H-8

Удивительно, насколько проще становится жизнь, когда тебе больше нечего терять. Ты просыпаешься утром, совершаешь ежедневные, обыденные действия — чистишь зубы, идешь на пробежку, принимаешь душ, завтракаешь, едешь на работу. А потом приходишь домой, разносишь его к чертям и долго стоишь, смотришь на бескрайний негодующий океан под плотным покрывалом из серых туч. Мерзкая морось исколола тебе лицо, влажная одежда неприятно облепила тело, холодная, бездушная сталь в руке кажется неподъемно тяжелой, но тебе плевать. Ты больше не чувствуешь. Тебе больше не больно. В этом нет смысла. Больше ни в чем нет смысла. Однажды Джейс сказал: «Мы считаем себя лучше других, но это не так. Мы такие же, как все. Мы разные». Для Магнуса Джейс был лучшим. Очередная ложь. Все хорошее в его жизни — ложь. Несмотря на шум волн, Магнус услышал шаги на деревянном настиле террасы за спиной. Желание застыть в ожидании было нестерпимым, но инстинкты действовали на опережение. Он резко развернулся и вскинул правую руку перед собой. Алек выглядел как порождение надвигающейся бури. Он смотрел на Магнуса так, будто видел впервые. Он никогда так на него не смотрел. Магнусу была незнакома эта другая сторона. Алек знает. — Брось пушку, Алек! Губы Лайтвуда слегка дернулись. Он сделал несколько медленных шагов и спустился с террасы на песок. — Алек! Он двигался осторожно. Отчаянный. Сломленный. Неизбежный. — Еще шаг, мать твою, и я выстрелю! Алек остановился. Магнус не выстрелит. Он знал это с самого начала. Хватит лжи. Пока что редкие, но тяжелые капли месили песок под ногами. Истошные крики неуемных чаек тонули в рокоте волн. Пустынный пляж как после апокалипсиса. И Магнус с Алеком — единственные, кто выжил. — Скажи мне только одно… — Алек впервые заговорил. Глаза его яростно блестели. Он часто облизывал губы. Синяк под левым глазом потемнел. — Зачем? — Брось пистолет, и мы поговорим. — Откуда мне знать, что ты не пристрелишь меня сразу же, как я сделаю это? — У меня был миллион возможностей, но, как видишь, ты все еще жив. Алек крепко сжал челюсти и отбросил глок в сторону. Тот беззвучно приземлился на влажный песок. Магнус не опустил руку, несмотря на то что она начинала ныть от напряжения. Перед глазами невольно замелькали картинки прошлой ночи. Горячая кожа, тихие стоны, искусанные губы. Жадные руки и голод в темно-зеленых глазах. Я люблю тебя. — Как ты узнал? — Магнус тянул время, чтобы… Чтобы что? — Нет, Магнус, ответь на вопрос. Без оружия с Алека словно слетела броня. Вот он — шанс, то, чего Магнус так долго ждал. — Двенадцатое ноября 2019-го. — У меня плохая память на даты. Конкретнее. Магнус крепче обхватил рукоять беретты. — Ну же, Лайтвуд. Парковка у «Пандемониума». Черный лексус. Знакомо звучит? — О чем ты… — В глазах Алека появилась осознанность. — Ты о том взрыве? Какое это имеет ко мне отношение? Магнус нервно рассмеялся. — Возможно, ты неплохой музыкант, но актер из тебя так себе. — Магнус, послушай, я не понимаю, причем здесь я… Магнус солгал. Алек выглядел так, будто и правда не понимает. — В той машине был Джейс Вейланд. — Джейс… кто? Какого хрена? Кто это? — Мой муж. Алек пораженно уставился на Магнуса. — Твой… — прошептал он. Понимание так явно отразилось на лице Алека, будто Магнус мог читать его мысли. — Ты думаешь, что я… Я даже не знал его. Я не знал тебя. Зачем мне это делать? — Неважно, знал ты или нет. Неважно, сам ты это сделал или кто-то по твоему приказу, но факт… — Только