Всего хорошего,Мейсон

Саундтрек к главе : Too Late To Say Goodbye - Cage The Elephant

***

11:43 Солнечные лучи предательски целились в глаза . В номере пахло сигаретами. Кто-то курил всю ночь напролет. Мейсон проснулся и на миг ему почудилось, что он попал в ностальгический припадок. На душе было так спокойно. Впервые за очень продолжительный срок, Мейсону наконец удалось что-то почувствовать. Послужила причиной конечно же она. "Она. Она. Она. Где она?!" — Маргарет? В номере никого не было. Будто никто и не приходил. Будто никто и не становился причиной незабываемых воспоминаний и беззаботных снов. Будто никто и не заставлял его ничего чувствовать. Будто никто и не оставлял вмятину от своего маленького тела на мягком матрасе двуспальной кровати. Одиночество вновь незаметно подкралось из-за спины. Он снова один.Наедине с мутно - бордовыми стенами номера. Резко наступило чувство горечи и сожаления от упущенной возможности красиво закончить нескончаемую череду разочарований. Действительно ли человек, который хочет покончить с собой, должен выбирать красивое время, место и прочую херь? Скорее всего нет, думаю лишь те, кто не уверен додумывают причины и пытаются что-то подстроить. Однако нам не суждено предугадать, когда старушка смерть навестит нас. Мейсон прекрасно понимал, что теперь, он не сможет этого сделать. Он не сможет уйти без нее. Он обязан найти ее. Фантастическую, прекрасную, удивительную. Должен отыскать ее. Он приподнялся с кровати и грустно оглядел комнату. Ее нет. Осталось только еле ощутимое сладкое послевкусие ее дивного цветочного аромата. Зеленые занавески развеваясь только нагнетали атмосферу. На подушке остались ее волосы, светло-русые с оттенком рыжего. Мысли о ней наводили разочарование и тоску. Он вышел на балкон, чтобы начать и без того паршивый день с красных мальборо. Холодный мраморный пол вызвал разряд электрошока по всему телу, к счастью, ему удалось наконец разлепить глаза. На балконе лежали три опустошенных пачки. В пепельнице окурков стало в разы больше, сравнительно с концом вчерашнего дня. Однако, Мейсон необъяснимо сладко спал сегодняшнюю ночь. Это она. Она выкурила все. "Она растеряна. Растеряна так же, как я." — заключил Мейсон. Он швырнул пустые пачки в стену. Выражение лица сменилось гневом. О, наш мальчик снова оказался на грани. Мог ли он контролировать себя? Да черт его знает. Очевиден лишь факт, что Мейсон больше не сможет вести прежний образ жизни. Нет-нет, больше никогда. Никто ему больше неинтересен. Только Маргарет. Только Маргарет. Вернувшись в номер Мейсон начал стремительно собирать свои немногочисленные вещички. Запихивая бумажник в рюкзак, он заметил в нем что-то выпирающее. Любопытство взяло вверх и Мейсон заглянул внутрь. Там оказалось маленькое женское кольцо. Очевидно, оно принадлежало Маргарет. Аккуратное маленькое колечко располагалось прямо на дне бумажника. "Как оно здесь оказалось? Она его оставила?" Серебряное колечко с маленьким голубым камнем. Таким же голубым, как ее глаза. Мейсон оставил кольцо на прежнем месте, закрыл кошелек и поспешил удалиться из злосчастного отеля.

***

12:24 В Гайд парке было удивительно солнечно. Мейсон шел вдоль аллеи усыпанной пожелтевшими листьями. Люди сидели на скамейках и о чем-то оживленно разговаривали. Телефон резко завибрировал в левом кармане длинного черного пальто. На экране отобразился звонок от матери. "Она нашла записку. Она думает, что я мертв. Она звонит, чтобы проверить. Может не отвечать вовсе, сбежать и инсценировать свою смерть? Ответить? Успокоить ее? Сказать, что задержался в гребаной библиотеке?" У Мейсона было несколько секунд, чтобы решить, что ему делать дальше. Намечался отличный вариант, свалить отсюда подальше. Полиция конечно будет его искать. Денежные запасы были почти исчерпаны. Придумать очередное оправдание, казалось проще, чем скрываться от полиции без денег хер пойми сколько. — Ало, Мейсон! Где ты? Господи, сынок ты где? — ... — Мейсон! Мейсон, ответь мне! — Привет, мам. — Боже! Мейсон, где ты? Что за записка? Ты в порядке? Я так волновалась! — Я в порядке, мам. Записка - это просто... м, глупый розыгрыш ,я проспорил ,эм, с ребятами... вообщем, не бери в голову. — Мейсон! Где ты был всю ночь?! Если такое повторится! Это не смешно! Абсолютно. Где ты был всю ночь!? — Ну суть розыгрыша была в том, ну чтобы меня не было дома вот и ты бы нашла... Короче, мам, прости меня заставили. — Мейсон! Я не могу больше терпеть твоих идиотских выходок! Сейчас же домой! — Ага.

