Уравнение с одним неизвестным

В старом туалете, где витал призрак Плаксы Миртл, было тихо, если не считать булькающие звуки из котла, находящегося на полу, подле множества книг и учебников. Поттер перемешивал зелье, постепенно добавляя ингредиенты и расположившись на полу, напротив котла. Рядом с ним спокойно сидел новообретенный товарищ, делая домашнее задание по одному из предметов, периодически записывая пометки на полях книги. Юноша в целом, как уже заметил гриффиндорец, любил записывать что-то в учебниках, а не в конспектах, видно находя это более удобным. В целом атмосфера была спокойной, даже сама Миртл исчезла куда-то, не нарушая столь хрупкий покой своими рыданиями. В этот раз они сидели в заброшенном туалете, а все благодаря Драко и его желанию переходить к практике. – В следующий раз нам стоит встретиться в другом месте, – говорит Малфой, закрывая учебник. Гарри смотрит на юношу с вопросом, вглядываясь в серые глаза и ожидая услышать объяснение такому решению. Слизеринец только тяжело вздыхает, словно ответ кажется слишком очевидным, чтобы его озвучивать. – Не просиживать же штаны в библиотеке за теорией. – Ты предлагаешь попрактиковаться? – уточняет Гарри. – Нет, Поттер, я предлагаю тебе подкинуть котят Макгонагалл под дверь, – закатывает глаза Драко, – я привык выполнять свою работу на отлично, даже если это попытки вбить в твою тупую башку элементарные вещи. Гарри кивает, не решаясь выпалить шутку о перфекционизме и комплексах Малфоя. – Понял. Драко удовлетворенно кивает, радуясь тому, что они наконец смогли прийти к какому-то понимаю. После чего собирает вещи и покидает библиотеку быстрым шагом. К удивлению Гарри, слизеринец объяснял куда лучше, чем он предполагал. Малфой рассказывал все спокойным и размеренным тоном, но не таким как Снейп. Если от манеры профессора хотелось только лезть на стены и вешаться от скуки, то от голоса юноши веяло только непривычным спокойствием. Также он на удивление обладал усидчивостью и терпением, которое позволяло ему разъяснять определенные вещи по несколько раз, если Поттер того не понял. Да, первые разы на занятиях он только закатывал глаза и делал замечание о дырявой голове своего слушателя. Но вот они встречаются уже четвертый раз и если что-то было упущено, то Драко уже без недовольства все рассказывал заново. Видеться дважды в неделю во время окон казалось немногим, но количество заданий, которые ему давал Малфой — пиздец и иначе не назвать. Оказывается юноша постоянно записывал на клочке бумаги список учебников, которые, как он считал, Гарри должен изучить. Все сводилось к тому, что они шли в библиотеку, где слизеринец набирался огромным количеством книг, торжественно вручая самому Поттеру. Руки отваливались от тяжёлой стопки, которую сначала следовало отнести в башню, затем ознакомиться со всем материалом, а затем, отнести обратно в библиотеку. После этого парень проходил проверку на знания у Драко, и если тому не нравилась хоть малейшая деталь, учебники удивительным образом вновь переносились в башню. Малфой самый настоящий садист, потому что заставляет Гарри гонять по ступенькам туда-обратно с тяжелой ношей в руках (и не дай бог Гарри не успевал выйти на своем этаже, ведь тогда приходилось ждать, когда чёртова лестница вернется в нужное положение). Но даже так, мучения начали окупаться в тот момент, когда Поттер стал включаться в тему во время урока, более менее разбираясь о чем идет речь. Гарри еле успевал поспать, потому что ему приходилось работать над основной домашкой и дополнительной, иногда пропускал обед или ужин, засиживаясь после ухода Драко. Кстати об обеде. Желудок Поттера стал предательски урчать, подражая здоровой касатке. Он смущенно схватился за живот ладонью, словно это могло успокоить голод. Мысленно понадеялся, что Малфой не услышал как его внутренности разрываются от желания поесть, и продолжил помешивать зелье в котле. Почувствовал на себе чужой взгляд, но глаз не поднял, упорно делая вид, что все в порядке. – Поттер, ты хоть обедал сегодня? – впервые за определенное время тишина была разрушена вопросом, ответ на который так и не последовал. Драко цокнул, после чего послышалось тихое шебуршание, Гарри уж было решил, что его "репетитор" вернулся, к своей домашке, – на. Поттер поднял взгляд, сталкиваясь с протянутой рукой, сжимающей в своей ладони обычное зеленое яблоко. – Ты откуда его достал, Малфой? – спрашивает