе всех новостей, происходящих у друзей. Правда о брате он говорил редко, видимо, чтобы не расстраивать Джина. Но даже из этих крупиц Ким знал, что старший Чон набрал группу детей, которых активно тренирует. Ему помогает вернувшийся из Штатов Чимин. Мужчина был действительно рад за человека, которого любил несмотря ни на что. Когда-то счастье Хосока, возвращение того к жизни, было самым главным желанием мужчины. А сейчас, когда оно сбылось, Киму вдруг стало немного больно. Потому что он теперь не рядом и не может увидеть сияющие счастьем глаза лучшего друга и такую любимую широкую улыбку. Они сами сделали этот выбор. *** Сокджин стал ловить себя на мысли, что очень сильно скучает по Сеулу. По своей светлой, но пустой квартире. И от осознания, что осталось всего шесть с небольшим месяцев легче не становилось. Поэтому, когда он в двадцатый числах августа получил сообщение от Гука, в котором мелкий сообщал, что прилетит в Москву четвёртого сентября и надеется на встречу с хеном. радости Кима не было предела. В ответном письме он в ультимативной форме потребовал, чтобы жил тот у него в квартире и даже не смел заикаться о гостинице. На что младший с удовольствием согласился. *** — Ты действительно летишь в Москву? К Джину? — оба Чона собрались в квартире Хосока. — Да, я лечу в Россию. — Зачем, братик? — Я соскучился по Сокджину. Действительно соскучился. Ты же мне поможешь? — Чем я могу тебе помочь? — Ты ведь не откажешь любимому брату и отвезешь меня в аэропорт? — Обязательно, — и на губах обоих братьев расцветает довольная улыбка. *** — Передавай привет Сокджину. Скажи, что я сильно по нему скучаю. — Я все передам, не волнуйся. — Ну все, иди. На твой рейс объявили регистрацию. Напиши, как будешь в Амстердаме, чтобы мы с Тэхеном не переживали. Мужчина молча кивнул и, подхватив небольшую дорожную сумку, отправился к стойке. *** " 4 сентября. 16:05, рейс из Сеула через Амстердам. Встречай.» — Сокджин уже не в первый раз перечитывает это короткое сообщение. Старший находится в лёгком предвкушении предстоящей встречи. Он действительно рад приезду Чонгука. И хотя изначально был удивлён тому, что Чон решил навестить его, то теперь понимает насколько сильно эта новость всколыхнула его жизнь. Даже коллеги обратили внимание на то, что Джин последние две недели улыбается особо ярко. Его русский начальник дал несколько дней отгулов за отработанные Кимом выходные за последние полгода, чтобы тот смог посвятить время своему гостю. В аэропорт старший приехал заранее, ждать лишний час дома просто больше не смог. Уже десять минут как объявили о прибытии рейса из Сеула. Осталось только дождаться появления младшего после того, как тот заберёт багаж. Мужчина вновь утыкается в свой телефон, чтобы скоротать оставшееся время, как вдруг на его плечо ложиться знакомая рука. — Здравствуй, Джин-а, — Ким резко оборачивается на такой родной голос и глаза его округляются в удивлении. — Хо, это действительно ты? — он не верит. — Я, — только одно слово и широкая солнечная улыбка, которая, кажется, осветила ярким светом все здание аэропорта Шереметьево. — Я скучал, Джин-а. Хосок делает шаг к застывшему в легком шоке мужчине и прижимается к его широкой груди, утыкается носом в шею старшего, вдыхая самый родной на свете запах. Ким, словно очнувшись от долгого сна, крепко обнимает любимого. И плевать на то, что мимо снуют люди, косо поглядывая на обнимающихся парней. Только спустя несколько долгих минут Сокджин чуть отстраняет Хоби от себя, заглядывает с трепетом в кофейные глаза младшего и спрашивает: — Зачем ты приехал, Хосок-а? — Я сделал свой выбор, хён. Из этой страны я уеду только с тобой. Ты же не прогонишь меня? — с мягкой улыбкой отвечает Чон. — Даже если бы хотел — не смог, — тяжелый вздох и снова накатывающая волна страха. — Почему? Объяснять это «почему» не надо. А вот ответ нужен им обоим, и как можно скорее. Слишком много всего они натворили в собственных жизнях, пока каждый учился жить в новых для себя условиях. Только одно осталось неизменным: — Я люблю тебя, Джин-а, — говорит Хоби сплетая свои пальцы с сокджиновыми. — Надеюсь, что я не опоздал. — Не опоздал, Хо. Мои чувства не изменятся, что бы не случилось. Они пристально смотрят друг на друга, на губах обоих расцветает самая счастливая улыбка и Джин понимает, что с этого момента все они обязательно будут счастливы.