Желание для Бога

      Что такое анемонии? Для каждого они свои. Но неужели люди дарят Анемо Архонту те анемонии, которые любят они? А никто не задумывался чего хочет сам Архонт? Какие цветы любит он? Нет, все преподносят либо семена одуванчиков, либо ветряные астры. Именно ими украшен город. — Ты так и не ответил на мой вопрос… — неловко спросила девушка, протягивая свою руку к руке Архонта, ведь стоять на выступе, почти на самой вершине башни в логове Ужаса бури, было довольно страшно. И страшно было подумать, что может произойти, если ненароком сорвешься и упадешь вниз. Ветра, окутывающие башню в конечном итоге не оставят в живых никого. Она подошла ближе. Архонт наконец повернулся к ней. — Вопрос? Какой вопрос? А! Тот вопрос! — теперь он тоже подошел ближе. Путешественница уже думала, что он откликнется на ее незаметно протянутую руку, но она ошибалась. — Почему ты ждешь ответа на этот вопрос? — тихо спросил он. Девушка сглотнула, приложила ту самую руку к груди и ответила: — Потому что хочу знать, понравилась ли Анемо Архонту моя Сесилия? Не зря ли я ее выбрала? Ведь многие наверное хотели видеть одуванчик или ветряную астру. — Конечно понравилась, как и любой другой цветок, если бы он был выбран тобой. — улыбнулся тот. Однако, девушка ждала совсем не этот ответ. Но Бог, поймав ее нотки грусти, незамедлительно продолжил — Ты же выбирала так, как велит тебе сердце? Голос прозвучал так нежно, будто настраивал на нечто большее. Это несомненно ободрило путешественницу. — Да, я хотела сделать Архонту приятно. Выразить свою… — она на секунду запнулась —…любовь. Я тоже считаю, что Сесилии прекрасны. Они растут вместе с сильными потоками ветра. Они такие же свободные, как и одуванчики. С Утеса Звездолова им виден весь Мондштадт! Рука Архонта потянулась к ее талии, но, по какой то причине, буквально в двух сантиметрах от неё остановилась. Девушка это заметила, потому без промедлений потянулась вперед и прижалась к его груди. Стало так тепло и приятно, как прошлый раз около статуи Барбатоса. Вот только он никак не отвечал на ее действия. Кто бы знал о чем он думал… Девушка продолжала прижиматься к Богу, ещё сильнее. Чувствовался запах вина и свободы. Как всегда. Наконец Путешественница почувствовала, как легко опустилась рука Архонта на ее голову. Потом ещё ниже, ещё. Остановился на лопатках. — Чем отличается моя любовь к Богу… от любви других людей? — начала девушка, прикусывая губы и сжимая руку в кулак. — Я любила бы тебя… даже будь ты обычным духом… Тогда Бог вздохнул и слегка отстранился. Так, будто боясь напугать ее. Как-то неправильно ответить на ее чувства. Путешественница беспомощно посмотрела на Архонта. — Закрой глаза. — коротко и нежно сказал он, протягивая руку. Девушка сделала то же самое, и покорно закрыла глаза, ожидая следующих действий. Снова почувствовались легкие прикосновения его рук, от чего на душе становилось невероятно тепло и спокойно. Хотелось выкрикнуть: «Бог!» К чему это? Может к тому, что слово «Бог» показывает истинную ценность, наслаждение. Никто не сможет сделать лучше, чем Бог. Наконец Архонт снова сказал открыть ей глаза. Его голос в этой темноте прозвучал… как надежда, яркий лучик света во мраке. Путешественница не ожидала увидеть Архонта в его традиционной одежде. Она была почти такой же, как и у статуи на площади. Хотя, нет, выглядела более открытой и смущающей. Вряд ли монашки в храме хотели бы увидеть такого Архонта. А пустили бы они вообще его туда в таком виде? Хоть одеяния и были белыми, да и крылья имелись… Все равно это не входило в каноны церкви. Бог был больше похож на ангела. И чем дольше она смотрела на него, тем больше ей хотелось