Venus

5.

      Где я? Кто я? Что со мной случилось? Как я оказался на этой странной планете? Такие вопросы я задавал себе, глядя на собственное отражение в мелкой серебристой речушке. Ветряные ряби играли в воде. Я видел крошечных рыбок, плывущих по течению. Моё отражение размывалось, когда речка усиливалась и начала течь быстрее, сильнее. Я поднимал голову и видел прекрасный светло-бирюзовый небосвод. Дышал полной грудью. Какой свежий воздух…       Со временем моя память возвращалась. Я – тот самый космонавт, которого выбрали для полёта на Венеру. Моя родная планета погибла от огромного пламенного метеорита. Я улетел на космическом спасательном корабле. Со мной была космонавтка по имени Марта, умершая через три месяца по неизвестным причинам. Во время посадки корабль попал под метеоритный дождь. Я должен был умереть, но… этого не произошло. В голове начали обрисовываться странные воспоминания. Тёплая молочная вода… нежные руки, обнимающие сзади… раны, что затягивались на глазах… женский голосок.       Неужели я на Венере? На уроках астрономии нам показывали снимки этой планеты. Ярко-канареечный, местами огненно-оранжевый шар. Поверхность – сплошная каменистая пустыня с коричнево-жёлтыми оттенками. Высокие равнины, изредка встречались горы. Но тогда откуда поляны? Откуда такой свежий воздух? Я точно попал в Венеру?       Я продолжал сидеть у речки, лёг на живот и засунул палец в прохладную воду. Рука разрезала речную гладь на две части, став неким рифом или скалой. Рыбки держались у краёв, боясь столкнуться с пальцами. Чья-то тень легла на меня. Я вытащил руку из воды и обернулся. Она…       Она стояла, застенчиво убрав руки за спиной. Милая улыбка не сходила с её бледно-розовых губ.       – Ты уже подумал?       – Да, я подумал. Спасибо, что дала… мне время.       – Хахах, глупый, – засмеялась она и закрыла рот рукой. – Вставай уже…       Я с неуклюжестью приподнялся и посмотрел на смятую подо мной траву. И тут же на моих глазах она встала дыбом и вернулось в целое состояние. Сдавленные ромашки выпрямились, упавшие с неё лепестки взлетели и вернулись к цветочной сердцевине. Я застыл, глядя на это чудо…       – Боже… Что…       – Ты в шоке, да? – Она встала рядом со мной и коснулась пальчиками моей ладони. От испуга и неожиданности я убрал руку и засмущался.       – Эм… Что это было?       – Мм, ты о чём? – Она заглянула мне в глаза, но я старался не встречаться с ней взглядом.       Я поглядел на речку, где плескались и плыли рыбки.       – Это не единственное, что я могу, – сказала она и указала пальцем на горизонт. Я посмотрел туда же, что и она. – Смотри внимательно…       Ровная даль, цветочные луга и поляны с высокой и щекочущей травой. И тут на горизонте с грохотом и шумом поднялись горы. Я замер, сдерживая удивлённое оханье. Горы росли из земли, тянулись к небу, заостряли свои вершины.       – Видишь? Я могу продолжить, и гора исчезнет за облаками и даже выйдет в космос, но не стану этого делать. Знаешь ли, горы не так эстетичны, как луга и поляны. Обожаю равнины и степи. Пф, не то что горы…       После её слов могучие горные хребты, тянущиеся до облаков, покрытые снегами, начали уходить под землю. Сопровождалось это громким каменным треском. В конце земля стала ровной – никаких гор – и покрылась мягкой, шелковистой травой.       Я стоял с разинутым ртом и не мог передать своих чувств. Лишился дара речи. Кто же она такая? Я сплю? Что происходит?       – Не удивляйся, дорогой. Это ещё немалая часть из того, что я умею. Я могу создать штормы, грозы, водяные бури, затопить всю планету… А могу и сотворить нечто прекрасное и светлое: построить красивый ландшафт, сделать водопады, чудесные пейзажи и картины природы. Я могу здесь почти всё, кроме создания жизни… Я могу населить здесь зверей, птиц и насекомых, но не людей. Поэтому мне так одиноко, милый, – она прижалась ко мне и приобняла.       Я с аккуратностью отстранился, и её глаза за секунду стали грустными. Они будто говорили: “Почему ты отстраняешься? Что такое? Я что-то неправильно сделала? Почему ты такой холодный и отстранённый?”.       – Кто… ты? – с трудом выдавил я, глядя на собственные босые ноги.       – Я – Венера. Я сама планета, которая долгие годы скрывала от людей свою истинную сущность. Они думали, что я не пригодна для жизни. На самом деле, я боялась, что они могут меня испортить. Точно также они испортили и Землю своими войнами, промышленностью и мусором… А я… не хотела этого, но при этом чувствовала себя очень одинокой. А ты… космонавт, которого отправили с Земли. Земля погибла, и мне очень жаль. Я бушевала, плакала штормами и грозами. Со временем успокоилась. Я ждала тебя, дорогой… Ты чуть не умер, приземлившись ко мне… Я вылечила твои раны.       