Последняя девушка или готовьтесь парни!

- И что мы тут забыли в такую рань? – Голос был необычайно «добрым». Мне уже пора опасаться стоять так близко к краю. Да уж, быть мне ласточкой недолгих сорок метров или сколько их тут? Я вздохнула, ветер на верхушке стены был очень сильным. Стоять было зябко, но великая цель: «послать хоть небольшую весточку домой» - грела не хуже отопления. Вид, открывающийся с верхней точки оградительной стены, был удручающим. Полупустыня-полустепь. Серая земля и небо, не синее, как было тогда в моем времени, а серое, как будто затянутое тучами, но только туч нет, а солнце светит тускло, нерадостно. Печально... А еще установки с газом против радиации позади стены, не улучшали картину. Было горько смотреть на такую землю. А ведь во всем этом виноваты мы! Ладно, сначала дело - лирика потом. У этого... эм... нельзя ругаться. Так, у Алиса был счетчик Гейгера моего времени и счетчик этого времени. Так внешне они в принципе не отличаются, так только у моего цвет другой - зеленый, а их стандартного - черного. Господи, тут, что больше других цветов нет, только черное и белое? - Так, Алиса из страны чудес, дай мой счетчик. Какой молодец, не перепутал, – сзади кто-то скрипнул зубами, жаль эмаль. Я вытянула руку, вытаскивая счетчик в маленький зазор между зубцами. Он даже не пискнул. Взяла другой, не просто запищал, а оглушил. Любопытно. В квартире разберу, узнаю в чем причина. Но это будет позже. Сейчас я просто вытянула руку с часами и стояла. Конечно, идея немного безумная и рассчитана чисто на удачу, но а вдруг! Надеюсь, они получат весточку. - Долго ты так собираешься стоять? - Пока не надоест, – оборачиваюсь, и вижу Алиса. Он прислонился спиной к стене, смотря на небо, под глазами залегли тени, да и вся поза говорила об усталости и безразличии. Н-да, рано я радовалась, что он оживился. Ну, хоть синяки сошли, только руки еще в ссадинах, но ничего, заживет. Странно, мужчины здесь выздоравливают в разы быстрее. Когда же я привыкну к этим странностям? - Вот сейчас дождемся ребят и уйдем в квартиру. Там мы отсыпаемся, они дежурят, – пояснила я, мне что-то жалко эту колючку. Но что поделать, такова моя женская натура: жалеть все, что движется. Ребята подошли только через полчаса, зато с хорошими новостями. У нас есть расписание смены караула, и целый час, чтобы умыкнуть машинки, при этом заправить их и сделать все, что необходимо. Но эта сторона вопроса меня не касается, этим Орлы заведуют. Постояв еще около часа (рука затекла так, что ее чувствовать перестала), мы двинулись на квартиру. По дороге встретили Васю и Германа, вот их новости вообще не обрадовали. У нас проблемы, огромные проблемы. Нас ищут, везде ищут и город патрулируют отряды зачистки. Ребят ждет смерть, а вот меня лаборатория. Поэтому за этот вечер нам надо сделать все, чтобы завтра мы уже уехали. Блин, как же не вовремя! До квартиры мы еле добрались, нас дважды чуть не схватили, но Тоша успел затащить нас в подъезд одного из домов. Там мы переждали первый патруль, а вот от второго пришлось прятаться на дереве, зато я теперь знаю, что могу очень быстро залезть на ветку. Правда ребята все равно быстрее. Там я отсыпалась, а вот ребята дежурили. По прослушке ничего нового мы не узнали. Так только то, что «Главушка» изволит злобствовать. Да и еще они собираются завтра после обеда проверять дома, он думает, что мы где-то в квартирах. И ведь правильно думает козел. Да, не зря его главой назначили. Эх, мне бы паучка и одной проблемкой меньше. Но чего нет, того нет. Ночь наступила неожиданно. В комнате была неуютная и напряженная атмосфера, да и честно сказать мне не хотелось говорить, зачем? Нам всем страшно, потому что мы собираемся ехать одни, без сопровождения и у нас очень мало шансов проскочить, точнее их почти нет. Внутри пульсирует пустота. Завтра все решится. Нам, конечно, лучше уехать с рассветом, но вот машин тогда хватятся сразу. Ребята не разговаривают даже друг с другом. Тоша лежит, прижав к себе рыжика, Герман сидит рядышком с Васей, и один Алис, как изгой, в стороне от всех. Ничего, я и ему пару найду. Никуда не денется, влюбится и жен... Отношения заведет. А пока черт с ним. - Лис, иди сюда... – похлопала по полу рядом с собой. Он подчинился, но когда сел, почти незаметно скривился. Я вздохнула, передав