Мой антипод

Но в сле­ду­ющий миг ко мне по­лете­ла от­кры­тая бу­тыл­ка, тер­пкое со­дер­жи­мое ко­торой ока­залось на май­ке.  — Блять! — я бес­стыд­но за­орал на всю ком­на­ту, на что ус­лы­хал лишь лег­кий сме­шок брю­нета и уви­дел его хит­рый взгляд. Следующие мгновения всплывали в моем разуме размыто: я уже ничего не смыслил. Быть может, из-за резкого запаха алкоголя или из-за переизбытка эмоций... Ревил подкрался, опрокинул меня к изголовью кровати и принялся снимать мокрую, прилипшую одежду. Сначала я почувствовал тяжелое дыхание у себя на шее, но потом оно шло все ниже, а я тем временем пытался сдавить любую каплю нарастающего возбуждения. Брюнет аккуратно очерчивал языком мой живот, слизывая с него капли водки, касался губами сосков и пупка, но сильно не задерживался на одном месте. Я тоже хотел прикоснуться к нему, но каждая попытка прерывалась грубым сжатием моих запястий. Вроде худой, а какой сильный... Ревил нагнулся так, что наши взгляды встретились, и впился в мои губы пьяным, жестким поцелуем. Алкоголь с губ брюнета начинал опьянять мою и без того нездоровую голову. Я почувствовал, как тощие пальцы синеглазого коснулись ткани моих трусов и начали туда забираться, слегка царапая область паха. Губы Ревила опустились мне на сосок, медленно засасывая его и вновь отпуская, дыхание становилось все тяжелее. Казалось, брюнет чувствует мое сердцебиение своим языком, и его пальцы пробираются под этот ритм все ближе к цели, лаская плоть. Быстро избавив меня от ненужной ткани, он схватил меня за подбородок, целуя в губы, и притянул к себе. Жестом он показал, что мне следует встать с кровати. Мне хотелось выть от желания, внизу живота что-то жутко ныло и требовало разгрузки. Ревил опустился передо мной на колени, проведя влажную дорожку языком по моему животу. Видимо, брюнет тоже начал страдать от неудовлетворения. Он высвободил свой член из трусов, начиная передергивать его рукой. Я уже умирал, не желая больше ждать, схватил синеглазого за голову и притянул к своему паху. Он явно не ожидал такого поворота событий, но быстро среагировал, начиная ласкать крайнюю плоть кончиком языка. Кровь стала будоражить сознание, я уже не смог сдерживать тихие вздохи. В один миг Ревил заглотил весь мой член, от неготовности мои ноги слегка подкосились, что заставило меня опереться о стенку. Я начал резче двигать пахом, проникая в рот брюнета, желая поскорее достичь оргазма. Стоны становились все чаще и громче, откинув голову и прикрыв, я понял, что конец уже близок. Белая жидкость прыснула парню в лицо, а я обессиленно опустился на пол. Черноволосый черт так и манил меня видом своего члена. Я тоже хотел помочь получить ему удовольствие, но силы были на исходе. Я обхватил рукой затвердевший орган и начал двигать ею из стороны в сторону. И вот, издав последний протяжный и громкий стон, Ревил вцепился своими острыми когтями мне в спину и рухнул на меня, в последний раз коснувшись моих губ сладостным и терпким поцелуем. Я поднял своего мальчика и, аккуратно уложив его на кровать, навис сверху, требуя продолжения ночного сеанса. Он лишь спихнул меня, прижался своим голым телом к моему и прошептал с легким смешком: "На сегодня тебе харе, секс-гигант. Вот теперь ты официально не пидр". Я улыбнулся и приобнял "соседа" одной рукой. Но тело все никак не хотело свыкаться с совершенно новым ощущением. Да и сердце, наверное, тоже. Еле заглушив все размышления, мне удалось провалиться в чутком сне. Удивительно, но та ночь была единственной, когда мне не снились кровавые кошмары. Я точно знал, что делаю все правильно.  *** Я потянулся и посмотрел на время: пора идти к Энтони. Меня терзали смутные сомнения по поводу похода к нему, особенно принимая во внимание прошедшую ночь, но я пообещал, я должен. Я ещё раз взглянул на лежащее рядом чудо, провел пальцем линию от виска до подбородка и заправил выпадающую прядь ему за ухо. Это чертенок такой милый, когда спит и молчит. Что было вчера? Казалось бы, вчера он чуть ли не домогался меня. Но самое ужасное, что я был не против. Быстро сглотнув и отогнав от себя дурные мысли о том, что произошло что-то неправильное, я встал, натянул одежду и двинулся к выходу. Но я был бы не я, если бы с огромным грохотом не упал. споткнувшись о выступающую плитку. Подавив боль, я оглянулся и, убедившись в том, что Ревила сейчас ничем не разбудить, прошмыгнул в дверной проем. Пешком было бы идти достаточно долго, а у меня нет столько времени. Можно ли поступить в духе этого мира и угнать машину? Попытка - не пытка. Но когда я осмотрелся, то заметил небольшую проблему – машин не было поблизости. Улица была абсолютна пуста и безлюдна. К счастью, зашедши за угол, я заметил небрежно кинутый в лужу велосипед. Неужели тут и такие железяки еще не вымерли?  *** Энтони уже ждал меня, облаченный в махровый халат. Один вид его заставил меня нервно сглотнуть, но я все-таки решился зайти. Парень усадил меня на диван, и сам сел подозрительно близко ко мне. Я даже невольно ухмыльнулся, но эту ухмылку прервала излишняя серьезность собеседника:  — Я должен рассказать тебе кое о чём. Это важно, послушай. Если ты не выполнишь одно условие, то через 48 часов ты умрешь, — я хотел прервать его. Как? Умру? Да быть не может! Ведь я даже не живу тут, теоретически? В моих глазах читался ужас, а брюнет был чрезвычайно спокоен. — Нет, молчи, не говори ничего: слушай. Ты должен убить Ревила, — губы предательски задрожали. Я смотрел на Энтони и не понимал, что он несёт. — Так выжил на этом свете я, когда убил его отца, так это сделаешь и ты, — в горле застрял тяжелый ком, я не мог даже пошевелиться. — Оливер, мальчик мой, вы с Ревилом – две противоположности, как инь и янь, восточное и западное полушарие, две совершенно разные части одного целого. И по законам связи наших измирений вы не можете долго существовать вместе. Один из вас должен умереть, или погибнут оба.  Я не смог ничего ответить, а слезы уже катились по щекам. Да, я понимал, Ревил – истинный мудак. Но это же нормально в этом мире? Тут скорее я аморален. Я лишний. Но никак не он... А как же то, что было между нами? Он стал единственным дорогим мне человеком в этом мире. Разве можно просто так взять и убить парня, к которому так привязался? Разве можно?.. Что-то тянуло меня к Энтони и заставляло ему доверять, но после этого разговора в мою душу закралась толика сомнения. Да, я хотел выжить. Но таким ли способом? И почему именно я должен кончить жизнь ни в чем неповинного парня? Ведь это я виновен. Я ворвался в чужой мир, а не он! В голове были одни вопросы, которые я никак не осмеливался задать своему собеседнику.  — Всё будет хорошо, — Энтони пододвинулся ко мне ближе и взял меня за руку. Его слова немного успокаивали, но сердце все равно билось слишком часто. — Ты не умрешь, — знал бы парень, что меня в данный момент волновала далеко не моя смерть... Далеко не моя.  Я замер, когда почувствовал, как рука Энтони опустилась на мою ногу. Я пытался не шевелиться и не подавать виду. Но его пальцы начали скользить выше, к майке. Я вскочил, как ненормальный, и, бросив непонимающий взгляд на брюнета, убежал. Мне стало понятно все. Мы с ним не похожи. Он — убийца, который когда-то не дал шанса выжить отцу Ревила. А с виду изначально казался самым адекватным человеком этой реальности... Не доверяй первому впечатлению, Оливер, не доверяй... А дома тем временем все еще спал мой синеглазый мальчик. Антипод, который стал мне ближе, чем мужчина, прибывший оттуда, откуда я родом. Жизнь — сложная вещь... Я вновь лег рядом с брюнетом и крепко обнял его. Я не дам ему повторить судьбу своего отца. Никогда.