i’ve been so cold.

дни шли один за другим. лето подходило к концу, я во всю готовилась к вступительным экзаменам в университет с музыкальным наклоном. мать убелила отца поддерживать меня, поэтому он согласился оплачивать учёбу. первые два курса точно. утро, день, вечер, ночь. потом по новой. неужели такой я представляла себе самостоятельную жизнь? монотонные будни. я как будто снимаюсь в подростковой версии «50 оттенков серого». да уж, слова отца оказались правдивыми, не зависимо от того, насколько мне не хотелось верить в это. денег хватало, потому что на подработку я устроилась в популярную кафешку в качестве бариста. иногда мне разрешали быть диджеем, поэтому я частенько замечала открытые шазамы в телефонах посетителей. самым востребованным оказался айс американо, поэтому он мне даже в снах снился. волосы пахли кофе и печеньем. все подмечали это, находили это милыми и уникальным. они не работают в кафе. они не берегут каждую копейку. они не знают, насколько ценны родительские крылья. было тяжело, но это был мой выбор, это моя жизнь и это будет моим будущим. до экзаменов оставалась неделя. занятия с учительницей по вокалу отменялись второй месяц подряд, но она понимала. она поддерживала. сегодня утром над сеулом плясало солнце. оно нежно и заботливо проливалось через серый тюль на окнах, так легко пригревало кожу. оно будило, но тут же укладывало спать в своих тёплых объятиях. но вот одна вещь делала только первое из этих двух действий и, весьма, жестоко: тихая и медленная мелодия будильника. долго звонить ему не пришлось, телефон сел на первых пятнадцати секундах. я с самыми счастливыми мыслями отвернулась от погасшего раздражителя, но настораживающие мысли, кто же всё-таки выключил будильник, заставили открыть глаза, потереть лицо руками и оглянуться по сторонам. тишина. одиночество. пустота. это и есть свобода? не знаю, но это чувство настолько невесомое, будто его и вовсе нет. будто ничего нет. будто я просто осталась одна, в своём собственном мире, в своих бескрайних, но давящих стенах. телефон стоял на зарядке, а я готовила завтрак. почему-то захотелось приготовить его на двоих. смена сегодня начиналась позже обычного, воскресенье. я разблокировала телефон с целью пригласить на завтрак кого-то. кто-то должен был заполнить мою пустоту. может эта пустота и не моя вовсе, но тишина вокруг порой звенела в ушах. первым, кто ответил оказался джинхо. он же и согласился составить мне компанию, пояснив свои слова тем, что не знает, где время скоротать. отметил так же, что начал следить за питанием, поэтому предпочёл бы легкий завтрак. ну хорошо, будет сделано. несколько минут спустя два яйца стрекотали на сковороде под характерные глухие удары ножом о деревянную доску. чайник кипятил воду, а заварник с травами стоял на обеденном столе. хён позвонил в домофон как раз когда я ставила тарелки на стол. - пахнет здóрово, здорóво и вообще здарова! - солнце сегодня плясано не только над сеулом, но и в моём дверном проёме. улыбка джинхо всегда светилась чем-то детским и наивным. словно передо мной стоял не 23-х летний парень, а совсем ещё зелёный пацан, с ободранными коленками и скейтом под охапку. скейтом? - ты чего не на машине? - пропустив слова приветствия я с небольшим интересом оглядывала его сверху вниз. красная объёмная футболка, под которой чернели шорты по колено, была немного мятой. точно как у подростка какого-то. из-под чёрной панамы выглядывали тёмные кудрявые пряди. - лето скоро кончится, а детство вот только только в задетые играть начало. а ты, я смотрю, совсем раскисла, - упрёк читался в его глазах и слышался в голосе. - у тебя тут точно еда нормальная есть? оппа без каких-либо затруднений отодвинул меня в сторону и, стянув свои конверсы, направился в глубь квартиры. я за ним, с небольшим странным чувством, как будто что-то не так. но времени об этом думать не было, парень уже ворошил ящики в поисках вилок и интересовался, как продвигаются дела с учёбой и личным фронтом. - демоверсии экзаменов я пишу спокойно, но вот второй пункт совсем никак, - я опустилась за стол, положила подбородок на ладонь, локоть на стол и обиженно выдвинула нижнюю губу вперёд. - о чём мы вообще говорим, если я забыть то всё не могу.. - смени в себе что-нибудь и начни жизнь с чистого листа, - с саркастичным смешком порекомендовал старший. ему нравилось безобидно задирать людей и получалось у него это весьма неплохо, от