Моя сумасшедшая история.

      Прошло три дня, после выздоровления Лиззи. Она вместе с Басмой, каждый день приходят в тренировочное поле, тренируясь на деревянных мечах на манекенах. Лиззи начала тренироваться усерднее и стала редко шутить над арабкой.       Она ловко отрубала манекенам головы и руки, пронзая клинком места, где должно быть сердце. Три часа непрерывной работы давали о себе знать, она запыхавшись села на землю. Во рту все сухо, арабка заметила запахавшую Лиззи и дала ей бурдюк с водой. Лиззи взяла кожаный и холодный бурдюк с наполненной водой, открутив крышку и выпила немного воды. Все тело болело от долгих и тяжелых тренировок. Она выдохнула и улыбнулась.             -Ну как? –спросила Басма.             -Ка-айф. –протяжно проговорила американка.       Басма усмехнулась и села рядом с ней. Лиззи смотрела на поляну с цветами и на маленький ручеёк из далека.             -Прочувствовала настоящий труд? –спросила Басма.             -Да-а, -она смотрела на все вокруг с нежной улыбкой- с начала было по-настоящему трудно, но под конец такая легкая дрожь пробежала.       Девочки вместе смотрели, как бежит маленькая речка, где плавают желтые листики и лепестки цветов. Смотрели на полянку с разноцветными цветами, от светло красных и голубых, до бордовых и темно-синих.       Слушали, как дует сильный ветер и раскачивает тяжёлые ветви деревьев и наслаждались пением птиц. Они чувствовали, как трава у их рук, нежно щекотали кончики пальцев, они вздрогнули от приятных ощущений. И вдыхали свежий воздух.             -Жизнь прекрасна. –сказала Лиззи.             -Это точно. –подтвердила Басма.       Лиззи вспоминала свой родной город, огромный и грязный, где там мало земли, шумный и воздух грязный. А сейчас, она здесь на поле на чистой земле, со свежим воздухом и расслабляющим пением птиц. Лиззи на удивление вспоминала это с отвращением и об этом ей хотелось поговорить с Басмой.             -Овечка, -начала она- можно с тобой кое чем поделиться?             -Давай.             -Ты хотела узнать, какой на самом деле мой родной город?             -Не особо, по самому названию этого города понятно, что он затопленный.             -Затопленный?             -Без души и зелени.             -С одной стороны ты права, а с другой нет. -начала рассказывать свою историю Лиззи с комом в горле- В моем городе есть зелень, но ее очень мало и им не особо насладишься. Да там есть пруд и есть полянка, но ты не чувствуешь там души самой природы. Воздух испорчен бензином и дымом из дымоходов. Мой город огромен и не тихий, там невозможно спокойно поспать. Ты все время напряжена после работы и из-за шума в городе, ты не можешь отдохнуть, но сейчас я здесь с вами и для меня словно рай, хоть и ненадолго.             -Но ты можешь остаться, в чем проблема?             -Да, но… Мой родной дом – это Нью-Йорк.       Басма грустно выдохнула и встала с земли. Внезапно, послышались стук копыт, арабка взялась за меч прислушиваясь. Верхом на черном коне, приехала Элоиза, прикрывшая свое лицо капюшоном.             -Басма, нам пора! I Templari stanno arrivando!       Сирийка собирала свои вещи. Лиззи обеспокоенно встала с земли и спросила Элоизу:             -А что такое?       Элоиза хотела ответить, но ее перебила Басма собравшая свои вещи.             -Нам нужно ехать в деревню, помочь жителям. А ты идешь домой, Элоиза подвези ее.             -А как же ты? –спросила Лиззи.             -Я сама добегу до дома, а сейчас иди!       Американка подбежала к Элоизе и запрыгнула верхом, приобняв итальянку со спины. Элоиза махнув уздечкой направила коня в сторону дома, конь заржал и аккуратно скакал вниз по горе.       Конь остановился около конюшни, рядом с домом уже ждали остальные девочки верхом на своих лошадей. София верхом на своем темном рысаке, опиралась о его плечи, пока тот съедал траву. Агнес верхом на своем каштановом чистокровном верховом коне, держала другую уздечку, на котором привязана арабская белая лошадь и на месте топчет землю, ожидая свою хозяйку. Лиззи слезла с лошади итальянки и подошла к Агнес, которая призывно помахала рукой.             -Лиззи, нам нужно ехать, так что оставайся дома и никуда не выходи! На улице стало опасно, -сказала Агнес, как раз Басма прибежала, а ее лошадь увидев свою хозяйку начала радостно ржала- выходим!       Кони с девочками скачут в сторону гор, оставляя пыль по дороге и следы от копыт. Лиззи осталась совсем одна, она зашла в дом. Первое, что ей было интересно рассмотреть этот алтарь. Она встала в огромный круг со странным знаком, пять маленьких кругов из красного мрамора, два справа, два слева и один посередине, где рядом расположен алтарная подставка там лежала огромная библия. Руки тянулись открыть эту привлекательную книгу, но не стала ее трогать и от скуки, продолжала осматривать весь дом.       