Count to a hundred

      Сириус несколько раз оборачивается, высматривая средневековую ведьму в теле Марлин. Она его не преследовала, хотя МакКиннон именно это и делала. Какая бы ситуация не произошла. Парень остановился, помотал головой, отгоняя ненужные мысли, снова пошел, чертыхнулся и остановился, обернувшись. — Какого Мерлина, я вообще этим занимаюсь?! — Выкрикнул гриффиндорец. Эхо подземелий повторило за ним эти слова несколько раз. Несколько минут тишины, после которых он срывается с места в сторону гостиной факультета, наплевав на все.       Блэк никак не мог понять, что это была за реакция такая. Конечно, омела под Рождество — ничего особенного, девчонки частенько затаскивали его под нее, чтобы поцеловать. И неважно для кого она там появилась.       Целовать Марлин МакКиннон — было последнее, что он сделал бы в своей жизни. Сириус уже давно это понял. Навязчивость этой девушки поражала, порой, не только его, но и других. Ее поднимали на смех за некоторые действия, лишь бы быть рядом с Блэком. Могло даже случится так, что началась драка между девчонками. Да и вообще, ей ведь достаточно было и Регулуса, который всегда поддержит, успокоит...       Парень сам не понял, почему все снова свелось к этой парочке и дикому раздражению. Но эти двое точно стоили друг друга.       Назвав пароль и проигнорировав причитания от портрета, брюнет вошел в гостиную и сразу же заметил целующихся Джеймса и Лили на диване. В голове мелькнула мысль о том, что Регулус мог также утешать Марлин. Беспардонно Блэк влез между друзьями и спокойно уселся, нисколько не обращая на негодование лучшего друга. Тот все равно ему задолжал за этот вечер. — Чем занимаетесь, ребята? — Счастливо улыбнулся он, посмотрев сначала на Сохатого, а потом на Эванс. В отличии от практически кипящего друга, рыжеволосая была полностью спокойна и даже улыбнулась ему. — Бродяга, ты... — Как вечер с Марлин? Чем вы занимались? — Медленно, но верно, до Сириуса дошло, почему Лили была такой доброжелательной — она просто уже придумала месть. Рядом послышался довольный хмык. — Марлин варила зелье, поэтому я поспал, пока она что-то там творила, — пожал плечами, надеясь, что никак не выдал накатывающее волнение. И действительно, разве они сделали что-то не так? Подумаешь, приписал МакКиннон то, о чем она даже не задумывалась. — Это, конечно, хорошо, но где она сама? — Идет сюда, наверное. — Ты что, оставил ее ночью в подземельях, которое кишит прихвостнями Волан-де-Морта?! — Вот теперь Эванс готова была метать молнии, а до Бродяги суровая реальность дошла только сейчас. Он настолько разозлился из-за поведения подруги, что забыл о цели, которую преследовал, когда остался с ней наедине. Сириус должен был присмотреть за ней и защитить в случае чего. — Надо найти ее скорее! Вдруг что-то случилось?! Джеймс! — Да-да, иду за картой, — гриффиндорец, устало выдохнув и оставив надежды на продолжение романтического вечера, встал и поспешил в комнату для мальчиков. А то мало ли, опоздает на пару секунд и вовсе может забыть о собственной девушке. — Я ненавижу тебя, Бродяга. — Выкладывай, пока его нет, — прямо обратилась к парню гриффиндорка. Тот в ответ нахмурился. Рассказать можно было то, что сам понял, чтобы никто не сделал ложных выводов. А он... ни черта не понял. — Что она сказала тебе? — Ничего. — Да? Это на тебя совершенно не похоже. Из-за чего ты злишься? — Я не злюсь! — Лили выразительно подняла боль, как бы говоря этим: "А сейчас ты что делаешь?" Блэк недовольно покачал головой и встал, направляясь в спальню. — Неважно. Я