Из огня да в полымя

— Ни о чем тебя нельзя попросить, — слышит она со стороны окна вздох, полный наигранного разочарования.       Зора лениво приоткрывает глаз, смотрит, кого занесла нелегкая и почти не удивляется, узнавая в позднем визитере Хао.       Комнату она делила с Тамао, но девчушки сейчас здесь не было.       Никого в доме не было, кроме нее. Все ушли в кафе ужинать, а она сказала, что ее уже тошнит от морепродуктов, соевого соуса, и палочками есть — больше мучиться, так что лучше она останется дома и поспит подольше.       Уговаривать ее не стали — не успели. Анна поспешила увести всех; но у самых дверей Хоро бросил на нее многозначительный взгляд и тихо пообещал принести ей парочку гамбургеров. Чтобы не услышал Йо — он тоже захочет. Но Анна строго блюдет его диету. Друга обижать не хочется, но и порадовать недавнюю соперницу тоже будет не лишним.       Зора искренне поблагодарила Юсуи. — Ну так не просите, — раздраженно отозвалась Зора. Всю сонливость, как рукой сняло.       Варианта было два: либо ее пришли сюда убивать за бесполезность, либо… а что либо? — И вообще, чем обязана? У меня ни ковровой дорожки, ни банкета для столь высокой персоны.       Хао усмехнулся. — Обойдемся пока без этого. Я здесь по-другому поводу. — Мне стоит бояться? — прищурилась Зора, садясь. — Не только тебе, — серьезно говорит Хао. — Всем. — Приму к сведению, — кивнула она. — Кстати, все хотела спросить: кем вам приходится Йо, что вы так о нем беспокоитесь? — Это не твое дело, — все с той же ужасной добродушной улыбкой, ответил он. Правда в голосе все равно проскользнули предупреждающие нотки. — Не мое, так не мое, — пожимает она плечами.       Хао щурится, глядя на нее, и Зоре совсем не нравится этот взгляд. — Садись, что ли, раз пришел, не стой, — она кивком указывает на соседнюю кровать. То, что она в очередной раз стала мешать формальную речь с неформальной осталось без комментариев.       Но Хао приглашением не пользуется. Он подходит к ней, замирая напротив. Зора вскидывает голову, так и продолжая сидеть, не меняя расслабленной позы, но смотря настороженно. — Скоро начнутся групповые поединки, — говорит он. — Я наблюдал за тобой, и мне показалось, что из тебя может выйти толк. Я предлагаю присоединиться ко мне. — Так толк уже давно вышел, — ослепительно улыбнулась Зора, игриво прикусив зубами кончик языка. И вдруг вся его фраза достигла мозга целиком. — Стоп… Наблюдал? — цепляется она за основную мысль. — Я ведь уже сказал… — устало вздыхает Хао.       Зора кривит рот. — Так ты, значит, давно знаешь, что я с твоим родственничком живу?       Хао хмурится.       Ну, собственно говоря, а что она ожидала? Все правильно, так и должно быть. Хао волнуется за Йо; Хао за ним приглядывает. В какой-то момент он замечает в окружении Асакуры ее. Вот и вся незамысловатая логическая цепочка. И почему сам Йо не в курсе такой опеки? В ссоре они, что ли? Хотя, нет — правильно, — это не ее дело.       Зора вздыхает.       Мог бы и раньше намекнуть, чтобы она собрала вещи и укатила обратно домой. От Турнира она получила все, что могла, и впечатления были пока ниже среднего. — За ним есть кому присмотреть, зачем мне вмешиваться? — отвечает Хао, тоном, будто говорит о самых очевидных вещах на свете. О чем-то будничном, не важном. Не стоящим отдельного обсуждения.       Зоре не нравится вся эта ситуация. Ей вообще не нравится этот парень. И то, что он заявился сейчас сюда, говорит с ней, как с неразумным ребенком, с этим снисхождением, с этой раздражающей, будто приклеенной усмешкой в углу рта.       Прогнать она его не может — это ведь не ее дом; сказать ничего не может — понимает, что она ему не соперник. Как-будто ее в угол загнали. Это раздражает и злит.       Зора отводит взгляд. А потом чувствует, как пальцы Хао касаются ее подбородка, приподнимают голову. Он смотрит ей в глаза, и их блеск Зоре совсем не нравится.       