Скрипка и немножко нервно

      «Дом, милый дом, как жаль, что я не увижу тебя больше.» — думала про себя Дарья, осматривая последний раз свою комнату.       Ещё пару недель назад в этой комнате был беспорядок, так присущий нашей героине. Молодая девушка так любила собирать книги, открытки, цветы в горшках и прочие украшения для дома, что от их обилия в маленькой комнате можно было легко забыть, что это девичья комната, а не лавка с мелочами в Чайна-тауне. Теперь же здесь идеальный порядок, если можно так выразиться, голые стены бежевого цвета, белый потолок с крючком от люстры и старый деревянный обшарпанный пол. Мать была бы довольна, будь здесь всегда так чисто.       Дарья вздохнула, ей не пришлось бы оставлять свой маленький рай, если бы отцу не предложили хорошую работу в Лондоне, но всё уже было решено, дом уже был выставлен на продажу, маленькая квартирка на окраине Лондона уже была куплена, а документы на обучение были уже отправлены в другую школу. «Ничего уже не поменяешь» — эта мысль появилась в голове девушки, и от волнения она ещё сильнее сжала ручку сумки через плечо, в которой были все её вещи.       Мать не разрешила забрать с собой всё, лишь пару растений, несколько книг и вещи, которые не займут столько места, как раньше. Эти две недели Дарья с болью в сердце разбирала свои вещи, какие-то нужно было выбросить, какие-то продать на барахолке и лишь небольшую часть забрать с собой. На продажу отправились практически все музыкальные пластинки, рисунки неизвестных художников и цветы. С собой она брала несколько любимых книг, коллекцию старых открыток, два альбома с фотографиями и прочую мелочь, которая смогла уместиться в сумке.       Часы на руке показывали без пяти три, скоро закат, осенью солнце начинает садится раньше. Оно светило прямо в окно, озаряя всю комнату своими яркими лучами, от этого становилось лишь ещё грустнее. Наверняка в новом доме его вообще не будет видно из-за множества зданий вокруг. С улицы донесся звук приближающейся машины, она остановилась под окнами и продолжила гудеть.       — Дарья, спускайся, нам пора ехать! — прокричала мать с первого этажа, и девушка, вздохнув, последний раз посмотрела на свою комнату и вышла в коридор.       Спускаясь вниз Дарья смотрела на свой дом и пыталась как можно ярче запомнить этот момент. Положив руку на перила, она медленно спускалась по лестнице, перенести бы это прощание ещё хотя бы на день. Она смотрела на пустые стены, где когда-то были фотографии, на белый высокий потолок, на деревянный пол, залитый солнечным светом.       — Долго нам ждать тебя, время у нас ограниченно! — крикнула мать снова. Дарья вздрогнула и быстро спустилась на первый этаж в гостинную. Мать недовольно смотрела на неё, она ничего не сказала и просто развернулась к дверям.       Прежде чем покинуть дом навсегда, девушка ненадолго затормозила и огляделась вокруг себя. Теперь и в гостинной тоже пусто, только большое настенное зеркало осталось висеть, его не взяли, потому что побоялись разбить. Дарья всматривалась в своё отражение, ей было непривычно видеть себя в пустой комнате. В зеркале она видела не себя, а совершенно другого человека.       Дарья была довольно высокой и худой, у нее была светлая мягкая кожа с большим количеством маленьких светлых родинок по всему телу. У нее были светлые, практически белые волосы до плеч, которые слегка вились на концах. Узкие плечи и практически полное отсутствие груди. У девушки была довольно большая голова на длинной мягкой шее без четких контуров, лицо было скорее квадратным, чем круглым, хорошо были видны скулы. Уши были маленькими, но торчащими, их кончики слегка выглядывали из-под волос. У нее был средний прямой нос с острым кончиком, который слегка был вздернут. Рот был небольшим, с довольно тонкими, но яркими губами. Довольно большие светло-серые глаза с острыми уголками, брови были большие, но очень светлые, их практически не было видно, как и ресниц. Её лицо было всегда спокойным и выражало смирение, словно она была статуей эпохи Возрождения. На ней были надеты белая рубашка, заправленная в кремового цвета шорты, и такого же цвета пиджак, он был ей явно великоват, её руки были лишь слегка заметны из-под рукавов, на ногах светлые полуботинки и высоко натянутые белые носки. Конечно, это была она — Дарья, но почему же тогда на душе такое чувство, словно ей нужно навсегда распрощаться с этим человеком. Словно прежняя жительница этого дома навсегда останется здесь, а новая Дарья никогда ничего не будет иметь общего с этим местом.       Солнце попадало и в гостинную, стоя в небольшом пространстве света, девушка любовалась собой, а точнее, тем человеком который навсегда останется в этом доме, ей было грустно от того, что в такой момент она тратит время на то, чтобы посмотреть на себя. Она бы стояла там ещё долго, если бы входная дверь не открылась и на пороге не появился отец. Он не сказал ей ни слова и даже не смотрел на неё, но было понятно, что действительно пора ехать.       