***

14:25 Кольцо поблескивало на солнце. Мейсон сидел на подоконнике и крутил утонченное украшение в руках. В окне виднелись крыши лондонских высотных зданий. Мыслей в голове не осталось. Исключением стали только мысли о Маргарет. И без того небольшая комната, словно сужалась и это еще больше давило. На фоне что-то пели о любви The Black Keys. Помещение превратилось в свалку забытых вещей. Полки лопались от количества виниловых пластинок, журналов и прочей юношеской фигни. Плакаты нависали один над одним, за ними уже и не разглядишь выцветшие бирюзовые стены. Исписанные школьные тетради со времен средней школы заполняли все свободное место в ящиках под столом. Один из тех случаев, когда внутреннее состояние хозяина комнаты, полностью отражается в интерьере. С прежней жизнью решено было покончить. И вот его рука уже близилась к заветной книге. Альбом был насквозь пропитан чувствами. Каждая страница была особенной. Каждая девочка увековечена там. Этот альбом — его личный храм. Он прошел вместе с ним через все. Всегда был рядом. Единственный близкий. Сжечь этот альбом было примерно равноценно убийству старого друга. Даже ,если этот друг: отвратительный, мерзкий, грязный, подлый. Даже если этот друг тянет тебя на дно. Несмотря на все это — он твой друг. Ты не можешь убить друга. Тем более, когда у вас еще остались незаконченные дела. Мейсон искренне хотел, но не мог. Маргарет он повстречал лишь вчера, а альбом с ним уже много дней. Оранжевая обложка уже порядком потрепалась. Красивый. Красивейший альбом для семейных фотографий полетел в стену. Вместе с глухим криком его владельца. Возможно ли тосковать по человеку, которого встретил меньше суток назад? Возможно-ли не находить себе места под бесконечными небесными просторами, лишь без одной крохотной души? Вероятно, - да. Так и чувствовал себя наш герой - встревоженно и потеряно. Когда чувствуешь себя подобным образом, правильнее всего - включить что-нибудь мелодичное и успокаивающее. Никак не душераздирающие песни о неразделенной любви и суициде. Успокаивать и помогать себе было против природы Мейсона. Против. Шло в разлад с его личностью. Личностью, которую он создал сам. Своими руками. Переписав свое прошлое и воспользовавшись всеми возможными ментальными ресурсами. Это было нелегко, поэтому противоречить своей выдуманной натуре он не имел никакого права, да и не хотел. 18:47 Подходя к запертой на замок двери, Мейсон надеялся, что она чудным образом откроется и он сможет выпорхнуть на свободу. Тем не менее дверь не поддавалась мольбам Мейсона и не собиралась открываться . В голове оставался один единственный вариант выбраться отсюда. Окно, к счастью, оставалось открытым. Надежд приземлиться мягко с четырнадцатого этажа не имелось изначально. Нужно было четко продумать план действий. В шкафах, наполненных всевозможным мусором вряд ли бы нашлось хоть что-то напоминающее плотные веревки или какой-нибудь карабин. Адекватные варианты подходили к концу. Осталась лишь одна, навязчивая идея - идти без страховки. Старая пожарная лестница находилась на расстоянии в три окна от комнаты Мейсона. Но придется пройти через кухонное окно и окно спальни. Наилучшим вариантом был бы факт , что мать не будет торчать перед телеком, а ляжет спать сильно пораньше. Жаль, что он не может ей ничего подсыпать, была бы возможность, Мейсон ни за что не упустил бы ее. И вот, белокурая голова показалась из окна многоэтажки. Риски присутствовали, и не малые, но ничего не могло остановить нашего безответственного юношу от безрассудного поступка. Правая нога аккуратно встала на бортик окна, затем левая, затем и весь