ему наушник и ноутбук, поползла к рюкзаку, отрыв бластер с парацетамолом, протянула ему таблетку. Он недоверчиво посмотрел, но все же выпил. - Смотри, можешь разобрать счетчик? – он кивнул и приступил к работе. Я же разбирала свою гадость Гейгера. Мы разобрали и, знаете, что обнаружили? Внутри их счетчиков находится датчик расстояния. И чем дальше уходишь от центра убежища, тем громче он будет пищать. Самое веселое заключается в том, что радиус рассчитан только до стены, после стены начнется звук. Ребята не понимают, зачем это нужно? Я же догадываюсь. Все просто: власть и привилегии. Ведь запуганный народ, который убежден, что за стеной радиация, не будет возмущаться из-за условий своего содержания. Он будет просто жить, радуясь «защите». Сейчас мы собирали вещи. Их оказалось на удивление немного. Хотя больше, чем было. Шесть сумок с вещами. Все-таки нас на три человека больше. И две с многими вещами из архива. Еще Вася нашел оружие: винтовку в отличном состоянии и восемь пистолетов с тремя ящиками патронов (не мог раньше найти!). Так что если что - отобьемся. Еще у нас есть две гранаты (когда увидела, что Гера взял ее за чеку, все внутренности опустились, даже сказать ничего не могла). А сейчас мы лежим, ребята спят, а я пялюсь в потолок. Не могу спать, беспокойство мешает. Прослушку уже оставила, Глава ушел домой. Но то, что узнала, не внушает оптимизма. Я не вторая девушка. А третья. Вторая была тут три года назад. Они ее убили, нет не убили, просто исследовали.. Так, что она умерла. О ней говорили, как о животном, как о лабораторной крысе! Это так страшно, это же девушка, живой человек! Эту информацию я не рассказывала ребятам, но когда слушала тот разговор, невольно заплакала. Было жалко неведомую девушку. Но самое кошмарное, ее останки собирались выдать Ратимиру. Ведь она исследована, и сейчас им необходимо получить еще одни данные для анализа. Господи! Куда катится этот мир? Я лежала и не шевелилась, когда рядом раздался тихий голос Антона. - Ты спишь? – замерла. Я сплю, сплю. Нет настроения говорить. - Нет, – шепот Вовы. - Меня волнует завтрашний путь. Мы можем не добраться, да и нас могут просто не впустить в переходный пункт. Я беспокоюсь. - Я тоже волнуюсь. Но мы должны уйти. Тут нам уже не выжить. Побег - единственный шанс на спасение, – горький голос рыжика был непривычен мне. Я всегда считала, что он слабее Антона, а тут еще не знай, кто будет сверху, хотя скорее будет универс. Так, отвлекаюсь я что-то. - Знаю, но от этого не легче. Я не хочу вас потерять. Ни тебя, ни Ясну, – тихий шорох и звук поцелуя. Я невольно улыбнулась. Только вот на душе было до боли грустно. Я сделаю все, чтобы они были счастливы. Все! Они самые дорогие для меня люди. - Мы сделаем все для защиты. Мы выживем! – ровный, с командной интонацией, голос рыжика внушал уверенность, и хотелось верить. Все будет хорошо! Ребята продолжали целоваться, а я так и лежала, только теперь я смотрела в лицо Алиса. Он дышал ровно, но вот лица я рассмотреть так и не смогла. И вот, когда я уже хотела целенаправленно уснуть, он коснулся моей руки. Просто сжал, я ответила на прикосновение и переплела наши пальцы. Мне стало спокойно, всего на чуть-чуть, но легче. Огромный груз, лежащий на плечах, стал легче. Именно с этой мыслью я уснула... (Писала под «Макс Барских – Небо») Утро началось с суеты. Мы точно знали, кто что делает, но вот тревога, что не успеем, что нас поймают раньше, пугала. - Так, живо в очередь в душ. Потом ребята за едой, осторожно, берете пропитание и живо сюда. Только следите, чтобы не попались. Тоша и рыжик за машинами, пригоните их сюда. Документ я сделала по образу и подобию пропуска Васи. Спасибо, что сохранил, - подмигнула Васильку. – Так, дальше очень быстро загружаем вещи, оружие и воду держим поближе, остальное можно убрать подальше. Рации держим включенными, в случае чего связываемся сразу же! Запасные колеса и топливо не забудьте. И да, если попадем в перевалочный пункт, то в машине должен кто-то остаться! Ну что ж, с Богом! В квартире остались только я и Алис. У меня к нему всего один вопрос. Он вертится на языке, но я ужасно боюсь узнать ответ. Я уже знаю, откуда он знает о моем времени. Но мне страшно знать имя Второй. Очень страшно, поэтому я промолчу. Позже, когда будет больше смелости. План