Последняя девушка или готовьтесь парни!

Вечером я сделала гадость! Я взяла и отправила Рыжика с Тошей спать в мою комнату. При этом я их чуточку подпоила. Виагрой… Всего две таблетки на бутылку воды, из которой они сделали лишь два глотка. Но этого должно хватить, чтобы они хоть немного раскрепостились. Ну ладно, надо спать, а вот завтра мы узнаем, как прошла ночь. Должны узнать, и вот интересно, кого убьет паук. И знаете, совесть и вина меня не мучают, да уж, этот мир меня изменяет, откуда взялась эта безжалостность? Хотя, жить захочешь и не так действовать начнешь… POV Автор Ночь вступала в свои права. Нет, она не наступала так резко, как казалось всему живому. Она медленно шла вместе с солнцем, это просто планета стала двигаться чуточку быстрее. Да и жизнь стала реактивной, уже никому не интересна жизнь соседа, сплетни и слухи, только голые факты, только горькая правда, и жизнь человека уже никому не нужна… Нелегкая судьба погибающего мира… Но не будем разводить лирику и заглянем в белую темную комнату. Свет был потушен. На кровати спина к спине сидели двое. Они говорили, но их разговор был далек от радостного. - Вот как ты думаешь, долго ли мы сможем идти под руку с везением? – Горький вопрос рыженького паренька. -Не знаю, но уже три раза нам везло, мне кажется, что Ясна больше говорит о том, что не предпринимает ничего, она не такая легкомысленная, как нам кажется. Она намного сложнее и опаснее. – Антон взъерошил волосы в немного беспомощном жесте. -Знаю, она без сомнений отправила паука убить заказчика. Не колеблясь ни секунды… - Рыжик подтянул коленки к груди. Ему стало жарко. Наверное, в помещение было душно. Даже слишком… - Знаешь, а в чем-то она права… - В чем же? - Врагов надо бить безжалостно. Особенно, когда есть, что защищать! – Тоша развернулся и обнял за плечи хрупкого парня. Тот откинулся ему на спину, наслаждаясь успокаивающим теплом своего друга, того, кто стал ему близок. -А ты приятно пахнешь! – Шепот в ухо. Заставил поежиться рыжика и развернуться в сильных руках. -Ты тоже! – Утыкаясь носом в шею Антона, выдохнул Вова. Антон неспешно гладил руками спину, осторожно просто лаская, не задумываясь, что делает. Вова же ластился, как котенок. -Вов? – Протянул Тоша, осторожно перебирая волосы на затылке Рыжика. Тот приподнял голову, заглядывая в глаза, пытаясь рассмотреть что-то в этой уютной темноте. – А давай будем вместе, я уже не отпущу тебя, чтобы не случилось. Тихие слова, но сомневаться в их искренности не приходилось. Вова улыбался, сегодня их отношения вышли на новый уровень. Что их ждет - не знает никто… Так почему бы не жить одним моментом? - Знаешь, я тоже уже не могу без тебя, только…-Тело в его объятьях напряглось. – Только, прошу, давай не будем спешить… - Вздох облегчения в его щеку и легкий поцелуй в висок. Ответ был очевиден. Тоша прижал Рыжика чуть ближе, потерся носом о щеку. Хрупкий паренек рассмеялся, на его душе было так хорошо, так празднично! Да, они оба были счастливы, впервые по-настоящему счастливы… - Тош?- Вова поднял голову с плеча друга, нет уже его… наверное возлюбленного. Странно, для них это знание казалось необычно волнующим и определенно лучшим из всех. Тоша наклонился, и в этот же момент их губы случайно соприкоснулись. Мимолетное, быстрое, немного испуганное касание, но оно заставило их сердца забиться быстрее. Антон не выдержал первым: наклон головы, и вот уже он осторожно целует своего хрупкого рыжика… Их губы горели невыносимым огнем, Вова облизывал их и тянулся за еще одним поцелуем, ему казалось, что это сон, но он верил - это не закончится… Антон же умирал от нежности к этому хрупкому, отзывчивому существу. Ему хотелось просто быть рядом всегда, оберегать и видеть, как он улыбается, как тянется к нему за лаской, и чувствовать это обманчиво хрупкое тело, которое хочется заласкать до истомы… Это пугало, но было таким… таким правильным, и это вселяло надежду на то, что все у них будет хорошо… Поцелуи становятся жарче, а руки скользят по телу