корпус. Мейсон нелепо разместился по обратную сторону окна. Потные от страха руки, отчаянно сжимали край оконной рамы. До следующего окна было метра два, единственное , за что была возможность ухватиться - это ржавая водосточная труба. Мейсон крепко зацепился обеими руками за трубу, затем сделал шаг, второй. Он повис. Теперь единственное, что его держало были его , не столь накаченные руки и мысли о Маргарет. Медленно переставляя затекшие конечности Мейсон продвигался в сторону кухонного окна, мысленно надеясь, что матери там не окажется. Сдвиг, еще один, затем еще и вот Мейсон отчаянно хватается за карниз ступая ногами на подоконник. Мамы нет. Облегченный выдох. Он перевел дыхание, постоял еще пару минут и продолжил движение. Руки хотели отпустить трубу и . Мейсон задумался на мгновение. Подумал отпустить руки, лучше шанса не предвидится. Одна рука уже вот-вот бы отпустила трубу, но что-то щелкнуло внутри его каменного сердца. "Маргарет. Она. Нет. Нельзя. Никак нельзя." Руки только крепче сжали металлическую поверхность и нехотя продолжили перехватывать ржавчину. Окно. Свет горит, она в комнате. Одна нога бесшумно ступила на подоконник. Мейсон склонил голову вниз, чтобы приглядеться. Мать была в комнате. Она увлеченно разговаривала с кем-то по телефону, стоя спиной к окну. Невероятная удача. Он поставил обе ноги на подоконник. Последние пару шагов и он на лестнице. Нужно перевести дыхание. Секунда. Вторая. Прыжок. Мейсон ухватился за перекладину и перелез на пожарную лестницу. Он понесся вниз с умопомрачительной скоростью. Пару минут и он был на первом этаже. Свобода. Не переводя дыхания он помчался по холодной Рован роуд в одном только свитере, прямиком до станции Брэтфорд. Поезд подошел как раз вовремя. Двойное Дно. Наконец-то. Хэнк, как обычно стоял у стойки и ненавязчиво соблазнял какую-то блондинку. Мейсон незаметно подошел к барной стойке. — Привет, Хэнк. — Мейсон! Дружище! Восстал из мертвых? — Практически. — Рад тебя видеть! Расскажи как все прошло? Как там сотая? — ухмыльнулся Хэнк. — Это все, что тебя интересует? — прохрипел Мейсон. — М? — Я мог бы быть уже мертв, а ты спрашиваешь о том, трахнул ли я сотую? — Эй, дружище, полегче. Я просто интересуюсь. — Никакой я тебе не дружище. — прошептал Мейсон. — Так, ты кажется перепил. Поговорим завтра. — Я абсолютно трезв. Пришел, чтобы как-раз это исправить. — ухмыльнулся Мейсон. — Вот это уже совсем другой разговор! — улыбаясь сказал Хэнк. — Ирландский или шотландский? Хотя, я же знаю ответ. Мейсон опустошил рюмку крепкого шотландского виски и начал нелепо оглядываться по сторонам. Бар под завязку был забит людьми. Нельзя было даже свободно протянуть руку, в противном случае норовишь пихнуть какого-нибудь толстого британца, желающего хорошенько похмелиться и трахнуть кого-нибудь. В баре было душно, каждый второй курил. Толпа шумела. Кто-то смеялся, был слышен звон стаканов. Мейсон переместился от барной стойки ближе к окну, выходящему на безлюдную Уэнлок Роуд. Положа голову на ладони от скуки Мейсон принялся рассматривать посетителей, он знал многих из них. Грустный взгляд остановился на мужчине в синем поло, то был Альберт. Альберт - банковский клерк, заходит сюда каждый вторник и пятницу. Альберт - примерный семьянин для своей жены, однако, как и все мы, хранит свои тайны. Он стоял и увлеченно, попивая пинту светлого пива, рассказывал что-то человеку в черной кожанке. Человек в кожанке был Том. Том - бывший байкер. Ему уже далеко за пятьдесят, но он не может оставить увлечения молодости позади. Он приходит сюда, чтобы запить свою тоску по умершей жене и посмотреть на молоденьких