Дело о тухлой капусте

Войдя в кабинет Громовина, Линн сел в кресло напротив начальника, по его указанию. После чего прозвучал его угрюмый и строгий голос: -Ну что ж… Рассказывай, как было, только без приукрашиваний и лишних дополнений. Ты же знаешь, как я это не люблю. Перебивать тебя не буду, смотри чтоб тебя не занесло в далекие дали. Только Флейм вздохнул, чтоб начать, Громовин дополнил себя: -Ах да, чуть не забыл. Я буду записывать разговор на диктофон, но не бойся, он будет у меня для отчетности. И врать не надо, опять же потому, что это не для кого-то говоришь, а только для меня. -Прямо всё-всё рассказать, как было? -Да, смелей. -Тогда слушайте. Я начну с далека, чтоб не упустить ничего. Как-то раз я получал галлюцинации от того, что не спал больше четырех дней. Не сказал бы, что я получил весомое удовольствие. От наркоты, так называемый трип, скорее всего, намного интересней, но хотя бы не гробится здоровье в том количестве. Вообще глюки неприятная вещь для адеквата, сами понимаете, наверное. Тогда я работал над одним делом и было слишком много бумаг и всяких документов, а также очень много убийств. К этому ко всему сами убийства происходили каждый день со случайной периодичностью, который мы не могли контролировать, как мы не пытались. Может вы помните это дело. Однако, мы были вынуждены закрыть дело из-за того, что нам просто не хватило времени вычислить убийцу и он, скорее всего, где-то просто скрылся, ведь убийства закончились, а по уликам было невозможно его определить. И в один из дней этого ужасного и долгого дела я увидел то, что нормальный человек посчитал бы бредом. Все началось с легкого: были слышны какие-то странные звуки, исходящие из разных источников. Далее мне казались всякие животные, птицы и другая живность, которую я так и не смог определить. Но окончательным было другое. Встреча с дьяволом. Он мне угрожал всеми смертными грехами и последствующими мучениями в аду, подобных варке в котле всю вечность. Этот разговор длился очень долго, но после него я вырубился. Я не помню сна, я не помню ощущений самого сна, помню только то что я проснулся примерно через сутки после этого. И то проснулся я не по своей воле, а по вашей воле и воле работницы медицинского пункта. Так почему я это вспомнил? Я просто хочу каким-либо из образов сравнить эти два типа галлюцинаций, для вашего удобства, конечно же. Итак, от неспания результат ясен, но есть еще один тип, который я пережил на себе. Возможно, его можно назвать «шизофренический», следуя названию болезни. Случилось это два дня назад, когда я по делу оказался в школьном спортивном зале, который недалеко от стадиона Мешбурна. Там я расспросил учителя физической культуры, пока у него на занятии был, насколько я помню, одиннадцатый класс. Физрук фигурировал в деле как свидетель и вскоре вообще оказалось, что он бесполезен для дела. После этого я решил понаблюдать за уроком физкультуры, так сказать, вспомнить молодость. Юноши натянули сетку поперёк зала, взяли мяч и начали играть в волейбол. Учитель следил за ними до какого-то момента и покинул зал. Именно до этого момента всё было хорошо. Где-то через несколько минут после начала игры случилось то, что псих бы посчитал обычным делом. Обстановка резко сменилась на кладбище вовремя ночи, дети превратились в зомби, которых показывают по телевизоры, только в десятки раз ужасней и натуральней, сетка же превратилась в какой-то длинный и порванный кусок кожи, натянутый с очень сильным растяжением, ну, а мяч превратился в голову физрука, с кем я общался буквально пять минут назад. Увидев все это в живую, можно смело сказать, что это иная сторона кладбища, адская сторона. Я застыл в панике и хотел бежать. Убежать и запнуться в какой-то безопасный угол, где не будет тех «людей». Они развернулись ко мне и уже хотели идти в мою сторону, но я решил действовать. В моей голове тут же зародился план. Надо ударить