Замри в черно-белом

      Джастин решил даже не заговаривать о том, чтобы отправиться домой: во-первых, потому что не хотел оставлять Брайана, а во-вторых, потому что и сам не желал проводить время в одиночестве. Вздрагивать от каждого громкого звука? Метаться по квартире, как зверь в клетке, и каждую секунду думать, опять же, о Брайане? Который небрежно махнул рукой, что Джастин перевел как «располагайся и займись чем-нибудь», а потом сел к компьютеру, периодически отвлекаясь на телефон. Джастин же решил дойти до уже известного магазина и соорудил на скорую руку салат и жаркое, как раз с целью «найти занятие» — Брайан оценил альтруизм легким кивком, когда Джастин поставил перед ним тарелки и удалился. Происходящее очень нравилось. Пусть Брайан и работал, лишь изредка посматривая в его сторону, но, судя по реакции, казалось, что нахождение здесь Джастина воспринимал как нечто обычное, само собой разумеющееся. Значит, он не надоедливый гость, которого вынуждены принимать, откладывая свои дела. Брайан послал одобрительную улыбку, когда Джастин включил телевизор, сразу же убавляя звук. Кивнул в сторону шкафа, заметив, что Джастин направился в душ — оказалось, там хранились полотенца. А еще, отвлекшись на секунду от монитора, поинтересовался, не забыл ли выпить таблетки, и есть ли у него в Питтсбурге свой врач. Все это напомнило Джастину вечера дома, когда был маленьким или приезжал на каникулы во время учебы. Даже если собирались в одной комнате, не нужно было постоянно вести натужные беседы — просто всем было хорошо. Вот как сейчас с Брайаном… Хотелось, чтобы так и продолжалось. Только чтобы было время, желание и настроение для прогулок по городу — неважно, Питтсбургу или Нью-Йорку — ужинов где-нибудь, встреч с друзьями… Джастин бы не отказался познакомиться с сыном Брайана, а Брайан мог бы узнать Дафну… Размечтавшись, он и не заметил, как начал засыпать — разбудил Брайан, который отправил в спальню, уверив, что скоро тоже придет. Но перелегший в кровать Джастин заснул так крепко, что даже не почувствовал, когда Брайан улегся рядом. И проснулся лишь утром от громкого стона, раздавшегося из душа. Джастин рванул к двери и увидел согнувшегося и держащегося за колено Брайана. Не обращая внимания на лившуюся сверху воду и тот факт, что на нем были надеты трусы и футболка, Джастин обнял Брайана, помогая ему встать.  — Пойдем… Но Брайан перебил:  — Куда? Вообще-то, я собирался мыться. Насколько помню, сегодня фотосессия. Или я выступлю в роли грязного участника проекта «Бездомные Питтсбурга»? Джастин фыркнул, причем не от попавшей в нос воды. И почему-то только дошло, что Брайан обнажен, и не делает попытки освободиться из его объятия. Потрясающее ощущение мокрой гладкой кожи заставили его покрыться мурашками, виной которым никак не могли быть ласкающие теплые струи. И Брайан смотрел на него вопрошающе-выжидательно. Уступает право первого хода? Отлично, воспользуемся по полной! Так, чтобы запомнилось!  — Мне лучше знать, как тебе надо выглядеть. Повернись. Джастин вылил немного остро-пряно пахнущего геля на руку, отбросив идею взять губку, и осторожно дотронулся до напряженных мышц спины Брайана. Боль от колена, ранее скрутившая все тело, уже явно отступила, но мышцы все же нуждались в массаже — и Джастин нуждался в нем не меньше: хотелось помочь, сделать что-то хорошее для Брайана, показать делом, а не словом, что дорожит их общением и близостью.       