партнера, лаская, гладя, ловя губами невольные вздохи... Нет, сегодня они не зайдут дальше соприкосновений губ. Пока не зайдут, но скоро, возможно… Поиск. День пятый. РОV Ясноцвета Утро началось странно. За дверью бегали и кричали, это встревожило меня. Я вскочила, время всего лишь шесть утра. Что же там могло произойти? Вася давно встал и караулил у двери, он молча приложил палец к губам и покачал головой. Я села, успокоившись. Не надо паниковать, паника ничего не даст, только заберет последние шансы в этой игре со смертью. - Как давно тут паника? – Спрашиваю, потягиваясь. Да уж, просыпаться резко, конечно, хорошо, но вот воспоминания о хорошем сне выветриваются… - Уже час. Но я не выглядывал, мало ли. – Вася собран, но видно, что волнуется. Ничего, цветик, прорвемся, да и если умрем, то не страшно, мне по крайней мере, но тебе я этого не скажу. Так, раз мой цветочек аленькой тут, значит ребятки в моей комнате, раз за час они не сменили место дислокации, значит тоже считают - лучше не высовываться. Так, рация в моей комнате есть? Не помню, ну ладно, частота одна, так что сейчас узнаем. - Прием, прием, орлы, ответьте. - Ясна, утро доброе! Не выходите из комнаты, а лучше забаррикадируйтесь. К нам уже несколько раз зайти хотели, но мы дверь подперли. Все хорошо? - У нас все тихо, ничего, все хорошо будет! В девять за дверью все стихло. Каждые полчаса мы с Васей связывались с ребятами. Или просто говорили. Вася уже хорошо понимает мою речь. Да и говорит на сленге, вот оно - влияние фильмов и компьютера. А пока я его учу писать прописью, у него это получается не очень, все время хочет печатными буквами слово испортить. Ну ничего, привыкнет. -Ясна, открывай, это мы. – Антон за дверью немного возмущался. Ну а что, мы пока кровать отодвинули, пока шкаф на место вернули, только тогда дверь открыть смогли. Ну, подумаешь, я паранойей болею. Ребята скептически хмыкнули, когда увидели разгром их комнаты. Но быстренько прибрались, и Вова ушел готовить завтрак. Кстати, мне кажется, или они сегодня так счастливо сияют. Ура! У меня получилось! - Поздравляю! – Повисла на шее Антона. Я рада за них. И отправилась к Вовчику. Надо и его поздравить. Вася же, казалось, не понял о чем речь. Но когда понял, его глаза увеличились… На кухню я прибежала за секунду, увеличению моей скорости способствовали два каких-то странных типчика, но выяснять, что они хотят, я не стала. На кухне было на удивление многолюдно. Почти все столы были заняты, но было такое ощущение неправильности, сначала я не поняла, чем оно вызвано, потом дошло, тишина… Была гробовая тишина. Вот если у нас была такая толпа, то поднялся бы такой шум и гам, а тут… Мне как-то жутко стало. Прошла к перегородке в кухню. Спину буравили взгляды. Мне очень неуютно, но надо терпеть. Чуть-чуть осталось, когда скрылась за стеной, то испытала такое облегчение. Господи, да что ж за время настало? -Ясна, ты… Что случилось? – Вова, обнял меня. Я прижалась. Странно, что-то нервишки шалят, хотя, в этом-то зоопарке и с ума не сойти сложно будет. Рыжик всунул мне в руки чашку с чем-то вкусным, я это машинально сгрызла. Даже не заметив. Но это отвлекло, и я вспомнила о цели своего визита. Дальше я облапала Рыжика, хорошенько так потискала и пошла спасать пиццу в сковородке. Эх, желудок мой правильно чувствовал… Ясновидец прям. Утро прошло, и мы наконец-то выяснили причину паники. И это смерть главы данного убежища! Неожиданная и непонятная. Тоша хмыкнул над моим ухом. Ага, паучок сделал свое дело… -Ну что ж… Слава тебе, безысходная боль!