послушай себя! — воскликнул Алек. — Магнус, ты меня знаешь. Это не я! — четко по слогам произнес он. — Избавь меня от жалких оправданий, я… Алек провел ладонью по волосам. — Нелепость какая-то. Я… Подожди, ты думал, что я убил твоего мужа, и спал со мной… Ты… Господи, ты просто псих! Да что с тобой такое?! Я же… Ты заставил меня… Алек запустил в волосы обе руки и нервно, горько рассмеялся. Решимость Магнуса таяла на глазах. Он уже начал опускать руку, когда раздался оглушающий раскат грома. Магнус вздрогнул и отвлекся, всего на секунду, но Алеку хватило этого времени, чтобы рвануть вперед, крепко обхватить его запястье и резко отвести в сторону. Но потом Алек замер, глядя на пистолет. — Предохранитель. Ты не… Магнус не собирался ждать, пока Лайтвуд закончит предложение. Он дернул Алека на себя и ударил головой. Целился в больную скулу, но, кажется, попал в нос. Сломать не сломал, но все же успел заметить тонкую струйку крови. — Блядь, — зашипел Алек и зажал нос. Освободив запястье, Магнус снова поднял руку с пистолетом, но тут Алек резко пригнулся и, навалившись всем телом, повалил Магнуса на землю. Снова прогремел гром, а затем на них обрушился такой сильный ливень, что дом Магнуса едва виднелся сквозь толщу воды. Пистолет все-таки выпал из руки Магнуса. Они катались по грязному холодному песку целую вечность. Алек оказался неожиданно сильным, но это вряд ли могло ему помочь. Только не против Зверя. Магнус мог бы уложить его с двух ударов, но бил вполсилы. Ярость осталась за порогом развороченной гостиной. В конце концов, Магнус нащупал пистолет — на этот раз глок Алека. Теперь уже точно снятый с предохранителя. Магнус увернулся от удара локтем, оседлал грудь Алека и, надавив рукой на горло, приставил дуло к виску. Алек схватился было за его руку в попытке освободиться, но Магнус надавил сильнее. — Хватит! Не дергайся! Дождь нещадно хлестал. Магнусу нестерпимо хотелось смахнуть с лица влагу и грязь. Вода смывала с лица Алека комья песка. Пластырь над бровью пропитался кровью. Магнус чувствовал, как часто под ним вздымается грудная клетка. Алек перестал вырываться. Не умолял и не оправдывался. Только смотрел, часто моргая из-за потока дождя, бьющего в лицо. А затем будто в миг ослабел, сдулся, руки его безвольно упали на мокрую землю. Он закрыл глаза, словно смирившись с неизбежным. В лице Магнуса. Магнус вдруг почувствовал себя вымотанным до предела. На него навалилась такая усталость, что, казалось, он готов лечь и уснуть прямо здесь, посреди бури. Он медленно убрал руку с пистолетом, скатился с Алека. Алек распахнул глаза, приподнялся на локтях. Затем встал, помог подняться Магнусу, и они поспешили укрыться от дождя на террасе. Оба грязные, в насквозь промокшей одежде, они долго сидели, наблюдая за постепенно затихающим дождем. А потом Магнус заговорил. Он рассказал все: как в двенадцать на похоронах тетки встретил Тэкеши, и тот забрал его к себе; как рос в банде, тренировался со всеми, выполнял мелкие поручения, зарабатывая авторитет. Рассказал о своем первом убийстве. Магнусу было шестнадцать. Случайная жертва — пацан, немногим старше его самого, попался под горячую руку во время уличной потасовки. Прошло много лет, но Магнус до сих пор помнил его лицо. Со временем он перестал считать, смерть превратилась в рутину, но он всегда помнил того парня. Потом Магнус рассказал, как встретил Джейса. Как изменилась его жизнь, и вдруг стало возможным то, на что он и не