Убедить любить!

Изуна шел по улице, распугивая одним своим видом и жаждой убийства всех прохожих. Чуть нахмуренное выражение лица, даже немного обиженное, сжатые кулаки и взгляд, хоть и без шарингана, но очень тяжелый. Шел он без особой цели - ему хотелось просто немного побродить, подышать свежим воздухом и не видеть по случаю знакомых лиц, чтобы хотя бы принять сказанные его братом слова. Осмыслить их. Потому что подобное требовало долгого осмысления. Нет, конечно, еще в четыре часа ночи, когда ему пришлось, подумать только(!), спасать своего (бывшего) врага от странных пьяных поползновений его брата, он задумался о причинах всего этого. Но тогда он счел, что это чья-то навязанная идея... Тех же Узумаки, например. Когда человек пьян, взять его на слабо, намного проще... А Мадара был достаточно горд, чтобы в мире не было того, что ему не "слабо". Да и вообще вели себя они очень неадекватно, так что такая странность никак не выбивалась из образа всеобщего хаоса. Одна Мито спокойно стояла в стороне и молчала, и только пьяный румянец выдавал ее состояние. Изуна тяжело вздохнул, убирая жажду крови и взобравшись на чью-то крышу, сел и стал рассматривать мирно плывущие облака, которым не было дела до его обычных, житейских проблем. Хотел бы и он быть облачком и ни о чем не думать, мерно плывя по синему небу. Вот, не было беды, да тут такой удар в спину. От брата он такого не ожидал... Ладно еще этот мирный договор, с ним он хоть как-то, но пытался смириться, хотя и чувствовал, что было не совсем правильно соглашаться на это. И почему он тогда дал слабину и позволил себя исцелить?.. В голове сразу всплыл образ Хаширамы, отчего он с раздражением вздохнул. Каждый допускает ошибки. Свои он четко видел и не собирался поддаваться им вновь. А вот Мадара в этом плане его разочаровал, хотя и было это вполне предсказуемое стечение обстоятельств. Он всегда добивался своего, даже если это противоречило логике и здравому смыслу. Вот какая из него и Тобирамы пара? Изуна считал, что никакая. Они же наверняка не сойдутся характерами, будут все время ругаться или вообще Тобирама будет бессовестно использовать чувства его брата в своих корыстных целях... - Привет, - раздался голос сбоку, отчего глубоко задумавшийся Изуна тут же кинул в ту сторону парочку сюрикенов и приготовился к бою. - Прости-прости, я тебе помешал? - озадаченно почесал щеку Хаширама, вполне дружелюбно улыбаясь. Учиха ни на йоту не купился. - Сгинь, - прошипел сквозь стиснутые зубы Изуна. - Да ладно я не буду тебе мешать, просто здесь постою. Через три часа нам бы выдвинуться обратно домой... На слово "дом" Изуна скептично хмыкнул. - Я тебя понял, можешь не продолжать, - прервал он его, подняв руку, после чего снова поудобнее расположился на крыше, лениво посматривая на небо. И почему он пришел с ним разговаривать? Больше не с кем не было? - И что, красивые облака? - попытался все же завязать разговор Сенджу. - Хн, тебя так интересует мое мнение об облаках? - вздернув бровь, спросил Изуна, тем не менее становясь немного спокойнее. Хаширама это Хаширама, он простой, как два пальца об кунай, ждать от него подлянки, когда он наконец добился мира между их кланами, так же глупо, как и ожидать от Тобирамы безмерной любви к Учиха. Изуна грустно ухмыльнулся своим мыслям. И почему теперь еще и брат обрек себя на страдания? Тобирама же точно не ответит на эти чувства - слишком глубока его ненависть к многовековому врагу. - Допустим, - счастливо улыбнулся на ответный вопрос Хаши. - Ты ведь сюда не за этим пришел, - прищурился Изуна, направив на него бритвенно-острый, внимательный взгляд. - Говори прямо, не хочу терять время на