Подвал

Запах сырости повсюду, темно, они идут в подвал какого-то дома и Райнер чувствует зачем, хоть и не знает. Когда тяжёлая дверь открывается он сразу узнает эти глаза. Эрен. Он не похож на себя, как будто постарел лет на двадцать. — Спасибо, Фалько. Можешь идти, — голос тоже изменился, стал ровнее и спокойней. Первая мысль бежать, просто уйти от этого тяжёлого взгляда. Поэтому Райнер смотрит вниз, виновато. — Садись, Райнер. Он садится напротив, знает, что сделает все что угодно, стоит Эрену попросить. — Скучал по мне? Не скучал, он бы предпочёл, чтобы Эрен умер. Чтобы глаза, в которых отражается смерть тысячи людей, обида, сухая ярость погасли, но он все равно будет чувствовать вину за все, что сделал. С другой стороны, он готов принять смерть от этой руки, но так будет слишком хорошо. — Не молчи, — Эрен улыбается, — Я вот скучал. Вспоминал, как мы вместе служили. — Что тебе нужно? — Я не скажу. Пока что. Сначала я сделаю то, что хотел давно. Эрен встаёт, опираясь на костыль и хромает два шага. Райнер ждёт, что сейчас кулак проедется по его лицу, что ему сломают нос, выбьют зуб, что угодно, но не то, что Эрен плюхнется между его ног на одно колено. Он смотрит снизу вверх и улыбается, на щеках румянец. Эрен прижимается щекой к колену и трётся об него, а после снова смотрит в глаза. — Райнер, ты всегда был таким горячим, — дыхание опускается на пах, а после Эрен утыкается носом в промежность. Райнер не знает, что делать. Ему жарко, ему страшно, ему хочется уйти, но он чувствует, как член наливается кровью. Эрен расстегивает зубами ширинку и проводит носом по члену, через ткань трусов. Ему нравится, как пахнет Райнер. Запах отчаяния, терпения, смерти. Эрен целует от низа живота до пупка, кожа холодная и соленая. Член стоит колом, да и сам Йегер возбужден, он правда хотел этого давно еще когда они спали в одной казарме. Изящные пальцы опускают белье, член обдает прохладным воздухом, ровный и крупный. Эрен прижимается к нему щекой, и слишком нежно смотрит на Райнера, которому приходится отвернуться. — Смотри только на меня, — голос Эрена теперь тихий и обманчиво-нежный, как будто он сейчас вонзится зубами в плоть. Райнер смотрит и понимает, что хочет этого сейчас. Эрен вбирает в рот головку, волосы тоже лезут в рот, Райнер заботливо их убирает за уши, а после гладит по голове. Волосы сальные, скользкие, но он все равно вжимается пальцами в них, чувствуя жир на своей коже. Эрен постанывает, скорее для Райнера, и берет на всю длину сразу, по-блядски прогибая спину, смотрит в глаза из-под опущенных ресниц, так горячо, что Райнер толкается в рот грубо. Эрен достаёт член и прижимается к нему снова, щека становится мокрой. — Райнер, будь нежнее. Член влажный, со вздувшимися венами, которые Эрен чувствует кожей, а затем проходится языком по всей длине, ласкает кончиком языка дырочку на головке. Райнер весь напрягается, это чувствуется ладонями на коленях и Эрен поглаживает их. Все, о чем может думать Райнер это о горячем, влажном Эрене, о его мягких губах и узкой глотке. Он сжимает руку на затылке сильнее и нежно, как Эрен и просил, толкает его голову, практически трахая этот горячий рот. Под ногтями застревает перхоть, но Райнер наматывает скользкие волосы на кулак. Эрен задыхается и дышит носом, уткнувшись в жесткие лобковые волосы. Райнер смотрит и слушает мычание, чувствует, как язык ласкает его член у основания, как головка утыкается глубоко в небо. Представляет, как Эрен зашел бы дальше, как сел бы на него, раздвинув ноги пошире, положил бы голову на грудь. Они бы наверняка ебались медленно и нежно, теперь, когда Эрен стал таким спокойным. Он не выдерживает и кончает внутрь, но Эрен не отстраняется и поэтому Райнер делает ещё толчок, сперма хлюпает во рту, капли стекают вниз и падают на ботинок Райнера. Эрен неуклюже встаёт, ставит остаток ноги на колено Райнера. Тот думает, что сейчас ему точно врежут, но рука только требовательно нажимает на челюсть, в просьбе открыть рот. И Райнер открывает, высовывая язык. Эрен выпускает сперму ему в рот, вязкой струёй, а после сглатывает и облизывает губы. — Глотай. Райнер глотает вязкую жидкость, горько и солено. Эрен довольно улыбается, почти садистки и целует тонкие губы, которые тут же раскрываются. Они целуются влажно, мокро, постанывая. Эрен посасывает язык Райнера, кусает его губы и царапает длинными ногтями шею. Крупная ладонь Райнера ложится на обрубок ноги, а вторая прижимает ближе. Эрен отстраняется и шепчет на ухо: — Я так не хочу этого делать, я бы предпочёл трахаться с тобой в этом подвале всю жизнь. Он проводит ладонями по плечам напоследок, и ковыляет обратно, садится и ждёт. Райнер застегивает ширинку и вытирает губы. Они сидят снова друг против друга, и обо всем что было напоминает лишь пятно на брюках Эрена и капля его спермы на ботинке.