Окутанный тенью

Тусклое зимнее солнце уже давно поднялось над кронами деревьев, приближался полдень. Они продолжали свой путь, ни словом не обменявшись с момента, как покинули деревушку Сэньлинь. Вэй Ин шагал пружинисто быстро, с заразительным нетерпением юности, Ванцзи же двигался бесшумно и грациозно, без труда держась с ним рядом. Ванцзи размышлял о том, что происходило между ним и Вэй Ином, между ним и Мраком; о том, что было сказано, и что осталось скрытым; об изменениях в жизни с тех пор, как понял, что практически незнакомый юноша нашел дорогу к его сердцу. «Ванцзи!» — зов Лань Сичэня прозвучал немного встревоженно, и он мимолетно ощутил укол вины за молчание последних дней, уже привычно отзываясь: «Здесь!» «Был чем-то занят?» — он слышал облегчение в голосе брата, которое тот безуспешно попытался скрыть за небрежностью заданного вопроса. «Прости. Сейчас все в порядке». — Ванцзи подумал немного и добавил. — «Идем в Балин с Вэй Ином». «Он разыскал тебя? Нет, не может быть… Ты разыскал его?» «Мгм. Буду рядом». «Ванцзи, ты… позаботься о нем», — Ванцзи понял, что собирался, но не сказал, потому что доверял ему, брат. — «А что в Балине?» «Не уверен». Позже Ванцзи спросил Вэй Ина: — Цзян Чэн… ты сообщаешь ему о себе? Тот смущенно покраснел: — Я… как-то… все собирался, но… до сих пор нет. Почему ты спросил? — Сказал брату, что я с тобой. Кажется, он обрадовался, что с тобой все в порядке. — Ты говорил с Цзеу-цзюнем? Вы что, можете просто так, в любое время, связаться друг с другом? — Мгм, — ответил Ванцзи сразу на оба вопроса. Глаза Вэй Ина загорелись восторгом. — Кстати, я хотел спросить, можем ли мы с Мраком так же общаться на расстоянии? Он ведь позвал меня, и я услышал. А если наоборот? Он меня может услышать? Я пробовал, и ничего не получилось. Но может, я просто что-то не так делал, а? — Тебе придется задать этот вопрос Мраку, Вэй Ин. Я даже не подозревал, что можно ПОЗВАТЬ, — помолчав несколько мгновений и не дождавшись отзыва от Мрака, бесстрастно ответил Ванцзи. Вэй Ин кинул на него искоса озадаченный взгляд, но больше не проронил ни слова. Ванцзи, наконец, ощутил странность в его поведении, когда и на привале, устроенном ими ближе к вечеру, Вэй Ин продолжал молчать, грустно глядя в огонь разведенного костра. Ванцзи сел сзади, притянул юношу к себе, тихо спросил:  — Вэй Ин. Что не так? Юноша повернул голову, вопросительно глядя на него, и покачал головой. — Все хорошо. — Ты молчал весь день. — Чжань-гэ говорил, что его раздражает моя болтовня. — Только поэтому? — Вэй Ин кивнул. — Все не так страшно, не нужно молчать через силу. — Правда? — оживился юноша. — Чжань-гэ, а ты потом не пожалеешь? Мне столько всего хочется спросить и рассказать! Ты в самом деле не против? — Я знаю, как заткнуть тебе рот, если будет слишком, — ответил Ванцзи, целуя его. — Угм, мне нравится такой способ, — счастливо рассмеялся Вэй Ин, когда они смогли, наконец, оторваться друг от друга. — Боюсь, Чжаню-гэ придется им часто пользоваться. Я очень болтливый. — Мгм, — согласился Ванцзи, лаская его взглядом. — Расскажешь, что нам нужно в поместье Шэхун? — А, да. Ты когда-нибудь слышал о библиотеке поместья Шэхун или о Цзоу Моцине? — Нет, — подумав, покачал головой Ванцзи. — В библиотеке Пристани Лотоса я обнаружил несколько свитков… … Цзоу Моцин был рожден в семье магов-прорицателей при императорском дворе. Он был талантлив и любознателен, однако, с юных лет мечтал не об уготованном ему родителями месте придворного прорицателя. Будучи пяти лет от роду, он прорек себе будущее заклинателя и ушел из дома. Лишь много лет спустя до его отца, уже потерявшего к тому времени жену, дошли вести, что сын его стал учеником в клане Ян в Мэйшане, достиг значительных успехов на стезе заклинателя и к двадцати пяти годам, обладая значительной силой, покинул клан Ян, отправившись странствовать по свету. О нем заговорили много позже, когда стало известно, что Цзоу Моцин достиг почти уровня божественного просветления, используя, в комбинации с традиционными, некие темные практики. Заклинатель полностью игнорировал нападки со стороны консервативных кланов, а тем, в свою очередь, нечего было вменить ему в вину: в политику он не вмешивался, власти не добивался и, какими бы практиками не овладел, в ход они шли для защиты, а не нападения. Выпады в его сторону не прекращались с течением времени, и однажды Цзоу Моцин просто исчез. В поместье Шэхун, что в Балине, благородная Ли Синь, возлюбленная, с которой они втайне совершили брачный обряд несколько лет назад, осталась с трехлетним сыном на руках, продолжая вести свою обычную замкнутую жизнь. Про сына Цзоу Моцина известно было только, что он не был сильным