одного ногой в живот, второго в его противную морду, а «мяч», уже подкатившийся ко мне, пнуть в толпу оставшихся зомби, ну и по итогу убежать куда только ноги глядят. Как только я собрался это всё реализовать, то окаменел. Пытаясь что-то сделать, получал только ноющую и опасную боль. Не смог ничего сделать, я резко упал и вырубился. Через какое-то время меня разбудили с помощью нашатырного спирта, поднесенного к моему носу. Открыв глаза, я увидел красивое женское лицо школьной медсестры. Оклемавшись, я резко встал, привёл себя в порядок и, взяв у незамужней работника медицинских услуг номер телефона, быстрым темпом покинул данное здание и мигом ринулся к бюро, где составил отчёт об этом деле. Как я понял, подумав несколько позже, это был один из приступов шизофрении, а точнее один из осложнений. Не могу сказать, что психика моя сильно подпорчена этим недугом. Он еще на ранней стадии из-за чего я могу адекватно себя вести и разумно рассуждать, за исключением мелких и не сильно мешающих факторов. Эта болезнь была найдена у меня еще в старшей школе. Тогда, мягко говоря, я был в шоке от этого и что есть из сил старался не сойти с ума, ведь этого я боялся больше всего. Но был один фактор, именно из-за которого я не сошел с ума еще десять лет назад. Несмотря на болезнь, у меня очень сильная и стабильная психика. Спасибо моим генам, что еще тут сказать. А почему вы об этом не знали по приеме меня на работу и как я вообще смог отучиться в училище сейчас расскажу. Как и любой другой ребенок, я проходил ежегодную школьную медкомиссию. Правда, уже не в своей родной поликлинике, а в городской, ведь тогда только переехал сюда. И пройдя всех врачей на отметку «годен», я дошел до психотерапевта. Что-то меня тревожило перед тем как войти в кабинет, но я не обращал внимания и смело вошел в него. Войдя туда, меня встретила очаровательной красоты барышня. Ей по виду было лет тридцать, фигура стройная, а по лицу красивая, пусть и было видно умеренное количество макияжа. Но с другой стороны, я не должен был вообще на это обращать внимания, ведь тогда я был подростком, у которого активно работали гормоны на очередного красивого представителя противоположного пола. Если честно, я бы и сейчас не отказался бы провести с ней вербальный контакт, но суть в этом. После всех моих размышлений и мечт, меня взбудоражил приятный голосок. Она спросила про меня. Вопрос был очевидным: буду ли я проходить полный осмотр или обойдемся на том, что я просто годен. И, как не глупый человек, желающий провести в компании этой барышни ещё время, я согласился на полный осмотр. Посмотрев на меня милым взглядом, она закрыла все шторы и двери на ключ, и посадила меня напротив нее за стол. Обследование происходило именно так, как и показывалось всегда в фильмах. Меня ожидал допрос про всю мою жизнь, окружение, проблемы и дилеммы. Хотя, я бы не сказал, что это был допрос. Наоборот, это был очень приятный диалог, после которого, правда, у нее уже закрались какие-то сомнения. Следом пошли картинки, которые, на самом деле, называются тестом Роршаха. На них были изображены разные кляксы, похожие на бабочек, животных или же демонов. После него врач немного поуспокоилась, но не остановилась на результате. Далее пошли словесные ассоциации. На сказанное слово я должен был нарисовать рисунок, который у меня связан с этим словом. После этого психотерапевт опустила голову и пробормотала что-то про жалость и недовольство. Я не смог этого разобрать, поэтому моя тревога только усилилась, причем до какой-то неимоверной степени. Я об этом ей сказал, после чего она дала мне заключительный тест, который я провалил и был уже ясен мой диагноз. Предшизофренический синдром, но в бумажке было написано, что я здоров. Врач это объяснила тем, что я хороший парень и не хочет мне портить жизнь, но надо быть осторожней. То есть часто менять обстановку, больше читать, а если есть