Пролог. "Сжигая чувства"
8 марта 2021 г., 15:35
357 лет
Парня в элегантном костюме проводили в залу трое слуг. Шурша дорогой одеждой он сел за большой стол. Один. Перед ним поставили салат. Через пару минут еще один скромно одетый мужчина внес суп с плюшкой. Отложив в сторону пеструю тарелку с недоеденными овощами парень с жадностью оторвал кусок от булки, положил в рот и преподнес к губам ложку с горячим, красным супом. За секунду в помещение влетел важного вида человек: — Ваше Высочество, придворная ведьма срочно вызывает Вас в покои Наблюдателя — тон был довольно взволнованным. У парня дернулась рука и он вылил на себя содержимое ложки. Горничные стоявшие неподалеку тут же кинулись вытирать одеяние молодого человека. Но он как будто не обратил внимание. Парень выбежал из обеденного зала, оставив напрягшихся слуг наедине с самими собой. В проплывающих мимо зеркалах отражалось юное лицо парня бегущего по коридору. Еще пару лет назад эти стены ловили звуки смеха, юного Смотрителя, чей шаг сейчас ускорялся с каждым разом в попытках дойти и услышать хорошие новости. Парень распахнул двери в покои отца и тот взгляд, с которым его встретила ведьма лишил Его Высочество последней надежды. — Грей, ему совсем не хорошо, — ведьма жестом пригласила парня подойти ближе, но этого не требовалось. Он уже вставал на колени рядом с кроватью отца. — Пап, почему так рано? Ты же обещал, что все будет хорошо! — Грей, все Наблюдатели уходят быстро, такова их судьба, — перебила его Элла. — Я тебя не спрашивал! — Сын, послушай Эллу, — сказал Наблюдатель смотря в пустоту. Зрение его уже совсем подвело, — Тебе предстоит унаследовать эту судьбу. Это очень важная для народа роль. Без нас, магия перестала бы жить в их сердцах. — Ну и что? Если от этого зависит твоя жизнь, то лучше бы магия никогда не существовала. Его Величество приподнял трясущуюся руку и хотел было погладить сына по макушке, но именно в этот момент его Эрни исчерпала себя и безвольная рука упала на голову нового Наблюдателя. Пронзая тишину вздохнула ведьма Элла и поймав на себе взгляд полный ненависти и отчаяния медленно удалилась из комнаты. Через два дня состоялись похороны. Попрощаться с великим правителем пришло пол стороны. Грей смотрел на них с презрением. Все эти люди даже не могут представить, насколько тяжело ему в эту минуту. Все они пользовались его отцом, а сейчас строят грустные лица. Грей все еще не мог поверить в то, что больше не будет тех вечеров, когда они вместе пили чай и читали книги о истории стороны, когда они ездили на охоту и возвращались домой гордые, с хорошей добычей. Больше нет человека, который играл с ним в войнушку, который несмотря на важные дела всегда успевал уделять время сыну. И тут юный Наблюдатель вспомнил о своем наследнике. О маленьком, годовалым мальчике, что сейчас жил со своей матерью в окрестностях курортного городка рядом с морем. До них наверное только дошло известие о том, что теперь они сын и жена нового Наблюдателя Хёршафта. Спустя неделю Влада и малыш приехали домой во дворец. Как только ребенка уложили в его позолоченную кроватку, Грей пришел в покои жены и преисполненный желанием увидеть свою единственную семью тихо подкрался к люльке и улыбнулся своему чаду. Мальчишка сверкая карими глазами улыбнулся во все семь зубов. Он даже не представляет, что совсем скоро, через примерно двадцать лет, его отец умрет. Что же он, этот маленький и беззащитный кроха, будет чувствовать? Такую же боль и разочарование, какую испытывает сейчас Грей? Это же так несправедливо. Почему в других домах отцы доживают до глубокой старости? Почему должна страдать именно самая высокопоставленная семья во всей стороне? Грей мягко развернулся на одних каблуках и подойдя к двери и сжав руки в кулаки настолько сильно, что на ладонях остался след от ногтей, твердо заявил: — Нет! Такое больше не повториться в нашем роду! — Ты о чем, дорогой? — Влада медленно подошла к Грею и обняв его, положила голову ему на плечо. Молодой человек расслабил мышцы и спрятал руки жены за своими крепкими ладонями. Ласково погладил ее нежные пальцы и улыбнулся своим мыслям. — Скоро узнаешь, — он развернулся, — скоро все узнают. В ближайшее время Его Величество издал новый указ и глашатай выйдя на главную площадь Хаапстада зачитал следующие: «Я, Грей Осман, правитель нашей стороны, обладая всеми полномочиями Наблюдателя и находясь в здравом уме, издаю указ о том, чтобы все предметы связанные с магией были немедленно сданы для обработки, очищения от негативных эмоций. Профилактические работы совершаться на этой же площади через две недели, когда со всех городов нашей стороны съедуться все амулеты, учебники и так далее. Всех Освященных я так же приглашаю сюда, для помощи в проведении обряда очищения. На сем, заканчиваю документ и откланиваюсь, искренне