Камера, мотор, начали!

Сегодня Микаса проснулась очень рано. Удивительно, но даже будильник не пригодился. «Сегодня начнутся съемки… это так волнительно…» — думала она. — «Так, успокойся. Вдох. Выдох. Еще рано бояться». На фоне звучало радио. Приятный монотонный голос дикторши немного успокаивал. Она рассказывала последние новости. И вдруг наша героиня услышала: — Ещё раз доброе утро, и у нас в гостях известный мангака* Исаяма Хадзимэ. — Здравствуйте, — послышался знакомый голос из динамиков. Микаса тут же увеличила громкость. — Исаяма-сан, расскажите нам, правда ли, что через полтора года выйдет фильм по вашей манге? — Ха-ха, как быстро-то новости разносятся, — он усмехнулся. — Да, это правда. На этот раз я придумал кое-что очень интересное, — даже через помехи радио было понятно, что Исаяма загадочно улыбнулся. — Так что ждите. На этом передача закончилась, и снова заиграла какая-то музыка. — Мда…Микаса — тяжко вздохнула актриса, заваривая крепкий кофе. — Ты снова открыла чистый лист жизни, — сказала Аккерман смотря на летающих за окном птиц. Микаса обнаружила на столе приготовленный мамой бэнто. Удивительно, что мама проснулась так рано, лишь для того  чтобы приготовить завтрак.   На выходе Аккерман услышала ободряющие слова от мамы и уверенно зашагала в сторону своей новой работы. По пути она встретила своих «новых друзей» — Сашу и Жана. — Эй, привет! Прости, вчера не представилась, я Саша Браус, а ты Микаса, да? — на одном дыхании выпалила девушка. —  Ага, — Микаса не ожидала такого дружелюбия. — Приятно познакомиться. — Эх, Саша-Саша, что ж ты так на человека налетаешь? Она аж испугалась, — одернул приятельницу Жан. —  да нет... все хорошо, — пыталась оправдаться Аккерман. — Прости, не думала, что ты такая трусливая, — извинялась Саша. — с чего такие выводы, леди? — удивилась Микаса, но ее перебили. — Что за хрень, Саша? — Да это шутка была. Шутка, — чуть ли не по слогам объясняла Саша. — Понимаешь, Жан? — Шутку Конни лучше расскажи, а сейчас веди себя нормально, пожалуйста. Хоть в сценарии ты и персонаж деревенщина, да и с деревенским акцентом разговариваешь. Это не значит, что ты должна быть такой же. Чуть-чуть цивилизованности, пожалуйста. — Тц! Какая ты все же жестокая лошадь! — обиделась Браус. — Что‽ Иди-ка сюда! — разозлился Жан.     Браус убегала от Кирштайна, а Микаса плелась следом. — эй, Энни..... Энни Леонхарт, — Аккерман заметила светлую голову и решила подойти к девушке. -Ох... эм..... привет, что ли… Но Микаса не получила ответ. Саша и Жан уже далеко убежали. Лишь спустя несколько минут совместной и неловкой прогулки до студии, Леонхарт сказала тихо: — Ты не боишься? Микаса подошла к собеседнице и увидела самые красивые глаза на земле. Лазурные, с еле заметным серым отливом, как небо перед грозой. Что бы вы сказали, если бы увидели эти глаза? Скорее вы бы просто с шоком смотрели в них и молчали, а вот Аккерман сказала: — Слушай…  у тебя необычные глаза. Почему же ты ходишь с опущенной головой? Никто же их тогда не увидит. Леонхарт не ожидала такого и побежала вперёд, закрывая розоватое от смущения лицо. — Эй! Подожди! — Микаса попыталась ее догнать. Наконец девушка подошла к заветной двери. Она застыла в нерешительности. То беспокойство, о котором актриса забыла утром, появилось вновь. В горле пересохло. Дышать стало труднее. И наконец, набравшись уверенности, Микаса открыла дверь. Перешагнув через порог, Аккерман застыла. Она попыталась глубоко вдохнуть. Стало немного легче. Актриса, как будто в замедленной съемке, видела, как операторы готовили оборудование, как гримеры подготавливали актеров для съёмок, как сами актеры взволнованно сидели в креслах перед