надеялся. Рассказал, как в один день потерял все. Дождь прекратился, небо немного прояснилось. Вместе с этим улеглась и буря на душе Магнуса. Странно, но, выговорившись, он почувствовал покой — такой желанный, но в то же время, как ему казалось, такой неуместный. Магнус нарушил затянувшееся молчание: — Я ненавидел тебя так сильно. Наверное, я находил в себе силы жить и дышать только благодаря этой ненависти и желанию отомстить. — Можешь пристрелить меня, если хочешь, но ты только напрасно потратишь пулю, потому что я этого не делал. Я вообще никогда никого не убивал. Магнус повернул голову. Алек смотрел на него, взгляд его был открытым и прямым. — А как же крыса? — Рафаэль. — Алек покачал головой. — Он расправился с Эндрю, пока я блевал на заднем дворе как последний трус. Знаешь, я никогда не верил, что он стучал федералам. И до сих пор не верю. Эндрю был моим другом, а я не смог его защитить. Видимо, я не создан для такой жизни. — Все мы были созданы для чего-то другого, — заметил Магнус и снова обратил взгляд на океан. Алек устало усмехнулся. — Теперь мне многое стало понятным. Твое поведение и… Знаешь, меня это просто убивало, эти эмоциональные качели. Я никак не мог понять, чего от тебя ждать. — Я и сам не до конца осознавал, что творю. Думаю, подсознательно я всегда знал, что ты ни при чем. Но не хотел этого видеть. Я редко прислушиваюсь к голосу разума. Мне не раз это выходило боком. Вся его жизнь одно сплошное разочарование. — Я могу помочь, — вдруг сказал Алек. — Если хочешь. Могу помочь выяснить, кто это сделал. Магнус не поверил своим ушам. — Ты серьезно? После всего, ты хочешь помочь? — Ты правда любил его, да? — Больше жизни. — Тогда я в деле. — Он помолчал и добавил: — Послушай, то, что я сказал вчера… Но договорить Алек не успел. Его отвлек звук быстрых шагов за спиной, а потом мир резко утонул во мраке.

***

Магнус мучительно и муторно приходил в себя. Ему казалось, он весь состоит из боли. Голову словно обручем сдавило. Он попытался потянуться, но не вышло — руки не двигались. Магнус резко открыл глаза. Голову как иглой пронзило. С последствиями от удара шокером он сталкивался уже не раз. Первое, что он увидел — Алек. На металлическом стуле, руки связаны за спиной. Как и у Магнуса. Видимо, тоже только очнулся: потерянный вид, лицо белее бумаги. На Алеке не было пиджака и кобуры, а белая рубашка напоминала половую тряпку. Магнус подозревал, что сам выглядит не лучше. — Доброе утро, мистер Норои, — послышался чей-то голос сзади. Незнакомый голос. — Рад, что вы наконец присоединились к нашей беседе. Магнус попытался повернуть голову, но резкий приступ тошноты подсказал не делать этого. Он глубоко вдохнул. — Ты в порядке? — тихо спросил Магнус, обращаясь к Алеку. — Более-менее, — пробормотал тот. Алек смотрел не на Магнуса, а за его плечо. Магнус обвел взглядом видимое пространство: ничего особенного, похоже на типичный заброшенный заводской склад. Слева виднелись какие-то контейнеры и прочий хлам. Ясно было одно — они в дерьме. За спиной раздался скрежет, будто резко отодвинули стул, и шаги. Нужно совладать с болью, понять, сколько здесь людей. Нужен план. Магнус слегка подвигал ногой. Связаны только руки, стяжками, судя по всему. Зря они не привязали ноги. Ошибка дилетантов. Незнакомец подтащил стул и сел между ними, немного правее. Магнус видел его впервые: невысокий, жидкая бороденка, длинные волосы убраны в хвост. Похож на офисного клерка, уволенного без выходного