сработал, проблем почти не было. Только вот Васю с Германом хотели задержать в столовой, но их спасла моя маленькая диверсия с рассказами. Она дала всходы, значит, не зря старались! Их защитила пара, именно пара влюбленных поваров. Точнее они их просто спрятали на кухне. И дали с собой еду. Бесплатно, потому что плата с часов отслеживается. Ребята пригнали машины. Мы загрузили вещи. Мне очень страшно. Мы разделились на машины. Я еду с Вовой и Тошей. У нас за Рулем Антон. Остальные в другой машине, и, естественно, Василек за водителя. Мы будем ехать первыми, ребята прикрывают. Пистолеты заряжены, вода и пища приготовлены. Медикаменты и все самое необходимое тоже рядом. Страшно. Мы стартанули, ехали по главной улице тихо, не нарушая правил движения, чтобы не вызвать подозрений, они нам ни к чему. Когда подъехали к пропускному пункту, сердце стучало в горле. Я вжалась в сидение. Тоша уверенным голосом отрапортовал цель нашей поездки и протянул документ. Я замерла. Секунды текли медленно... - Проезжайте! – я выдохнула, сработало! Наша афера сработала! Мы выехали за ворота и резко начали набирать скорость. Сейчас мы должны преодолеть очень большое расстояние. Ведь если наступит ночь, а мы будем в пути, мы уже точно обречены. Ехали, а вой так и не появлялся, я всматривалась в окружающее пространство. Страх полностью овладел мной. Рыжик прижимал меня к себя. Я вздохнула, Тоше еще хуже, и ничего, держится. Надо быть сильной! Только вот страшно. Мы едем уже четыре часа. Сейчас пять часов вечера. У нас есть еще три часа до темноты. Только вот вой появился и тут же стих, резко оборвавшись на самой высокой ноте. Вова, горько вздохнул, это очень не понравилось мне. Что-то нехорошее приближается. И это будет пострашнее Каредов, кажется. Семь часов вечера. У нас час, и уже видны горы, мы успеваем, но сзади раздался страшный шум, как будто начался обвал. Я обернулась. И слова застряли у меня в горле. На ребят двигался огромный червяк. Я быстро связалась с Германом. Мы увеличили скорость. Еще немного, и будет перегруз. Червяк двигался медленнее нас. И отстал, но рано я радовалась. Еще один червяк. Он сбоку, ребята еще больше увеличили скорость. Машину затрясло, но в этот момент было не до чего. У нас началась смертельная гонка на выживание. Еще червяк с другого бока, он атаковал ребят, но Вася успел увернуться, еще немного, и машину занесет, но он смог выровнять ее. Мы уже близко, еще чуть-чуть... Не успеваем. Ворота закрывают. И тут перед нами вылез еще один червяк. Крик застрял в горле. Идей на спасение нет, мы не успеваем увернуться. Все, это конец! Я зажмурилась, и тут ветер ударил в бок. Раздался оглушающий взрыв. Когда до меня наконец-то дошло, что мы продолжаем ехать, а не летим в одно местечко. Я разожмурилась, оказывается, Вова швырнул гранату в червя. Я смогла выдохнуть, но ненадолго, черви нас догоняли, правда, один тормознулся возле убитого гранатой товарища и стал его доедать, жуткое зрелище. Мы увеличивали скорость, все убыстрялись и убыстрялись. Ворота закрывались. Мы успели! Мы успели! На предельной скорости мы ворвались в туннель. Чуть не разбились на повороте, но до этого не было никого дела. Мы успели! Остановиться смогли только в центре пункта. Тоша уронил голову на руль. Его трясло. Я истерически засмеялась. Вова же просто сидел, смотря вперед. В итоге, самым первым из нас отошел Вовчик. - Тош, все хорошо, мы живы! – рыжик протянул руку и крепко сжал ее на плече Антона. Тот обернулся к нам. В его глазах было облегчение. Руки тряслись. На лицо передоз адреналина. Я только и смогла, что еще раз нервно рассмеяться. Мы живы! Первая половина пути пройдена! Мы живы! Обернулась. Машина с ребятами была позади. Мы все живы! Я вышла из машины на подгибающихся ногах. Ребятам надо побыть наедине. Мне-то уже хорошо, уже отошла, только чуть-чуть руки трясутся, и ноги вообще не держат. Я стояла, запрокинув голову. Небо уже потемнело, зажглись звезды. Единственное, что не изменилось в этом мире, так это они - светила, наблюдающие за нами. На плечи опустились чьи-то руки, я не удержалась и вздрогнула. Обернувшись, посмотрела в глаза Алиса, он чуть нервно улыбался, но приобнял меня. Я же прижалась. Сейчас хотелось только тепла и спокойствия. Слишком уж нервный выдался денек... Но главное, мы все живы! Пока живы.