зеркалом и с дрожью в голосе повторяли слова, Аккерман почувствовала эту атмосферу, и с трепещущим сердцем стояла так, пока ее не подтолкнули вперёд Армин и Эрен, все это время стоящие с улыбками позади. — Удивительно, да? — спросил Армин, смотрящий такими же переполненными восторгом глазами, как Микаса, на все происходящее вокруг. — Да, — только и смогла проговорить Аккерман. — Будет весело! Скорее, ребят, пошли готовиться, — бодро сказал Эрен и первый зашел в гриммерку. Микасе и Армину ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.       Тройка ушла в гримёрку, а на другом конце площадки стоял Исаяма, которые ругал Сашу и Жана за переполох, устроенный ими. — Вы как малые дети! Прошу, относитесь серьёзней к этому. Конечно, вы можете веселиться, но не рядом с аппаратурой же! — возмущалсяся он. — Простите, Исаяма-сан, — хором ответили Саша и Жан. — На первый раз прощаю. А сейчас идите в гримёрку, и побыстрее!  — Исаяма не держит зла на них, потому что он сам еле заметно дрожит от волнения.       В комнате прохладно, потому что нельзя допустить, чтобы мэйк ап растекся из-за жары. Многие сидели с листочками в руках, пока им наносили макияж, вторые обсуждали что-то на счёт съёмок, а третьи дурачились с УПМ. Только один человек ничего не делал. Это был Конни. Никто не знал, как поладить с ним, потому что боялись задеть. Вот только не Саша, она из тех, чьи действия обычно опережают разум. Скорее всего, поэтому Исаяма и взял ее в качестве исполнителя роли. — Эй, лысый! — прокричала Саша, как только заметила Конни. — А? Ты это мне? — уточнил Конни, не ожидавший, что с ним заговорят. — Ага! В этой гримёрке кроме тебя лысых нет. Так вот, давай дружить? Я Саша Браус. — А я Конни. Конни Спрингер, рад знакомству, — немного картавым голосом произнес он. — Вот и хорошо! Пойдем к Жану!       На момент этого разговора все замолчали, даже Райнер, чей рот не закрывался все это время. Несмотря на суровый вид, он оказался довольно болтливым. После окончания подготовки все собрались около площадки, чтобы познакомится с остальными актерами. Один из режиссёров сказал: — Так, ребята, сейчас я вам представлю остальных актеров, которые не проходили отбор, так как они были наняты раньше. У них уже есть опыт в кино. Вперёд вышло девять человек, и все они были довольно старше, чем наши ребята. — Знакомьтесь, это: Кит Шадис, Леви Аккерман, Моблит Бернер, Нанаба, Рико Брженска, Ханджи Зое, Ханнес, Эрвин Смит и Майк Захариус. Обращайтесь к ним, если у вас появятся вопросы.       Пока режиссер называл имена актеров, сзади подошли три ребенка, лет 8 или 9. Внимание переключилось на них, и все ахнули в один голос, потому что это были три точные копии Микасы, Армина и Эрена. Детишки сами удивились такой реакции на них, но всего лишь кротко улыбнулись, помахали присутствующим. Затем вместе с Карлой заняли свои места на площадке. Оставшиеся поздоровались с раннее представленными, и пошли следом за детьми. — Камера! Мотор! Начали! — раздался голос помощницы, и вмиг все замолчали. — Увидимся позже, Эрен — маленькая Микаса произносила это, поворачиваясь спиной к камере — Эрен — уже через пару минут сказала мини Микаса — вставай. — Угх, а, Микаса, твои волосы...стали длиннее.       Около часа снимали самое начало фильма, а когда начался момент с титанами, все перешли на зелёный фон, который находился в другом крыле. — Неужели нам придется вот так бегать из крыла в крыло? — вяло спросил Армин, у которого физическая подготовка была хуже, чем у других. — Думаю, за все время привыкнем. Тем более можно размяться.       