Дарья молча вышла из дома и подошла к машине, открыла дверь и села на заднее сидение рядом с матерью. Пока они не поехали, девушка смотрела на дом, на отца, который закрывал дверь, на небольшой сад рядом с домом. Кто же теперь будет за ним ухаживать? Мама каждый год так старалась привести его в порядок после зимы, она проводила все свободное время в саду, неужели ей так просто с ним распрощаться. С этими клумбами, с несколькими яблонями, с маленькой каменной дорожкой, с птицами, которые свили гнездо на одном из деревьев?       Отец подошел к машине и сел на переднее сидение, это была не его машина, их должен был отвести его брат. Это он помог отцу найти его новую работу, он уговорил его переехать. Дарья и без того не сильно любила его, но после того, как по его вине она должна покинуть свой маленький рай, она просто возненавидела его.       — Поехали, — сказал отец, и машина медленно двинулась вперёд. Девушка наконец перестала смотреть на дом, больше не было сил мучать себя. Она откинулась на сидение и просто наблюдала за тем, как мелькают здания за окном, вскоре они выехали за пределы города и начались равнины. Дарья не хотела запоминать свой город в этот последний момент, она и так прекрасно знала все его улочки.       — Скоро начнется новая жизнь, ещё лучше, чем раньше, — дядя попытался разрядить обстановку, но никто ему не ответил.       — Не то чтобы мы до этого жили уж очень хорошо, — мать недовольно скрестила руки на груди. Она всегда была недовольна их жизнью, даже несмотря на то, что жили они получше многих в их небольшом городке. По большей части именно она уговорила отца на эту работу, а не дядя. На протяжении всей их совместной жизни она делала все возможное, чтобы уговорить мужа вернуться в Лондон.       Вообще отношения между матерью и отцом были непростые. Когда-то они действительно сильно любили друг друга, но со временем их чувства охладели, единственной причиной, почему они оставались вместе, была их дочь. Конечно, они не ненавидели друг друга, возможно, они просто привыкли, год за годом проживали по инерции вместе, однако если бы кто-то из них умер, другой не стал бы долго горевать. Родители никогда не выражали демонстративно свою неприязнь друг к другу, но это всегда чувствовалось.       Мать когда-то была очень стервозной женщиной, уверенной в себе, она добивалась того, чего хотела, прошли годы, но её внешний вид все ещё говорит о её дурном нраве. Это видно во всем, в её поведении, в жестах, движениях, манере говорить, в её внешнем виде и особенно четко это просматривается на её лице. У нее были светлые волосы, темнее чем у Дарьи, они были скорее русыми, она всегда собирала их в строгие прически, какие вы, должно быть видели у женщин, работающих в офисах на высоких должностях. Глаза у нее были усталыми, однако она часто любила кидать презрительные взгляды, всегда, когда была чем-то недовольна. Радужка синего цвета, та самая злобная синева, которая перед тобою захлопывается, стоит сделать что-то не так. Её нос был небольшим, возможно даже когда-то миленьким, но сейчас для её лица маловат. Лицо большое, но не толстое. Губы были тонкими, а когда она их сжимала, они превращались в простую линию, будто бы губ нет совсем. Вниз от уголков рта тянулись две морщины, а подбородок между ними был стиснут, словно кулак. Как бы она ни пыталась скрыть свой дурной нрав, вся её сущность была прописана на её лице.       Однажды она призналась Дарье, что не очень-то хотела иметь детей, но её семья вынудила её выйти замуж, родить ребенка и переехать вместе с мужем в этот маленький город. Она хотела видеть в дочери образцовую женщину, и у нее почти получилось добиться своего. Отец же всегда был на втором плане, ему не хотелось вмешиваться в жизнь своей дочери, потому что он думал, что женщина лучше справится с ролью воспитателя для девочки. Он довольно часто ездил в командировки, для того чтобы обеспечить свою семью, но его жена никогда не была довольна им. Из-за постоянных упреков жены, что он никогда не бывает дома и дочь скоро его забудет, из-за мысли о том, что он не справляется с обязанностями мужа и отца, у него несколько раз были нервные срывы, он сидел на антидепрессантах и в тайне, наверное, мечтал умереть.       