спать. — Чего он такой нагруженный? — Спускаясь, спросил Поттер. Его девушка закатила глаза, поражаясь мужской недогадливости. Гриффиндорец сел рядом с рыжеволосой и открыл карту, но когда собирался ее активировать, портрет открыл дверь в гостиную. — О! МакКиннон, мы тебя искать собирались, как раз. — Не сомневаюсь, — девушка бросила взгляд на карту, после чего перевела на двух влюбленных. — В Хогвартсе часто распускается омела? — Как правило, под Рождество. А что? — Омела пригодится для многих моих зелий. Еще из нее можно сделать амулет от темных сил, — блондинка демонстративно достала из сумки пакет с веточками омелы, на которых были белые ягоды. — Над нами выросла омела. Я попросила Сириуса подсадить меня, а он смутился и сбежал. — Бродяга... — Джеймс посмотрел на рыжую с улыбкой. — ..смутился? — Таким же взглядом Эванс одарила своего парня, после чего они засмеялись вместе. Марлин нахмурилась, не понимая, что такого сделала не так, что все странно реагируют, и просто убрала свою "золотую" находку обратно в сумку. — Ты ведь знаешь, что делают под омелой, правда? — Да, но у меня и в мыслях не было соблюдать эту традицию. Вряд ли Блэк подумал, что я домогаюсь его, — гриффинорка уже последовала к лестнице, но на половине пути обернулась и посмотрела на двух друзей, которые провожали ее взглядом. — Или подумал? — У него мозгов бы не хватило, — отшутился Джеймс, махнув рукой, тем и успокоив МакКиннон. Когда послышался хлопок закрывшейся двери, сокурсники посмотрели друг на друга с улыбкой. — А ведь омела в Хогвартсе распускается только над людьми, которые питают чувства друг к другу. — Не думаю, что Марлин знала об этом, потому и Моргана вряд ли догадывается. А вот Сириус, кажется, понял. — Да кто же его знает? — Он всегда так делает? — Что именно? — Отвергает очевидное. — Конкретно это он отвергает с четвертого курса. — Это точно будет долгий путь, — устало выдохнула Эванс, кладя голову на плечо парня. Поттер взял любимую за руку, на одном из пальцев которой поблескивало кольцо. Днем оно было невидимым благодаря специальным чарам, а по ночам показывало себя. — Надеюсь, до них дойдет до нашей свадьбы. Я хотела кинуть букет ей. — Ага, хватит Бродяге бродяжничать.

***

— В общем, он меня пригласил на бал! — Не скрывая восторга, произнесла МакДональд. Мы шли на завтрак, когда Мэри рассказывала нам с Лили историю о том, как капитан команды по квиддичу факультета Когтевран накануне пригласил ее на Рождественский бал, проводившийся меньше, чем через две недели. — А как же Ремус? — Ну, любовь приходит и уходит, а на бал одной идти не хочется, — мы вместе засмеялись. Гриффиндорки одновременно посмотрели на меня. — Только ты осталась без пары. — Не думаю, что вообще пойду. Пока все будут веселиться, у меня будет возможность побыть в тишине и спокойствии в гостиной. — Да ладно тебе, — закатив глаза, произнесла Лили. — Это наш последний год в Хогвартсе. Неужели тебе хочется такой замечательный день провести с книгой в руках, пока мы будем танцевать и веселиться? — Я не люблю танцевать. И не люблю, полные людей, помещения, — поморщившись, отвечаю я, хоть и понимаю, что если Марлин вернется в скором времени, то будет весьма опечалена тем фактом, что я пропустила такое мероприятие. Наверное, стоит себя пересилить. — Мы уговорим Сириуса тебя пригласить. — О, пожалуйста, только не это, — я останавливаюсь, как вкопанная, с ужасом представляя, что на это скажут другие. Да и сам Блэк явно будет не в восторге. Получится так, словно я сделала вид, что больше его не люблю, а потом сама же приняла