Человек Шрёдингера

Мы остановились на том, что долгожданная жизнь появилась на свет. Пока это чудо природы (серую, кричащую субстанцию) забрали вымывать, взвешивать, измерять и пеленать. Мать новорожденного оставили в палате. Наконец этот кошмар под названием «роды» окончен, можно и отдохнуть. Пока младенец все еще находится в надежных руках, а мать отдыхает, мы оставим их в покое. Они заслужили. Почему бы в это время не заняться составлением портрета? Кажется, я уже упоминал раньше, что запретил себе его создавать. Да! Именно так! Я старался сделать это спонтанно, не сильно продумывая. Ведь жизнь — это такая случайность. Но настал час созидания. Вы, читатель, уже задумались хоть раз, где появилась на свет эта жизнь? Италия, Зимбабве, Филиппины, а может быть, Россия? Сначала я, конечно же, думал разместить наших героев в России, ведь ее порядки и законы я знаю намного лучше, чем в какой-то другой, неведанной мне стране. Но, видит бог, которого нет, как мне этого не хотелось делать. В таком случае найдется тысяча и один патриот, который застыдит меня в том, какой откровенный бред я пишу про нашу великую родину. А также тысяча и один иностранец, который будет воспринимать все, написанное здесь, за чистую монету. Нет уж! Наши герои будут жить в выдуманной мной стране, которой не сыскать ни на одной карте. Почему бы теперь не дать стране название? Пришло время импровизаций. Кстати, знали ли вы, как сложно придумывать несуществующие слова? Наверное, это покажется легким делом, но черта с два! Порой я порядком ломал голову, чтобы выдумать очередное имя или название. Что ж, этот момент снова настал. Хм… Соаская республика. Да, пусть название страны не будет слишком уж выдающимся. Соас. Легко и просто. Страна самая обычная: умеренный климат, расположение в относительном центре континента. Если бы не богатые ресурсы, то Соас была бы и вовсе ничем не примечательна. Новоиспеченного соасца, гражданина, уже искупали, привели в божеский вид и уже принесли на кормление. Благо, молока у матери много. Голодной смертью младенец уж точно не умрет. Но сейчас это не главное. Главное то, какими глазами смотрит мать на свое дитя. Сколько историй рожениц слышал о том, что когда матери впервые видят детей, в их головах что-то «щелкает», в груди разливается «теплое чувство» всепоглощающей и абсолютной любви. Появляется желание оградить этот крохотный комочек от всего на свете, ведь это что-то свое, родное, самое близкое и ценное. Ребенок нередко становится центром мира. Но это только на время, пока бушуют гормоны, а материнский инстинкт требует выхода. Потом придет усталость, раздражение, гормоны утихнут, а от любви останутся обязательства. Но пока наш малыш не стал доставать мать вечными криками по ночам, невыполненной домашней работой и похождениями по девушкам, он видится самым чудесным-расчудесным младенцем на свете. Эти пухлые щечки с размазанными по ним слюнями, эти пузыри сопелек, вылезающих из еще такого маленького носика, эти волосики, обрамляющие головку, словно нимб. Ах, что может быть прекраснее? Конечно, стоит рассказать всем об этом! Ведь кто не захочет увидеть сущего ангелочка? В ход пошел телефон. Вот младенец в пеленке, а вот в распашонке. Вот тут еще пеленают, а здесь у него во рту сися. А тут что у нас? Пора менять памперс. Стоит увековечить этот исторический момент! Да здравствует интернет! Благодаря ему миллионы людей во всем мире могут поддерживать связь, пускай даже посредством фотографий грязного памперса. Уже спустя пару дней всевозможные родственники были завалены бесчисленным множеством фотографий. Бабушка чада не скрывала скептицизма. «Тут ты не так держишь! Не надо так кормить! Ну и в кого у меня такая криворукая дочь? Ничего не умеет!» Дед лишь шикал. Нечего, старой, мол, лезть, куда не просят. За что и получал полотенцем по спине. Нечего рот раскрывать, коль не просят. Одна тетка была на седьмом небе от счастья. Ведь дети — это цель каждой женщины. Вон у нее уже своих двое, а в планах еще! Какая женщина откажется от оравы детишек, да и от денег, которое некое государство Соас платит за рождение ребенка? Все ради