У него был вечно усталый вид, словно он не спал несколько суток. У отца были тёмные волосы, которые почти полностью выпали из-за стресса, остатки волос на затылке он всегда старался уложить так, чтобы их визуально было больше, но это не сильно помогало. У него была большая овальная голова и высокий открытый лоб, на лбу были морщины и довольно глубокая полоса между бровей, лицо всегда гладко выбрито. На его большом лице были довольно маленькие глазки серого цвета, он выглядел бы очень смешно, если бы не носил очки с толстой оправой, которые слегка увеличивали его глаза. Помимо маленьких глаз у него так же был и небольшой нос, практически идеальный равносторонний треугольник. Рот был довольно большим, но губ практически не было, отец очень редко улыбался. Подбородок тоже был довольно большим и часто напряженным, потому что во время стресса отец стискивал зубы. Отец носил всегда офисные костюмы, даже если это было не к месту. Они с братом были очень похожи, разве что отец выглядел более старым и уставшим, а ведь он был младшим братом. Вообще отец не слишком сильно любил своего брата, потому что завидовал. Его брат жил и работал в Лондоне, у него были деньги и связи, именно он помог перевести Дарью в приличную государственную школу.       — Дарья, что ты ожидаешь от переезда в большой город? — дядя вновь попытался завести разговор. Девушка посмотрела в зеркало над лобовым стеклом и увидела, что мужчина на нее смотрит, она вскинула бровь и продолжила смотреть на него, он перевел взгляд на дорогу.       — Она не ответит, она злится, — мама посмотрела не нее с осуждением, — Как будто нам очень нравится покидать наш дом. — в её голосе чувствовалось раздражение. Хотя она, безусловно, была рада этому, хоть и скрывала.       — Ну зато там ты сможешь получить хорошее образование. В твоем городе не было старшей школы, а я устроил тебя в весьма престижное заведение. Этой школе больше трёхсот лет, оттуда выпустилось достаточно известных личностей. Ты наконец-то получишь тот уровень образования, который тебе подходит, в твоей прежней школе тебе нечего было делать. Благодаря мне, тебя взяли без вступительных испытаний, приемной комиссии хватило результатов твоих экзаменов и выпускных оценок, они сказали, что если будешь хорошо учиться, то сможешь попасть в продвинутый класс. К тому же, ты наконец сможешь нормально играть в шахматы, сможешь записаться в школьный клуб, будешь участвовать в соревнованиях, может быть, тебя заметят. Лондон — это масса возможностей для тебя. В конце концов, если ты не станешь шахматисткой, то сможешь стать политиком или судьей, или ещё кем-нибудь. Не сердись на меня, за то что я вытащил тебя из того городка, — он выглядел довольным, ему нравилось хвалиться своими достижениями и местом на социальной лестнице.       — Пройдет пара месяцев, и она успокоиться, — небрежно сказала мать.       Единственное, что успокаивало Дарью — это мысль о том, что она и правда сможет нормально играть в шахматы. Природа наделила её прекрасной памятью и предрасположенностью к точным наукам, но с детства Дарья любила играла в шахматы. В пять лет её отправили на несколько дней к бабушке, которая и научила девочку играть в эту игру. С тех пор Дарья стала одержима шахматной доской, она прочитала десятки книг о стратегиях в шахматах и разыграла десятки тысяч партий. Она всегда следила за всеми важными шахматными турнирами и мечтала однажды тоже стать великой шахматисткой.       В своем городе она поначалу ходила на кружок, но ушла оттуда через пару недель, потому что никто не смог у нее выиграть. Каждый год родители возили её в Лондон на юношеские чемпионаты, но Дарье ни разу не удалось занять первое место, она всегда проигрывала матч или два. Она не была гением, и ей пришлось с этим смириться, многие великие шахматисты в её возрасте были уже мировыми знаменитостями, а она — просто заурядный участник любительских игр, каких там были сотни. Она была хороша для своей школы или города, но в Лондон стекались дети со всей Великобритании. Но Дарья продолжала верить, что однажды все же станет успешной. Возможно, её день ещё просто не настал. Она верила, что однажды разыграет свою счастливую партию.       Время шло, солнце почти скрылось за горизонт, небо окрасилось сначала в ярко-оранжевый, затем в малиновый и потом постепенно начало темнеть. Замерцали первые звёздочки, ночь тихо опускалась на землю. Небольшие города теперь были видны издалека, сотни мерцающих огоньков поблескивали где-то вдалеке и навеивали воспоминания из прошлого, когда Дарья, ещё жившая в своем родном городе, вместе с друзьями уходила за черту своего поселения к большой дороге и проводила там время. На душе снова стало тяжело, девушка никак не могла перекрыть поток воспоминаний, нахлынувших на нее. Она вспоминала прохладные летние ночи, теплый ветерок, имеющий свой особый запах, мерцающие огни родного города, бесконечные зеленые поля, чистое ночное небо, усыпанное звездами… Нет, теперь это навсегда осталось где-то там позади, теперь её ждёт другая жизнь, пора бы уже это принять.       