это глупое приглашение на бал. Разлюбила, ага. — Мне одной будет комфортно, лишь бы только не с ним. — Думаешь? — Подруги с волнением переглядываются, наверняка, придумывая еще что-нибудь, что заставит меня пойти на бал. Впрочем, они уже добились моего присутствия на мероприятии. Их перебивает голос Слизнорта, который стремительно направлялся в нашу сторону. — Мы займем места, — киваю и с облегчением разворачиваюсь в профессору. С широкой улыбкой мужчина подходит ко мне. — Мисс МакКиннон, я весьма-весьма впечатлен Вашей работой. Сегодня утром я уже посетил свой кабинет и заметил, что зелье сварено идеально! — Гораций протягивает мне маленький пузырек с прозрачной жидкостью. — Я наложил чары на сосуд, чтобы он не разбился. Уверен, Вы используете зелье с толком. — Благодарю, профессор.       Я нахожу взглядом соседок, с которыми рядом расположились и мародеры, и направляюсь к ним, пытаясь придумать, как бы к себе прицепить это зелье, чтобы оно всегда было рядом. А потом натыкаюсь на шепчущихся Поттера и Эванс, и мне становится только хуже. Эти двое... хуже любых сводников. Ощущение, словно они думают, что у Сириуса действительно есть чувства ко мне. Ладно ко мне, а к Марлин?       Ну нет, я не позволю им свершить задуманное. — Ремус, у меня вопрос, — я прохожу дальше, чтобы сесть рядом с Люпином, а не Блэком, который бросил на меня какой-то неоднозначный взгляд. Врет Джеймс — он все не так понял. — У тебя есть пара на бал? — Эм, нет, — прожевав омлет, произнес тот, удивленный моим вопросом. — А собираешься пригласить кого-то? — Я собираюсь присутствовать там, лишь бы от меня отстали, — парень окинул своих друзей взглядом, точно говорящим, как обстояла ситуация. Я удовлетворенно кивнула и улыбнулась. — Будем присутствовать там вместе, лишь бы от нас отстали, — гриффиндорец даже подавился соком, я же посмотрела на удивленных Лили и Мэри. — Вы довольны, дамы? Я нашла себе пару на бал. — Я скучаю по Марлин, которая просто бы смирилась со своей судьбой, — уныло произносит МакДональд, а рядом сидящая подруга обреченно кивает. — Знаешь, я не такой хороший танцор. Тебе лучше будет с... Бродяга, у тебя ведь нет пары? — Ремус повернулся направо, где и сидел все еще недовольный всем и вся Блэк. — Не неси чушь. Я нашел себе пару еще в прошлом месяце. — Прошлый месяц? Ничего себе. Она должно быть затухла, ожидая своей очереди, чтобы пойти на свидание. А то ведь джентльмен Сириус появляется лишь по выходным и праздникам, в остальные — он просто грубый и неотесанный мужлан! — У тебя с этим проблемы, МакКиннон? — Парень, положив руки на стол, повернулся ко мне лицом, при этом выражая крайнюю степень раздражения. — Когда они касаются меня — да! — Также поддаюсь вперед, поворачиваю голову к нему и припоминая то, что мне сказали вчера. Он поджимает губы и на секунду даже смягчается... а потом все возвращается на круги своя. — А ты завидуешь? — Завидую? — Очень даже натурально смеюсь я и снова смотрю на своего оппонента. — Завидую несчастной девочке, которая после вашего свидания подцепит какую-нибудь венерическую болячку? Увольте, мистер. — Уж лучше так, чем проводить вечер в компании старой ведьмы. — Нет, ну это невозможно, — возвожу глаза к потолку, сдерживаясь их последних сил, после чего перекидываю сумку с учебниками и письменными принадлежностями через плечо и решительно покидаю Большой зал. — Марлин, а я... — на встречу бежал с широкой улыбкой Питер, но я взглянула на него таким уничтожающим взглядом, что тот побледнел и стух. — Я д-девушку приглас-сил на б-бал. — Мои поздравления.