улучшения демографии! Но вот фотосессия заканчивается, ребенка забирают обратно, и наша мамочка погружается в раздумья. Как же так? Это ведь не по-божески. И бабушка, и дед, и сестра, и муж сестры, и даже бывшие одноклассники в курсе, какая крошка родилась. А вот отец ребенка… «Хоть мы и не общаемся, но он должен знать, что у него родился сын, он же все-таки отец». Повертев в руках телефон, слишком дорогой для зарплаты парикмахера, все же написала. Ответа не последовало. И на что она только надеялась? У отца ребенка проблем сейчас слишком много, чтобы уделять внимание еще и таким мелочам. Он сейчас в процессе очередной ссоры с женой. Н-да, сказываются десять лет в браке. Ах, сколько проблем успевает скопиться за этот срок! Тут тебе и измены с обеих сторон, однако качественно замаскированные так, что теперь любой намек на это воспринимается как оскорбление. И привычка. Ведь если б не она, наша пара рассталась уже лет семь назад. Это безденежье. Он-то, конечно, впахивает на стройке за двоих, а она не то что копейку в дом не принесет, так еще и тратит. Так мало этого, еще и быт дает о себе знать. Его носки, разбросанные по всей квартире, ее лапша быстрого приготовления. В очередной раз поссорившись, он, как гордый мужчина, уехал в гараж, где заливал глаза с прошлого понедельника. Когда уж тут думать о сыне? Роженице остается только горевать, тихо «поплакивая» в старую подушку в общей палате. «Ну ничего, раз он так со мной, то и сама воспитаю. Лучше сконцентрироваться на чем-то хорошем». Согласен. Как насчет имен? Соасец. Гражданин. Младенец. Ребенок. Плод. Сколько заместительных слов. Не пора ли уже придумать имя? Иконт. Кажется звучит не так уж плохо. Иконт. Что-то глубокое в этом есть, не думаете? Что ж. У матери выдумывание имени заняло куда больше, чем у меня. Кажется, я потратил всего минуты три. Кстати, об этом. Вы никогда не задумывались об именах? Эта тема всегда будоражила мое сознание. Например, у меня, как ни странно, тоже есть имя. Правда, его мало кто знает, но все же. Сейчас я расскажу вам невероятную историю о том, как мои родители выбрали мне имя. История как никогда захватывающая. Коллегу моего отца звали так же, и он подумал: «Хм, это имя очень даже неплохое». И вот он я. Узнав эту историю, я был до ужаса расстроен. А как же эти романтичные истории о том, как людей называли в честь великих людей прошлого или в честь родственников, которые уже ушли в мир иной, но при жизни оставили в сердцах живущих след? Или как в некоторых странах имена подбираются по значению, которое емко отражает ребенка или является пожеланием в судьбе. Но нет. Придется мне довольствоваться именем какого-то неизвестного мне коллеги. C'est La Vie. Хотя мое имя невероятно мне подходит, судя по значению. Магия, не иначе. Но довольно обо мне. Как насчет имен в целом? Существует огромное число имен. Сейчас никто не может представить себе их не иначе, как имя. А что было в прошлом. Не знаю, как вас, но меня это жуть как будоражит. Например, куча латинских или греческих имен. В них всегда есть корень, который что-то да значит, но сейчас об этом уже никто не помнит. Но как было раньше? Например, взять имя Александр. Есть куча вариаций этого имени, но во всех есть корень, который означает «защищать». На заре образования этого имени человека звали «защитник»? Или даже после образования имени на корень мало кто обращал внимания? Эх, вопросы, которые не дают мне спать по ночам. Со времен сотворения мира появилось столько имен. Некоторые дошли до сегодняшних дней, а некоторые погибли под тяжестью истории. Но почему мы и сейчас называем новых людей исключительно уже сложившимися именами? Конечно, некоторые имена звучат как издевка судьбы: Дьявол, Пупырка, Т45Д9. Список можно продолжать бесконечно, однако если назвать ребенка «Мир», на тебя посмотрят как на умалишенного. «Как же так? Назвать ребенка «Мир»! Ну не дурак ли?» Действительно. Ведь можно назвать ребенка исключительно Мирослав. Ведь есть такое имя. Хотя и Любовь имя есть, но по сути это просто слово. Что ж, не понять мне людей, видимо, никогда. Благо, для этого дитя я выбрал прекрасное имя — Иконт. Пока он не осознает, что происходит вокруг него. Как истинный ребенок, нежится в пеленках. Для него реальная жизнь начнется еще очень нескоро. Осознавать себя он начнет многим позже. Пока что начался только его путь — наступил день выписки. Как и ожидалось, папаша на выписку не пришел. Но обошлось и без него: все равно ребенок этого не вспомнит. Да и другие родственники были. Без сомнения, тетка, которая не могла налюбоваться каждой мелочи. Дядя, неприкаянно стоящий в сторонке, и все подгоняющий остальных поскорее «отчалить». Все те же подружки, которое еще несколько месяцев назад говорили про аборт, а сейчас величали Иконта чуть ли не самым милым младенцем во всей вселенной, что было большим преувеличением, мягко сказать. Хотя кто я такой? Для меня почти все младенцы на одно лицо, на маленькое, розовое, сморщенное лицо. Тут же был и дед, выбравшийся на своей колымаге в город из пригорода, чтобы полюбоваться на наследника. Бабка приехать, конечно же, не смогла. И правильно. Кто за хозяйством следить будет? Ну вот, потискав ребенка, поумилявшись и наделав новую порцию фотографий, новоиспеченная мамочка юркнула в машину, которая доставила ее прямехонько к дому на окраине города. Здесь, распрощавшись со всеми окончательно, зашла в комнату, захлопнула дверь, оставаясь один на один со своими проблемами. Одна, в тесной квартирке, которой явно не помешает ремонт. С плачущим ребенком на руках. Без мужа, помощи, да и без особой еды в холодильнике. «Лучше уж еды купили бы, чем эти треклятые цветы.» Оставив вещи в квартире, отправилась в магазин. Взяла только самое необходимое: колбасу, сыр, хлеб, немного чая, подгузники, печенье, ну и полкило конфет. «Н-да. Суммы нынче запредельные. За пакет продуктов — ползарплаты». Под осуждающие взгляды прекрасных, но до ужаса уставших работниц магазина, поторопилась домой. А дальше все как в тумане. День превратился в неделю, неделя в месяц. Каждый день одно и то же: встать, покормить, поесть самой, покормить, сменить подгузник, покормить, поспать, пока ребенок спит, покормить, помыть, поесть самой, покормить, погулять, сменить подгузник, покормить, укачать, успеть поспать пару часов, пока ребенок не проснулся. Одно за одним, одно за одним. Утро уже или все еще вечер? Март ли сегодня или уже май? Чем дальше простиралась эта вереница однотипных дней, тем темнее становились круги под глазами. Сон. Был ли он когда-либо так желанен, как сейчас? Кажется, малыш с самого рождения не знал, что такое покой. Доставал мать криками и днем, и ночью. Вскоре мир стал другим. Привычные краски померкли, оставив цветастое месиво. От недостатка сна соображалось плохо, а то и вовсе невозможно. Этот период жизни мать вряд ли вспомнит. Если бы не родители, на которых можно было изредка свалить младенца хотя бы на пару часов, точно бы рехнулась. А эта сестра… Ну и дрянь! Радовалась ребенку больше всех, а когда дошло до дела, то «сегодня не могу, слишком много дел», «у меня своих двое, куда мне еще одного», «номер абонента выключен или находится вне зоны доступа». Легко радоваться за других людей, когда не приходится помогать. Хорошо хоть старых детских вещей дала, и то что-то. Бессонница все не проходила. Начались колики. Сколько ужасов в этом слове. Да я, наверное, тоже сошел бы с ума слушать детские крики без перерыва. Так что матери я могу пожелать лишь удачи. За этим криком старые подруги начали незаметно исчезать из жизни. Конечно, кому интересно обсуждать подгузники, если есть более интересные темы для беседы? Взять хотя бы горячего коллегу, по которому сохнет весь отдел. Подруги все реже приходили в гости. Слушать вопли ребенка? Нет, увольте. Сама мать выбиралась наружу тоже не так уж часто. Куда уж тут? Когда столько работы. Детские вещи еще нужно стирать, а уборка по дому никуда не делась. Не успеешь оглянуться, как продукты закончились, а ведь нужно еще что-то приготовить. Проблемы накрыли с головой. «Быстрее бы уже выйти на работу». Была бы работа официальной, то были бы хоть декретные. А так денег нет. Помогают только родители, откладывающие с пенсии по паре тысяч. Копейки. Да на такие деньги и яблока