Она пытается мягко отодвинуться, но пальцы сжимаются сильнее, и Зора сдавленно шипит. — Хао-сан, — недовольно произносит она, в очередной раз возводя между ними мнимые границы. — Я знаю, что знакомство наше с самого начало было… хм… сумбурным и неправильным, но правда, давайте забудем обо всем и общаться будем исключительно в рамках Турнира в контексте соперничества? — О, неужели тебе неловко со мной общаться? — с нескрываемым смешком спрашивает он. Большой палец очерчивает контур ее нижней губы, слегка оттопыривает. Навязчивое желание обхватить его губами, подразнить, а потом прикусить, чтобы не повадно было — зудит в голове. Зора с трудом подавляет в себе опрометчивое желание, но ухмылку удержать не может. — Нет, — немного подумав, говорит Зора. Она кладет руки ему на бедра, проводя ладонями вверх-вниз и оглаживая пальцами края ремня, задевает кожу. Под этой странной накидкой нет одежды, даже майки. Это интересное дизайнерское решение могло бы быть очень удобным в другой ситуации, но Зора приказывает себе об этом не думать. — Я не отрицаю, что мне понравилось наше… хм… знакомство, и я бы даже повторила, но… — Но?       Зора ухмыляется, быстро поднимаясь на ноги. Стоять почти вплотную к друг другу, знать, какой силой он обладает: забавно, дико. — Но, во-первых, сколько тебе лет вообще? А, во-вторых, мне не нужен довесок в виде твоих заклятых врагов. — В прошлый раз тебя не волновал мой возраст, — напоминает Хао. Видимо аргумент про врагов он считает более весомым, а потому никак это не комментирует. Его руки давят ей на плечи, заставляя сесть обратно, и он отходит на шаг, но Зора почему-то ловит его, уцепившись за один из ремешков, удерживающих эти странные чехлы.       Почему она решила, что он несовершеннолетний? Из-за похожести с Йо. Они были одного роста, один тип фигуры, одинаково густые волосы, даже такого же цвета. Разрез глаз, кожа, руки… все наводило на мысли, что и Хао может быть всего семнадцать лет. — В прошлый раз я ничего о тебе не знала. В том числе и имени, — парирует Зора. — Теперь кое-что знаю. И да, я слышала, что любви все возрасты покорны, но поскольку любовь — явно не наш случай, я… — Ты очень много болтаешь, — мягко перебивает ее Хао.       Она смотрит ему в глаза и понимает, что черт подери, кого она обманывает? Очень легко забыть, чувствуя эту энергетику, слушая, видя, ощущая то, что таится внутри него, что ему не больше двадцати.       Она его хочет.       И он тоже не прочь повторить.       У нее нет предрассудков, относительно его морали. Своя-то хромает на обе ноги. К тому же, это необязательно афишировать, не так ли?       Она тянет его за нелепый ремешок, отводит в сторону полы накидки и припадает губами к животу.       От ткани пахнет костром, пахнет дождем и травой. А вот пота не чувствуется. Даже удивительно, потому что всем здесь, во влажном климате, было жарко, все потели. Она сама уставала ощущать липкость на коже и выпивать по полбутылки воды каждые пятнадцать минут.       Она ведет языком по кубикам пресса, щекочет пупок, и чувствует, как пальцы Хао сжимаются в ее волосах.       А потом она отодвигается резко, быстро, без шанса передумать. — По поводу вашего предложения: то нет, простите, Хао-сан. Моя гордость не позволит мне отправиться за вами. В качестве кого, скажите? Против вас выступать не буду, корона мне не нужна. Поэтому на мой счет можете не волноваться.       Мгновение ничего не происходит. А потом лопатки ударяются о стену, чужая рука сдавливает ее горло — не сильно, нет, не в попытке придушить, но показать, кто здесь главный. Но ей все равно не хватает воздуха, у нее все равно перед глазами резко темнеет. Хао нависает над ней, глаза горят, он смотрит на нее, как хищник, которому удалось поймать свою жертву. — Любишь поиграть? Что ж, давай поиграем, — пальцы сжимают ее шею сильнее, ее рот сам собой приоткрывается, пытаясь поймать вздох. — Только учти, что я всегда выигрываю.       «Да и пожалуйста», — думает Зора, выдыхая в чужой рот, ловя губами его — нижнюю, оттягивая и проводя по ней языком.       За свою победу она-то уж поборется. Она ведь не любит его, чтобы вот так запросто мириться с его лидерством. Она закидывает обе ноги ему на бедра, обхватывает и скрещивает их за его спиной.       И когда он отстраняется, чтобы взглянуть на нее, она смотрит в ответ с вызовом. Зора чувствует его возбуждение, как и свое: оно пульсирует между ног, требует выхода, сиюминутного, сейчас же!       Но… — Да не гони! — слышатся голоса вернувшейся компании с первого этажа. Хоро снова ругается не то с Реном, не то с Анной, а, может и со всеми вместе. — А я те говорю, что…       В ушах звенит, когда хватка на ее шее пропадает, и она может снова нормально дышать. Хао поднимается с нее, окидывает взглядом, будто раздумывая о чем-то.       