глупости, - излишне беспечно произнес он, надеясь поскорей избавиться от сомнительной компании. - Да, - признался Сенджу уже немного серьезнее. - Я пришел поговорить об моем и твоем братьях. Понимаешь... - Судя по твоему поведению, ты совсем не против этого, - насмешливо и немного удивленно хмыкнул Изуна. - Хотя я надеялся, что это только у Мадары слегка потекла крыша... - Ты не должен так говорить о нем, - резко пресек на корню такое отношение к ситуации Хаширама, серьезно смотря на младшего брата своего лучшего друга, даже слишком серьезно. - Я думал, что ты должен был понять и поддержать, как никто другой. В похожей ситуации он бы точно поддержал тебя. Запрокинув голову, Учиха рассмеялся громким и чистым смехом. - "В похожей ситуации"?.. Да что ты понимаешь в похожих ситуациях, Сенджу?.. - но увидев посмурневшего Хашираму, поспешно добавил: - Забудь. Разве мои отношения с братом тебя касаются? - резко бросил он. Немного подумав, Хаширама все же ответил: - В каком-то смысле да, - и видя недоверие и скептицизм на лице собеседника, продолжил: - Все-таки причина вашего разлада в моем брате... - И поэтому ты решил, что в праве лезть сюда? - хмыкнул понимающе Изуна. - Ладно, лезь, куда хочешь, но навряд ли ты изменишь мое мнение по этому вопросу. С одной стороны, любовь это, конечно, замечательно, но навряд ли с твоим братом у Мадары получится хоть что-то здоровое в плане отношений. - Тобирама не станет... - попытался возразить Шодай. - Ты не можешь быть в этом уверен, - зло припечатал в ответ Изуна холодным, уверенным голосом. В каком-то смысле это действительно было так, только вот Тобирама не будет использовать чувства Мадары, если они окажутся правдой. Просто он будет не уверен в реальности происходящего. - Не знаю, как долго мой брат чувствует это по отношению к твоему. Может, это была даже любовь с первого взгляда, а только спустя годы он понял свои чувства. Я не знаю. В любом случае для меня это неприемлемо, - постарался выразить свое мнение он. – Так ты веришь в любовь с первого взгляда? - удивился Хаширама, внимательно глядя за реакцией собеседника. – Я, к счастью, плохо вижу, - издевательски ответил Изуна, более внимательно начав его разглядывать. Что за вопросы? - То есть твое сердце сейчас свободно? И там найдется место для кого-то нового? - задумчиво продолжил расспрашивать Хаширама с легкой улыбкой. - Ты знаешь, мое сердце - это кусок мяса, - поняв к чему клонит Сенджу, холодно произнес он, тяжело глядя на одного из признанных народом Богов Шиноби. - И я боюсь, что если в него начать помещать всякие посторонние объекты, я, вероятнее всего, умру. Та серьезность и убежденность в собственных словах Изуны так резали сердце Хаширамы, что невольно ему стало жаль брата его лучшего друга, что даже не признавал возможности для себя в кого-то влюбиться. "Может, он уже влюблен в кого-то? - внезапно подумал Хаширама. - Но почему он этого не признает даже для самого себя?". - Помолчи, - произнес Изуна, когда Хаширама хотел уже продолжить разговор. Сенджу немного обиженно на него посмотрел. Брат Мадары, кажется, даже и не слышал о таком слове, как тактичность, а ведь с виду такой милый-дружелюбный человек. - Устал от глупых слов. Я сюда помолчать пришел, а не лясы с кем-то точить, - проворчал он, устраиваясь поудобнее на твердой и неровной поверхности крыши. Хаширама лишь вздохнул, кажется, смысла больше разговаривать действительно не было. Он хотел уже было пойти к Мадаре и рассказать обо всем этом странном разговоре, как вдруг вздрогнул от прозвучавшего чуть тихо слова: - Спасибо. И решил остаться, улыбаясь, что хоть чего-то достиг, а ведь вредный он, вредный, говорил Мадара. Ничего не вредный, просто... своеобразный. - И молчи, - снова произнес Изуна, прикрыв глаза, когда Хаширама хотел поделиться с ним своей радостью. И как он только узнает, когда он хочет что-то сказать?