сказать, что ничего красивее она еще никогда не видела, но вместо этого путешественница стояла с широко открытыми глазами, не зная как произнести хоть бы еще одно слово. — Ну что ты на меня так смотришь? Не видела Архонтов? Кажется, этот праздник сделал чудо. — с этими словами он решительно подтянул ее к себе. — Ангел! — невольно воскликнула путешественница, и, в эту же секунду закрыла ладонью рот, боясь того, что обидела Бога. Но тот лишь улыбнулся и сказал ей держаться крепче. Девушка ничего не поняла, да и куда там. Ведь то, что она могла предположить никак не вписывалось в план. Даже планера при себе в этот раз не было. Тогда, слегка взмахивая крыльями, Архонт поднялся в воздух. Теперь он держал молодую путешественницу у себя на руках, да еще так крепко. Можно было даже усомниться, что Гео Архонт намного сильнее его. Та прижалась к Богу так сильно, как только могла. Очень не хотелось упасть с такой высоты. Однако, он держал настолько крепко, что вскоре девушка уже успокоилась, но отпускать его, все же, не решалась. На такой высоте в ушах шумел только ветер, а облака были так близко, что казалось их вот-вот можно потрогать рукой. Вот оно, чувство свободы, которым обладают птицы, паря высоко в небесах. Это чувство совсем отличалось от обычных полетов на планере, пусть даже с высоких гор. Крылья Архонта были полностью из белых настоящих перьев. А косички в темноте святились ярко голубым светом, да так, что невозможно было оторвать от них глаз. Невольно просились мыли: Может те люди, которые любили свободу становились птицами, чтобы быть свободными… Иметь крылья, которые могут унести их туда, куда они сами пожелают? Безмолвная ночь, она так прекрасна… на руках у Архонта. И совсем не холодно. — Так красиво… — вздохнула девушка, прислоняясь к груди Бога. — Да. Это точно. — без промедлений ответил ее… друг. — Тут так приятно и удобно… ходить. Не то что во владениях Гео Архонта, где одни горы. — Хмм. Сочту это за комплимент. — он говорил так спокойно, сдержано. Соответствовал своему статусу, был совсем другим. Путешественница даже не знала какая его сторона ей нравилась больше. Та веселая и беззаботная… или эта, как у настоящего Бога. И какая из них была настоящая? В любом случае, это уже неважно. Девушка подняла одну руку наверх и закрыла глаза, наслаждаясь этим моментом. Тёплый ветерок окутывал все тело, заботясь, казалось, о каждом сантиметре. Как прошлый раз. — Можем отправиться куда угодно. Только назови место. — нежно сказал он, обращаясь к девушке. Мимо них с резким потоками ветра пролетели семена одуванчиков, которые несли с собой желания горожан. Откуда они на такой высоте? Оставалось только гадать. Какие чудеса ещё может преподнести Анемо Архонт? — В городе нас наверняка заметит стража, тебе же этого не хочется, да? Хочу, чтобы ты сам выбрал место. — ответила она, не открывая глаз. Утёс Звездолова. Прекрасное место, которое любят сесилии. Где гуляет свободный ветер. Уже через минуту они были там. Кто бы мог подумать, что боги передвигаются так быстро. Особенно по воздуху, особенно с крыльями. Они приземлились туда, где обычно можно было видеть влюблённую парочку. Вот только эта парочка не рисковала подойти к самому обрыву, в отличии от Бога. Девушка же не была столь бесстрашной, потому решила остаться поодаль. Ей и отсюда было прекрасно видно всю красоту владений Анемо Архонта. Однако… он был с ней не согласен, потому схватил за руку и подтянул к самому обрыву. В лицо дунул резкий холодный ветер, которые так любили сесилии. Но теперь он не играл большой роли, уходил на задний план. Ведь на первый выходила эта невероятная близость с ее дорогим Богом. Кажется, они были ближе, чем