* Умер вчера злодей непростой! – Тихонько процитировала я переделанные строки Ахматовой. Я конечно понимаю, что о покойниках либо хорошо, либо никак, но, увы, вырвалось… Позавтракали мы быстро и в тишине, говорить, когда за каждым твоим движением следят сотни глаз, не хотелось. Сегодня Герман за нами не пришел. Хм, ну раз он не идет к нам, то мы пойдем к нему. В комнату к Герману я пошла с Тошей, ни к чему Васильку знать, к кому мы ходили. Меньше знает - крепче чувства. Шли мы недолго, всего каких-то восемь поворотов и заветная дверь. Антон тактично спрятался за поворотом и встал на стреме. Я же постучалась. Мне долго не открывали, но я очень настырна, когда мне это надо. Так что дятлила сначала одной рукой, потом другой, а потом ногами руками отбивала одни из знакомых мне маршей. Он не мог мне не открыть… -Утро доброе! – Моя улыбка во все лицо, его хмурый взгляд сказал так много, но факт тот, что утро для него явно не доброе, а меня можно уносить в морг… - Что-то случилось? – Вежливый вопрос, но в глазах такой лед. Страшно, мне страшно находится рядом с ним. Но ничего не поделаешь… Я хочу видеть Васю счастливым, хочу, значит надо быть хорошей свахой. -Можно я войду? – Вопрос прозвучал можно заходить, пока он думал, я вошла, н-да, у меня и то мебели больше. У него только кровать и тумбочка. Даже шкафа нет. Как же у мужчин с мебелью плохо… Герман опешил, явно не ожидал от меня такой наглости. Ничего, пусть привыкает. – У меня к тебе серьезный разговор. - И что же от меня хочет получить дорогая девушка? – Мне показалось, или это прозвучало с издевкой? Ну ладно, попробуем не обращать внимание на его иглы. - Ох, много, поверь, слишком много. – Я села на тумбочку, на кровать все же неприлично садиться, хотя, мне ли говорить о приличиях? – Для начала, как ты относишься к Васе? – Контакт глаза в глаза. - А Вася - это кто? – Осторожный вопрос, но он явно догадался. - Гер, не придуривайся, пожалуйста. – Он вскинул голову, возмущен, только чем? Да, я сократила его имя, и что, или…- Ты прекрасно понял, о ком я. Ну ладно, это в данный момент неважно. Протяни, пожалуйста, руку с часами. - С чем? – Я подошла и взяла его за запястье, Гера вздрогнул и хотел отшатнуться от меня. Эх, какие же они пугливые… Я подключила свои часы к его и перекинула книги, всего пять рассказов, которые мы размещали в киосках. Ой, блин… Меня же Ратимир убьет! Лучше об этом не вспоминать… Потом, все потом… -Смотри, вот тут пять рассказиков, можешь их прочитать, поверь, они очень интересные. И да, когда прочитаешь, подойди ко мне, поговорим! – Я улыбнулась ему и вышла. Он явно был растерян. Сегодня нам можно заходить в архив только в три часа. Н-да, а сейчас только половина одиннадцатого и что делать? Я же со скуки с ума сойду. В итоге я подбила ребят сходить погулять, осмотреть город и сделать маленькую диверсию. Точно такую же, как и дома… Дома. Странно, но убежище 01 стало для меня домом… быстро же… Гулять мы выходили как воры на кражу, то есть очень осторожно, мы вышли на улицу, нам никто не попался на пути. Это меня обрадовало. Знаете, я теперь понимаю, что наше Убежище - это столица. А знаете почему? У нас оживленные улицы. У нас хотя бы одного-двух человек встретишь, а тут... Пусто, вымерли все, такое ощущение, будто кадры фильмов про вымершие города и зомби. Только вот это все же реальность… Мы с ребятами, смеясь, бегали, играли в догонялки. Такие здоровые лбы, но было так весело, я их научила этой игре, и сейчас мы бежали в сторону к киоска с газетами. Пока что водил Вова. А, нет, уже Вася. Теперь Тоша, но вот я теперь не смогла увернуться и стала салочкой… Ну ничего, я сейчас кого-то поймаю. Кинулась догонять моих шалопаев, только через несколько минут смогла догнать Рыжика и, смеясь, убежала далеко вперед… Мне было так хорошо, весело, и ни о чем думать не хотелось… Ну вот, я добежала до киоска. Так, надо бы свежий номер прочесть и сделать гадость! Ребята догнали меня, и Вася попробовал меня уколоть, у нас начались пляски вокруг киоска. Он так и не смог уколоть. А Антошка уже сделал привычную работу: вскрыл дверь и загрузил рассказы, я же купила газетку на часы. Позже прочту. Так, смеясь, мы обегали пять киосков. А потом зашли в какую-то столовую и впервые за долгое время спокойно покушали горячего супчика. (А то у меня все времени мало было, а оставлять еду без присмотра - опасно.) В столовой на нас смотрели, как на восьмое чудо света. Мне кажется, или после моего ухода место, на котором я сидела, подпишут