До Лондона ещё пара часов езды, пора бы уже немного подумать о будущем. Первые дни учебы в новой школе были пропущены, а это значило, что когда она появится в своем классе, будет привлекать к себе ещё больше внимания. Эта мысль терзала Дарью не меньше, чем то, что она покинула родной город. Ей не хотелось бы привлекать к себе много внимания, она была одной из тех, кто предпочитал все же оставаться в тени. Наверняка, все её одноклассники уже узнали о её существовании и теперь ждали появления обещанного нового ученика. Впрочем, может все не так плохо, и её класс на самом деле замечательный. Может, она даже сможет найти друзей или людей с общими интересами.       Учеба для девушки не была проблемой, она училась довольно хорошо, быстро схватывала и умела работать с числами, как правило, этого в школе достаточно. Хотя на самом деле Дарью интересовал немного другой вопрос, она хотела узнать про шахматный клуб в своей новой школе. Много ли там людей и сильные ли они игроки, примут ли её вообще туда, или она опозорится и будет высмеяна этими людьми. Мысли о школе навеивали лишь грусть и страх, как что-то огромное и неизбежно надвигающееся на нее. Однако скоро они начали путаться в её голове, и девушка незаметно провалилась в сон.       Проснулась Дарья уже в Лондоне. Машина неспешно двигалась по небольшой дороге меж домов, несколько поворотов направо, и вот они затормозили у трехэтажного серого дома с тёмной крышей и железной лестницей, начинавшейся у балкона первого этажа и тянущейся до самого верха. Все окна были темными, свет нигде не горел, в доме напротив горящие окна были, и у соседних домов тоже, а в этом доме нет. Как обычно, на первом этаже располагались не квартиры, а что-то другое, но в темноте ночи сложно было сказать, что там в окнах.       Девушка стояла на тротуаре и осматривалась по сторонам, в то время как её родители доставали чемоданы из машины, никто её не позвал на помощь, поэтому Дарья предпочла сделать вид, что её вся эта возня совершенно не касается. В доме напротив, на втором этаже, к окну кто-то подошел, вроде силуэт женский, и этот кто-то явно наблюдал на ними. Наконец отец подошел к входной двери, в руках у него были два чемодана, он поставил их на каменную плитку и начал рытся в карманах, вскоре он нашел то, что искал и достал из кармана ключ.       — Дарья, сделай милость, открой дверь квартиры, — с этими словами он протянул девушке ключ, на котором была нацарапана двойка.       «Два» это, видимо, номер квартиры. Дарья сжала железный ключ в руке и подошла к двери, тяжелая на вид, она довольно легко открылась, и девушка нырнула в темноту. Никакого фонаря внутри не было, только большое окно над лестницей, в которое попадал свет уличного фонаря. Дарья начала подниматься по лестнице, ей приходилось всматриваться в темноту, чтобы не упасть. Поднявшись на второй этаж, девушка увидела три двери, на той, что была посередине была цифра два и листок, приклеенный на скотч, на нем была надпись «Осборн» — это не оставляло сомнений, что квартира действительно их.       Здесь, на лестничной площадке, было светлее, хотя непонятно, где был источник этого света, подумав несколько секунд, Дарья без труда смогла вставить ключ в замочную скважину, пара поворотов с характерным щелчком, и дверь открылась. Взявшись за ручку, девушка нажала на нее и открыла дверь в квартиру. Внутри было очень темно, на Дарью сразу же повеяло каким-то холодом, как если бы она открыла дверь в огромную морозилку, девушка начала всматриваться в темноту, но не смогла ничего разглядеть, тогда она решила открыть дверь чуть шире и дать свету с лестницы проникнуть в прихожую, но тусклый свет смог озарить лишь деревянный пол и стену с темными обоями.       Внизу послышался шум, и входная дверь снова распахнулась. Три силуэта поочереди мелькнули в проходе и начали подниматься по лестнице. Конечно, это были родители и дядя, и хоть в темноте их было не узнать, до Дарьи долетели обрывки их разговора. Тяжелые шаги трёх пар ног разносились по всему дому, первым из темноты вынырнул отец, он нес всё те же чемоданы, затем дядя, тоже с вещами, и последней шла мать, у нее были лишь две небольшие сумки. Взрослые по очереди заходили в квартиру, гремели и ставили на пол вещи. Когда мать поравнялась с Дарьей, она демонстративно передала девушке сумку с её вещами.       — Свою сумку могла бы донести сама, — процедила мать и тоже зашла в квартиру.       К этому моменту кто-то из мужчин нашел выключатель и включил свет в прихожей. Дарья машинально повернула голову на свет, теперь она могла хорошенько рассмотреть прихожую. Это было небольшое пространство, отделяющее входную дверь от зала, который начинался практически сразу же. На стенах были тёмно-зеленые обои с каким-то сложным природным рисунком: какие-то абстрактные растения и узоры, пол из светлого дерева, справа на стене была такая же светлая вешалка с большими черными крючками, больше ничего, но скоро привезут оставшиеся вещи и мебель, и здесь появится шкаф, зеркало, подставка для зонтов и прочие вещи, место которым в прихожей.       