На зелёном фоне все выглядело очень забавно, было трудно сосредоточиться и изобразить нужные эмоции. Поэтому всем, кто находился на площадке, нужно было включить фантазию. В момент съемок сцены со смертью мамы маленького Йегера все внимание пока что отдыхающих актеров было обращено на мальчика. То как он выражал эмоции, как он профессионально заплакал… это поразило всех, потому что большинство были новенькими и абсолютным нулем в киноиндустрии. Но даже бывалые актеры восхитились игрой маленького Эрена. — Эй, Эрвин — наблюдавшая за всей игрой Ханджи обратилась к приятелю. — Чего? — А у этого пацана явно есть талант, у него будет прекрасное будущее. Только после трёх часов съёмок, в громкоговоритель заявили о перерыве. Все подходили к детям, выражая восхищение их работой и мастерством. Три взрослые копии тоже не остались в стороне, они вместе подошли к младшим. — Ва-ау! Вы так круто сыграли! — сказал Эрен маленькой копии Армина. — Правда? Думаю, вы будете лучше нас, ведь у вас там всякие крутые штуки! — с огнем в глазах сказала маленькая Микаса, снимая шарф с шеи. — Надеюсь… — не очень уверенно сказала старшая. — Эй, эй, что за неуверенность? Вы ведь старше нас, вы во многом лучше нас! — это уже сказал маленький Эрен, смотря прямо в глаза Армину. — А как ты.....как ты так закричал и заплакал? — Йегер спросил у младшей копии себя. — А, это дело практики, — ответил за Эрена младшего Армин младший. — Заплакал я из-за того, что незаметно содрал ранку. — Ребенок поднял рукав и показал ручку, на которой была в кровь разодрана кожа.  Микаса достала из потайного кармана пластырь с рисунками динозавров и аккуратно приклеила на ранку. — Будь осторожней, — заботливо сказала она. — Ты что, носишь с собой пластыри с динозавриками? — рассмеялся Эрен. — Что тут такого? Мало ли что случится? — тут же заступился за Микасу Армин. — А динозаврики-то зачем? — все еще смеясь, спрашивал Эрен. — Они так по-детски выглядят. Ну тебе же не шесть лет. — Зато они улучшают настроение, — тут же сказал маленький Эрен, рассматривая рисунок на своем пластыре и улыбаясь. Повисло неловкое молчание. —  И все же, о детях ты волнуешься больше, чем о тех, к кому по сюжету ты привяза больше всего, — усмехнулся Эрен и убежал подальше. — Вот же ребенок, — Армин потёр переносицу и пошел за Йегером. — Ну ладненько, удачи вам, — сказали дети хором. — Мы ещё встретимся, но главные герои сейчас вы. — Ах, да, спасибо — Аккерман улыбнулась детишкам. «Тройка друзей, ваш выход», — снова голос в громкоговорителе. «Лишь бы не облажаться, лишь бы не…» — эта мысль крутилась в голове, будто заевшая пластинка. Микаса поспешно отгоняет уже надоевшую мысль и уверенным шагом выходит на съемочную площадку. ** — Так, ребят, смотрите, мы в кадетском корпусе, и вы должны максимально вжиться в эту атмосферу. Смеяться нельзя, смотреть в камеру тоже, если вы не тот, с кем она должна взаимодействовать. Все поняли? — Да, Исаяма-сан! — ответили актеры. — Ну что вы так официально-то, можно просто Исаяма.       Все встали на свои места, и началась съёмка. Все стояли неподвижно, только некоторые стояли с улыбками, потому что их попросили. На площадку вышел Кит Шадис и начал обходить кадетов рядами: — Кто ты, кадет, и что ты тут забыл? — повысил тон на одного из кадетов, коим оказался Марко. — Я Марко Ботт, родом из города, расположенного в южном районе Стены Роза. Хочу служить великому королю! Актер Шадис посмотрел на него, а затем сказал: —  Простите, но он слишком милый, давайте ещё раз попробуем?       Все за кадром усмехнулись. Затем наступил самый известный момент из манги и аниме: кадры, где Саша жуёт картошку. Но они получились не с первого раза, так как было очень смешно в аудитории. — Так, ребят, сосредоточьтесь, нам ещё много времени работать нужно! — крикнул Исаяма, вытирая слезы смеха, на заднем плане.       