табличкой и будут ходить поклоняться? Какие идиотские мысли в моей голове! В три часа мы вернулись в архив, сытые и довольные жизнью. Надо будет завтра еще погулять сходить. На обратном пути мы обошли еще несколько киосков. Как раз время обедов у всех прошло, и мы смогли это сделать незамеченными. Нам поразительно везет! Хотя, кому в голову может прийти, что кто-то может сделать не свою работу? А еще и преступить закон? В архив мы зашли уже по определенной схеме. Только в этот раз я пошла в сторону моего побега, мне все не давал покоя тот звук падения за стеллажами. Мне казалось, что я упустила одну из отгадок. Когда я дошла до места моего падения то увидела тетрадь, лежащую ровно в центре перекрестка. Я растерялась. Уверена, там будет что-то важное, но от этого легче не становится. Я подошла и взяла ее в руки. Увы, это была не тетрадь, а подшивка из напечатанных посланий. Это было похоже на очень короткую переписку в социальной сети... Военная База АКУ234. Война проиграна. Победителей нет. Америка в руинах. Россия тоже. База, эвакуируйте людей. Радиация движется! База. База АКУ 234. Командование приказывает защищать выживших. Убивайте зараженных. Они мутировали. Командование. На базу совершенно нападение, оружие не действует. База КНС 765 прошу подкрепления. База АКУ234. В подкреплении отказано. Командование. Убито семьдесят человек. Зараженные нападают… Прошу пустить в базу ракету! Нам уже не выжить. База. Командование дает добро на пуск ракеты ЯСЕнь-87. Прощайте! Господи, какой же ужас творился в то время. Господи, какой же ад… Я сидела, схватившись руками за голову. Ужас, какой это ужас. Военные на базе сами решили убить себя. Да, правильное решение, но от этого становится только страшнее. Я со вздохом поднялась на ноги. Обошла стеллаж и замерла в шоке. На полу лежала еще одна тетрадь. Это начинает пугать меня. Ладно, иду вперед… Еще тетрадь... Это явно тропинка. И она куда-то ведет. Только вот я не горю желанием идти неизвестно куда. Взяла эти две тетради и вернулась к любимому стеллажу. Ну, еще порцию кошмаров. Как же невыносимо больно читать все это… Убежище № 134 24 августина 2444 года. По примеру одного из убежищ мы начали вести журнал прожитых дней. Дни не отличаются радостью и добром. Скорее они похожи на медленную агонию. Мы не знаем, когда умрем, и чем- то завидуем умершим 16 августина. Они умерли быстро и легко. Мы же сражаемся с новоявленными чудищами за каждый наш день. За каждый рассвет… Это утомляет и давит на психику. Было три случая паники. Два человека сошли с ума. Наше убежище 19 августина оказалось на побережье моря. Мы находились очень далеко от воды. Мы понимаем, что шесть убежищ ( Убежища 232, 201, 194, 97, 106 и 213) уже поглотила морская пучина. Долгая память и мирных им снов… Вода с каждым днем все ближе к стенам нашей крепости. Нет, сейчас вода замедляется и появились приливы и отливы, но все равно по несколько сантиметров она приближается. Мы ищем пути защиты от нее. Пока что мы пытаемся ее заморозить. Создали гранатомёт, похожий на оружие старины, века так двадцатого, двадцать первого. И пустили шесть огромных баллонов с жидким азотом. Это дало нам еще несколько выигранных дней. Пока что мы по подсказке неизвестного для нас убежища создаем химическое оружие против «зомбей» - так их назвал неизвестный, и, на удивление, название прижилось. Только вот зомби не самые опасные, как показало время. На нас напали гигантские черви. Обычные дождевые черви размером с шестиэтажный дом. Мы израсходовали почти все боеприпасы, но отбились. В данный момент мы создаем оружие день и ночь. Нам некогда отдыхать. Мы на военном положении… 31 августина 2444 года. Сегодня пошел снег… Снег в августе. Это еще больше усложнило нашу жизнь. Теперь мы экономим продовольствие и в срочном порядке строим теплицы. При этом отбиваясь от монстров. Как ни странно, но мы уже привыкаем к этой суровой жизни. Только на женщин и детей смотреть очень горько. В их глазах обреченность… Все будет хорошо. Мы выживем! Я прикрыла тетрадь. Я боюсь читать дальше. Я уже чувствую, что будет дальше. Дальше будут умирать девушки, а население впадет в панику… Я не могу, это очень больно. Слезы опять текли по щекам…Господи, за что ты так нас наказал? За что мы наказали сами себя? 4 сентябрина 2444 года. В госпитали стали поступать жалобы от женского населения. У половины из них наблюдались сильные головные боли. Мы смогли связаться с соседними убежищами и узнали, что у них так же. Это заставляет нас заволноваться. Мы взяли кровь девушек на анализ. Генетики начали работу. Мы не думаем, что это случайность. 