Замри в черно-белом

      — Попробуй. Джастин не услышал сарказма в голосе Брайана, и это придало смелости. Почему раньше не догадался, не повернул в ту сторону? А сейчас, пусть и опрометчиво, явил готовность отстаивать свое мнение, понимая, что мысль слабая и сырая… Но, может быть, Брайан согласится, и они будут смотреть в этом направлении вместе? Почему-то от слова «вместе», прозвеневшего стаей взбесившихся колокольчиков, внутри чуть потеплело. Как будто посреди мрачного хмурого дня выглянуло солнце.  — Смотри. — Джастин пересел на диван, подтянув ноги и оказавшись вполоборота к Брайану. — Неизвестный назвался тобой — мы же исходим из этого? — не просто так! А я… Наверное, он не ставил никаких связанных со мной целей. Нельзя же было предугадать что замечу его отсутствие и решу… — Джастин замолчал. Собственное беспокойство о случайном знакомом в свете открывшихся обстоятельств стало казаться глупым, вызывая чувство стыда.  — Не стоит смущаться, это нормально… Обычная человечность. Брайан догадывался, о чем думает Джастин.       Внутренний голос напомнил Брайану, что у непоследнего сотрудника «Киннетика», общение с которым даже можно назвать дружеским, в хосписе умирает мать. А он ни разу не позвонил, поручив только выплачивать зарплату в полном объеме и даже сверх того, несмотря на незапланированный отпуск, который непонятно сколько продлится. Но собственная человечность — а точнее отсутствие таковой — постоянно не давала набрать номер и спросить: «Как там?» Пришлось бы говорить… К чему глупые слова? И так ясно: плохо, вопрос времени. Выдавливать что-то из себя? Ради чего? Чтобы показаться лучше, чем есть? Синтия недавно взялась читать лекцию о сострадании и помощи ближнему, убеждая хотя бы иногда прекращать вести себя как свинья.  — Я помогаю делом! Это намного существеннее и важнее сопливых рыданий! Удар попал в цель: Синтия, которую Брайан за пару часов до этого застал в слезах с телефоном, бросила на него убийственный взгляд, схватила документы и быстро ушла, стуча каблуками. Выбежать, видимо, не позволила гордость. Или нежелание признавать чужую правоту. А что он сейчас делает? Уверяет Джастина, что беспокоиться не пойми о ком, всего лишь сказавшем пару слов о снимках — нормально? Сам-то после такого будет уверен в том, что является настоящим Брайаном Кинни? Может, его уже окончательно подменили, а он и не заметил? Нет, конечно же, нет. Просто подбадривает парня, сияющего так, словно открыл Америку раньше Колумба. И делает это для того, чтобы тот поделился своими умозаключениями, потому что вполне способен придумать что-нибудь дельное.  — Так вот, — продолжил Джастин, которого реплика Брайана и в самом деле несколько примирила с ситуацией. — Неизвестный однозначно тебя знает. Я мог быть проходным эпизодом. Как говорится, что бы ни задумал, почему бы на выставки не заглянуть, не уделить время увлечению? Нельзя было предположить, что начну поиски и выйду на тебя. Мы для него из разных сфер. А тобой мог представляться кому-то еще, наверняка так и было. Я — случайное звено в цепочке. И думаю, что скоро он как-то проявится. И именно тебе стоит ждать пакости и начать заботиться о собственной безопасности, а не мне.  — Возможно. — Брайан одобрительно улыбнулся, наблюдая за увлеченным Джастином, переставшим смущаться. Оказывается, симпатичный фотограф может быть весьма эмоциональным. Интересно, а что будет, когда они… Брайан не успел одернуть себя за почти додуманную мысль, как Джастин вскочил, заметив что-то в углу, и наклонился, позволив футболке задраться. А джинсам, наоборот, слегка сползти, обнажая полоску белой кожи. И этот «вид сзади» бросил Брайана в жар: захотелось положить на эту спину ладонь, чтобы почувствовать ответный огонь, развернуть к себе Джастина и…  — Моя визитница! — Довольный Джастин выпрямился демонстрируя в руке кожаный прямоугольник, одновременно поправляя одежду. — Я потерял ее, хорошо, что заметил.  — Ничего не упускаешь? — Брайан вернул разговор в прежнее русло после того, как Джастин вернулся на диван. — Например, то, что лже-я на выставку в Нью-Йорке приезжал? При том, что считается жителем Питтсбурга. Как-то странно для всего лишь увлеченного искусством хорошего парня?  — Он сказал, что подгадал свои дела. У тебя хобби есть? Что нравится, кроме работы? Брайан вспомнил шум «Вавилона», полумрак задней комнаты и ощущение чьих-то волос под опущенной рукой… Нет уж, рассказывать Джастину Тейлору о любимом занятии он не собирается! И даже не будет предаваться размышлениям на тему «почему»…  — Времени особо не хватает. Но мой друг увлекается комиксами. — Брайан и сам не знал, что заставило его вспомнить о Майкле. Наверное, виноваты пропущенные звонки. Но в последнее время столько всего свалилось, даже не считая ярких голубых глаз, обладатель которых ожидал ответа.  — Представь, что у него какая-то несрочная необходимость посетить Нью-Йорк, например, и скоро там выставка комиксов. Будет очень подозрительно, если он приурочит к ней свою поездку?  — Это — нет. — Брайан встал с дивана, сделав несколько шагов по комнате. — Но, кажется, мы топчемся на месте. Только предположения, ни одного доказанного факта — кроме имени!  — Все-таки допускаешь, что приехал тезка? — Джастин улыбнулся. Как-то не хотелось думать, что с Брайаном может что-то случиться. Переживал уже из-за одного, хватит! Хотя это и разные ситуации…  — Держу в уме эту версию — пусть будет.  — Я вспомню, на каких выставках мы виделись, — продолжил Джастин. — Может быть, у организаторов остались снимки, еще у журналистов стоит спросить. Наверное, остается только ждать, но ты все-таки будь осторожен: неизвестно, как может отразиться на тебе его новое появление.  — Ну не стрелять же он в меня начнет! — Брайан раздраженно дернул плечом.  — Что-то же ему от тебя нужно? Я бы на твоем месте подумал, кому перешел дорогу. «Да уж, — подумал Брайан. — Весьма кстати оказалась недавняя «очередная расстановка». Но вслух сказал совсем другое: — Он точно тебя не клеил?  — Ничего такого! Я бы заметил, меня что, по-твоему, парни клеить никогда не пытались? Или я их? — Джастин понимал, что в этот момент официально декларирует свою ориентацию. И без того, судя по всему, прекрасно уже Брайаном определенную. — Но это не значит, что он обязательно натурал. Может, я просто не в его вкусе? Может быть, он на тебя нацелен, или кто-то из твоих брошенных бывших развлекается?  — Очень интересно, чем я натуралу не угодил? — Брайан усмехнулся. — Тогда, наверное, придется покопаться в деловых вопросах. Реплику о бывших предпочел проигнорировать: таковых в его жизни не наблюдалось. Отношения — не та стезя, в его мире царит секс. Желательно быстрый, лишенный обязательств, ожиданий и нервотрепки. Никто ни от кого ничего не ждет, никому ничего не должен — кроме удовольствия. Молчание в ответ можно было принять за что угодно: согласие, ожидание каких-то действий, планов. Но не сейчас. Нужно подумать, в конце концов, Джастин предложил достойное рассмотрения направление.  — Похоже, в нашей игре в детективов ты на шаг меня опережаешь, похвально.  — Ты считаешь, это игра? Джастин замер, словно загипнотизированный, под вдруг изменившимся взглядом Брайана, который сделал два осторожных шага навстречу и слегка провел рукой по его щеке от уха к уголку губ — нечаянно или намеренно? — так, что стало чуть щекотно, и задержав там пальцы на бесконечное мгновение.  — Ты даже не представляешь, насколько она может быть увлекательной. Джастин шевельнулся лишь когда закрылась дверь. Брайан же спускался по ступенькам с улыбкой. В конце концов, совсем не факт, что он не приблизится к разгадке, затащив в постель Джастина Тейлора. Может быть, окажется как раз наоборот?

