Дело о тухлой капусте

В бюро, как обычно, копошилось очень много людей. Все они имели свою роль и разное предназначение. Кто-то был детективом, кто-то простым практикантом, а кто-то и вовсе уборщиком. Но несмотря на это, все это было похоже на муравьиное гнездо, где все старались для того, чтоб их жилье было идеальным. Но это была волчья стая, где каждый боролся за свою жизнь и у каждой такой стаи есть свой вожак. Именно у этой это был человек со строгой, как и его характер, фамилией Громовин. Не сказать, что его поставили давно, но такое ощущение, что он на этой должности всю свою сознательную жизнь. Но уже никто не помнит за что он обрел данную должность. Все во в нём сейчас видят нигилиста и противоречивого лицемера. В общем противного типа и довольно странно, что Флейм нашел с ним общий язык. Сам Громовин был поставлен на должность из-за своего строгого, грубого и качественного отношения к делу, а также и за реальные заслуги по службе. Ну, как говорится, это было давно и неправда. Никто (почти никто) не сможет подтвердить их по всей правде и ничего не додумывая. Детектив размашисто пройдя коридор, прошел к своему кабинету и открыл двери. Его уже около пяти минут там ждала женщина средних лет, сидящая напротив рабочего места. Кто бы это не был, это была посетительница, пришедшая с делом. Она одета во все черное. Не сложно догадаться, что у нее траур, но пусть она и в вуали, и полностью черной одежде, по ней видно что-то, что случилось ей абсолютно не трагично и даже наоборот, радостно. -Вы по какому поводу, мадам? — спросил Флейм. -Вдова, мистер Линн, вдова — грубо ответила женщина — Я тут по поводу моего мужа. -С ним случилось что-то плохое? В комнате застыла тишина. Детектив сам того не понимая, сказал глупость и для того, чтоб разрядить обстановку он сказал следующее: -А… Миллион извинений, не проснулся ещё. Так что случилось с вашим мужем и почему вы пришли ко мне? -Моего мужа, Ганса, больше нет в живых. А пришла я сюда, потому что мне в полиции отказали в помощи, спихнув все происходящее на пьяную драку и поймав какого-то бомжа на улице, закрыли это дело. Как вы понимаете, это унизительно с их стороны. Но решила не наступать на те же грабли еще раз и пришла к вам. -Ясно, я очень благодарен вам. Это было убийство, верно? -Да, Линн, это было убийство. Его убили прямо на моих глазах. Я тогда ничего не смогла сделать, поскольку была охвачена паникой. И здесь я еще из-за того, что я не знаю кто мог бы убить моего мужа. -Знаете, по вашему лицу, спрятанного за этой тканью и виду не скажешь, что вы очень скорбите о муже. Мне кажется, что вы даже рады этому, дорогая вдова. -Вы правы. Я отчасти рада, ведь мой муж был еще тем придурком и идиотом. Но если бы мне было все равно на него или не больно от утраты, я бы не пришла сюда ни за что. -Вполне логично и правдоподобно. Тогда расскажите подробнее об этой ситуации. Мне нужно знать, как можно больше и старайтесь, пожалуйста, не упускать какие-либо детали. После чего я скажу вам, готов ли я приняться за это дело. -Ладно, как хотите. Дело было полной ночью. Мы с ним возвращались с вечернего сеанса кино и по пути решили сократить путь. Перед этим мы зашли в магазин и купили хлеба домой, где продавец очень странно смотрел на Ганса. После магазина мы пошли через подворотню, ибо сильно устали за день. Где-то на середине пути сзади подкрался человек, одетый весь в черное, предположительно мужчина. Он ударил Ганса по голове и замахнулся на меня. Я испугавшись начала отбегать оттуда. Мужчина, видимо, не собиравшийся меня догонять сделал пару контрольных ударов в голову моего мужа, когда он пытался встать для самообороны. -Что вы сделали после этого? -Я стала убегать. Ведь Ганса уже было явно не спасти, а свою жизнь надо беречь, потому что у нас есть одиннадцатилетний ребенок. В панике я побежала в полицейский участок, где мне оказали всю помощь о которой я уже рассказала вам ранее. Наверное, они меня посчитали за дурочку. -Может они и посчитали так, но я считаю, что это неправда. Вы видели убийцу? Смогли бы его опознать на каком-то из допросов? -Вряд-ли я смогла бы тогда вообще что-нибудь, стоящее увидеть, не то что бы убийцу. Как вы, наверное, бы уже поняли, меня охватила паника. -Хорошо, спасибо, этого достаточно. Вот держите. Это моя визитка, если что вдруг сообщите, я буду очень вам благодарен. А ваш номер телефона я уже давно знаю, так что не переживайте. Я вам сразу сообщу про какие-то продвижения в деле. А теперь можете идти, берегите себя и сохраняйте самообладание. -Спасибо большое, мне намного легче стало после того как я вам все высказала, до свидания! -До свидания! Женщина встала и вышла за дверь. Кажется, что она сходила не к детективу, а на сеанс психотерапевта. Ну… не в первой уже. Работа детектива очень тесно связана с психологией и ничего необычного в этом сеансе нет. До следующего клиента осталось около пятнадцати минут и Флейм решил пройтись взять себе кофе, ибо его до сих пор клонило в сон, не смотря на то, что часы показывали уже одиннадцать. Но только стоило выйти ему за двери своего кабинета, как к нему подбежал какой-то человек и начал просто домогаться: -Здравствуйте, Линн! Я тут по очень серьезному делу. -Приветствую вас. Однако, не только вы ко мне с серьезными делами приходите, — грозно отозвался детектив — Поэтому пройдемте со мной, я хочу выпить кофе, а по пути поговорим про ваше дело. -Разумеется, как вам будет удобно. Но дело мое очень интересное с моей точки зрения. Флейму было абсолютно плевать на его точку зрения, его волновало только то, что он еле-еле держится на ногах и ему надо выпить чего нибудь покрепче. Но несмотря на это, он все равно с неким спокойствием и сдержанностью слушал мужчину. Тот рассказывал про очередную бытовуху, с которой полиция обычно справляется на раз-два. Видимо, мужчина просто не доверяет органам и поэту пришел к частнику. Это очень глупо, ведь частник абсолютно чужой человек, если подумать разумно и логически. История не была сильно насыщена эпитетами и красками. Она могла бы ограничиться в два слова, но это сильно лаконично. Он рассказывал про то, что видел, как в соседнем доме была очередная ссора мужа и жены. В какой-то момент ссора сильно накалилась, и глава семейства взял в руки топор. Выключился свет и шум закончился крайне резко. Очевидно, жена умерла от топора, а их дети потом уехали вместе с соседом далеко-далеко, только уже утром. Именно факт отъезда стал наиболее подозрительным и, так сказать, крайней точкой всего происходящего из-за чего, собственно клиент и пришел чуть-ли не в бешенстве. Тем временем, обсуждая эту историю, они оба уже подошли обратно к бюро и вошли в него. Только успев услышать детали дела, Флейма кто-то позвал. Это был начальник и было ясно, что отказывать нет смысла. Будет серьезный разговор по поводу событий происшедших несколько дней назад. Линн об этом знал и понимал, что придется выкладываться на полную. Детектив ласково сказав клиенту, что с ним спишется и дело реально интересное, пошел прямиком к начальнику. Он на третьем этаже. Лифт уже давно не работает, поэтому пройдясь по лестнице, детектив успел привести себя в порядок и немного взбодриться. Он был готов не упасть в грязь лицом. Осталось пару шагов. И отдышавшись Флейм открыл дверь и вошел к начальнику.