12 сентябрина 2444года. Генетики нашли небольшое изменение в хромосомах. Но нам не хватает знаний. Книг очень мало, а доступ в ВСИВ (Всемирную сеть инновационных вестей) закрыт навсегда. Одна из ракет Америкосов попала в спутники. Теперь мы местами беспомощнее котенка. Состояние девушек ухудшается. Они уже почти не спят. Не могут, а если и спят, то просыпаются с такими криками, что сердце замирает. Моей матери тоже стало плохо. Она в госпитале, но врачи ничем не могут помочь. У нас заканчиваются лекарства. Фармацевтический завод встал. Из-за низких температур сырье испортилось. Мы делаем всё, что можем, но ничего не помогает… 18 сентябрина. У девушек начался кровавый кашель. У многих беременных на 2-3 месяце произошли выкидыши. Врачи психологической помощи не справляются. Совершенно 16 самоубийств, 24 попытки. Сегодня от кромки воды до стены убежища осталось всего двенадцать метров. Мы боимся ее. В воде кто-то есть. И этот кто-то явно не с добрыми намерениями. 2 октябрина. Вода прибывает, осталось пять метров, а в воде плавают мутированные акулы. Страшные и смертоносные, они выпрыгивают из воды на десять метров в высоту, одна допрыгнула до стены и ранила дежурного. Холодает, температура уходит в минус. Система отопления в двух корпусах уже не тянет. Но мы ее починили. Природа взбунтовалась, кажется, она специально убивает нас. Или все же полюса решили поменять свое место… Наши края никогда не знали таких низких температур, мы волнуемся по этому поводу. И еще одна напасть на нашу жизнь - это скука, долгие вечера, когда никто не нападает, нам становится скучно, разговоры не спасают, потому что они скатываются на состояние девушек. Им становится хуже с каждым днем. Заболели все. Это двести сорок три милых добрых и дорогих для нашего сердца девушек. Все мы, мужчины, чувствуем потерю. У каждого из нас там мама, сестренка, любимая или даже дочери. Это очень больно, мы переживаем за них. Ученые ищут лекарство, они нашли, что это ген, который заставляет их вторую икс хромосому мутировать и изменяться. Но вот причину мы так и не нашли. 3 октябрина. Сегодня у меня умерла мама... Остановилось сердце... Сегодня умерло еще сорок женщин, старше сорока пяти. Мы, потерявшие своих самых любимых… В шесть мы собрались в зале для кремации. Весь день после известия я не мог поверить в ее смерть, я не верил, пока не увидел ее тело. Когда ее уже загрузили в печь, мозг убил меня осознанием, в груди образовалась пустота… Мамы больше нет, как же больно от этого, как же страшно это осознать… Рядом плакал молодой парень, он хотя бы мог плакать. Я же просто сидел и остекленевшими глазами смотрел на огонь. Я просидел там до ночи, сжимая в руках урну с прахом. Оттуда меня увел единственный друг. 5 октябрина. Смерть унесла сто сорок семь девушек. Сегодня в убежище невозможная атмосфера тоски и безысходности. В крематории стоит вой, успокоительного почти не осталось. А спирт не берет при таком горе… Мой друг впервые напился у меня на глазах. Сегодня у него умерли сестра и невеста. Он пил, но не пьянел, его пустые глаза пугали. Глаза человека, которому больше нечего терять. Мы напивались. Как ни странно, но половина убежища воспользовалась старым добрым спиртом и напилась… 11 октябрина. Вода прибывала... И она прибывала с каждым часом. Уже подмочена одна из стен, акулы начали атаку. Еще с берега на нас напали гигантские слизни… Началась паника. Но мы быстро взяли себя