Человек Шрёдингера

Пока мы не следили за нашими героями, уже успело пройти немало времени. За эти два года Иконт успел вырасти. Из маленького человека ростом в восемьдесят пять сантиметров и весом в десять килограмм он превратился в маленького человека чуть побольше — ростом сто два сантиметра и весом пятнадцать килограмм. В голове тоже заметно прибавилось. Там появились новые слова, понятия, категории, концепты. Теперь-то Иконт перестал отличаться от всех остальных детей своего возраста. Только был не таким активным, скорее тихим, застенчивым — не хотел лишний раз злить любимую мамочку. Пока в жизни Иконта ничего примечательного не происходило. Ежедневная рутина: проснуться, пойти в садик, вернуться домой, поиграть с игрушками, поспать. Что может быть проще? Такая же ситуация была и в жизни Онды: проснуться, пойти на работу, забрать Иконта, вернуться домой, поспать. Наша чудесная семья на крепком корабле под названием «рутина» бороздила воды бескрайнего океана под названием «жизнь». Но даже в такой, казалось бы, неинтересной действительности может что-то происходить. Даже если это что-то совершено незначительное, мелочь, на которую взрослые, естественно, не обратили бы внимания. А впрочем, не думали ли вы, что взрослые вообще слепы к проблемам детей? Как много опасностей, невидимых взрослым глазом, подстерегают неокрепшее дитя. Дети, словно маленькие оленята на дрожащих ногах, делают свои неуверенные шаги в этом жутком мире под названием жизнь, а их единственная опора — семья — зачастую не слышит их или, что еще хуже, отказывается слышать. Так случилось и в этот раз. Сейчас я начну как заправский стендап-комик: «Бывало ли такое, что в садике вас обижала какая-то девочка? Такая противная девочка с тонким голоском и вычурным именем. С каждым ведь было. Поднимите руку…» Но если серьезно, то в садике мы начинаем понимать, что с некоторыми детьми нам весело общаться, а от некоторых стоит держаться подальше. Мне кажется, на каждую группу найдется ребенок, который кусается, бьется, кидается песком, забирает игрушки или, на худой конец, приносит в садик вшей. Ну, чисто статистически. Благо, Иконт был не таким. Он был спокойным, боялся сказать и слова, как говаривал классик, «назло, поперек». Спасибо за это Онде. Но у некоторых детей не было такой прекрасной мамочки, которая объяснила бы им, как нужно хорошо себя вести. Одним таким ребенком была Руфия. Такая типичная Руфия всегда при параде: новенькая одежда девчачьих цветов, мультяшные герои или лучше принцессы (она ведь девочка) на всех предметах. И, естественно, раздувшееся благодаря внушению родителей эго. И это неслучайно, ведь родители растят не просто ребёнка, они растят самого лучшего ребёнка, о чем никогда не забывают упоминать. Взращенная на комплиментах, Руфия не забывает напоминать о своей исключительности и остальным: — Эта игрушка моя (вовсе не общая). — Здесь я сижу (ведь это место лучшее). — Иди играть в другое место (не перестало какому-то простолюдину вместе с принцессой играть). Так произошло и с Иконтом. Ну ещё бы. Как такой, как он, мог стать избранным? Он носил самую простую одежду. — Какой смысл тратиться на дорогую, если через пару месяцев он все равно из неё вырастет, — не забывала упомянуть Онда. Внешностью Иконт обладал самой заурядной: карие глаза, каштановые волосы, средний рост, средний вес. Ничего примечательного. Один из миллионов похожих между собой детей его возраста, так что популярностью у девочек он не пользовался. Да и никаких особо «ценных» вещей у него не было. Ни набора ручек с блёстками, ни дорогих конструкторов, ни фишек, ни фигурок с персонажами. — На все это денег нужно немерено. Да и зачем тебе эти ручки с блёстками? Вот набор ручек подешевле. Обанкрочусь с тобой, — не забывала сетовать Онда. Так и вышло, что Иконт попал в немилость. Для детей такое не редкость. Вот есть у тебя робот, тогда да, ты самый крутой. А робота нет, так ты никто и звать тебя никак. Так Руфия и начала задирать Иконта. То толкнет, то лопаткой ударит, а то и вовсе укусит. Терпел Иконт, терпел, но куда деться? Решил все-таки рассказать об этих пренеприятных инцидентах матери. — Мам, у меня в садике одна девочка есть. — Так, и что? — рассеянно бросила Онда, не отрываясь от глажки. — Она меня лопаткой ударила. — А было за что? — Нет! — возмутился Иконт. — Ну и забудь тогда, — вздохнула мать. — Но она и остальных бьёт и кусает. — Воспитателю скажи. — Говорил. — А он что? — Сказал, чтобы мы терпели, мы же