Подойдя к лестнице, она заметила еще одну дверь. Подойдя к ней, она повернула старую скрипучую ручку, приоткрыв ее, она увидела только темноту. Открыв дверь до конца, она увидела дверь, ведущую в подвал. Оттуда пахло цветами и пылью, она взяла горящий факел рядом с этой дверью. Она спускалась по скрипучим ступенькам, медленно перебирая ноги по ступенькам. Дойдя до пред конец лестницы, оттуда горел уже свет, она поставила факел в канделябр и пошла дальше. Переступив последнюю ступеньку, она видит то, чего она не ожидала.       Свет шел из дыры над землей падал песок и пыль, свет падал на каменные надгробия, полуразрушенные, наклонённые в бок и рядом лежали свежие цветы. В надгробиях написаны имена девочек и даты. Даты смерти из каждых надгробий написано 1394 год. Она рассматривала каждое надгробье, там написаны имена на разных языках. В одном из надгробий написано: «Аделинда благородная, дата 15 августа 1377г – 17 сентября 1394г». Та самая девочка, о которой рассказывала Элоиза. В этом надгробий намного больше цветов, чем у других надгробий. Одно удивительно то, что подальше от маленьких надгробий, стоит большое надгробие и тоже с цветами, но только там лежала одна красивая красная роза. На этом надгробии написано: «Альтаир ибн Ла-Ахад, дата 11 января 1165г – 12 августа 1257г. Покойный отец и дедушка.» Прадедушка Басмы? Видимо, этот человек был важным для девочек и для самой Басмы. Об этом грустно думать. Она вернулась обратно в холл и забрала с собой факел.       Ей стало скучно, и она решила прибраться по всему дому, чтобы было чисто и подруг порадовать. Она направилась к колодцу с горячей водой. Наполнив деревянное ведро водой и прихватив с собой тряпку. Она начала отмывать каждую комнату во втором этаже, таща с собой тяжелое ведро с водой, она привыкла таскать тяжести, даже на второй этаж.       Она начала мыть кабинет Агнес, пока она мыла пол рядом со столом, она увидела из-под стола дверь сливающееся с белыми стенами. Она раньше не замечала эту дверь, так как ее очень трудно увидеть, не присмотревшись. Оставив тряпку с ведром воды, она осторожно подкралась к двери. Легонько покрутив ручку, дверь приоткрылась, оттуда шел легкий сквозняк. Через приоткрытую дверь, Лиззи увидела не заправленную кровать и разбросанные кисточки.       Она открыла полностью дверь и она увидела еще больше беспорядок, а перед ней стоял мольберт с готовой картиной. На нем изображена война, меж стражников и мирными жителями, а над ними летают ангелы. Агнес хочет этим сказать, что она хочет мира и любви, но люди никак не могут это исполнить. Для Лиззи, это картина выглядит пугающе. Оторвавшись от картины, она начала собирать кисточки, на кровати лежали раскроенные чертежи. Она рассмотрела их, на них изображена схема дома и конюшни.       В схемах нарисовано огромный особняк и большая конюшня с небольшим полем для прогулки. У Агнес столько планов, для создания комфорта и больше места для девчонок и для любимых лошадей. Она сложила чертежи и поставила на полку рядом с книгами, а маленькую кровать британки. Рядом с мольбертом стояло старое бордовое кресло, за этим креслом спрятано пару недорисованных портретов. В одном недорисованном портрете, нарисована девушка, точнее манекен девушки от макушки головы до груди. Еще один недорисованный портрет, это был нарисованный круг и пару знаков вопроса. И третий портрет – это не дорисованный Колизей, но почему они лежат в пыльном месте не дорисованные, задалась себе вопросом Лиззи и положила на место портрета.       Она вернулась в кабинет с ведром и тряпкой, и начала отмывать комнату Агнес, Пройдясь тряпкой по полу, на удивление пол был достаточно чистым, так что она ненадолго тут осталась. Закончив c уборкой в комнате, она направилась в комнату к Элоизе и Софии, она не разу не заходила в их комнату, но как только она зашла в комнату, она не стала заходить. Комната была обычная, две разделенные маленькие кроватки с одной старой тумбочкой в конце комнаты. Кроватки были заправлены, а пол сверкал от чистоты. Видимо Элоиза с Софией соблюдают частоту и это очень хорошо, так как Лиззи уже хочет от усталости лечь на чистый пол. Присев на скамью, покрытую красным пледом и устало раскинула руки на спинке скамьи. Руки болели от такой тяжести, а ноги дрожали от такого похода туда-сюда, с первого этажа на второй.       Передохнув, она взяла ведро с грязной водой и направилась к своей комнате, и через окно вылила эту грязную воду, а ведро с тряпкой отнесла обратно к колодцу.