талант, то можно и писать или же рисовать, как мне будет удобней. Выйдя из кабинета в полном ужасе, я около месяца не мог успокоить себя. Казалось бы, причины этого были, но странного за собой я ничего не замечал, а тут вот это. Я из-за страха начал рисовать, мне поначалу то нравилось, но потом я забросил, ведь у меня не получалось и это меня со временем угнетало. После полугода я как будто забыл о диагнозе и просто жил спокойной жизнью, не боясь ничего и понимая, что пока я этого не захочу сам, этого не произойдет. И вот, через десять лет оказалось, что это бред, ведь оно начинает происходить. Ладно, хватит уже мне рассказывать. И так много всего разглаголил. Пойду возьмусь за работу, пожалуй. — наконец-то закончил детектив. -Флейм, слушай. Я понимаю, как тебе тяжело и что произошло. А также понимаю твою тягу к работе и то, что кроме работы у тебя больше нет ничего. Но, мне кажется, что глюки ты словил от недостаточного отдыха. — с некой жалостью и спокойствием ответил Громовин. -И что мне делать, пойти отдыхать? Я не могу так сделать. Как же то дело про чудака, который зарубил свою жену топором и следом уехал вместе со своими детьми в закат? А то дело про вдову и ее бедного мужа? Я согласился на эти дела и хочу их закончить. Я все же самурай в крови, это дело чести. — с уважительным тоном выразился Линн. -Кроме тебя в этом бюро есть ещё много хороших детективов, и какой бы ты не был лучший, без отдыха ты не протянешь долго. Так что… иди передохни недельку, я дам тебе отпуск. А все твои дела я уже перевел на других детективов. Расслабься, встреться с кем-то, с кем было бы неплохо уже давно выпить пива. Или же просто отоспись. Отпуск весь твой. Ступай! -Спасибо большое, я очень благодарен вам за ваше благоразумие. Есть у меня кое-кто с кем я хочу уже полгода выпить и поговорить по душам. Спасибо! Сказав свои слова благодарности, Флейм вышел из кабинета и достал телефон. Пока дошел к выходу, он уже нашел номер старого друга и позвонил ему. Прошло очень много гудков, казалось, что никто не возьмет трубку, но только Линн уже хотел сбрасывать, кто-то ответил: -О-хисасибури, дружище. С чем пожаловал? -Привет, Рейдзи! Ты не представляешь, как я рад тебя слышать! — весело ответил Флейм. -Я не меньше, отоко, но хито. Давай раскаивайся, чего звонишь? -Слушай, у меня к тебе одно неформальное предложение. Когда ты будешь свободен сегодня? -Я весь во внимании и твоем доступе, Флейм. Только вопрос: что за предложение? -Давай я возьму пару банок пива, карты и зайду к тебе на вечер. Посидим, поболтаем о прошлом, настоящем и будущем. Как тебе идея? --Со-ка! Когда у тебя появилось время и желание. Неужели тебе дали премию за очередное героическое дело из-за которого ты не спал двадцать восемь дней? — со смехом спросил Рейдзи. -Ха-ха, нет. С деньгами у меня всегда был порядок. Мне дали отпуск, чтобы я развеялся, и я подумал, что было бы неплохо встретиться со своим старым другом, тем более после нескольких лет разлуки. Ладно, заканчивай своё ничего и к часам шести я подскачу. -Хорошо, я полностью за! Сайонара, анато микеру! -Я надеюсь, ты знаешь, что я не знаю всех твоих фразочек на японском и мне тяжко их понимать. -Ой, ты же понимаешь, что я с ними от тебя не отстану и когда-нибудь научу и всему японскому, так что не переживай, тайске. -Ладно. Бывай и жди. Они одновременно бросили трубку и начали собираться, готовиться к намеченной встрече. Тем временем, договорив, Флейм уже успел выйти из здания бюро и дойти до автобусной остановки, на которой было подозрительно пусто и тихо. Здесь же всегда есть кто-то и куда сейчас они все делись не ясно. Странные люди все-таки здесь живут. Ждав своего автобуса, детектив достал свою сигарету и положил ее в рот. Следом из кармана вылезла зажигалка и он, тихо и непринужденно, ее зажег подкурив сигарету. Одной первой тягой он скурил уже половину и смахнув пепел он легко отдышался: -Эх…