себе лишнего не купить, не говоря уже о нормальной еде. Скорее бы на работу. Да и сидеть с ребенком тоже уже бесит. Восхищение плавно сменилось раздражением. Сопельки уже не умиляли. Загаженные пеленки не веселили. Все чаще стало раздаваться: «Да заткнись ты уже! Сил моих больше нет». У многих бы нервы сдали. Мать не была исключением. Еще несколько недель ада, и, о чудо, наконец эти треклятые колики закончились. Ребенок стал спокойнее. Хоть и на несколько часов в день, но вернулся сон. Мать уже была готова выдохнуть, когда случилось то, чего она совсем не ждала: пропало молоко. Теперь придется покупать смесь. «Ну и где взять на это денег?» Пошли звонки знакомым. Кто бы знал, что люди такие сволочи! Вы только подумайте: и пару тысяч не могут выделить для матери, которая не может прокормить чадо. И в каком только мире мы живем?! От таких мыслей можно и напиться. Благо, теперь можно — молока-то уже нет. Но проблему это не решило. Из-за этого ребенка сейчас приходится и вовсе перебиваться крупами и макаронами. «И зачем я только рожала? Жила бы сейчас и бед не знала. Вот дернул же черт? Да что б я еще второго? Да ни в жизнь! И вообще? Почему ребенка тащу только я?» С этими мыслями мать собрала последние деньги и пошла к нотариусу. Потянулись долгие недели установления отцовства и походов по инстанциям. И все ради чего? «Не мой это выродок. Небось нагуляла от кого-то! Спишь, вон, со всеми. Будешь тут еще на меня этого нагулянного вешать! Тоже мне, нашла лоха! Держи карман шире!» — верещал отец. Торжество любви! За словесными баталиями пошли звонки, угрозы. Отец требовал как можно скорее забрать заявление, ведь дошло аж до суда! Началось настоящее преследование. Подключилась женушка отца, с которой тот успел-таки помириться. Уж она-то отстаивала свое. Кому захочется отдавать свои кровные из общего бюджета на какого-то бастарда? Но это не помогло: не прошло и пары месяцев, как отцовство было установлено, отец вписан в свидетельство о рождении. Однако звонки не стихли. Вместо угроз посыпались извинения. «Ну дураком был. Ну не поверил. С кем не бывает? Прости дурака. Буду платить» — верещал отец. Не обманул. Ну а как тут обманешь, если нотариальное соглашение есть. Уже ничего не поделаешь — придется платить. Конечно, деньги не такие уж и большие. Всего-то двадцать пять процентов от зарплаты строителя. Но лучше, чем ничего. «Наконец в холодильник вернулась колбаса. Этот запах мяса! Ммм… что может быть вкуснее?» И правда. Теперь можно и побаловать себя. Отец ребенка ведь платит. «Не зря рожала! Вот знала же, что не надо аборт делать!» Потянулись счастливые деньки. Ребенок не плакал. Научился сидеть, ползать. Пил молоко и даже стал наворачивать кашки. Уже нет нужны насиловать грудь, которая и так осунулась за эти месяцы. «Испоганил. Ну это я ему еще припомню!» Нет нужды так сильно следить за ребенком. «А кого в детстве вообще не роняли? Да никто просто не говорит, но с каждым случалось.» Подруги, конечно, не вернулись, но невелика потеря. «Тоже мне, подруги. Да я новых найду!» Со временем жизнь вернулась в привычное русло. Мать научилась справляться с ребенком, деньги на еду водились. Временами можно было поспать аж пять часов. Единственное, что терзало мать, — скука. А кому захочется сидеть с ребенком днями? Без подруг, без мужа. «А мне всего-то двадцать пять!» Эта квартира осточертела уже. Каждая мелочь бесила. Эти тошнотворные желтые обои в цветочек. Эти разболтанные розетки, грозящие ударить током. Деревянные окна, на которых разросся противного вида грибок. Ванная с вечно протекающим краном. Ламинат прошлого века с отходящими дощечками. Разводы от воды на потолке, въевшиеся в побелку. Каждая мелочь доводила до исступления. «Если не выйду на работу, точно сойду с ума в этой бетонной коробке.» Кажется, никто так сильно не ждал взросления ребенка, как мать. Даже до дня рождения она не так рьяно считала дни. Но вот заветная мечта осуществилась. Дождавшись двухлетнего возраста, спихнула малыша в ясли заранее подобранного садика и упорхнула на работу во всю ту же парикмахерскую, величавшую себя не иначе как салоном. Эх, вот она, жизнь!