***

Ожидаемо, что в субботу в «Киннетике» никого не было: все-таки выходной и непривычно тихо. Конечно, в рабочие дни слышались разговоры, треск принтеров и ксероксов, шаги снующих туда-сюда. Звуки свидетельствовали о том, что агентство живет и пробивает себе дорогу в рекламном бизнесе. Брайан, войдя в свой кабинет, небрежно закинул пальто на вешалку и сразу заметил забытую папку, в которую сложил требующие внимания документы. Странно: точно помнил, что отодвигал влево, а сейчас она расположена почти по центру стола. Так, что почти касается стильной подставки под ручки, самолично выбранной в прошлом году в Милане — жаркая была поездка, был бы не против повторить. Уборщица по пятницам в кабинет не наведывалась. Синтия? Да, он же во время скучного ужина вспомнил о задержке платежей и попросил скопировать файлы с рабочего компьютера и проверить. Наверное, спешила, потому и кресло стоит не как обычно, а в стороне и боком, словно с него вскакивали, а не аккуратно вставали, как полагается в столь любимых помощницей узких юбках в придачу к высоким каблукам. Синтия обещала заехать — наверняка была недавно, просто разминулись. Потому что он запирал кабинет, а ключи и право входить в отсутствие руководителя есть только у нее. Внутри шевельнулся червячок сомнения: что-то выбивалось из контекста. Но, в конце концов, за последние дни из него выбилось все, что можно и нельзя — одно появление Джастина Тейлора чего стоит! Синтии Брайан позвонил уже по дороге к машине, но она не ответила, а на «обожаемом» перекрестке в него чуть не врезался пикап. Решив, что с документами можно будет разобраться и завтра, Брайан набрал номер Майкла, убедив того, что с ним все в порядке. И даже предложил пройтись обычным маршрутом «Вуди» — «Вавилон», но на этот раз неотложные дела оказались у друга. Брайан отправился в одиночестве, которое после пары бокалов «Джим Бима» скрасил худой светловолосый парень, получивший оценку «вполне удовлетворительно». И лишь падая в постель после успокаивающего душа, Брайан отчетливо понял, что имено не давало ему покоя: в кабинете не чувствовался запах духов Синтии! Ее «Angel» ни с чем не спутаешь, стойкий шлейф обычно распространялся по всему офису… Звонить в два часа ночи помощнице чревато опасными последствиями. Брайан отослал короткое сообщение «кажется, ты прав», прежде чем отключиться.