его подколов никогда не было обидно. - ну, во всяком случае все девчонки так делают. - может волосы покрасить? - я взяла прядь своих волос. у них каштановый оттенок, глубокий, иногда янтарный, иногда совсем чёрный. он давненько начал мне надоедать, а тут и оппа подталкивает. - хочу блонд, что думаешь? - не думаю вообще, - он задержал взгляд на этой пряди. - знаю, что тебе пойдёт. когда к парикмахеру? - хах, на это ещё деньги тратить, щас! я серьёзно намеревалась сделать все эти опасные процедуры дома. к тому же джинхо тут же вызвался помогать. что ж, походу мне светит окрашивание в стиле гепард. а может зебра? нет-нет, можно сделать сплит из них, это однозначно будет хитом. остаток завтрака мы оживлённо беседовали на самые разные темы, а когда время подошло к девяти, я закинула всю посуду в раковину и растворилась в одной из спален. старший смирно ждал меня на диване. когда я уже была готова выходить, то попросила его подвести меня, на что тот ответил хохотом и пригласил на заднее сиденье его "ламбо". - а вообще, зачем тебе, в самом деле? своя ж машина есть. - после смены в бар хочу. - "напиться, чтоб забыть, как меня зовут, где я живу, сколько мне лет, её лицо, её руки, её.» но это я решила не озвучивать. - ох-хо-хо, да наша малышка роузи подросла, я гляжу? - оппа вздёрнул нос и приподнял уголок губы. - я могу составить компанию, только адрес скаж.. - братик искать не будет? - я повторила его мимику. в ответ тихое фырканье и шуршание обуви. выйдя из подъезда мы разошлись. я направилась к автобусной остановке, а джинхо - искать приключения на свои детские коленки. знойная жара забирала весь воздух, отнимала последние вдохи. прохожие на остановке спасались всеми возможными методами: кто-то отмахивал душный воздух бумажками, кто-то прикладывал воду ко лбу, шее, вискам. я присела на лавочку и достала записную книжку, вдохновение вдруг нахлынуло и я, наконец, решила, каким должен быть идеальный конец новой лирики под свежий инструментал. легкий, но тяжёлый, несуществующий, но очень правдивый, сумбурный, но искренний. как конец легкой и трепетной влюблённости, когда на расставание пошли оба партнёра. такой не болезненный, но ранящий. совсем слегка. у дверей кафешки я встретила другую работницу и администратора. они тихо беседовали. я поздоровалась и зашла внутрь после того, как получила тёплые приветствия и пожелания прогрессивного дня. в колонках прокручивалось радио, медовый женский голос брал аккорды всё выше и выше, а потом плавно стёк вниз. я оценивающе покивала этой исполнительнице головой и пошла переодеваться в форму. день шёл размеренно, никуда не торопился, а я вычитывала, чем лучше высветлить волосы и какими шампунями пользоваться, чтоб они не были ломкими. напарница мило беседовала с кем-то по телефону, когда гостей в нашей кафешке не было. но таких моментов было мало, она, всё-таки, находится в центре и пользуется спросом. особенно у молодёжи, которая заглядывает сюда после пар. сделать конспект, презентацию, проект. или просто отдохнуть. или посидеть с друзьями и знакомыми. взрослые надолго не задерживаются: берут всегда кофе с собой и в торопях покидают наше заведение. некоторые из них завтракают каким-нибудь круассаном. я удивлённо и резко вдохнула, когда обнаружила какую-то марку краски, которая идеально подходила моим волосам. напарница лишь цыкнула, пробурчав, чтоб я её больше так не пугала, и продолжила свой разговор. несколькими секундами позже звоночек на двери хрустально заиграл, а в прохладное помещение ворвались обжигающие потоки воздуха. мы с напарницей переглянулись и та прошептала, что моя очередь принимать, и ретировалась в служебное помещение. тяжело выдохнув, я поднялась со стула и подошла к кассе. я изначально не хотела поднимать глаза, но когда взгляд сцепили мёртвой хваткой удивление и страх, я медленно прошлась вверх по женскому торсу, стоящему напротив. её фигура, всё та же, с подчёркнутой и аккуратной талией. манящая, притягивающая. как магнит для железок, как нектар для бабочек. моих бабочек, в моём животе. - хочу латте с карамелью. - она сказала так холодно, будто мы видимся впервые. это и правда была наша первая встреча за эти полугода. но такого отторжения я не ожидала. а чего я вообще ожидала? - извините? так вы сделаете мне мой латте? - да. я старалась звучать так же холодно, старалась заставить голос перестать дрожать. я словно только что вышла в антарктиду, в чём