Пока Дарья изучала прихожую, родители уже осмотрели всю квартиру. Девушке тоже хотелось бы получше узнать свой новый дом, но была уже ночь, хотелось спать, да и к тому же ей не хотелось мелькать перед глазами у взрослых, поэтому она решила найти свою комнату и поскорее лечь спать. Пройдя через зал Дарья оказалась в длинном коридоре, справа была кухня, а слева видимо остальные комнаты, из кухни вышла мать.       — Твоя комната в самом конце, но дверь справа, а та что прямо — в ванную. Отец уже отнес твои вещи туда, можешь идти спать, — она помолчала, словно хотела ещё что-то сказать, но потом отвернулась, поэтому Дарья решила, что может идти. — Завтра в школу ты не пойдешь, нам нужно ещё купить тебе форму и все необходимые вещи.       Девушка ничего не ответила, она и так прекрасно понимала, что ещё не может идти в школу. Дойдя до конца коридора, она открыла деревянную дверь, выкрашенную в белый цвет, и оказалась в своей комнате. Ей досталась небольшая комнатка, хотя прошлая не сильно отличалась по размерам, стены и потолок были белого цвета, пол был из достаточно светлого дерева, но не такого, как в прихожей, на полу стоял чемодан с вещами, напротив дверей было двухстворчатое окно. Дарья быстро подошла к этому окну, чтобы посмотреть на вид.       В её прошлой комнате вид открывался на сад и соседский дом, здесь же за окном была видна какая-то дорога и другой такой же серый дом, в доме напротив на первом этаже девушка смогла увидеть вывеску, на которой было написано «кафе», значит, она сможет наблюдать за людьми в этом самом кафе. Отойдя от окна, Дарья подошла к своему чемодану, села на корточки и открыла его, внутри была её одежда и спальный мешок, пока машина с вещами не приедет, придется спать в нем. Достав мешок и раскрыв его, девушка быстро разделась и залезла в него. Было не холодно, а это уже хорошо, за окном проехала машина, где-то за стенкой шумели взрослые, хотелось есть.       Теперь, когда Дарья наконец-то осталась одна, её вдруг охватил непонятный страх. Вместе с накопившейся усталостью он начал с силой давить девушке на грудь, все тело пронзила мелкая дрожь, как если бы ей было холодно, но усталость взяла свое и через несколько минут Дарья заснула. Если бы не это, она бы точно расплакалась. Но рано или поздно тоска все же одолеет её, может быть завтра или через неделю. Мысли о покинутом доме никуда не делись, они лишь ждали подходящего момента, чтобы напасть на девушку, сесть ей на горло и заставить разрыдаться. Они будут шептать ей на ухо свои гадкие речи при любом удобном случае, как только она останется одна.       Утро. Дарья проснулась довольно поздно, в квартире было тихо и это радовало. Полежав пару минут и мысленно просверлив в потолке дырку, девушка решила, что пора вставать. Она быстро вылезла из спального мешка, надела ту же одежду в которой была вчера и подошла к окну. Было довольно пасмурно, небо было сплошь затянуто темно-серыми облаками, на стеклах были капли дождя, на мокром тротуаре блестели небольшие лужи, кое-где можно было заметить маленькие круги от накрапывающего дождя. Типичная осенняя погода. Людей практически не было, только пара темных фигур быстро прошла мимо. Закончив любоваться видом из окна девушка вздохнула и направилась к двери, в коридоре никого не было.       Дверь в ванную была не закрыта, поэтому Дарья зашла внутрь. Ванная комната была небольшой, в ней едва хватало места для одного человека. На полу была большая темная плитка, а на стенах светло-голубая плитка поменьше. Напротив двери была белая ванна, а слева стояла раковина, зеркала ещё не было, но скоро оно появится. Дарья быстро умылась и почистила зубы, ей хотелось бы ещё принять ванну, но времени не было, поэтому она приняла душ и пошла искать мать. Она нашла её в зале. Женщина сидела на единственном стуле рядом с окном, видимо, стул остался от прошлых жильцов. Мать смотрела в окно, но когда девушка вошла в зал, она повернулась к ней и выдала какое-то подобие улыбки.       — Сейчас ты позавтракаешь, и мы пойдем. У меня ещё куча дел сегодня. Нужно будет навести порядок в квартире, я бы сказала, что мне нужна будет твоя помощь, но от тебя все равно толку никакого, только мешаешь. Завтрак на подоконнике, ешь, пожалуйста, быстрее, — она снова отвернулась к окну, не понятно, что она хотела там увидеть.       Дарья развернулась и пошла на кухню. Кухня была довольно просторной, у левой стены уже была раковина, стиральная машина и холодильник, остались от прошлых жильцов, у другой стены стоял огромный старый шкаф, он закрывал практически всю стену, никто не захотел его увозить и он пылился здесь несколько лет. За стеклянными дверцами ничего не было видно. Девушка подошла к окну, оно вело к тому самому двору, в который они сегодня ночью приехали. На подоконнике стояла тарелка, на ней лежал омлет и пара кусочков помидора, рядом стоял стакан воды. Быстро позавтракав, Дарья снова вернулась в зал.       