Ваш, Грей Осман.» Через две недели, как и было указано Наблюдателем, на центральной площади Хаапстада собралось по меньшей мере несколько сотен тысяч человек. Возраст был совершенно разным. Где-то кучковались компаниями подростки, кое-где поодиночке сидели взрослые, встречались молодые мамы и седые мужчины. Многие выглядели уставшими, потому что приходилось добираться с другого конца стороны на поезде с шумными соседями. Бодрые люди были либо сами из Хаапстада, либо имели богатых родственников способных обеспечить более комфортабельные условия. Но несмотря на такой разнобой все неразличимо быстро отреагировали на появление на помосте Наблюдателя и женщины в белом плаще. — Приветствую вас, Освященные Эйнсама. Меня зовут Грей Осман, это, — парень указал на женщину, — Элла, придворная ведьма. Многие возможно знакомы с ней, так она ведет множество курсов по повышению магической квалификации. Некоторые стали аплодировать. Эти люди выглядели довольно счастливыми и благородными. Видимо эти семинары все-таки кому-то помогли. — Все вы знаете зачем мы здесь собрались, — продолжил Грей. «Чтобы надежда моей семьи засияла ярче вашей веры в магию» — Я, Элла и все вы! Мы вместе поможем избавить всю нашу сторону от негативных эмоций! «Я наконец смогу успокоиться, и больше не волноваться за своего сына» — Прошу Вас сойти с круга, начерченного мелом, на середине площади. Народ начал медленно разбредаться и становиться окружностью рядом с белой полосой нарисованной поверх серого камня. Молодые помогали не самым подвижным старикам и инвалидам отойти чуть подальше от полосы. В этот момент около виска Эллы сверкнуло несколько искорок и тут же поверхность круга двинулась и поползла вверх. На площади появился огромный прозрачный цилиндр со всем тем, что насобирали жители за две недели. Там виднелись маленькие коробочки, огромные книги, посохи, даже комплекты оружия. Все это теснилось и было готово сломать стекло в любой момент. Настолько много всего там было, что место отводимое специально для этого кончилось и несколько горок вещей лежали чуть поодаль от помоста. — Элла, — снова привлек к себе внимание Грей, — теперь настало время выполнять наш уговор. «Видят духи, не хотела я этого делать. Что же будет с нашим народом после этого? Но я не смею отказать ему» — ведьма исподлобья посмотрела на Его Величество и возвысила руки над головой. — Представьте, как вы сжигаете все плохое, что могло накопиться в вас за эти долгие годы. Вообразите, что языки пламени медленно забирают в свое распоряжение те обиды, огорчения что хранятся в вас. Все что наводит на вас печаль, отчаяние и одиночество исчезают в невероятно горячем огне. Рядом с висками Освященных собравшихся на площади стали появляться маленькие искорки. У кого-то они были совсем тусклыми, у кого-то около головы казалось вот-вот зажжется настоящий огонь. Если бы сейчас был вечер, то фонарщику не понадобилось бы выходить на работу. Улицы столицы засияли магическим светом. — Представьте, что все ваши враги перестают желать вам зла и преклоняются перед вами, как все мы склоняемся перед могуществом Эрни живущем в нас самих, — продолжала Элла. После этих слов Грея передернуло и он стал воображать себе другую реалию, в которой все магическое существо в его стороне покоряется ему, а он стоит гордый и непреклонный, как единственное уцелевшее после грозы дерево во всем лесу. Элла тоже начала колдовать. Только теперь искры вспыхнули в цилиндре. Все находящееся там стало полыхать до самого неба. Дерево и бумага сгорели быстро, почти моментально, а вот металлические доспехи и украшения медленно плавились и давали понять людям, что они натворили. Кто-то тихо отступал назад, были и те, кто стремительно рванул к горящему столбу. К содержимому никто не мог попасть. Горела целая эпоха магии. — Элла, — рявкнул Наблюдатель, — сейчас! — Да, Ваше Величество. Несколько людей находившихся поближе к помосту где стояли двое, ужаснулись и с криком попытались увести остальных Освященных с площади. Но было уже поздно. Ведьма щелкнула, украшенными массивным кольцом с головой орла, пальцами и ее шею обвило светящееся кольцо, словно пытаясь задушить Эллу, и разлетелось мелкими крупинками на всю сторону. Пронзительные лучи проникали в само сознание и меняли основоположные знания об этом мире. Всех ослепил выжигающий свет и заставил на некоторое время застыть на месте. Крики замолкли и наступила тупая тишина. Ее разрушил скромный кашель Наблюдателя. Все на площади обернулись к нему и подтянулись поближе к помосту, где гордо возвышалась фигура юного Грея и жалко тряслась его тень в лице до этого статной и величественной колдуньи. — Обряд прошел успешно, вы все молодцы, дети мои, — Грей скромно склонил голову и провел рукой в сторону замка, — ну, а теперь нам пора возвращаться домой, нас ждут на чай.