Зора поднимается вслед за ним. Голова слегка кружится. И ей бы сделать правильные выводы из того, что только что произошло, задуматься. Но, видимо, ходить по краю — это ее личное хобби. И жизнь ее ничему не учит.       Она делает шаг к Хао, кладет обе руки ему на плечи, пробегается подушечками пальцев по изгибам шеи, едва касаясь, и улыбается широко и лукаво. — Этот раунд за мной, — довольно сообщает она, и целует в уголок рта. — Видите, как полезно иметь друзей. Точно не хотите дружить со мной?       В ответ Хао смеется, мягко, но очень показательно снимает ее руки со своих плеч и отходит к окну.       Когда в комнату открывается дверь, и в проеме показывается Тамао в сопровождении своих хранителей, то кроме Зоры здесь уже никого нет. …       Той ночью Зора плохо спит, ворочаясь с боку на бок.       Хранители соседки по комнате смотрят на нее с непонятным раздражением, будто она мешает им заснуть. Первый не выдерживает лис: — Че вертишься? Спи давай, — в своей обычной грубой манере говорит он. — Жарко, — жалуется Зора, сминая ногами одеяло и отпихивая то к изножью.       Жарко — правда. От климата, от мыслей, от перспектив.       Зад горит, — буркнул бы что-то такое ее двоюродный брат. Быть может, к этому емкому описанию ситуации он бы добавил еще пару красочных эпитетов, но Зора и без него вполне могла обругать себя всеми последними словами.       С одной стороны был Хао. Что она знала о нем? Он — участник Турнира. Сильный, очень сильный. Зора ни у кого и никогда не чувствовала такой энергетики. Но возникал вопрос: зачем он скрывал это в ту первую их совершенно абсурдную встречу? И что вообще забыл тогда в подобном месте? Ладно — это не важно на самом деле.       А еще Йо был его родственником, но, кажется, сам Асакура об этом родстве ничего не знал. Зато подозрительно переглянулись Тамао и Анна, когда Йо рассказал им о встрече с ним на поединке.       Значит, Тамао была в курсе, кто он. — Эй, — позвала Зора спящую соседку. — Тамао, проснись! — А? Что? — сонно потерла глаза кулачком девчушка, безуспешно пытаясь сфокусировать на ней заспанный взгляд. — Ты же в курсе, кто такой Хао? В курсе же, я видела ваши с Анной переглядывания.       Тамао вдруг как-то вся подобралась, опасливо взглянув по сторонам. — Я… я мало знаю. Правда. — Расскажи то, что знаешь, — потребовала Зора. — Ну… Кино-сенсей рассказывала, что в роду Асакура был могущественный оммёдзи с именем Хао. Он, вроде как, основатель клана… — Ом-мёд-зи, — по слогам выговорила новое незнакомое слово Зора, — это что за зверь? — Зверь? — удивилась Тамао. — Это не зверь! Это последователь оммёдо*! — Спасибо, так стало намного понятнее, — усмехнулась Зора, не скрывая сарказма.       Тамао попыталась вкратце объяснить ей, руссо-туристо, что это такое.       А оказалось оккультное учение, востребованное тысячелетие назад. — Бабка-гадалка, в общем, — подытожила ее слова Зора, важно кивнув. Она, выходит, тоже оммёдзи. Ее дух — природный, она гадает, иногда видит сулящие опасности для близких. И призывать в помощь потусторонние сущности умеет тоже. — Ну, а при чем этот Хао, которого мы с Йо видели?       Тамао почему-то зарделась и отвела взгляд.       Зоре вдруг стало как-то не по себе. — Ты хочешь сказать, что он, типа, бессмертен? — угадала она недосказанность.       Девчушка вскинула на нее испуганный взгляд. — Нет! Но… — Да говори уже! — правильно истолковала ее запинку Зора. — Говорят, великий оммёдзи Асакура Хао покорил Звезду Единства и получил способность сохранять свои воспоминания и опыт при перерождении. — А? — обалдела от подобного заявления Зора.       Слов не было. Ни цензурных — никаких. — Но это только слухи! Никто и никогда не покорял эту Звезду! — поспешила развеять ее страхи Тамао.       Зора устало потерла ладонями лицо. Нет, покоряли. И это был именно чертов Хао. Тот самый, под которым она не так давно самозабвенно стонала, потеряв всякий стыд. Конечно — это он! Ей просто не может так сказочно повезти, чтобы это было просто совпадением.       Так, ладно, оставим пока Хао. Были еще Судьи, для которых все, что связанно с этим ведуном — равносильно команде фас.       А она по-дурости не просто посмотрела в его сторону, а переспать умудрилась. Да еще по его наказке присматривает за его родственничком. — Блять! — от души выругалась Зора.