юноша, параллельно забрав угощение и уже откусывая кусок с характерным хрустом. Драко только закатывает глаза и немного одергивает край мантии, позволяя увидеть торчащие карманы штанов, из который виднелось круглое очертание тех же фруктов. Мантия возвращается в исходное положение, а сам ее хозяин вновь берет в руки книгу, усаживаясь на прежнее место. – Всегда ношу с собой несколько. Брови Гарри взмывают вверх. Уж кто знал, что сам Драко Малфой постоянно ходит в мантии не ради пафоса, а просто ради того, чтобы никто не узнал о яблоках, которые тот утаскивает из Большого зала во время трапезы. – Доедай быстрее и не отвлекайся. "Точно как маленький хорек, – улыбается своим мыслям Гарри, дожевывая яблоко, – еще и ворчит также"

***

Неделя шла за неделей, и у Гарри уже успешно получалось варить зелья простой сложности и некоторые из средней категории, при этом не напутав с составом и пропорциями. Стоило лишь переключить полное внимание на жидкость в котле, параллельно вчитываясь в рецепт в учебнике, как все становилось идеальным. Это не могло не радовать как Драко, так и Поттера, что от радости в первый раз чуть не обнял слизеринца. – Как успехи с зельем? – интересуется Драко, закрывая учебник и выводя Гарри из собственных размышлений. Он откладывает в сторону книгу, после чего пододвигается ближе к котлу, заглядывая в его содержимое, – матовый блеск с клубящимися частичками дыма, – комментирует увиденное юноша, – оно идеальное. Взгляд Малфоя перемещается на самого Гарри. – Возможно, – добавляет светловолосый после паузы. Поттер обреченно вздыхает: – как по мне идеальное. – Не узнаешь, пока не попробуешь, Поттер, – усмехается Драко, наклоняясь вперед, вновь устремляя взгляд на любовное зелье, мирно плескающееся в котле. Глаза Гарри расширяются, когда он осознает смысл услышанной фразы. Чуть отодвигается назад и шумно сглатывает, даже не желая проверять насколько же удачная предложенная затея (а это определенно не было шуткой). Один раз парень уже выпил икотное зелье под давлением слизеринца, из-за чего на протяжении последующих пары часов не мог остановить икоту. Друзья не могли понять, что происходит, пока не пришлось сказать, что Гарри решил испытать действие зелья на себе. Гермиона дала подзатыльник, говоря, что учитывая способности друга, его зелье могло выдать любой результат, а Рон не мог утихомирить смех, разрываясь и задыхаясь за столом. – Я не буду этого делать, – твердо говорит гриффиндорец. – А если мы сделаем это вместе? – практически мурчит Малфой, так и ожидая, когда же однокурсник решится на такую авантюру. Приходится взглянуть в серые глаза, искрящиеся хитростью и игривостью. Гарри приходит к выводу — змей задумал что-то. – Тогда сделаешь за меня письменное задание по Защите, – лукаво улыбается он, опираясь на одну руку и наклоняя голову чуть в сторону. Малфой подскакивает на месте, из него брызжет недовольство и возмущение, когда он задевает ногой книгу, заставляя ее отлететь в сторону. – Грабеж! – изрекает юноша, – могу сделать только половину, если ты ее уже начал. – И строчки не написал, – еще шире улыбается Поттер. Глаза Драко расширились, а губы сжимаются в тонкую линию. Но все же, он замирает на мгновение, устремив взгляд в один из углов, прикусывая щеку изнутри. Наблюдать за моральной дилеммой слизеринца кажется чем-то настолько интересным и увлекательным, что Гарри даже не хочется отводить взгляд, продолжая тихо посмеиваться. Время близилось и уже вот-вот следовало сдавать крупную письменную работу по Защите от Темных искусств, а Поттер даже не начинал делать работу, на которую ему давалось несколько месяцев. Если ему придется выпить любовное зелье и побегать сутки влюбленной собачкой за одной из девчонок, он мог это пережить — на что не пойдешь ради учебы. – Ладно. Гарри довольно улыбается, вставая с пола и подходя ближе к Драко, протягивая ему ладонь. – С тобой приятно иметь дело, Малфой. Драко недовольно морщится, а затем пожимает руку. Видно ему совершенно не нравится, что за его желание хоть немного повеселиться приходится платить. Юноша убирает руку и отходит в сторону, взяв в руки небольшой стакан и набирая туда зелье. Подносит к лицу и делает вдох, после чего морщится и кидает туда что-то, после протягивая гриффиндорцу. – Не переживай, не яд, а волос твоей жертвы, – комментирует Малфой, заметив чужой пристальный взгляд. Гарри недоверчиво косится, после чего делает глубокий вдох