пособия за скачивание порно на рабочем месте. — Или вы предпочитаете «Магнус Бейн», мм? Не хочу показаться невежливым. Магнус не ответил. Если не поддаваться на провокации, можно выиграть время. К тому же этот сомнительный субъект выглядел так, будто ему не терпится поболтать. А Магнус готов был слушать, пока что ему некуда спешить. — Что тебе от нас нужно, Рэй? Магнус вскинул голову, не обращая внимания на боль. Это было неожиданно. Похоже Лайтвуд в курсе, кто их похититель. — Мистер Лайтвуд, — по слогам, высокопарно произнес тот, — я думаю, вы и сами догадываетесь. Расскажу вам одну историю: у меня был парень, милый и симпатичный, по имени Эндрю. Мы встречались какое-то время, а потом он просто пропал. Я подумал: как так? Это совсем не похоже на моего Эндрю. У нас были серьезные отношения, и он всегда мне перезванивал. Я проверил камеры и, угадайте, что обнаружил? Последним, кто его видел, были вы. — Магнус здесь ни при чем. Отпусти его, и мы поговорим. Магнуса поражала его стойкость. Как много он еще не знает об Алеке Лайтвуде? — О, как романтично. Переживаете за друга. Я наблюдал за вашей милой беседой там, под дождем. Очень драматично. Буду требовать для вас «Оскара». Алек напряженно следил за Рэем. Магнусу было только на руку, что на него не обращают внимания. Похоже, здесь, кроме них троих, никого не было. Алек, тяни время. — Насколько мне известно, — начал Алек, — CID отстранило тебя на неопределенный срок. — Федерал, мать твою! Какого черта? — Ты несколько превысил полномочия, Лоренцо, не находишь? Лоренцо Рэй — вот теперь Магнусу показалось это имя знакомым. Вроде, Рафаэль упоминал его пару раз… Его осенило. Это тот самый федерал, который спал с крысой Лайтвудов. Дерьмо. Рэй как ни в чем ни бывало взглянул на часы и, проигнорировав вопрос Алека, обратил свой взгляд на Магнуса. — Меня тошнит от таких, как вы. Мразей, что отравляют мой город. Алек хрипло усмехнулся. — Ну и лицемерная же ты сука! Ты сам спал с такой же мразью. Лоренцо стремительно вскочил со стула и с размаху ударил Алека по лицу. — Закрой пасть, тварь! — заорал он. Но в следующую секунду голос снова источал ядовитое спокойствие. — Пожалуй, ты сдохнешь первым. Будет приятно посылать тебя папаше по кусочкам. Вытащив пистолет из кобуры, Рэй подошел к Алеку ближе. Обвел стволом подбородок, коснулся крепко сжатых губ, остановился у виска. — А жаль, — продолжил он мерзко-приторным голоском, — такая симпатичная мордашка. Неудивительно, что даже ублюдочное отродье Асмодея не устояло. Магнус сжал челюсти, но приказал себе не отвлекаться. Время превратилось в тягучую массу. Алек лишь на секунду взглянул на Магнуса, но, кажется, понял его замысел. Он медленно выдохнул, едва заметно напряг плечи и с удивительным спокойствием произнес: — Если бы ты был в состоянии добросовестно делать свою работу, Лоренцо, то уже знал бы, что я не убивал Эндрю. Эндрю был моим другом. Я не хотел его смерти. — О, не волнуйся. До этого отмороженного мексиканца тоже дойдет очередь. Видите ли, мистер Лайтвуд, по большому счету мне насрать, кто это сделал. Вы и вам подобные как кость у меня в горле. Но вы сами преподнесли мне себя на блюдечке. Создали весьма удобный повод. — Так сделай все по закону. Ты же не дурак и понимаешь, какие будут последствия. — Благодарю за высокое мнение о моих умственных качествах. Что до закона и последствий, это уже не твоя забота, красавчик. Рэй взвел курок. Сердце Магнуса пропустило удар. Двое громил