ТРЭВИС, или как перестать быть личностью.

Время катилось к вечеру, 18:07. Парень был в саду (Как естественно для Чудовища было то, что сад был весь в розах) . Багряно-алые, под цвет белого бельгийского шоколада, нежно-розовые, похожие на Пионы Августа, из которых и делают Рахат-лукум, а также Жёлтые и оранжевые, как пламя камина в осеннюю пору. Розовый рай... Для нас да, а для Трэвиса - это идеальный кошмар. Не только из-за яркого смешанного запаха цветов, но и из-за того, что он мог унаследовать этот сад и быть его племянником. Миссис Би (маме парня) удалось избежать наследства из-за своего пола и мужа-человека, а у Трэвиса вряд ли есть эти преимущества. Надежда была только на Шона - если он жениться на Астории(ну... Если сможет ей признаться), то станет полноправным претендентом на наследство. А если Трэвис: то прощай чувство легкости и искусство. Привет бессмысленные упреки; здравствуй отсутствие креативности и добро пожаловать непривычное чувство мрака и дедовского лицемерия. Даже лозы роз ярко-мандаринового цвета, обвившие беседку сада, в которой и сидел Трэвис - напоминали цепи решетки в птичьей клетке. При мысли об этом - парень быстро закрыл свой альбом с набросками цветов, натюрмортов и пары знакомых. Он встал с лавки в беседке и направился прочь из этого рая для парфюмера. *** За столом Шон поглядывал на Трэвиса, подумывая о том, как попросить прощения за *звездочки* ещë плывущие у племянника перед глазами. - Шон, - Профессор Белль сидела в будто бы свадебном платье из кружевных розочек и свирлов (платье было больше нежно-бежевого цвета, нежели белого) и собрала светло-каштановые волосы в хвост по самые плечи. - Как у вас с Трэвисом с оценками? - У меня нормально, - Шон сказал правду. На уроке героизма - двоюродный дядя Трэвиса поднял парня с Земли и потащил в мед. пункт, а после опрокинул кофейный столик в классе, чтобы спасти двоюродную сестру дюймовочки (за это Оборотень дал ему и его команде дополнительные баллы, из-за чего Шон стал равняться Хоуку). - Вы и сами знаете, - вздохнул Трэвис, глотнув белого вина из графина. - Лучше бы провели экзамен... Чудовище резко ударил по столу с такой силой, что рагу из телятины, три мандарина, глинтвейн и салат из тунца (стол 3 метра длинной, я не смогу описать всë) подпрыгнули на 2 дм от стола. - Позорище, - фыркнул он. - Шон и то всю жизнь проныл в песочнице, но стал же героически сильным юношей! Шон покраснел, а Трэвис закатил глаза, желая, чтобы дед просто выколол его глаза вилкой, лишь бы не приходилось смотреть на эту показуху старика. - А ты даже не можешь просто уклониться и быть внимательней! В твоей голове только одни каракули! - продолжил Тренер Чудовище. - Почему ты просто... Белль поставила графин на стол со стуком. Все молчали. - Сменим тему, - пускай бабушка и смотрела на творчество внука по своему ценнично, но она уже видела, что Трэвис не в том настроении выслушивать это. - Вы можете, - ответил подросток, поставив чашку ванильного пудинга и графин вина на стол. - Простите, я не голоден... Трэвис ушёл из-за стола, а Шон посмотрел тому в след, как бы говоря: "Простиииии".