Она взглянула мне в глаза и притронулась ладонью до моей грубой, щетинистой щеки. Я стоял ровно, не дёргаясь, как этому учили космонавтов при построении. Венера такая ласковая и заботливая… Я не мог посмотреть на неё, ведь боялся собственных же чувств. Сдерживался изо всех сил, пытался погасить и убить в себе эту любовь к планете. Почему? Зачем я сдерживаюсь? А потому, что меня с самого детства учили, что любовь – ненужное, лишнее чувство. Мне стало это чуждым, и я продолжал жить с такой установкой. В спецшколе космонавтики, где каждый день учёба, тяжёлые тренировки и испытания, эта мысль усилилась.       Я засматривался на девочек и даже влюблялся, но старался поскорее убить в себе любовь. Я будто брал скальпели и хирургические ножницы, чтобы высечь это. Сам не замечал, как разрушаю душу, уродую её, оставляя незаживающие шрамы и грубые толстые швы. “Любовь не нужна… любовь лишь приносит страдания” – шептал я через слёзы, прижимаясь влажным лбом к холодной стене.       Меня мучала очень сильная любовь к одной девушке, что училась со мной в спецшколе. В итоге я убил в себе это чувство, и огромная пустота зияла в душе. Я не знал, чем её наполнить, и жил, мучаясь от боли. Да, боль возникает не только во время любви, но и после, когда ты её подавил.       Неужели и сейчас я буду подавлять это, когда действительно влюбился в целую планету, что спасла меня, когда умирал?       Ещё одна мысль мучила меня… Я ведь чужой. Я космический странник, плутавший по космосу на корабле. Неужели я могу просто войти в её жизнь, когда недавно навсегда попрощался с родной планетой? Нет, я чужой и не могу принять её. Лишний человек.       – Прости… я… – глаза наполнились горькими слезами. Я развернулся, чтобы побежать, но… она остановила меня.       Венера схватила за руку, обняла и прижалась щекой к моей груди. Я чувствовал, как крепко её ладони сжимали мою спину. Её влажные слёзы промочили футболку.       – Не плачь, пожалуйста… Тебе плохо, я знаю… Ты потерял родную планету. Я готова помочь тебе…       Я застыл после её слов. Пересилив себя, я прошептал:       – Ты мне поможешь?       – Да, – сказала она с таким милым тоном и кивнула.       Мои руки опустились на её плечи. Я никого не обнимал ни разу в своей жизни. Меня не обнимали, а она… с такой лёгкостью это сделала.       – Мне не надо помогать.       – Нет… надо. Я… – она замешкалась, но сумела произнести. –...люблю тебя. Я готова помогать тебе, заботиться, ухаживать, даже если ничего не получу в ответ. Мне не надо ничего от тебя. Дай мне просто возможность любить тебя, и всё.       Я тоже обнял её, чувствуя нарастающее тепло в груди.       – Почему ты так происходит?       – Я была одинока всё это время. У меня была возможность впустить людей к себе и показать всю свою красоту и внутренний мир, но… я боялась, что они просто используют меня. А ты… чёрт, а ты какой-то другой. Я не хотела полюбить человека. Просто ждала, что со мной будут общаться… Но… для меня это тоже новое чувство. Я… просто люблю тебя без причин. Вот и всё. Дело даже не в том, что я мучилась от одиночества, ожидая людей. Нет. Я мечтала о лучшем парне, как бы странно это не звучало. И я такого нашла и просто хочу любить. Мне не нужны причины, чтобы любить тебя, ведь я итак знаю, что ты… самый лучший.       Я обнял её крепче, положив голову на плечо. Потеряв всё человечество, близких, родных и родную планету, обрёл нечто более ценное.       – А если я… не смогу принять твою любовь? Твою неземную любовь…       – Мне бы хотелось взорваться, но я не буду этого делать. Я люблю, не требуя ничего взамен, – прошептала она и погладила пальцами мою спину. Закрыла глаза, втянула воздух в ноздри и выдохнула. – Такой приятный и родной запах. Ах, ты такой тёплый. Целая планета хочется согреться в твоём тепле.       – Моя любовь закована глубоко в сердце… смогу ли я высвободить и дать её тебе?       Я отстранился и вышел из объятий. Она стояла, с недоумением глядя на меня. Я посмотрел на её тёмно-медные глаза и увидел широкие кратеры зрачков. Они медленно увеличивались. Венера застыла, гадая, что я сделаю. Её нежная, хрупкая изящная ладонь потянулась ко мне. Я отвернулся и посмотрел на малиновый горизонт. Она в состоянии создать горы, водопады, целые острова и коралловые рифы. Но кто же я рядом с ней? Услышал медленные и почти беззвучные шаги. Трава мягко шуршала под её маленькими босыми ногами. Я продолжал изучать алеющий горизонт. Она прислонилась щекой к моей осанистой спине и обняла, обхватив руками торс.       Вот мы и продолжали стоять, глядя в рыжее, багрово-кровавое сияние солнца. Человек и планета. Стояли и любовались уходящим днём, пока всё не погрузилось во тьму… Она перестала обнимать меня, встала передо мной. Что она задумала?       Кромешная тьма… я ничего не видел. Она схватила меня за шею, и я почувствовал влажные губы. Короткий поцелуй в подбородок. Она не дотягивалась до меня, поэтому привстала на носочки. Я ощутил страстный поцелуй в губы. Мои ладони на доли секунду застыли в воздухе и через мгновение легли на её талию. Я прижал Венеру к себе и продолжил целовать…       Конец...