заклинателем, как его отец, и посвятил свою жизнь поиску редких книг, в которых, как и в оставленных Цзоу Моцином рукописях, описывались нетрадиционные теории и практики, сочетающие в себе использование темной и светлой ци. … — Прадеду нынешнего главы клана Юньмэн Цзян посчастливилось побывать в поместье Шэхун и увидеть библиотеку во время одного из посещений Балина, что он и описал в своих заметках, — воодушевленно продолжал Вэй Ин. — В двух других свитках я нашел более недавнее упоминание о библиотеке и рукописях Цзоу Моцина. Нынешний владелец поместья Шэхун ведет по-прежнему замкнутый образ жизни, но, возможно, он позволит взглянуть на те книги. Ванцзи выслушал рассказ и долго молчал. Вэй Ин, выжидающе смотревший на него, занервничал. — Чжань-гэ, почему ты молчишь? Я что-то не так сказал? — Вэй Ин. Ты говорил, что не собираешься сворачивать на темный путь. — Не собираюсь, — уверенно ответил юноша, все еще не понимая, о чем идет речь. — Зачем тебе те книги? Исчезновение Цзоу Моцина может означать, что его настигло искажение ци после использования темных практик. Не следует брать с него пример. Ты способен высоко подняться на пути совершенствования, используя только светлую ци. — Ах, Лань Чжань, ты не так меня понял, — растерянно произнес Вэй Ин. — Когда я увидел тебя в первый раз, меня поразило, с какой легкостью ты переключался с использования темной ци на светлую. И как неимоверно быстро ты двигался. В библиотеке Пристани Лотоса я перерыл все книги в надежде найти хотя бы упоминание о чем-то подобном, чтобы… Ну, хорошо, самую малость я думал, что, может быть, в тех книгах найдется какой-нибудь приемлемый способ увеличивать скорость или мгновенно перемещаться в пространстве… Но в основном я просто хотел понять тебя, стать чуточку ближе. А потом, когда познакомился с Мраком, подумал, что в тех книгах может найтись какое-нибудь объяснение вашей ситуации, что-то, что поможет тебе… — Прости, я действительно неправильно понял, — вздохнул Ванцзи. — Но не строй больших надежд. Едва ли хозяин поместья пустит нас на порог, тем более в библиотеку, по сути, запрещенных книг. — Ну, что-нибудь придумаем, — оптимистично заявил Вэй Ин, снова улыбаясь. — В конце концов, мы не первые, кто в эту библиотеку попадал, значит, все возможно, Чжань-гэ. И, озорно чмокнув Ванцзи в щеку, он вскочил на ноги. — Идем, Лунчжао-ин, если не успеем добраться до Фулина, придется ночевать в холодном лесу, а я этим сыт по горло. — Могу завернуть нас в тень, — предложил, вставая, Ванцзи. — Нееет! — рассмеялся Вэй Ин. — Не соблазняй невинного меня на темный путь!.. А, Чжань-гэ, я давно хотел спросить… Ты ведь покинул клан Лань в том же возрасте, что и я. Разве у тебя не было меча? Сейчас встать на мечи, добрались бы до Фулина мгновенно… Или я не должен спрашивать о таких вещах? — Можешь спрашивать обо всем, — после небольшой заминки ответил Ванцзи. — Меч есть. Не пользуюсь им с тех пор, как… появился Мрак. — Почему? Ты же управляешь светлой ци. — Не могу… не имею права… Вэй Ин почувствовал нежелание Ванцзи говорить об этом и ловко перевел разговор на другую тему. В Фулин они вошли уже в сумерках. … До Синьяна, ближайшего к поместью Шэхун городка, они добирались почти шесть дней. Дважды им пришлось ночевать в лесу, но и в таких ночевках были свои прелести. Укутав их вместе в свое широкое верхнее одеяние, Ванцзи крепко обнимал теплолюбивого Вэй Ина, согревая его своим теплом. Физическая близость рождала возбуждение, с которым они справлялись каждый по-своему. Ванцзи усилием воли перенаправлял внутренние потоки ци и медитировал, засыпая. Вэй Ин жался спиной к груди Ванцзи и засыпал, повторяя про себя словно мантру: «У нас еще будет время». Вэй Ин в пути много болтал, задавал вопросы, на которые Ванцзи отвечал, по большей части, односложно, шутил и много смеялся. Как и обещал, Ванцзи время от времени затыкал его рот поцелуями, после чего некоторое (недолгое) время Вэй Ин «плыл» со счастливой улыбкой на губах. Мрак отмалчивался. Раньше это было нормальным явлением, теперь же на второй день молчания Ванцзи слегка заволновался. Однако, услышав в ответ сварливое: «Я заткнулся, как ты хотел. Слушай теперь мальчишку», — решил игнорировать обидчивую темную сущность. Вэй Ину Мрак тоже не отвечал, по крайней мере до тех пор, пока Ванцзи не отвлекся: разговаривая с братом, он слышал тихое бормотание Мрака в ответ на какие-то вопросы Вэй Ина. Лань Сичэнь о библиотеке поместья Шэхун слышал. И так же, как Ванцзи, первым делом забеспокоился о чистоте намерений Вэй Ина. А когда Ванцзи пересказал его слова, заметил: «Есть что-то, чего ты мне не рассказывал». «Мгм», — ответил Ванцзи. — «Расскажу. Когда вернемся».