мать родила. холод от её проедающего, но такого равнодушного, но всё же надменного взгляда окатил меня всю волной мурашек. руки тряслись, ноги подкашивались. в горле колко всё сжалось, глаза защипало. а в голове эхом отдавали её последние слова. больным эхом, виски сдавили чьи-то сильные руки и не разжимали. сделав заказ, я несколько секунд пыталась собрать все оставшиеся гроши смелости снова развернуться в её сторону, снова увидеть её, снова сказать ей что-то. - у меня время не резиновое, можно побыстрее? - её слова вернули меня в реальность прошибающим ударом. я резко взяла стакан в руку, поставила перед ней и включила терминал. мы больше ничего не говорили. к счастью, она быстро расплатилась и вышла на улицу. а я так и осталась стоять на кассе, залипая в какую-то точку перед собой. мысли снова начали прорисовывать картину дней минувших, картину нашего последнего разговора "по душам". «за что? неужели она специально пришла сюда, зная что я здесь подрабатываю?» она специально дразнит меня, заставляет снова загоняться. в углы своего сознания, подальше от реального мира. надоело уже это терпеть, невыносимо больно переживать дни снова и снова. сколько ещё дней я буду сжимать эти чувства в себе? остаток дня тянулся долго, как резинка жевательная. когда наконец наша смена кончилась, я распрощалась с напарницей и направилась туда, куда и собиралась идти с самого утра. настроение было где-то в недрах земли. старые воспоминания накатывали волнами, иногда внутри потряхивало, иногда я отмахивалась головой от мыслей, лезущих в голову. чтобы меньше думать об этом, я засунула наушники в уши и принялась читать разные новости музыкальной индустрии. ничего интересного не происходило, поэтому следующим объектом моего внимания стал инстаграм. я листала ленту порой даже слишком агрессивно, раскидывая сердечки под постами направо и налево. хотя это было совсем не в моём вкусе. увлёкшись пролистыванием ленты, я чуть было не пропустила нужную остановку. по дороге в долгожданное и манящие "чистилище", я заскочила в магазин косметики за нужными причиндалами. шикнув на выходе из магазинчика что-то вроде «итак деньги беречь надо, бестолковая», я повернула вниз по улице. в наушниках играла акустическая версия песни одной популярной группы, а я подпевала. на улице никого не было, поэтому я даже не старалась себя сдерживать. но пришлись смерить пыл на подходе к заведению: трезвые и пьяные, подростки и взрослые толпились у дверей. я притиснулась между ними и устремилась к барной стойке. взяв у меня заказ, бармен принялся его выполнять, а я погрузилась в глубь зала. не было сил танцевать или петь на людях, я лишь хотела провести этот вечер без лишних мыслей. моё внимание тут же приковал одинокий столик в уголку зала. едкие и проникающие биты жёстко отдавали в груди, высокий голос поющей девушки звенел в ушах. но ничего из этого уже не имело смысла. третья рюмка за вечер одним глотком растеклась во мне. раньше меня хватало только на две максимум, но сегодняшняя встреча никак не выходила у меня из головы. я хотела забыть её прямо сейчас. здесь. навсегда. я не хотела слышать её голос в моей голове, прокручивая диалоги того дня. всё это уже осточертело. мысли всё никак не выходили из головы. «я во всём виновата, мне стоило быть осмотрительнее. я даже не задумывалась о её чувствах. я всегда делала так, как я хотела, всегда заставляла говорить её то, что хотела услышать.» - привет? - девушке, подошедшей к моему столику пришлось поднапрячься, чтобы перекричать оглушающую музыку. что ж, думаю, у неё сильный голос, потому что я еле слышала свои же мысли, а тут... - ты тут сидишь-грустишь одна чтоли? тогда я подсяду! она опустилась напротив меня, поставила свой бокальчик с чем-то белым, думаю это была пинаколада, и уставилась на меня. её глаза бегали по моему лицу, внимательно вглядываясь в детали. кажется, она даже пыталась что-то вспомнить, хватаясь за всё подряд и запоминая каждую деталь. я смотрела на неё слегка затуманенным от алкоголя взглядом. где-то я её видела. может она очередная моделька с баннера или рекламы косметики? чёрт её знает, но выглядела она нереально. ну, всем этим девчонкам с журналов тоже нужно веселиться по ночам, так ведь? - так и будешь молчать? - снова крикнула она, вскидывая брови вверх. - а ты, я смотрю, наоборот, никак не уймёшься.. - мне хотелось бы сказать что-то менее колкое, но в таком состоянии я уже слабо