и выпивает все залпом. Все зелья, что парню удалось попробовать имели ужасный вкус (не говоря уже об оборотном, которое им с Роном удалось выпить на втором курсе), это на удивление было приторным, не совсем приятным, но и опустошить желудок после такого не особо то и хотелось. – Если это Снейп или кошка Филча, я убью тебя, Малфой, – предупреждает Поттер, отставляя стакан в сторону. – О, нет, Поттер, – довольно улыбается юноша, – это был мой волос. Гарри чувствует как его желудок неприятно сжимается. – Еб, – не сдерживает ругательств юноша, когда оценивает всю ситуацию, – какого хуя, Малфой? – Не кричи так, сладкий, и скажи спасибо, что это не Снейп или Миссис Норис, – все также довольно говорит Драко, не спуская взгляда с покрасневшего от злости сокурсника. – Ты еще и имя ее запомнил? – возмущенно вспыхивает Гарри, на что тот только жмет плечами. – Мне нравятся кошки, – объясняется Малфой и поднимает с пола учебник, закидывая в свою сумку. Гарри думает о том, каким же дураком являлся, когда согласился на идею Драко, так слепо веря в то, что все будет более менее под контролем. Ведь слизеринец наверняка при первой же возможности побежит к своим змеям, дабы те увидели жалкого мальчика который выжил и который, подобно щеночку, жмется к самому Малфою. Ведь насмешек от парня наверняка не избежать, ровно как и унижений. И даже если Гарри было откровенно говоря плевать на чужое мнение, то возможность пасть перед Драко (считай по своей воле) — очень сильно била по самолюбию. – Пиздец, Малфой, – изрекает гриффиндорец, также собирая вещи и помогая сложить котелок с ингредиентами, – я впервые надеюсь, что зелье не сработает. После таких слов следует только громкий шлепок, а затем тихое “ой”. Поттер касается своего затылка, инстинктивно потирая место на затылке, куда его (легонько) огрел хорек. – Молись, чтобы оно сработало Поттер, – говорит юноша, – если бы я зря просидел с тобой полтора часа на грязном полу, пытаясь вбить в твою тупоголовую башку хоть немного полезной информации, то… Дальше слова звучат слишком заглушено, чтобы Гарри мог их расслышать. Сейчас он смотрит только на бледные губы, и далеко не для того, чтобы понять о чем говорит собеседник. Тонкая, более угловатая верхняя и пухлая нижняя, кончик языка, мелькающий при произношении характерных звуков, и привычные чуть приподнятые уголки губ. Блять, зелье.. – Поттер, ты меня слушаешь? – чужая рука касается плеча, немного пиная, дабы привлечь внимание. Бледные губы расплываются в широкой улыбке, – зелье подействовало, и ты любуешься моим совершенным лицом? Гарри поднимает взгляд и понимает, что на самом деле, пусть вопрос и звучал шуточно, Малфой действительно волновался о его самочувствии. И ох блять, Малфой реально интересовался тем, подействовало ли зелье, и как чувствует себя юноша. – Не мечтай, – кривит губы гриффиндорец, так и не признаваясь, что зелье его очень хорошо взяло. Даже слишком.

***

Гарри сидит в Большом зале, мечтательно ковыряя горошину в тарелке уже несколько минут. Заставляет смотреть себя на еду, не поднимая взгляда на светлую макушку, которую так сильно хотелось увидеть. Посмотреть на белую как снег кожу, без единого изъяна, наверняка бархатную и чуть холодную, потому что... "Блять" Гарри шлепает себя по лицу, привлекая внимание остальных студентов. Неловко улыбается и пытается найти оправдание такой выходке. Остальные хихикают, видно посчитав причину чем-то достаточно забавным, пока юноша что-то рассказывает о том, что подавился. Гермиона смотрит как всегда с подозрением и заботой, пытаясь не то вывести на допрос с пристрастиями, не то оказать поддержку. Глаза не слушаются и сами устремляются на заветного человека, чей лик заставляет сердце заходится в стуке, а руки дрожать. Драко смотрит в ответ, посылая воздушный поцелуй. Последняя капля благоразумности и адекватности в подверженном воздействию зелья мозгу заставляет не задыхаться от такого жеста и показать в ответ два средних пальца. Малфой морщится и отворачивается к своим друзьям, которые кажется, совершенно не заметили того, что произошло. Гарри знает, что Драко не испытывает к нему теплых чувств, так что данный факт заставляет его держаться на плаву, не поддаваясь бесконечному желанию быть рядом, смотреть, трогать и целовать. Потому что весь слизеринец такой красивый, умный и удивительный, что явно никогда бы не посмотрел на самого Поттера. Парень сдерживает себя, чтобы