… *** Тобирама напряженно взирал на игривое выражение лица Мадары, что сказать что-то еще не спешил, отчего нереальность происходящего невольно возрастала, а глаз то и намеревался нервно дернуться. - Чего? - отложив свиток, спросил, наконец, Тобирама. - Неужели ты совсем против? - расстроенно спросил Мадара. - Хаширама сбежал, Изуна до этого, остались только мы, - хитро улыбнулся он, отчего Тобирама передернул плечами. - Я даже против того, чтобы мы находились в одной стране, Мадара, - припечатал Тобирама, наконец, совладавший с собой и вернувшийся к не разобранному делу. - Ты не умеешь играть? - недоуменно спросил Учиха, с недоверием разглядывая Сенджу. - Разве? - спросил уже сам у себя. Тобирама вздохнул и решил пояснить: - Мне кажется это глупым и... подозрительным после вчерашнего... - А? - удивленно выдохнул Мадара, но не успел и слова сказать, как дверь перед ним тут же закрылась. - Ну, вот, - расстроенно выдохнул он и, улегшись на татами в комнате, задумчиво уставился в потолок. - И что я в этой жизни делаю не так? *** Возвращение в Коноху было долгожданным. Весь путь до деревни сохранялась какая-то мрачная атмосфера - в основном, конечно, из-за Изуны, хоть он и сохранял равнодушие на лице, но от этого черная аура, что он испускал, никуда не исчезала. Хаширама изредка пытался разбавить как-то напряжение, но поддержки в своем начинании не нашел и немного взгрустнул. Часа на два. Деревня строилась и ширилась - пока их не было возвели еще парочку домов, а на улице стоял летний, чисто мирный гомон людей, что просто прогуливались, либо помогали при строительстве. Хаширама глубоко вдохнул воздуха: - Как хорошо дома, да? - Так говоришь, как будто мы долго не возвращались, - хмыкнул Тобирама. Изуна хотел что-то колкое сказать, но услышав яростный визг и причитания, застыл и, как и все у входа в деревню, обратил внимание на странную парочку. - А ну прекрати немедленно! Куда ты меня ведешь?! ДАЙ ЕМУ ГЛАЗА РАСЦАРАПАТЬ! - билась взбешенной фурией в наручниках одна из Учих. Это была молодая в общем-то девушка и с достаточно милыми чертами лица... обычно. Сейчас же из-за ярости, охватившей ее, черты ее ужесточились, а подходить к ней опасался бы кто угодно. Кроме другого отважного Учиху-полицейского, что с каменным лицом пытался ее куда-то увести. - Не истери на всю улицу и иди давай... - Тц, позоришь клан, - тихо сокрушенно произнес он в сторону. — Он перестал обнимать меня во сне! - казалось, в который раз попыталась оправдаться Учиха. - Войди в мое положение! Где твое гребанное сочувствие?! — Но вы нанесли пострадавшему девять ножевых ранений! - усердствовал в свою очередь полицейский. - О, здравствуйте, Мадара-сам... — ОН. ПЕРЕСТАЛ. ОБНИМАТЬ. МЕНЯ. ВО СНЕ. - рыча от злости при каждом слове, прервала она его, отчего Учиха совсем недобро на нее глянул и с еще большей силой повел за собой. Люди удивленно оборачивались вслед странной парочки, широко и удивленно раскрывали глаза и сокрушенно качали головой. Изуна и Мадара, отлично знавшие повадки своих сокланевцев, даже в лице не изменились, выражая на всю округу ничем не замутненную скуку и... усталость. Хаширама задумчиво проводил Учих взглядом, после чего медленно повернул голову к Мадаре, о чем-то глубоко задумавшись. - Что?.. - спросил Учиха как ни в чем не бывало. - Да нет, ничего. Просто, - поспешно ответил Хаши, все так же странно поглядывая на друга. - Психи, - вставил свои пять копеек недовольный Тобирама. ***