контролировала свои эмоции. - ну, хоть что-то, ха-ха,- девчонка откинула голову назад, разминая шею, и вернула взгляд ко мне в глаза. - так ты серьёзно одна здесь? - а тебя что-то в этом не устраивает? - да нет, просто удивлена, что для тебя не нашлось никого, кто бы составил компанию в таком месте! - да какая разница, какое место? хочу и сижу... - салют чахнущим! - явился не запылился. даже ведь прощения не попросил, хотя перебил на половине предложения. - думаю, с тебя хватит на сегодня. - слушай, джинхо, не заставляй брата волноваться, а, - отрезала я, сразу натянув на лицо довольную лыбу, потому что подкол был удачным. парень передо мне поставил руки в боки и укоризненно сдвинул брови. - и сколько литров ты успела в себя влить? - джинхо склонил голову вбок, поднимая одну бровь. та незнакомая девчонка наблюдала за этой картиной с неприкрытым интересом, то и дело перескакивая взглядом с меня на моего приятеля. последний, к слову, спорил со мной о том, что "мне бы пить поучиться", поэтому через минуты 3 забивания голов в ворота моей гордости я всё же согласилась на услуги такси. - только при одном условии, - моя бровь поднялась наверх, а глаза сделались максимально серьезными. - по дороге ты купишь мне краску. - нашла папика. ладно, поднимай уже свою задницу. я поднялась с дивана и, оперевшись о плечо джинхо, начала перебирать ногами в сторону выхода, кидая подстёбы незнакомцам на танцполе. та девушка провожала нас долгим, внимательным взглядом. она слегка хмурилась и пыталась в чём-то разобраться. уже в машине, полностью выключив музыку ( слава богу, с другом я не прогадала и он всегда видел моё малейшее раздражение от внешней среды ), джинхо решил поинтересоваться, с кем я решила провести вечер в клубе. - не знаю. - в смысле? - в караганде. - а как её зовут? - хотя иногда он всё же бывал немного доставучим. - ты глухой? - ты не спросила её имя? - ты глухой. - не глухой я, чего залазила! просто на тебя не похоже, вот и спрашиваю. - машина уже мелькала под ночными фонарями сеула. - про краску не забудь, глухомань, тихо протянула я. - можешь не волноваться, я не пил этой ночью. толчки в плечо вытягивали меня из розового измерения с летающими единорогами и лесными феями. весьма грубо... проскулив и потянувшись, я глянула на панель автомобиля. время было 2:31. походу, я проспала всё, что можно и нельзя, учитывая, что в машину мы сели часов в 1:15. интересно, а волосы мне тоже уже покрасили? - вставай, пьяница, - нет, волосы мне никто не красил, потому что заветные бутылки осветлителя сейчас болтались в пакете, болтающимся в свободной руке моего приятеля. ладно, хороший стимул вывалиться из машины и поползти в квартиру. - ты же не жмотничал в магазе? - голос всё ещё был немного тягучим, а язык непослушным. - нет, я взял хорошую краску, не волновайся. - плюс к карме! гоу гоу домой, щас красить меня будешь, - а тут мой тон уже немного оживился и я даже старалась сделать его... игривым?.. - хорошо, мой повелитель, - парень склонил голову и закрыл за мной дверь машины. дома мы пополнили запасы жизненной силы энергетиками ( помянем мой желудок этой ночью, ему нужна ваша моральная поддержка ) и отправились в ванную, посмеиваясь над тупыми еврейскими анекдотами. там я уселась на табуретку перед умывальником, довольно провожая каждое действие хо взглядом. он наводил кашицу и после попросил меня намочить волосы. нам обоим было страшно: мне за мои волосы, джинхо за его жизнь, если что-то пойдёт не так. но адреналин только больше разжигался после напитков, поэтому мы уже не особо думали о последствиях. слава аллаху он был в трезвом уме, поэтому нанести осветлитель на волосы оказалось достаточно легко. через какое-то время мы смыли волосы и я, глядя в зеркало, озадачила нас очень интересным вопросом: - тыы.. решил сделать из меня зебру или гепарда? - не угадала. это попугай, - хо подтолкнул меня в плечо, но быстро осёкся, заметив перемёты в моём лице. - а ты хотела за раз высветиться? ещё как минимум один, а то и два раза промывать тебя будем, сиди ровно! прошло около двух часов, но мы добились своего. в отражении сидел какой-то другой человек; волосы, хоть и убитые всей химией, однозначно многое поменяли в моей внешности. это не могло не радовать, но сил не было уже ни на что. мы сошлись на решении переночевать у меня, поэтому я постелила другу на матрасе и завалилась на кровать, сразу же погружаясь в глубокий сон.