появились из ниоткуда — типичные качки с одинаковыми мордами кирпичом. — Босс, у нас проблемы. Рэй резко вскинул голову. Магнус выдохнул, когда тот убрал пистолет от головы Лайтвуда. Окружавший их кокон тишины разорвало на куски звуками приближающихся полицейских сирен. Голос, усиленный громкоговорителем, ворвался в пыльное помещение склада. — Рэй, это ФБР! Сдавайся, ты окружен! — Гэрроуэй, сукин сын, — скрипнул зубами Лоренцо. Медлить больше было нельзя. Магнус напряг мышцы, качнулся вперед и резко оттолкнулся ногами, одновременно дернув руки в стороны со всей силы. Металлические стулья, надо же. Этот козел Рэй совершил серьезную промашку. Натертые стяжки послушно поддались и лопнули. От падения на спину у Магнуса выбило из легких весь воздух, но на жалость к себе не было времени. Он тут же вскочил и, пока головорезы Рэя соображали, неуловимым движением скользнул к их боссу. Отобрать пистолет, направить в горло — пара секунд. Магнус нажал на курок. Не до церемоний. Оставим пафосные речи киношникам. Когда «операционная система» горе-вандаммов наконец загрузилась, и те догадались достать оружие, Магнус уже встретил их двумя точными выстрелами. — Черт возьми! — прохрипел ошалевший Алек. На это тоже сейчас не было времени. Обыскав трупы помощников, Магнус нашел складной нож и перерезал стяжки Алека. Тот тут же поднялся и забрал пистолет у ближайшего тела. Откуда-то справа послышался топот бегущих ног. — Надо уходить. Магнус протянул еще один нож Алеку и засунул второй пистолет за пояс джинсов сзади. Голова продолжала раскалываться, но адреналин сделал свое дело. Магнус четко осознавал: им нужно выметаться с этого гребаного склада. Ему нельзя попадаться федералам, даже если они якобы на его стороне. Точнее, на стороне Лайтвуда. Это не одно и то же. Алек вроде бы тоже пришел в себя, но лицо до сих пор было бледным. Хотя слой крови и грязи делал бледность практически незаметной. — Надо уходить, — повторил Магнус. Алек только кивнул. — Сюда. — Магнус махнул в сторону лабиринта из громоздких контейнеров. Они едва успели добежать до первого и спрятаться, когда их настиг первый выстрел. А дальше пули посыпались градом. Но, надо заметить, Алек оказался неплохим стрелком. Они продвигались вглубь склада, прикрывая друг друга, пока в какой-то момент не почувствовали, что оторвались. Выстрелы и ругань слышались все дальше. Магнус, тяжело дыша, откинулся спиной на грязный металл. Алек тоже переводил дух у соседнего контейнера. Их разделял узкий проход. Магнус понятия не имел, куда они бегут. Возможно, впереди тупик. Или они угодят прямиком в лапы Гэрроуэю и его молодцам. Если те не пристрелят их раньше. Одно он знал точно — нельзя оставаться на месте и просто ждать. Магнус только собирался подать Алеку знак двигаться дальше, как вдруг его схватили и приложили головой об стенку контейнера. В глазах потемнело, а от звона в ушах не было слышно собственных мыслей. «Не отключаться, только не отключаться», — твердил Магнус себе, как мантру. Чудо, но это сработало. Однако, в следующий момент горло обхватило мощное предплечье, а в подбородок уткнулся холодный металл. Магнус усмехнулся про себя. И где только Рэй понабрал таких долбоклюев? Либо они не в курсе, с кем имеют дело, либо учились боевым навыкам по киношкам с Джеки Чаном. — В следующий раз стреляй сразу, дебил, — просипел Магнус и сжал челюсти на оголенной коже удерживающего его предплечья. — Твою мать, — прошипели сзади, но хватка ожидаемо