Через два часа, после уборки.

      Лиззи за эти два часа, лежала на своей кровати и отдыхала. Послышались топот копыт, от чего она вздрогнула. Она выбежала из комнаты и со второго этажа в гостинице посмотрела через окно, кто прискакал к дому.       Девочки вернулись домой потрепанные и грязные. Лиззи спустилась к ним и поприветствовала их с радостью, девочки смотрели на американку с усталостью. Их одежда была вся в пыли и в маленьких пятнах крови. Они отнесли своих лошадей в конюшню, лошадь Басмы была царапина на ноге около копыта, что та хромала. Лиззи последовала за девочками в конюшню, она стояла около двери в конюшню, а девочки снимали с своих лошадей седла.             -А что произошло? –спросила Лиззи.       Девочки промолчали, словно не услышали ее вопрос, но Элоиза не сдержалась и ответила.             -На нас напали громилы, мы их разгромили, но они успели убить двух граждан. А стража графа, начали на нас нападать, хоть мы и пытались помочь. Мы теперь в розыске.       Элоиза сказала с такой тоской, что даже дальше спрашивать не стала. Лиззи вернулась к себе в комнату и грустно сидела на кресле.       Девочки разошлись по своим комнатам, а Басма осталась со своей лошадью и лечила свою кобылку. Арабка по-настоящему любит свою любимицу и сделает все, чтобы продолжала так же свободно скакать.       Через пару минут, Агнес зашла в комнату к Лиззи и молча присела на кровать. Лиззи со спокойным лицом смотрела на британку. Агнес начала свой разговор:             -Лиззи, ты заходила в мою комнату?       Лиззи, начала переживать и прижалась плотнее к креслу.             -Д-да?             Агнес заметила, как американка начала переживать, после этого вопроса. Она усмехнулась и ответила:             -Спасибо, что прибралась у меня, я хотела это сама сделать, но у меня не было времени. Труд — это хорошо, но еще лучше помогать другим.             -Да, я понимаю Агнес. Рисование, чертежи, во-общем много планов, так?       Агнес с уважением посмотрела на американку.             -Даже Басма боится мне это говорить, а ты держишься молодцом Лиззи. Кстати, -она достала из кармашка своего пояса серебряное кольцо с рубином и протянула Лиззи- вот прими это, как подарок.       Лиззи взяла кольцо и рассматривала его. На обратной стороне кольца, набит знак как в тронном зале.             -Это кольцо нашего Мастера, -начала Агнес- сейчас ее нет в живых, поэтому я дарю тебе ее любимое кольцо. Теперь ты часть нашей команды, хоть и ненадолго. –она грустно усмехнулась- Ладно, спокойны ночи.             -Спокойны ночи, Агнес.       Британка вышла из комнаты, прикрыв дверь. Лиззи еще раз рассмотрела кольцо, оно выглядело как новое, рубин блистал, а серебро отполировано сверкал на свету. Она рассматривала знак, до сих пор непонятный для Лиззи. Ей хотелось поподробнее расспросить Агнес, что же этот знак значит.       Ее мысли прервала Басма, она зашла в комнату с двумя ведрами горячей воды из колодца, она озлобленно смотрела на американку, пока таскала ведра. Лиззи заметила этот пронзающий злобный взгляд и спросила:             -Что такое? Почему такой взгляд в сторону меня?       Басма отрицательно покачала головой и вылила горячую воду в деревянную ванну, затем подвинула деревянную ширму и начала за ней раздеваться. Послышался всплеск воды, за отсвечивающей ширмой видно, как Басма мыла свои руки плечи и ноги. Лиззи, легла на кровать и обдумывала, что о чем спросить арабку. В итоге, она решила переспросить о ее злобное выражения лица:             -Так почему ты, не довольная такая?             -Со мной все хорошо. –ответила холодно Басма.             -Не-ет, ты мне говоришь не правду, овечка. Ответь мне честно, что произошло?       Басма промолчала и продолжала принимать ванну.             -Я от тебя не отстану, пока ты мне не ответишь. –чуть грозно сказала Лиззи.       У Лиззи было точно такое же лицо, как у Басмы, злобное и недовольное. Арабка чувствовала через ширму, ее недовольный взгляд, она знает американку, что та от нее не отстанет, пока не ответ на вопрос. «Ох уж эти неизвестные девушки» проговорила про себя Басма.             -Абха серьезно больна и к сожалению, она не будет меня больше вести.             -Абха? –переспросила Лиззи.             -Моя кобыла, она всегда мне верна, даже сегодня она была верна. –Басма грустно усмехнулась- Когда мы сбежали от стражи, она меня везла и даже не давала мне спешиться. А сейчас…       Послышался всхлипы через ширму, на лице арабки шли слезы вперемешку с теплой водой. Ей больно говорит о своих друзьях, а именно когда они серьезно ранены. Если они ранены, то и она будет ранена, душой. Лиззи тоже поучаствовала на себе грусть и тоже промолчала. Басма перестала плакать, она выдохнула и продолжила:             -А сейчас, она ранена и вряд ли, она сможет меня еще везти. Эта кобыла, еще досталась в подарок, от моего отца.       Лиззи начала обдумывать план следующего действия, она вспоминала, как лечить животных, но идей не было. Она только вспомнила, как она резала лягушку в кабинете биологии. Затем она начала курс, по безопасности, она помнит одну практику, когда человек порезался нужно применить несколько тактик.       Лиззи встала с кровати и с криком проговорила:             -Есть идея!       Как раз после крика Басма вылезла из ванны и вытирается хлопковым полотенцем, она выглянула из ширмы с интересом слушала американку, та развернулась к сирийки и проговорила с улыбкой:             -Похоже я знаю, как вылечить твою кобылу!       Басма с все еще интереснее смотрела на американку, та продолжила:             -Нам нужен жгут, хлопковое или льняное покрывало и антисептик.       Все что сказала Лиззи, Басма приняла как непонятно что, она спросила:             -А что такое «антисептик»?             -Ох, даже это вы не знаете. –Басма отрицательно покачала головой и начала одеваться- Что ж, объясню. Антисептик – это как легкий спирт, направленное на уничтожение микроорганизмов в ране, то есть он не дает ране гнить.       Басма снова выглянула из ширмы, но уже с восхищением смотрела на американку.             -Как его сделать? –спросила она.             -Я точно не знаю, но нам обязательно спирт и вода. Еще слышала, что нужен перекись водорода.             -Перекись водорода?             -Ох, -Лиззи шлепнула рукой по-своему лбу- даже это вы не знаете?       Басма покачала головой, а Лиззи начала обдумывать другой ингредиент.             -Может у Агнес спросить? Есть ли у нее идеи для приготовления этого чудо спирта? –предложила Басма.             -Да, но сейчас поздно.             -Завтра спросим, ничего страшного. Абха и не такое пережила, завтра точно с ней будет хорошо. Ведь ее предки помогали моему прапрадеду Альтаиру, победить всех врагов и не разу не подводили, судя по рассказу моего отца, а брат мой не верит в эти сказки, он говорил, что это чушь. –она вышла из ширмы в ночнушке- Говорил, что лошади — это глупые существа, которые едят, гадят и спят, а выполняют приказ человека, ряди вкусного сена. –она села на кровать и продолжала:- Но он дурак мой братец, не понимает, что лошади на столько умны, что могут понять человеческую речь. Один раз Амар это отец Абхи, лягнул моего братца, когда тот сказал коню: «Глупое животное», он легонько его лягнул, так что тот не пострадал. Как говорил мой прапрадед Альтаир, моему прадеду: «Не поворачивайся к коню спиной, иначе он не станет доверять тебе и в бою погибнешь», а еще он рассказывал…       Пока Басма рассказывала историю про своего деда, Лиззи изо всех пытается не выдавать себя и притворилась, будто в первый раз слышит это имя и в каждом слове она кивала арабке, пока та не сменила тему.             -В ванну иди, пока вода не остыла. –проговорила Басма.             -А?             -В ванную говорю иди, а то вода остынет, и ты будешь в холодной мыться.       Лиззи покивала и быстрым шагом спряталась за ширмой, а Басма легла на свою сторону и уснула крепким сном.       Вода все же остыла, а Лиззи недовольно буркая себе под нос начала мыться в ледяной воде, а когда закончила, она вылила воду через окошко, а потом, как маленький дрожащий зверек спряталась под одеяло и из-за тепла моментально тоже уснула крепким сном.