Брайан с удивлением обнаружил, что у фотографа могут быть сильные пальцы, почти профессионально разминающие мышцы и знающие, с какой интенсивностью и куда нажать. «Я изучал в школьные годы анатомию, думая о карьере художника, но не сложилось», — расскажет позже Джастин. А сейчас Брайан решил выкинуть из головы лишние мысли и отдаться моменту: секс, как известно ему уже очень давно, был эффективным и универсальным способом отвлечься от проблем. А раз рядом такой страстный парень, то почему бы не воспользоваться случаем? Вот только врать себе об отношении к Джастину становилось все сложнее. Вспомнив, что все еще в одежде, Джастин с трудом стащил мокрую и липнувшую к телу футболку и белье и прижался обнаженной грудью к спине Брайана. Хотелось насладиться долгожданной близостью в самой полной мере, каждой клеточкой тела, гладить, обнимать, целовать, прикусывать, дышать в одном ритме, разделяя воздух в поцелуе…  — Да что ты там возишься? — Брайан резко развернулся, и Джастин поразился: в глазах Брайана было столько вожделения, что даже не верилось, что именно он, Джастин, стал тому причиной. Быстрым движением Брайан вжал Джастина в теплое от воды стекло душевой кабины, отчего у того перехватило дыхание, и прижался близко-близко. Немного присев, перенеся вес на здоровую ногу, соединил члены вместе, хватая их рукой и поглаживая, одновременно врываясь в рот Джастина языком.  — Погоди, я так скоро… — прошептал Джастин в губы. Не хотелось кончать быстро, как подросток, оттого, что возбуждение проросло по всему телу и вышло из-под контроля. К счастью, Брайан остановился, убирая руку с членов, но при этом отстраняться не стал, а дотянулся до геля для душа и выдавил жидкость тонкой струйкой прямо на голову Джастину, массируя и взбивая пену. Джастин прогнулся в спине, отзываясь на ласку, на что Брайан тихо зарычал, снова теряя самообладание. Развернув Джастина лицом к стеклу, он переместил ладони к идеально округлой заднице, разводя половинки в стороны, нащупывая желанный вход. Наскоро подготовив его — и очевидно Джастин был только «за» его скорость и быстрый переход к делу — Брайан взял презерватив и смазку с полки над раковиной и пристроил головку к заднице Джастина. Тот толкнулся навстречу, чувствуя, что если прямо сейчас не ощутит в себе крепкий член Брайана, взорвется. Температуру воды никто не регулировал, но в душе стало очень жарко. Удивительно, как можно вспотеть, стоя под струями воды? Какой контраст может быть между ощущениями и людьми, сочетание несочетаемого… И олицетворением этого «мира контрастов» был Брайан: его почти грубые толчки, нежные поцелуи в шею, напряженно поддерживающие руки и уязвимое сопение на ухо. Опираясь правой рукой, чтобы не упасть, левой Джастин потянулся к своему члену. Хватило всего нескольких движений вдоль ствола — от головки к основанию и назад — как Джастина накрыл оргазм, еще более сильный, чем в прошлый раз. Неужели секс с Брайаном будет с каждым разом все лучше и лучше? И Брайан не заставил себя долго ждать, ускоряясь и кончая следом. Оказавшись лицом к лицу, Джастин потянулся за неспешным поцелуем, ожидая, что Брайан вскоре пошлет его с нежностями, но этого не случилось, и они простояли, целуясь, еще долгие пять минут.  — Может, мне в таком виде и явиться в студию? — Брайан указал на свое тело и все еще не снятый презерватив. Джастину казалось, что сейчас он ловит улыбку Брайана вот точно так же, как до этого — капли воды пылающими губами.  — Чтобы сразу было понятно, чем я только что занимался, — продолжил Брайан, лениво потянувшись за полотенцем. Наверное, он и не заметил, как Джастин наблюдал за ним, будучи готовым отдать все за появление фотоаппарата. Поймать именно такого Брайана: сытого, довольного, расслабленного, но в то же время сильного и уверенного. Бог секса в своей стихии. Бог стихийного секса. Джастин со вздохом покинул душевую первым: пора бы уже собираться. «Надо настроиться. Все, включаем профессионализм. Ты фотограф, он — модель».  — Где твои вещи? Мне нужно выбрать что-нибудь подходящее, — крикнул Джастин, доставая из холодильника сок и надеясь, что Брайан услышит.  — Ты очень удивишься, если скажу, что привык хранить одежду в шкафу?