не дать вторую оплеуху. Он помнит, как Рон лежал в спальне и под воздействием зелья переживал, что не сможет понравиться той девчонке, которая подсыпала ему это. Вторая стадия? Гарри не хочет считать, ему как бы плевать на все стадии и их проявления, он хочет поскорее пережить действие зелья и возобновить спокойную жизнь. А пока он находит себя в коридоре, куда его ранее утаскивал как раз напротив стоящий Малфой. Гриффиндорец неловко переминается с ноги на ногу и касается кончиками пальцев чужой ладони. Он никогда не чувствовал себя так неуверенно, словно боясь, что его оттолкнут. Разумный внутренний голос говорит, что чувства ненастоящие и что человек напротив не то что положительных, он никаких чувств по отношению к Поттеру не испытывает. И если внутренний голос говорит правильные вещи, что являются правдой, то в действительности Гарри практически скулит. Понимает, что наверняка выглядит очень жалко, но делает шаг вперед, утыкаясь головой в чужое плечо. Он все еще сохраняет расстояние, рука так и не решается полноценно коснуться чужой, но в нос ударяет такой приятный запах, а щека приятно трется о кашемировый свитер. – Я знаю, что тебе противно, когда я тебя трогаю, просто, – выдыхает Поттер, – дай мне постоять так хотя бы минуту. В голове только мысли о том, как же хочется быть рядом и страх быть отвергнутым. Ладошки потеют, нос жадно вдыхает приятный запах, пытаясь запомнить его. – Пожалуйста, – уж больно жалостливо добавляет юноша. Малфой стоит растерянно, ни отталкивая, ни возмущаясь. Поднять взгляд и посмотреть, что творится в серых глазах страшно, так что приходится только жмурить глаза и силить себя не делать этого. – Если я возьму тебя за руку, – слышится чуть хриплый тихий голос, – тебе станет легче? Гарри кивает, после чего рука слизеринца касается его. Простое прикосновение, от которого все внутри переворачивается, и коленки начинают трястись. Он переплетает пальцы и сильнее вжимает свое лицо в плечо, будучи готовым к тому, что его оттолкнут в любой момент. Но этого не происходит. То есть, Малфой продолжает также стоять, уже больше нескольких минут (кажется даже пятнадцати) и молчит, не одергивая руку. Позволяет утыкаться в свой свитер и даже не пытается оскорбить или отругать сокурсника. Проводит большим пальцем по ладони, ласково выводя круги на коже, кажется, надеясь таким образом успокоить. И это так хорошо. Малфой, который никогда не чувствовал к нему даже капли симпатии или сочувствия, сейчас пытается пересилить себя и свое отвращение. Малфой, который вообще-то стопроцентный гетеросексуал и которому уготована жизнь в роскоши, с чистокровной невестой. А еще Малфой, который никогда не упускал возможности задеть его и друзей, доводя до состояния, когда глаза заливаются кровью от злости. Драко Малфой, который никогда не будет чувствовать к Гарри Поттеру хоть что-то кроме злости и раздражения. На глаза Гарри наворачиваются слезы, которые ему не удается сдержать. Слезинки капают на кашемировый свитер, и теперь все тело уже не по-детски бьет настоящая дрожь. Плечи содрогаются, изо рта вырываются тихие всхлипы, и юноша пытается отодвинуться. Его осторожно притягивают обратно, мягко касаясь лопаток широкими ладонями. Прижимают чуть ближе, теперь уже полноценно давая спрятаться в объятиях, пока Гарри плачет навзрыд, пытаясь выдавить извинения. – Тише, все в порядке, – говорит Драко, – тебе сейчас приходится переживать очень сильный стресс, это нормальная реакция. Разумная сторона, кажется и та поддалась воздействию любовного зелья. Так что остается только плакать от обиды, боли и того, как же сильно давят все чувства. И одновременно от осознания, что сейчас приходится испытать Малфою, пока на его плече плачет ненавистный человек. “Все это — фальшивка” – Я не хочу этого чувствовать, – сдавленно выдавливает Гарри, пытаясь остановить откровенные рыдания. Голос разума заменили тревожные мысли, продолжающие твердить о фиктивности происходящего. – Все пройдет, – шепчет Драко практически ласково, осторожно касаясь рукой затылка и проводя ладонью по волосам, – потерпи немного, все будет в порядке. В подтверждение своих слов, юноша не отпускает бьющуюся от рыданий фигуру, а только притягивает ближе. Трепетно перебирает темные волосы и гладит ладонью плечи и лопатки, давая такие нужные прикосновения. Если бы Гарри сказали насколько же больно любить Драко Малфоя, он бы никогда не решился выпить зелье.