девочек. За этими двумя в противоположном углу сидела девушка. Редкое явление для лондонского бара. Девушка в синем платье. С русыми волосами с оттенком рыжины. Девушка курила красные мальборо и прожигала Мейсона взглядом. "Маргарет!" Мейсон подскочил из-за стола. Разрывая руками толпу, он стремился к ней. Было абсолютно все равно скольким людям он создаст неудобства. Ему было все равно на правила английского этикета и приличия. Единственной целью была она. Он почти достиг ее столика, но на пути у него вырос двухметровый лысый мужчина. Мейсон посмотрел на него снизу вверх и жалобно сглотнул. — Сэр, извините, не могли бы вы... Мужчина лишь безразлично посмотрел на Мейсона и отошел в сторону. Мейсон бросил взгляд на столик за которым 40 секунд сидела Маргарет, но ее разумеется там больше не было. Мейсон в панике встал на стол и стал нервно оглядываться, чтобы рассмотреть всех посетителей бара. — Мейсон! Слезь со стола! — крикнул тому Хэнк. Оглянувшись еще раз пять, но не найдя того, кого искал , Мейсон спрыгнул со стола и направился к выходу. На улице начался небольшой дождь. Мейсон стоял под козырьком вывески бара в одном свитере и жадно вдыхал прохладный ноябрьский воздух. Прикрыв глаза на секунду, Мейсон почувствовал знакомый аромат. Цветочный. Тотчас открыв глаза, Мейсон осмотрелся. На противоположной стороне улицы , всего в пяти метрах от него, стояла Маргарет. Незаменимая, бесстрашная и утонченная. Она стояла там и выпускала сигаретный дым , облокотившись о кирпичную стену позади нее. Ее взгляд был направлен только на него. Она уставилась и хитро улыбаясь помахала ему рукой. Мейсон озадаченно поднял бровь, сделав вид, что не хочет перебежать улицу прямо сейчас, чтобы ее обнять. Она показала однозначный жест "за мной" и неспешной походкой начала движение вдоль улицы. Мейсон оторвался от стены и устремился вслед за Маргарет. Обогнав ее, он повернулся к ней лицом, продолжая идти спиной вперед. — Ну здравствуй, мисс-загадка. —Ну привет, мистер-я-не-думал-о-тебе-весь-день. — Я не думал. Я размышлял. Почему ты сбежала? — Я не сбегала. — Да что ты? По твоему свалить посреди ночи, выкурить все мои сигареты, ничего не сказать и не оставить даже записки, это называется не сбегать? — Прости, не предполагала, что должна отчитываться перед незнакомцем! — Незнакомцем значит. — он остановился и устремил на нее иронично-вопросительный взгляд. — Ну да, незнакомцем. — сказала Маргарет и тоже остановилась. — Тогда что же ты здесь делаешь, незнакомка? — Пытаюсь помочь знакомому незнакомцу. — улыбаясь заключила Маргарет. Мейсон прыснул со смеху. — И с чем же ты собираешься помочь своему знакомому? — С решением его проблемы. — Какой из? — Видишь ли в чем дело, мой знакомый — полный идиот. Он хочет закончить свою жизнь, не понимая своих истинных мотивов и всего безрассудства данного действа. — О, да ты считаешь его полным придурком? — Похоже на то. Ну так вот, моему знакомому срочно требуется помощь, иначе он может совершить множество ошибок. Понимаешь, о чем я? — Смутно, но продолжай. — с сарказмом сказал Мейсон. — Мейсон, я серьезно. — Серьезно, как ты нашла меня? — с ухмылкой спросил Мейсон. — Это несмешно. —Конечно несмешно, моей жизни грозит опасность, за мной следит сумасшедшая девчонка! — рассмеялся Мейсон. Маргарет посмотрела на него осуждающе и поспешила вперед. — Стой! — Выкрикнул Мейсон догоняя Маргарет. — Ладно-ладно, прости меня. Просто все темы касающиеся меня — не самые приятные темы для обсуждений. — Я просто пыталась помочь. —Ладно, и как же ты собиралась мне помочь? — Найдем местечко потеплее? Кажется, это будет долгий разговор...