***

 — Просто смотри. Куда хочешь. Джастину снова пришлось уговаривать себя не нервничать. Это работа. Он снимал, наверное, сотни мужчин, женщин и детей. Но никогда еще настолько не волновался. Главное — не передать эту нервозность Брайану. Который в джинсах и черной облегающей майке, выбранных Джастином, стоял, прислонившись к стене и опираясь на здоровую ногу.  — Замри! Джастин нажимал на кнопку фотоаппарата, стараясь поймать разные ракурсы, то подходя совсем близко, снимая лицо крупным планом, то отдаляясь. В уверенности, что эти фотографии станут черно-белыми. Только два цвета. Только Брайан!  — Сядь в кресло. Как хочешь. Ты один, меня нет. Никого нет. Брайан вытянул ноги, небрежно развалившись, и начал расстегивать джинсы медленным ленивым движением, дразня усмехающимся взглядом, который снова заставлял сердце куда-то проваливаться. Лишь бы успеть!  — Уже можно переодеваться? Ты же половину моего шкафа не просто так сюда притащил? «С небес всегда так больно падать? Брайан снова подловил!» Брайан со спины у окна — бордовая рубашка создает резкий контраст с мрачным утренним мартовским пейзажем и одновременно гармонично вписывается в лучи выглядывающего из-за облаков солнца. Они словно пронзают его насквозь. А вот здесь обязательно будет нужен цвет. Игра цвета… Брайан в костюме за столом, в нем же — снова в кресле. Акцент на сцепленные в замок руки, именно они будут главными. Глаза — неподвижные, пронзающие. Губы, которые только утром… Нет, не сейчас!  — Я бы пофотографировал тебя еще где-нибудь, — задумчиво произнес Джастин, в очередной раз проверяя настройки фотоаппарат. «Вот! Сейчас хороший момент направить мысли Джастина в нужное русло. Главное — не спугнуть». Совсем другой Джастин. Таким Брайан его не знал: погруженный в себя, сосредоточенный, не видящий ничего, кроме… него? И как-то совсем по-другому. Взгляды, движения — Джастин Тейлор за любимым делом открывался по-новому. Это интересно. Пугающе не меньше, чем собственные ощущения в момент, когда руки скользили по его гибкому телу. Нет, не сейчас!  — А как бы ты хотел меня снять? «Просто. Небрежно. Для поддержания разговора. Главное — заставить вспомнить. Какую-то мелочь. Факт. Деталь. Момент, который даст подсказку».  — Наверное, на мотоцикле, с растрепанными волосами. И с усмешкой — доказывающей, что совсем не важно, что о тебе подумают или скажут. Как будто взглядом всех посылаешь, крича всему миру, что ты тот, кто есть. И наплевать, если кому-то не нравится!  — А мне нравится. В смысле — твоя идея. Еще есть? Брайан заметил, что Джастин закрыл глаза. Что он видит? Уже пора?  — Возможно, в толпе. В клубе или даже на улице. Сверху. Все равно будет видно только тебя, потому что всегда и везде притянешь все взгляды. Брайан осторожно подошел сзади и обнял Джастина, мягко заставив опереться на него и откинуть голову ему на плечо. Чуть самого не качнуло назад от запаха Джастина — гель для душа и собственные воспоминания о сегодняшнем утре.  — А того «Брайана Кинни»?.. Где бы ты сфотографировал? Вспомни улыбку, жесты, слова… Куда они впишутся?  — Предлагал фотосессию, он говорил, что не хочет. Наверное, тоже бы снял одного, в пустом зале галереи. Картины, скульптуры. Чтобы было видно, насколько он это любит и понимает. Очень подходит. Это совсем не то, что с тобой. Атмосфера должна быть другая.  — Почему так думаешь? Что-то говорит об этом?  — Он очень одинокий. И добрый. Брайан едва не заскрипел зубами. Добрые люди не кидаются кирпичами и не вламываются в чужие квартиры и кабинеты — даже от одиночества! Но нельзя… нужно настроить продолжающего говорить Джастина на незнакомца.  — Очень тонко чувствует все происходящее, но мешают страх и неуверенность. Он как будто ищет кого-то похожего, кто поймет и будет рядом. С кем можно было бы вместе ходить по выставкам и не только.  — Почему он выбрал мое имя? Догадываешься?  — Наверное, решил, что тогда станет тобой — то есть получит все, что есть у тебя. Думаю, он может восхищаться… и завидовать. Маршрут прежний — Либерти-авеню. Половина геев Питтсбурга. Три четверти, точнее. Кому он перешел дорогу и как? Трахнул и отказал в продолжении? Или в постели лофта оказался его парень? Но вроде нет у него парня! Тогда, может, объект страсти, которого неизвестный хотел видеть в этом качестве? Не о Джастине же речь! Они еще не были знакомы! Может быть, несостоявшийся взломщик был влюблен в Джастина и не решался?  — У вас могло бы что-то получиться? Почему ждет ответа с каким-то странным чувством? Какое ему до этого дело?  — Сейчас — не знаю. Думаю, уже нет — если все это вправду его рук дело. Но тогда… У меня были билеты на закрытую выставку с показом фильма про эротику в современном фотоискусстве — хотел пригласить. А дальше — как бы само вышло. Он был мне интересен… Пока я не встретил тебя. Последние слова прозвучали так тихо, что Брайан сначала решил, что показалось. Надо стряхивать с себя наваждение. Осторожно развернуть Джастина к себе — белого, как простыни в спальне Дебби, куда они с Майклом зачем-то забирались в детстве. Почему они вспомнились именно сейчас? Притянуть и постоять так немного. Молча. Врастая друг в друга.  — Все, на сегодня закончили? Предлагаю пойти глотнуть свежего воздуха.  — На сегодня? То есть не против продолжить? Считаешь, что тебе бы не повредило иногда приобщаться к культуре?  — Я уже приобщался к культуре — встретил гобоиста как-то раз в банях.