прошлый раз у статуи Барбатоса. Девушка опустила голову и покрылась багровой краской. Это являлось ошибочным решением, ведь нижняя часть тела Архонта была открыта больше, чем верхняя. Сердце билось невероятно быстро, готово было вырваться наружу при самом удобном моменте, который мог настать в любую секунду. Поднять глаза она была не в силах, ведь пришлось бы смотреть в его… а она знала, что только взглянув в его глаза она забудется и утонет в них навсегда. Наступало странное чувство… чувство желания. Набравшись смелости и вздохнув, девушка подняла голову, но остановила взгляд на груди Бога. Приложила руку. Потом начала опускать ее ниже, ещё ниже, ещё. Где одежды уже не было. Наконец она остановилась, боясь продвинуться дальше. Странно, что Архонт никак не реагировал на ее действия, словно давал ей настроиться, собраться с мыслями. Но это только сбивало и сеяло непривычные мысли. — Ты же помнишь про желание? Каким оно будет в этот раз? — вдруг спросил Архонт. Девушка вздрогнула, казалось, сердце остановилось, ведь она совсем не ожидала таких слов от Бога, он уже исполнил тогда ее желание. Чего можно было желать ещё? Ей ничего не нужно. — Мне нечего просить у Божества… — неловко произнесла она. Но чувство переполняло ее. Щеки и губы горели, становилось тяжело дышать. Чувство возбуждения. Оно...Почему он в такой открытой одежде? Кажется, ее слишком много. Хочется ещё ближе. Так приятно прикасаться к его телу. Без одежды. Почему это происходит сейчас? — Тебе больше двух тысяч лет… Если мы… — девушка закусила губу, боясь сказать чего то лишнего и обидеть Бога. — М-м? Не сдерживай себя. — мелодично произнёс он, будто это было начало к ещё одной его песенки. Ведь он знал чего и в каких красках хочет Путешественница. Не такие слова она ожидала от него услышать, но что было поделать, если Архонт снова прочитал ее мысли. Да, именно этого она и хотела. — Только после того, как исправишь Горы Буревестника… они слишком высокие. Теперь Бог не послушал девушку, а молча взял ее руку и стал опускать ниже, где начинались бёдра. Ещё ниже. Наконец остановил. На том месте у статуи ничего не было, только что то похожее на простыню. Она явно отличалась от нынешнего вида Бога. В отличии от неё, его сложно было спутать с женщиной. Теперь уже точно. С надеждой она подняла голову и потянулась за столь желанным поцелуем. И как было прекрасно, когда он ответил ей. Да и как он мог отказать ей. Чего уж скрывать, Архонт сам выбрал Путешественницу. Всегда незаметно помогал ей в странствиях. Подсказывал как поступить в самых трудных ситуациях. Этот момент, казалось, длился вечность. Вот бы он никогда не заканчивался. Такой горячий и приятный. — Знаешь… Я не хочу расставаться с этим миром. Хочу остаться здесь, чтобы на следующий год снова подарить Анемо Архонту сесилии. Даже если меня не выберут… я знаю кому их подарить лично. — улыбнулась она. Бог нежно провёл ладонью по ее щеке, всем видом давая понять, что он готов продолжить, что начала она. Девушка была только рада этому, потому приложила свою ладонь к его, проводя по белой ткани. Пыталась понять из чего была сделана одежда Архонта. Может такой близости она и хотела от Бога? Намного большей, чем можно представить. Прикосновения его нежных рук к каждой части ее тела. То, что было нужно. Кто как не Бог, умело играющий на Небесной лире... может доставить наибольшее наслаждение. Праздник ветряных цветов прекрасен. Она сделала подарок ему, а он сделал подарок ей. Все правильно. Сколько ещё будут длиться эти мгновения? Надеюсь... всегда. ________________ — Ты будешь помнить меня? Даже если пройдёт 50... нет, 100 лет? Когда меня уже не будет? Когда-... — Да.