ослабла. Удар локтем в диафрагму, затылком в переносицу, потом развернуться, заехать по яйцам и вырубить мощным броском ноги с вертушки. В обычном состоянии у Магнуса бы даже дыхание не сбилось, но сейчас он был не в лучшей форме. Подобрав брошенный неудачником пистолет, Магнус поднял взгляд на Алека, который с очумевшим видом стоял в боевой стойке, сжимая в руке нож. Патроны у него давно кончились. Алек выпрямился и провел рукой по волосам. — Ты мне поддавался, да? Там, на пляже. Моя самооценка, кажется, упала еще ниже, — усмехнулся он и покачал головой. — Как только выберемся из этого дерьма, я лично оплачу тебе психотерапевта. Магнус кинул Алеку запасную обойму, и они бросились бежать дальше, убедившись, что за углом их больше не ожидает сюрпризов. Лес из стальных ящиков, казавшийся бесконечным, наконец, закончился. Примерно в тот же миг послышались автоматные очереди и выкрики «на землю» и «бросить оружие». Группа захвата, где бы они ни прохлаждались все это время, проникла в здание. Магнус с Алеком нырнули в первую попавшуюся дверь и оказались в длинном захламленном коридоре. Каждую секунду рискуя переломать ноги, они бежали, минуя поворот за поворотом, пока в дальнем конце не высветилась спасительная табличка «Служебный выход». Коридор оборвался внезапно. Издалека и в полутьме было не заметно, что слева примыкает помещение. До неплотно прикрытой двери на свободу оставалось несколько шагов. Которые Магнусу и Алеку не суждено было сделать. Их уже ждали. Первым появился Сантьяго, держа на взводе в каждой руке по стволу. По одному на каждого. Он перекрыл собой выход и молча целился. Его выражение лица не обещало ничего, кроме мгновенной расправы. Из другого угла показался Асмодей, небрежно поигрывая револьвером, сделанным на заказ. А следом — какая неожиданность — Роберт Лайтвуд. Хоть этот не держал в руке пушки. Магнус резко остановился в проходе, неосознанно прикрывая собой Алека. Рука крепко сжала рукоятку, но он не торопился пускать в ход пистолет. Если бы Рафаэль хотел их пристрелить, то давно бы это сделал. — Какая трогательная встреча, — лениво протянул Асмодей, сложив руки на груди. С кончиков пальцев свисала инкрустированная стразами рукоятка револьвера. Жуть. Магнус всегда плевался, когда видел это убожество. — Наконец-то можем посидеть по-семейному, поболтать о том о сем. — Алек? Ты цел? — игнорируя паясничество своего партнера, спросил Роберт. Магнус впервые видел его лицом к лицу. Сходство с сыном было минимальное. Видимо, Алек пошел в мать. Весь лощеный вид Лайтвуда старшего, включая дорогой костюм, обувь, начищенную до блеска, и галстук, никак не вязались с окружающей обстановкой. Алек не ответил. Магнус не видел его лица, но затылком чувствовал, как тот напрягся. — Дай пройти, — как можно спокойнее произнес Магнус, повернувшись обратно к Рафаэлю. Тот только хмыкнул, но с места не сдвинулся. — Тут я раздаю приказы, сынок, — снова встрял Асмодей. — Убери свою пукалку, и мы поговорим. — Федералы скоро будут тут. — А кто, ты думаешь, их привел? — послышался мерзкий смешок. — Ручной песик Роберта и шагу без его команды не сделает. — Как вы узнали, где нас искать? — подал голос Алек. — Я установил за Рэем слежку, — ответил Роберт. — Оставалось только ждать, когда он сделает какую-нибудь херню. — Месть за возлюбленного, как поэтично! — Ты угомонишься или нет? — рыкнул старший Лайтвуд на Тэкеши, на что тот только пожал плечами. Затем Роберт снова повернулся к