Мать все так же сидела у окна, она не переменила своего положения. Она выглядела странно, одна в таком большом пустом пространстве, вокруг только грязные серые стены и такой же грязный темный пол, а сзади было большое окно, свет из котрого так четко обрисовывал её контуры. Эта обстановка напомнила Дарье какую-то современную картину, но она никак не могла вспомнить ни автора, ни названия.       — Если ты готова, то мы пойдем, — сказала мать не поворачивая головы.       — Да, я готова, — девушка осталась стоять на месте, она ждала, когда мать встанет с места и посмотрит на нее.       Женщина продолжила смотреть в окно, но вскоре она все же встала и посмотрела на дочь. Одного её взгляда хватило, чтобы понять, что пора двигаться с места. Выйдя в коридор Дарья заметила свое пальто на вешалке, она быстро надела его и повернулась спиной к двери. Мать тоже подошла к вешалке и неспешно натянула свое пальто, лицо её было как всегда недовольное.       — Иди на улицу, — сказала она спокойным и ровным тоном.       Девушка послушно развернулась и вышла из квартиры. Теперь она могла получше разглядеть подъезд, хотя он все ещё был в полумраке из-за отсутствия какого-либо фонаря или лампы, самый обычный, ничем не примечательный серый подъезд, с деревянной лестницей и старыми черными перилами. Не желая больше здесь оставаться, Дарья быстро спустилась вниз и вышла из дома на улицу. Холодный ветер тут же обдал её лицо, а несколько капель дождя тяжело упали на голову. Пока девушка ждала мать, она могла наконец разглядеть, что там на первом этаже их дома. За большими окнами она смогла разглядеть, что там была прачечная, но сегодня она не работала. Наконец, дверь снова открылась и показалась мать, она быстро огляделась, ища свою дочь, Дарья подошла к ней и ожидающе на нее посмотрела.       — Надеюсь, мы вернемся раньше чем твой отец, ключ всего один и он у меня. Скоро нам сделают дополнительные, но пока будет один на всех. Поэтому не задерживайся в школе, пока не получишь свой ключ, — они направились вперед по тротуару.       Когда-то мать жила в Лондоне, поэтому могла хоть как-то ориентироваться в городе. Минут пять они шли вдоль домов, пока не вышли к большой дороге. Теперь машин и людей стало больше, жилые дома сменились на магазины, Дарья старалась не отставать от матери и в то же время запомнить дорогу. Женщина шла вперед уверенным и быстрым шагом, словно жила здесь всю жизнь, девушка то и дело от нее отставала и ей приходилось бежать, чтобы догнать свою мать. Она старалась аккуратно обойти каждого человека и это её постоянно тормозило. Когда нужно было переходить через дорогу, Дарья снова замешкалась, слишком долго она смотрела в одну сторону, а когда обернулась, мать была уже на середине дороги.       Наконец они остановились у большого здания и быстро зашли внутрь. Здесь было тепло и шумно, они зашли в какой-то магазин женской одежды. Внутри было очень светло и просторно, играла какая-то странная легкая музыка, пахло множеством женских духов, между бесконечными рядами с разнообразной женской одеждой ходили женщин разных возрастов, но все они были очень красиво одеты, у всех было такое спокойное и благородное выражение лица, словно они были не в магазине, а в театре. Мать быстро направилась к одному из рядов, Дарья последовала за ней.       — Твой дядя сказал, что в школе нет такого уж строго дресс-кода, но в одежде должен присутствовать коричневый цвет и его оттенки, так что мы ищем вещи такого цвета, — она указала на пиджак, который был на девушке, — Некоторые вещи такого цвета у тебя уже есть, как этот пиджак, но нам нужна юбка, пара светлых рубашек, платье и может ещё что-нибудь, обувь пока не нужна.       Дарья знала, что мать очень любила хорошо выглядеть и всегда подбирала для дочери очень красивые и элегантные вещи, поэтому девушка просто стояла рядом и смотрела на то, как её мама ловко перебирает вешалки с вещами. Они побродили ещё немного между рядами и вскоре вещей собралось достаточно, чтобы составить из них гардероб в школу.       — Иди к примерочным, а я спрошу нужный размер для этих вещей, — с этими словами женщина ушла к кассе, а Дарья пошла к примерочным кабинкам.       У кабинок было несколько девушек, на вид им было примерно столько же сколько и Дарье, они все щебетали и смеялись не обращая внимания на девушку. Она встала в паре метров от них и начала наблюдать за девушками. Одна из примерочных кабинок открылась и из нее вышла тоже молодая девушка в красивом платье нежно-розового цвета, её подружки ахнули и начали осыпать девушку комплиментами. Она заулыбалась, начала крутиться, стараясь продемонстрировать себя со всех ракурсов, её подруги трогали платье и что-то тараторили. Вскоре девушка вернулась обратно в кабинку и вышла оттуда уже в своей одежде, видимо, вещь её устраивала и вся толпа девушек направилась к кассе. Дарья проводила их взглядом и заметила мать, которая быстро приближалась к ней.       — Ну давай, иди в примерочную и меряй все это на себе, — она передала девушке несколько вещей и затолкнула её в кабинку.       Дарья быстро разделась и начала рассматривать вещи. Первыми она надела свободные брюки темно-коричневого цвета с каким-то зеленоватым оттенком, они сидели прекрасно, затем она надела водолазку, цвет её напоминал темный шоколад. Девушка посмотрелась в зеркало, все было хорошо, тогда она решила продемонстрировать вещи маме.       — Смотрится хорошо и цвета подходящие, не броско и не вызывающе, то что нужно. Меряй дальше, — она крутила Дарью, словно шарнирную куклу или манекен, но девушка не обращала на это внимание.       Дальше была вещь очень похожая на водолазку, но более просторная, она была белого цвета и у нее было высокое горло с какими-то кружевами, выглядело очень нежно, и простая юбка кофейного цвета с тонкими, но крупными светлыми клетками. Этот образ мать одобрила даже больше, чем предыдущий. Оставалась пара одинаковых белых рубашек, бежевая кофта и темно-коричневое свободное платье с мелкими более светлыми цветочками практически до пола. Мать устроили все вещи, она не любила скупиться на одежду.       — Нам нужно купить тебе ещё канцелярские товары, а после зайдем ещё в пару мест, — наконец женщина выглядела довольной.       Они немного поискали нужный им магазин и вскоре наткнулись на небольшой киоск со всякими газетами, журналами и не только. Там они купили все необходимые письменные принадлежности и сегодняшнюю газету. Потом они зашли в продуктовый магазин, купили там продукты на пару дней, а потом мать собиралась куда-то ещё, но затем она решила, что лучше вернутся домой и оставить все вещи там. Той же дорогой они вернулись назад, теперь уже Дарья не отставала от матери, ритм большого города ей нравился, хотя все же она была бы рада вернуться. Она уже не так грустила по своему маленькому городку, все же Лондон манил её.       Вернувшись домой мать велела ей разобрать её вещи и дождаться, когда она вернеться, чтобы помочь ей с ужином. Дарья была рада остаться дома одна, ей хотелось посмотреть остальную часть квартиры, где её ещё не было. Разбирать свои вещи было бессмысленно, так как все они должны были стоять на полках шкафа, а шкаф был где-то в другом месте. Отец говорил, что их мебель должны будут привезти через пару дней после переезда, а значит уже завтра. Как не хотелось девушке застать приезд этой большой машины и топот незнакомых людей по дому, расстановку мебели и прочую суету которая так характерна переездам. Через пару месяцев жизнь войдет в нормальный ритм, а пока придется помучаться.       Первым делом Дарья решила просмотреть все оставшиеся комнаты, вообще оставалась лишь спальня родителей и там не было ничего интересного, такая же комната, как и у нее, только немного больше. Потом девушка вспомнила, что есть ещё и балкон с лестницей наверх, она пришла в зал и попыталась открыть дверь ведущую на маленький черный балкончик, но дверь почему-то не открывалась, оставив попытки, девушка села на тот стул, на котором утром сидела мать и тоже уставилась в окно.       На улице было все так же пасмурно, только дождь усилился и теперь стучал по стеклу, здесь со второго этаже можно было увидеть множество зданий: высокие и низкие, темно-серые, светлые и из красного кирпича, одно из них особенно выделялось, так как крыша у него была в виде стеклянного купола, а окна были очень большие. Хлопнула входная дверь и раздался стук каблуков, через пару секунд мать зашла в зал, в руках у нее ничего не было.       — Увы, но сегодня никакой уборки, придется отложить её на завтра, к тому же завтра все равно привезут вещи и снова мне все испачкают, так что я сама приготовлю ужин. Нужно будет ещё позвонить в школу и узнать какое у тебя на завтра расписание. Идем, домашний телефон не работает, — она махнула рукой, — И возьми листок и ручку, вдруг нужно будет что-то записать.       Они снова вышли на улицу, на углу стояла телефонная будка, внутри никого не было. Женщина быстро зашла туда, Дарья осталась стоять на улице. Она наблюдала, как мать достала из кармана небольшой листок, а затем быстро начала набирать номер. Из будки было слышно лишь неразборчивое бурчание, как не старайся, все равно ничего не поймешь. Пока мать разговаривала девушка ходила туда сюда, она смотрела на мокрый тротуар, на черное от сырости дерево, которое росло через дорогу, на серую кошку, которая перебегала через дорогу, на мальчика ехавшего на велосипеде… Мысли прервал хлопок закрывающейся двери телефонной будки.       — Завтра тебе придется встать раньше, чтобы успеть прийти в школу до начала занятий, какая-то девочка из твоего класса должна будет тебя встретить и провести по школе. Ещё ты должна будешь получить учебники в библиотеке. Кстати, мне сказали, что та девочка придет к нашему дому, чтобы показать тебе дорогу до школы, очень благородно с её стороны. М-да и ложись спать после ужина, чтобы выспаться, тебе нужно будет много энергии на завтра, все-таки большая школа, не такая как была в том городишке, — ей нравилось поучать Дарью.       — Почему дверь на балкон не открывается? — девушка все ещё хотела туда попасть.       — Потому что она закрыта, да и зачем тебе туда ходить? — она пытливо посмотрела на дочь, но ответа не получила, — Хорошо, я открою тебе дверь на балкон, но не ходи на крышу.       Вернувшись домой мать все же открыла Дарье балкон, а сама ушла на кухню. Конструкция была довольно старой, казалось, что он мог рухнуть в любой момент, но вряд ли это действительно случится. С балкона был тот же вид, что и из окна. Долго оставаться тут не хотелось, так как все ещё шел дождь и дул ветер, капли собирались вместе на лестнице над головой и тяжело падали на голову, с характерным щелчком ударялись о макушку, и брызги летели в разные стороны. С одной стороны было интересно забраться по лестнице на крышу и посмотреть что же там, но с другой, погода была не подходящая, да и если мать увидит, то запретит выходить на балкон. Взвесив обе стороны этого вопроса, девушка решила, что сегодня не полезет на крышу, но обязательно займется этим, как только такая возможность выпадет. Постояв ещё минуту на балконе, Дарья вернулась в зал, а затем проследовала на кухню.       Мама была занята готовкой и не обратила на нее внимания, девушка постояла в дверном проеме, в надежде что её заметят, но не получив никакой реакции, она ушла к себе в комнату. Время тянулось до невозможности медленно, Дарья походила по комнате, подошла к окну и снова посмотрела на кафе, людей там было очень мало, тогда она отошла от окна, взяла сумку со своими вещами и аккуратно выложила их на подоконник, на их место девушка сложила все вещи необходимые для завтра.       Не найдя для себя никакого занятия, Дарья легла на спальный мешок и попробовала заснуть, но сон не шел, она вообще никогда не спала днем. В голове должны были закрутиться тревожные мысли, желание вернуться домой должно было медленно выползти из своего укрытия и окутать разум своей паутиной. Но голова была совершенно пустой, словно кто-то щелкнул выключатель и обрубил все мысли. Может, это был всего лишь сон, и сейчас Дарья находиться у себя дома, стоит только распахнуть глаза, как она увидит свою комнату, залитую солнечным светом. Только пошевелись, и сон растает, как сигаретный дым. Девушка дернулась, быстро открыла глаза, но увидела лишь белый потолок чужой комнаты. Этот белый потолок давил на её голову, вытеснял все мысли, время остановилось и остались только они: обездвиженная Дарья и этот чертов потолок, который вечно будет преследовать её, каждое утро, каждый вечер. Чужой потолок… Так она лежала неизвестно сколько, может быть целую вечность, но сон постепенно принял её в свои объятия и девушка заснула.       Её разбудила мать, она сказала, что отец приехал, и пора идти ужинать. Первые несколько минут Дарья не понимала, что происходит, так всегда бывает когда спишь днем. На кухне не было стульев, поэтому есть пришлось стоя. Отец рассказывал про новую работу, про своих коллег и начальника, он выглядел вполне довольным.       — Дарья, не забудь завтра перед школой выпить свои таблетки и ложись спать после ужина, — мать снова смотрела на нее с раздражением, ей не нужен повод, чтобы быть недовольной.       — Я не хочу спать, — за весь день она не сделала ничего, чтобы устать.       — Тогда завтра в школе ты будешь сонной, а тебе нужен ясный ум. Если не можешь заснуть, выпей снотворное. Тебя не поймешь, то ты спишь по двадцать часов в день, то не хочешь спать вовсе. Нам снова вести тебя к врачам? — это был риторический вопрос.       — Хорошо, я выпью снотворное, — Дарье ничего не оставалось, она согласилась с матерью, чтобы избежать скандала.       — И не забудь поставить будильник на 6:30, чтобы успеть в школу пораньше.       — Да, мам, — с этими словами девушка налила себе в стакан воды и ушла к себе в комнату.       Порывшись немного в чемодане Дарья нашла упаковку снотворного средства, быстро закинув таблетку в рот и запив её водой девушка разделась и легла спать. Ощущения были странными, все тело словно стало ватным, разум затуманился, словно она тонула в воде и сил, чтобы плыть больше не осталось.       «Завтра все будет по-другому, я наконец-то пойду в школу и все наладится…», — думала про себя Дарья погружаясь в тяжелый тревожный сон.