в руки и начались слаженные действия. От слизней мы отбились, когда прозвучал пугающий грохот… Стена рухнула… Вода хлынула, хлынула на госпиталь. Мы, мужчины, не думали долго, мы кинулись туда, спасать наших дорогих женщин. Но опоздали, нам удалось вынести только восьмерых… Остальных забрала пучина… Нас осталось всего тридцать шесть. Многие тяжело ранены, да и девушкам с каждым часом становилось все хуже… Мы понимали, что они уже не доживут до рассвета… Мы забрались на крышу самого высокого здания нашего убежища, там до нас не могли достать акулы, пока не могли. Вода сквозь разлом втекала в убежище, уже затоплен первый этаж, осталось всего восемь. С приходом ночи появились летучие мыши, только вот размером они превосходили птеродактилей из музея естествознания и древности. Мы отбились от них. Но, в скором времени температура стала опускаться. Мы знаем, что загнали себя в ловушку и наша смерть - это всего лишь вопрос времени, но ничего с этим не поделаешь, пока мы живы, мы будем бороться. Погибать просто так никто из нас не хочет. Еще ночь мы продержимся… Должны продержаться! 12 октябрина. Вода находится на уровне шестого этажа. Осталось три пролета, и нам будет некуда бежать. Из девушек в живых осталась одна. Но и у нее уже началась агония. Мы ничем не можем ей помочь. Даже облегчить ее страдания и прервать жизнь не поднимается рука. Слишком трудно, слишком больно… Наверное, мы эгоисты, но когда с нами рядом она, еще маленькая девочка, всего десяти лет отроду, нам легче вставать и убивать акул. Нам легче бороться… Но, увы, в девять часов и одиннадцать минут ее сердце остановилось. Она умерла. Скорбь, безграничное горе поселилось в наших душах. В десять часов вода поднялась до половины седьмого этажа. Акулы выпрыгивали, но у нас уже не осталось боеприпасов, поэтому с каждой минутой жертв становилось все больше. Из тридцать шести человек нас осталось одиннадцать. Мы уже обречены, поэтому я выписываю на последнюю страницу этой тетради все то, что смогли узнать о гене вызвавшем мутацию у девушек. И предполагаемые способы излечения. Увы, мы не успели их опробовать, поэтому, надеюсь, повезет хоть вам… Спасите тех, кто вам дорог. Я запечатываю эту тетрадь в воздушную капсулу, и, если вы прочли все это, помолитесь за наши души и за покой убежища № 134. А так же за нас, последних из выживших, но уже доживающих свое время: Эрика Аланса, Марка Фишера, Френка Патерсана, Юлия Федорова, Алексея Маркова, Лекса Носова, Томаса Цегорова, Золока Шиэлонко, Константина Абдулова, Сема Оториченко, Зия Довлатого. И за Аманду Белову - последнюю девушку. Удачи вам, веры и надежды. Прощайте… Я Мы верим, кто-то обязательно выживет. А пока мы будем хранить вас. Последние строки были написаны кровью. А страницы под записью хранили отпечатки пальцев последнего, кто писал все это. Так горько было на душе. Каждое имя отдавало болью, они умерли, но умерли, борясь до последнего… Я уже не могу читать. Третью тетрадь я не осилю… слишком больно. А пока надо прочесть про ген. Пролистала тетрадь, но станица вырвана… Вот этиловый спирт, в народе водка, что же делать? Надо в комнате попробовать карандашом проявить, может получится… - Ясна, прием! Пойдем, время ужина. Мы нашли несколько тетрадей. Содержанием похожим на ту, что нашла ты. Прием, Яся, ответь! - Иду ребята. У меня тоже три находки. – Голос был слишком убитый, но настроения уже нет, только скорбь, за тех незнакомых, но в это же время таких стойких ребят… Скорбь по Убежищу № 134… *Первая строка стихотворения «Сероглазый король» Анны Ахматовой. Люблю ее творчество, да и просто восхищаюсь ей, как человеком с сильной волей и очень тяжелой судьбой. Дорогие читали! Mне хочется спросить, есть ли обоснуй в этом произведении и есть ли у вас вопросы, на которые вы хотите услышать ответы? А так же мне бы хотелось узнать, не сильно ли Мери Сьюшна Ясноцвета, а то я что-то переживаю по этому поводу. Ура, сессия сдана, так что прода будет выходить почаще! С уважением, ваша Тигра. И спасибо, что читаете! :)