Алеку. — Когда ты собирался рассказать мне, что встречаешься со Зверем? Посчитал, что эта информация не стоит моего внимания? Я был о тебе лучшего мнения, Александр. Алек не ответил. — В общем, так, — прервал молчание Асмодей, перейдя на деловой тон. — Досмотрим эту дешевую мелодраму в более подходящем месте. Вы двое едете с нами, пора выбираться из этой помойки. — Я с тобой никуда не поеду, — процедил Магнус. — Убери своего прилипалу. Мы с Алеком уходим. Вдвоем. — Смотри-ка, уже спелись, — цокнул языком Сантьяго. — Что, тугая жопа победила мечты о кровавой расправе? — Закрой рот! — прикрикнул на него Магнус. — Алек не убивал Джейса. — Какого черта? — послышался недоумевающий голос Роберта. — Что это за дерьмо, Тэкеши? — Заткнись! Пока я тебе не помог, — осадил его Рафаэль. — Разберись со своим отребьем! Но Асмодей вдруг замолчал, не отпустив по этому поводу ни единой колкости. Магнус не сводил глаз с лица Сантьяго, ловя каждое его движение. Он сжал пистолет с такой силой, что еще немного, и послышится хруст костяшек. Когда-то Магнус считал этого человека своим наставником, заглядывал ему в рот, жаждал одобрения. Они пережили вместе столько передряг, что не пересчитать по пальцам обеих рук. Позвоночник обдало холодом. Неужели горе и ненависть настолько застили ему глаза, что он не замечал очевидного? Краешек губ Рафаэля криво изогнулся. — Хико, Хико, — покачал он головой. — Дошло, наконец. Ну как можно быть таким тупым? А знаешь, мне даже нравился Вейланд. У него, по крайней мере, были мозги, в отличие от тебя. Если б не взрывчатка, не знаю, поднялась бы у меня рука или… От прогремевшего выстрела заложило уши. Магнус тупо пялился на обмякшее тело. Пуля сорок пятого снесла Сантьяго пол-лица. Магнус так и не поднял руки с пистолетом. Стрелял не он. — Он меня утомил. Только и делает, что языком треплет. Тэкеши провел указательным пальцем по стволу своего револьвера. Тонкие струйки дыма из дула вихрились мелкими кольцами. — Это был твой приказ? Если бы Магнуса попросили определить, кому принадлежит этот голос, себя он назвал бы в последнюю очередь. Свободной рукой Асмодей поправил шелковый шарф радужных оттенков с логотипом известного бренда. Ни один мускул на его змеином лице не дернулся. Внутри Магнуса не осталось ничего, кроме ледяного спокойствия. — Роберт, ты только взгляни, и это наши сыновья. Неблагодарные свиньи, вот они кто. — Краем глаза Магнус заметил, как старший Лайтвуд сделал шаг в сторону. — Я растил тебя, воспитывал, я дал тебе все. Все, что ты есть — моя заслуга. Я ни слова не сказал, когда ты собрался замуж. Я человек свободных взглядов, ты знаешь. Но от Тэкеши Норои нельзя просто взять и отмахнуться, как от надоевшей пары туфель. Я не для того стал тем, кто я есть, чтобы собственный сын… — Ответь. На вопрос. Магнус уже знал ответ. Ему было плевать на оправдания. Было плевать на причины. Он устал. Голова пульсировала от разрывающей боли. Он так устал. Асмодей вскинул подбородок. Губы растянулись в мерзкой усмешке. — Конечно, это был я. Думал, ты догадаешься раньше, но мать, к сожалению, не успела заняться твоим образованием. Рафаэль был прав, ты немного глуповат. Но мне это нисколько не мешает. Акихико, сынок, нам больше никто не нужен. Вместе мы поставим этот город на колени. Пришей Лайтвудов, и пойдем со мной. Магнус поднял правую руку и четко произнес: — Меня зовут Магнус Бейн. А затем нажал на курок, навечно запечатлев ядовитую ухмылку на лице Тэкеши Норои.