Тут в центр выходит Ханджи с серьезным и слегка грозным лицом, чтобы все успокоились, а затем, улыбнувшись, сказала: — Ребятки, давайте скорее доснимем сегодняшнюю работу, а я вас угощу ужином?       После этих слов все начали работать еще оживленней и усердней. Первый день съёмок закончился лишь  в десять, а то и в одинадцать часов ночи. Ребята там провели целых четырнадцать часов своей жизни. Конечно, все устали, но они старались, из-за того, что Ханджи пообещала угостить их ужином. Но не все пошли, потому что многих ждали родители, других дети, поэтому пошла всего лишь малая часть коллектива. — Ну что, ребятки, давайте отметим ваш первый рабочий день в этой сфере! Поднимем бокалы за нас! За успех! — сказала Ханджи. А после никто ничего не помнил, все было как в тумане. Ближе к концу этого маленького праздника, единственными людьми, которые были в трезвом состоянии оказались Нанаба с Ханджи. Скорее всего Ханджи было лень развозить по домам всех людей, поэтому она решила оставить их переночевать у себя дома. И, знаете, это было возможно, потому что за деньги, что она получает за роль в фильме (а она получает, мягко говоря, дохера денег), она в состоянии купить себе двухэтажный просторный дом. Вот только Ханджи очень устала, поэтому упала прямо перед диваном. Нанаба поймала ее, сняв верхнюю одежду уложила спать, а сама принялась рассеивать остальных по комнатам. Закончив, она можно сказать, приползла обратно к Хаджи и заснула рядом.

~Утром следующего дня~

— ух.а.что.где я? — проснулась Микаса. Перед глазами пронеслись события вчерашнего вечера. Она запаху пошла на кухню, где давно готовила Нанаба. — Ой, доброе утро! Как спалось? — говорила Нанаба, перемешивая что-то в сковородке, паралельно переворачивая что-то в другой — хм, ну… неплохо. Скажите, где я? — А, ты у Ханджи дома, вчера она устала и решила отвезти всех, кто был в кафе вчера, к себе домой. — а мама? а родители других ребят? , — разволновалась Аккерман, услышав ответ. — Насчёт этого не волнуйся, вчера перед тем, как лечь спать, я сама всем написала, что их дети остаются в этом доме, и они согласились. Кстати, твоя мама попросила, чтобы ты осталась здесь где-то на неделю, потому что она улетает в командировку. — х-хорошо, тогда я пойду найду ванну и приду обратно. — Да, давай, остальных тоже буди.       Микаса бродила в поисках ванны довольно долго. После всех процедур, она пошла искать кого-то на подобии людей, у которых сейчас похмелье. — Ха.мхх., — Эти звуки доносились из самой дальней комнаты. На ум сразу приходят непристойные мысли, да? Но на самом деле это был кто-то, кто ещё не отошел от вчерашнего. — пойду-ка проверю, вдруг помощь нуж.       Из двери, мимо которой проходил Микаса, вывалились Конни и Йегер, такие сонные милые. Из-за грохота проснулись и остальные. В доме начался переполох. Наконец Нанаба позвала всех на завтрак. — Ну вот ребятки, налетайте. — Спасибо! — Ну, как вам первый день работы? — спросил Эрвин, дожевывая бутерброд. — Знаете, это было очень интересно и весело — хором сказали Армин с Эреном. — да, это было весело, — сказала Аккерман незаметно улыбнувшись. — Ооооо, доброе утро всем! — на кухню пришла хозяйка дома, со взъерошенными волосами и полуприкрытыми глазами. — Смотрю, все собрались. А, нет, стойте. Нанаба, а где эта...как ее там..а, Леонхарт — Ханджи моментами подзабывала что-нибудь, из-за усталости. — Не знаю, Ханджи, наверное не проснулась ещё? — а в какой она комнате? — спросила Микаса. — На втором этаже, в самой дальней с левой стороны комнате. — я схожу за ней Аккерман встала и направилась в комнату Энни.