мальчики. А девочек обижать нельзя. Мама мгновенно оживилась. — Конечно нельзя! — Но почему? — Иконт, ну сам подумай: девочки же слабые. Их бить ни за что нельзя. О них, наоборот, заботиться нужно, — отложив на минуту глажку, Онда отвлеклась-таки на сына. — Ты же мальчик, будущий мужчина. Джентльмен. Девочкам нужно место уступать, сумки тяжёлые носить; помогать, если девушке что-то нужно, дверь открывать, пропускать. — Но почему? — Почему-почему, — вмиг разозлилась Онда, — говорят тебе так, значит, так правильно! — не обращая больше внимания на сына, она вернулась к глажке. Эх, наверняка большинству мальчиков говорили этот бред. Сколько из них выросло обозленными на девушек? Думаю, много. Я тоже нередко размышляю на тему отношения полов, благо, забыть мне об этом не дают вечные мемы сексистского содержания, то и дело всплывающие в моей ленте. Все это идёт из детства. Мальчикам все время внушают, что они мужчины, а значит, должны быть стойкими, не плакать, не жаловаться, всегда защищать всех и вся. В то время как девушкам внушают, что они принцессы, им должны дарить подарки, ухаживать, заботиться о них, добиваться. Доколе эта фигня будет продолжаться? Кажется, мне стоит сразу обозначить свою позицию: я считаю, что главное — чтобы из ребёнка человек вырос хороший, а все остальное — полное дерьмо. Никто не обязан уступать девушке место только потому, что она девушка. Если ты парень, можешь плакать, если тебе больно, признать, что тебе плохо. Все эти стереотипы о чисто женском и чисто мужском — полная чушь. И все идёт из детства. Сколько таких детей я видел. — Кто тебя ударил? — Не скажу. Мужчины не жалуются и не ябедничают. Да, а потом вырастают замкнутыми личностями, которые не умеют делиться собственными проблемами и переживаниями. — Я не буду носить эти шорты. — Почему? — Девочки должны ходить только в юбках, быть женственными. Так мама сказала. Да, а потом вырастают девушки с комплексами, которые считают, что без пресловутой юбки, длинных волос и макияжа они неженственные, некрасивые. Но вернёмся к нашей Руфии. Почему мы вообще о ней заговорили? В пылу игрищ после обеденного сна наша дева сидела в песочнице, играла в куклы. Иконт был здесь же. Лепка из песка так увлекала его, что он почти не обращал внимания на вещи вокруг, то и дело засыпал песок в формочки, трамбовал его, переворачивал, вываливая из формы очередную рыбку. Рыбка за рыбкой уже начала образовывать целую заводь, чем искренне мешала куклам. Так подумала Руфия. После очередного куличика она поднялась и со злости пнула ни в чем не повинную рыбу, превратив её в пыль. Не успел Иконт понять, что же именно произошло, как Руфия, схватив валявшуюся тут же лопатку, начала стучать ею везде, куда дотягивались её короткие ручки. Получив немало ударов, Иконт, расплакавшись, был вынужден капитулировать, бросив уцелевшие куличики на произвол судьбы. Это уже был не первый случай. Такое происходило с завидной регулярностью. Однако что поделать в такой ситуации? Жаловаться воспитателю? Но он же не ябеда. Мальчик должен быть сильным. Треплются только девчонки. Но как же быть? Иконт помнил мамины наставления: «девочек обижать нельзя». Эх, если бы я мог, я бы дал бедному мальчику пару наставлений. А действительно, можно ли обижать девочек? Нужно ли давать сдачи? Сколько в интернете статей на эту тему, сколько мнений. Каждый психолог, родитель и мимокрокодил готов высказаться на эту животрепещущую тему. Одни говорят, что сдачи дать нужно обязательно, или ребёнок вырастет тряпкой. Другие твёрдо уверены, что девочек ни в коем случае бить нельзя. Так делают только трусы и слабаки. Есть те, кто считает: девочка ничем не отличается от мальчика. Если мальчику можно дать сдачи, то и девочке тоже. Какие происходят баталии по этому вопросу на форумах! Ах, загляденье. Что же думаю я по этому поводу? На мой непрофессиональный взгляд для начала нужно научить ребёнка тому, что хорошо, а что плохо. Как ребёнок сможет дать сдачи, если не знает, справедливо это или нет? Например, представим картину, которую, мне кажется, любой человек видел в жизни хоть раз. Детская площадка, на которой играют дети от мала до велика. У одного ребёнка, допустим, лет двух забрали игрушку, и он идёт плакаться родителям. Отец, отложив в сторону банку пива, естественно, заявляет: «Что ты как тряпка? Пойди и дай сдачи». Ребёнок идёт и пинает обидчика, получая тем самым свои игрушки назад. Что же вынесет ребёнок из этой истории? Если тебе что-то не нравится — применяй силу. А что потом? Мать заставит этого ребёнка есть ненавистный суп. Ребёнок припомнит урок — подойдёт и пнет мать. Пока ребёнок не понимает, что можно делать, а чего делать нельзя, не стоит учить «давать сдачи». Нельзя просто говорить «иди и сделай» — для начала нужно объяснить. Жаль, что зачастую родитель для ребёнка не наставник, а всего лишь диктатор. Конечно, в какой-то степени так проще. Представляете, это же нужно объяснять! — Животных обижать нельзя. — Почему? Ох уж эти дети с их вопросами! Нужно рассказать, что животные — это не кукла, не игрушка. Им больно. Нужно подойти к животному, погладить, рассказать о нем, словами донести ребенку «чистое, светлое». Боюсь, если на ребенка просто накричать, мол, не делай так, то урок ребенок не усвоит. Он поймет лишь то, что животного обижать нельзя потому, что мама накричит, а отец может пенделя прописать; а вот если никто не видит… Тут уж я продолжать не буду. Учите своих детей. Верю, это сложно. Но прошу: не рожайте в этот мир очередное чудовище. Здесь их и так с избытком. Учите, наставляйте, разговаривайте со своим чадом, слушайте его. Быть родителем — это работа. Важная работа. Не проеби ее. Отвлеклись. Но стоит ли применять силу (в том числе к девушке)? Вообще я категорически против того, чтобы применять силу как к девушке, так и к парню. Конечно, девушка физически слабее, но я не делаю такой уж сильной разницы. Я думаю, есть другие, более эффективные средства улаживания конфликта. Например, чем плохо привлечение медиатора, третьей стороны? Если между двумя людьми конфликт, то третья сторона может помочь. Такая практика довольно популярна. Взять двух супругов. Пыл остыл, любой вздох раздражает, ей хочется выцарапать ему глаза, а ему разбить ей голову. Счастливая (когда-то) пара идёт к семейному психологу, который помогает найти взаимопонимание. В других ситуациях третьей стороной может быть учитель, воспитатель, прохожий на худой конец. Почему нельзя попытаться решить конфликт мирно? Правда, всегда есть те, кто называет это пресловутым «ябедничество», но, как по мне, уж лучше «наябедничать», чем получить сотрясение или разбить кому-то лицо. Но даже если и это не помогает, почему не поставить человека на место словами? Разве это не в разы круче, чем просто лезть с кулаками? Что до кулаков, то я готов признать, что иногда все же их стоит использовать, однако только в ситуациях, попадающих под раздел «самозащита». Если на вас напали, вы находитесь в опасности — смело применяйте кулаки. Неважно, кто нападающий — парень или девушка, — защищайте свою жизнь. Как говаривала известная в свое время реклама: «А для всего остального есть…» рот. Что же сделает Иконт? По тому, что говорила мама, ударить Руфию лопаткой нельзя. Да что там ударить, её и обижать нельзя. Но так он поступить не мог. В его сердце разгорелось новое чувство, которому мальчик никак не мог дать определение. Но я могу открыть секрет — это была злость. Жгучая, острая. Просто так справиться с ней Иконт не мог, поэтому пошёл к воспитателю и наябедничал. Да, он уже жаловался прежде, ни к чему это особо не привело — в тот раз от него (ожидаемо) отмахнулись. В этот раз повезло. Воспитатель, пребывая в плохом расположении духа (она сегодня не выспалась, её можно простить), отчихвостила Руфию по первое число. Проплакавшись раз, Руфия не бросила попыток задирать Иконта. Ещё несколько раз она делала ему гадости, на которые способны только дети. Однако впредь после каждой такой выходки Иконт бежал к воспитателю, доставая и без того заебанную жизнью женщину. Спустя несколько неудачных покушений Руфия все же поняла: этого ябеду Иконта лучше не трогать. Вскоре Иконт стал негласным неприкасаемым. Его жизнь стала чуточку лучше. Правда, он теперь понял, что мама не всегда бывает права, но к нам всем приходит это осознание рано или поздно. Дни снова стали спокойными. Никаких подлостей, много игр, веселье. Так бы все и продолжалось бы, если бы в один день не случилось следующее. По дороге из сада Онда казалась более нервной, чем обычно, что не укрылось даже от внимания Иконта. Ещё больше он стал волноваться после того, как мать завела взрослый разговор, в котором он мало что понимал. Среди таких понятных слов, как «папа», «вместе», «козёл», там ещё были и мало понятные «молодость», «прожигать», «любовь». Иконт искренне не понимал, что происходит, но дома все встало на свои места: — Ну вот, это Иконт. Иконт, знакомься, это Читом. С этого дня он будет жить с нами.