От ошибок никто не застрахован

Уже три недели гонщик лежит в больнице. Состояние его значительно улучшилось. Конечно, в этом заслуга не только врачей, но и еще одной, не связаной с медициной, особы. Не сложно догадаться какой… Да-да, не смотря на свое, мягко говоря, нехорошее состояние, Марина ухаживала за Богданом, носила ему еду и, конечно же, проводила с ним значительную часть своего времени. Чтобы чаще посещать любимого, женщина даже взяла четыре дополнительные недели отпуска. Ярослав все время слёзно просил пациентку остаться в клинике, потому что искренне верил, что её диагноз — не приговор и убеждал в том, что шанс на выздоровление всё же есть. Однако, Марина даже слышать ничего не хотела.  — Это — бессмыслица. Я не могу поверить, что слышу это именно от тебя. Ты осознаешь, что сейчас делаешь? — В который раз пытался переубедить капитана Ярик.  — Да, вполне. — холодно и без всякого колебания в голосе ответила женщина.  — Себя не жалко — Бодю пожалей. — Стоял на своем врач. — Что Богдан скажет когда узнает, что женщина, которую он полюбил за ум, силу воли, рациональность, целеустремленность, вдруг решила просто сдаться, даже, поборовшись…?!  — Извини, Ярик, — едва произнесла Марина — мне надо побыть одной. Ярослав понимал внутреннее состояние пациентки, но не мог понять, почему она сделала такой выбор… Ярик вышел из палаты, закрыв за собой дверь, и хотел уже было уйти, как вспомнил о совсем недавних событиях. Огромные пятна крови и неистовый писк аппаратов, всплыли в его памяти, и вернули мужчину в тот страшный день, вызвав волну мурашек по телу. Ярослав решил не наступать дважды на одни и те же грабли, поэтому попросил Богдана прийти в палату любимой, присмотреть за ней и тот, конечно же, не отказал. Он уже мог спокойно передвигаться, однако, сильные и длительные нагрузки до сих пор были мужчине категорически противопоказаны. Осторожно переставляя ноги, Новицкий, все же, добрался к палате Марины. Из-за постоянных нервов женщина, почти потеряла возможность контролировать собственные эмоции, однако, Герман Вячеславович уверял, что это нормально и даже если бы эта способность не исчезла, он все равно рекомендовал бы в полной мере проявлять эмоции и чувства, что было крайне дико для «железной леди».  — Можно? — два раза постучав по двери, спросил Новицкий.  — Да. — подскочив от неожиданности, испуганно ответила женщина. Марина сразу узнала голос любимого, поэтому решила немного привести себя в порядок. Она заправила за ухо непослушные, белоснежные кудрявые пряди, протерла глаза и снова удобно устроилась на широкой больничной койке. Через несколько секунд в дверях появился коренастый силует Богдана. Он приближался и приближался, пока не оказался вплотную у постели любимой. Новицкий медленно присел на край, повернул голову в Маринину сторону и нежно потянулся губами к ее лицу. Женщина заглянула в его бездонные глаза и потеряла счет времени. Расстояние между влюбленными уменьшалась с арифметической прогрессией. И вот, прямо сейчас их губы должны слиться в страстном поцелуе, но Богдан обошел уста, и так мило, по-детски коснулся губами щечек любимой. Мужчина успел отстраниться лишь на несколько сантиметров, как почувствовал пьянящий поцелуй в губы. Марина действительно не контролировала себя… Каждая минута разлуки с любимым, казалась женщине вечностью. Она чувствовала как понемногу сходит с ума, но ей было совершенно плевать. Женщина готова была душу дьяволу продать, лишь бы «это» никогда не заканчивалось, но, конечно, она хотела большего… Через мгновение Новицкий оказался, лежащим на груди возлюбленной. Он прислушивался к каждому постукивание ее сердечка.  — Ай! — произнес человек, едва сдерживая невыносимую боль, так не вовремя сковала его тело.  — Я сделала тебе больно? Извини, пожалуйста. — сказала Марина, помогая Богдану встать.  — Да ничего, пройдет. Он снова положил руки на плечи Марины, наклонился и оставил огненное клеймо на шее.  — Нет, Богдан! Ты болен. Тебе отдыхать надо, лечиться…  — Но ты прекрасно знаешь, что лучшее лекарство для меня — это лежать в твоих объятиях, дарить тебе поцелуи. — сказав это, человек снова попытался приблизиться.  — Богдан, я непонятно выразилась? У тебя тихий час.  — Тогда, может, хоть в палату проведешь?  — Проведу. Марина помогла мужчине добраться своей кровати. Она помогла ему улечься и наклонилась чтобы поправить одеяло. В это время Богдан вдумчиво рассматривал капитана. И взгляд Новицкого был направлен вовсе не на лицо женщины… В глаза ему бросился красный след на шее, оставленвй им же накануне. В этот момент мужчине крышу сорвало. Он с дикой страстью набросился на Марину, едва, не до крови прокусывая её губы.  — Бо… Богдан, что ты делаешь? Те… тебе нельзя…  — Но тебе нравится! Я знаю, что ты хочешь этого не меньше чем я.  — Сейчас не место и не время. Отпусти, пожалуйста. Уже поздно, тебе спать надо.  — Ну хорошо. — протянул Новицкий. — Но помни, я готов ждать тебя вечно. Марина лишь улыбнулась в ответ, встала и закрыла за собой дверь. Женщина почувствовала горячие слезы, которые капали из её синих глаз, постоянно катились по розовеньким щечках и градом приземлялись на пол. Ее душу раздирало на множество мелких кусочков, а сердце непрерывно кровило, предательски заставляя вернуться в объятия любимого. «Я люблю его. Чёрт, почему все так сложно?! Почему из-за этой моей неуверенности и упрямства страдают наши, и без того, мягко говоря, неидеальные отношения». — успела пронестись в голове капитана. Она вновь ворвалась к любимому, подлетела к его кровати и, будто, пиявка впилась в губы. Богдан понял, что лучшего момента уже не будет… Эту ночь они наконец провели вместе.