ТРЭВИС, или как перестать быть личностью.

Сидя в своей комнате (а точнее в комнате, которую выделили парню), Трэвис рисовал нарциссы, на которые недавно упал школьный дракон в трассе академии (те так визжали, что у Трэвиса чуть не лопнули барабаные перепонки). Он медленно водил грифелем карандаша по состаренной бумаге, имитируя стебель, а потом, перешёл на листы у нижней части стручка. Получалось красиво - как и всегда. Но когда Трэвис добавил тени и закончил с мелкими деталями, то он посмотрел на свой набросок. "Никуда не годится... " - когда подросток собирался выдернуть и скомкать лист из альбома - кто-то постучал в дверь. Немного поколебавшись, парень убрал альбом на край кровати, который чуть не утонул в мягкой перине. - Войдите! Шон медленно открыл дверь комнаты и слегка тупя прошёл до кровати племянника. - Как голова?.. - Могло быть и лучше, - Трэвис убрал альбом и отодвинул ноги в сторону, давая Шону понять, что он может сесть. - Что-то не так между тобой и Асторией?.. - Нет, - Шон присел на краю, словно был принцессой и продолжил: - Прости... Ну, знаешь... За то, что отвлек... Тогда. Трэвис с усмешкой хмыкнул. - Да ничего... А мне бы не мешало поздравить тебя с высшим баллом. Двоюродный дядя улыбнулся. Он ожидал любой негативной реакции, но не ожидал, что его простят за сегодняшнее. А Трэвис не особо хотел скандалить и счел это лишним. - Можешь показать, что у тебя сегодня? - А?- Трэвис взял рюкзак, который брал в Академию и начал рыться в переднем кармане. Как уже мы знаем - Трэвис хорош ВО ВСЕМ творчестве, а не только в рисовании, что и нравилось окружающим. Когда Шон ещё не был за границей (9 лет), то он просил Трэвиса приносить что-нибудь из своего, так как мало знал о земном искусстве. Чем только не увлекался парень: скульптурная лепка, гравировка плитки (когда Миссис Би попросила мужа седьмой раз сменить плитку в ванной, так как та уже чернела и покрывалась плесенью - то сын и батя затеяли ремонт, кхм-кхм: "Крупного" плана. Сын занялся гравировкой, а отец шпаклевкой), вырезание по мылу (чаще всего - по кастильскому) и прочее. Таланты можно определять бесконечно, а рассказывать историю я могу лишь на пару страниц. Трэвис достал завернутый в пергамент объект и отдал его Шону. Шон развязал узелок из шпагата¹* и развернул смятый лист пергамента. Это был кирпичик арахисового щербета с вырезанной в ручную надписью: "Not for sweet teeth"²*. Наверное, зря он его открыл - по комнате резко разошёлся приторный запах сжженного сахара и солоноватая нотка жареных орехов. Трэвису порой приходилось готовить самостоятельно (ну... Чтоб лишний раз не вызывать пожарных, а то мама у плиты - хуже женщины на корабле), а с надписями на мягкой карамели было труднее работать, чем с мылом, поэтому у парня был опыт. Шон собрался понюхать поближе кирпичик мягкой карамели и уже уткнулся носом в него, как Трэвис пустил смешок и сказал: - Это ЕДЯТ, - парень забрал у дяди лакомство и отломив кусочек, протянул его обратно. Двоюродный дядя положил в рот часть карамели и слегка сморщился от приторного вкуса, но потом проглотил и ответил: - Не плохо... Лучше рулета твоей мамы. - И почему я с тобой согласен?.. - Трэвис и сам отломил кусок, съев меньше Шона. Через минуты три, в окно что-то постучало. Парни переглянулись. Трэвис завернул и спрятал щербет в карман рюкзака, а Шон медленно открыл окно. Лунный свет залил комнату, объединяясь с тусклым от сквозняка светом свечи и в окно залезла почтовая Арфа. - Вам сообщение, - она порепетировала полтора минуты и сказала: - "Я, директриса Золушка заявляю, что завтра первым и вторым уроком будет проводиться экзамен, из-за смены обстоятельств. Прошу подготовиться до завтрашнего утра. Директор Королевской академии З. Золушка.