#4 Второй шанс

В темной комнате сидел человек. Перед ним стоял стол с толстенной книгой, песочными часами и кучей вырванных скомканных листов. Человек сделал глубокую затяжку. Самокрутка в его руке стала значительно короче. Он взял черную ручку из пенала и продолжил писать: — Я долго думал, с чего начать свой рассказ. Не знаю, зачем это мне, для чего? Одно я знаю точно: скоро все закончится. Я думал, что смогу быть другим, тем, кто сможет… Нет, тем, кто… Резкий звук за окном остановил человека, сбил с мысли. Он невольно встал из-за стола и подошел к окну. На улице была кромешная тьма, и лишь она, как ему казалось, играет с его воображением, выплясывая странными черными фигурами меж деревьев. — Не-е-т… Время еще не пришло. — сказал он вслух и громко выдохнул. Человек вернулся к столу, вырвал лист, скомкал и бросил рядом. — Плохое начало, плохой конец, хм-м? — с усмешкой на лице подумал про себя. Еще одна глубокая затяжка… — Да-а… Начать нужно так, наверное… *** — Сэнс! Вопросительное лицо обратилось к вызывающему. — Джонни, сука, Сэнс! — Да чего тебе опять не так? — крикнул в ответ он. — Вон та куча дерьма, Сэнс! Видишь? — Да… Но подожди, Эван… Эван махнул рукой и выкрикнул следующее: — Эта, сука, куча дерьма… — он указал пальцем вытянутой руки на огромную гору щебня, что лежала посреди гор другого мусора и стройматериалов. Вчера был дождь и сейчас солнца не было, так что картина была, мягко говоря, не очень жизнерадостная — должна была быть погружена еще вчера, Джонни! — Этим должны были заняться Боб с командой, а не… — Нихера! Джонни, сука, Сэнс! Я поставил тебя ответственным за это дело, а ты, сука, облажался, а сейчас! — Эван остановился, чтобы глотнуть побольше воздуха, и продолжил, — А сейчас, сука, пытаешься выставить меня идиотом, мол, посмотрите, этот идиот кричит на меня, но я то ни в чем не виноват! О боже мой! — Да я не… — Да мне похер, что ты «не»! — в очередной раз перебил его Эван. Он еще долго что-то там пытался впихнуть через левое ухо в голову Джонни, но он, в свою очередь, уже был глубоко в своих философских и, разумеется, единственно верных рассуждениях. *** Джонни перевернул страницу. Дважды подумал, не вырвать ли ее, но все-таки не стал. — История, которую я пытаюсь рассказать, может шокировать, заставить усомниться во мне… Точнее… На улице вновь послышались звуки. Громкий топот копыт, будто табун лошадей пожаловал прямо к порогу, вновь приостановил рассказ. Джонни решил к окну не подходить и, закурив еще одну самокрутку, продолжил писать: — Раньше я не был верующим человеком, правда, после всего, я даже не уверен, во что верить. У меня сложилось несколько иное представление об устройстве мира, нежели чем оно складывается у большинства других, нормальных людей. — В общем… *** — В общем, эта куча дерьма должна исчезнуть отсюда сегодня же, Сэнс! Бесконечно долгий монолог наконец кончился. — Хорошо, — тупо ответил Джонни, — эффектно развернулся на сто восемьдесят и пошел в направлении недостроенного многоэтажного здания. Еще долго сидел он на пятом этаже и смотрел на раскрывающиеся перед ним виды. Тут его вновь потревожили. — Что, опять балду гоняешь? — Боб? Ну, конечно, Боб. Твой голос я узнаю из тысячи. Боб, несмотря на свой бесстрашный вид, заметно нервничал. — Тут такое дельце есть, Сэнс… — Что такое? Какой дельце? — У тебя же высшее медицинское, да? — сжимаясь все сильнее спросил Боб. — А что, у тебя проблемы с эрекцией? Прости, конечно, Боб, но в таких случаях я работаю только с женщинами, если ты понимаешь, о чем я… Боб пропустил его шутку мимо ушей и будто тот ему ничего и не говорил, продолжил: — Джонни, ты доволен своей жизнью? — Жизнью? — игривым тоном ответил Сэнс. — Так к чему это я… Вдруг Боб позабыл обо всей нерешительности и, смотря в глаза своему собеседнику, выпалил: — У меня к тебе деловое предложение, Сэнс. Джонни продолжал молча слушать с заинтересованным рисунком на лице. — Тут через квартал есть один магазинчик… — И-и? Ну, и что? — Магазинчик этот нужно ограбить, Джонни. Возьмешься? — Да ты гонишь. — Не гоню… — Чего мы с этого поимеем вообще? Ты только подумай, вот те раз… — Да ты слушай! В этом деле заинтересован один человек, который готов за это хорошо заплатить… *** — Нужно было отказаться, да? Да… Так, наверное, думает каждый здравомыслящий человек. Я позволяю себе периодически погружаться в бессмысленные раздумья о том, что было бы, если бы, и так далее. Нет в этом смысла. Никогда не было. Есть только то, что есть, и ты должен с этим что-то делать. Тот, кто наткнется на этот дневник, отнесется к этому, как к очередному фантастическому рассказу какого-то неизвестного писателя-неудачника. На самом же деле, я постараюсь изложить здесь все, что есть внутри меня. Мою… Хм, все, что «было» внутри меня? *** На дело это мы вооружились пистолетом «Миг-16». Максимально тихий и точный на коротких и средних дистанциях, но, благо, он был нужен только для запугивания. Пошли мы ближе к ночи, людей на улицах уже не было. Лица закрыли черными масками. Бандитскими, прямо как в кино. Не знаю, как так случилось, но я его пристрелил. Продавца, то есть. Я не собирался стрелять, на месте стой, говорю, не двигайся да не дергайся. Он послушал? Нет. Хотел вызвать полицию. Ну, я и среагировал соответствующим образом. Хотел было ему помочь, я ведь медик все-таки по образованию. Но нет, — попал слишком круто, — прямо в сердце. При таком ранении и всей божьей помощью не поможешь и не сделаешь ничего. Удар по лицу. Затем еще. Мой доклад им не понравился. Боб и еще троица мне неизвестных говорили, как я был неправ. Деньги я получил, но, правда, не так много. На долго ли мне этого хватит и стоило ли оно того? *** — Первое убийство… Вы читаете сейчас мои записи на этом моменте и в полном отвращении ко мне выкидываете этот мусор в специально отведенное для мусора место. Я, в свою очередь, все равно буду писать дальше, а для чего я это делаю, это поймем только мы с тобой, да? В конце, м-м? В конце всего… На этот раз звук был сверху. Где-то на крыше копошилась крысиная туча, все больше норовя прогрызть себе дорогу внутрь комнаты. Джонни не обратил на это лишнего внимания и продолжил. *** — Почти месяц. Вот на сколько мне хватило денег, чтобы ни о чем не беспокоиться. Конечно, я продолжал работать, но все более с меньшим энтузиазмом. Зачем вкалывать, как проклятый, когда можно заработать деньги, сделав пару шагов против человечности, закона и морали? Сижу на втором этаже и смотрю на перекресток. Проезжает машина. Одна, вторая. Третья принадлежит какому-то парню, который в последнее время наворачивает круги вокруг моего места работы. Похоже, пора мне отсюда «умахивать». Плохое у меня предчувствие… И ведь до чего хорошая у меня интуиция! Правда мозгов маловато будет. Парень оказался одним из людей «Бобова босса». Он вежливо попросил меня сесть к нему в машину, а в случае отказа я бы получил пулю в лоб. Умирать мне не хотелось, и я сел. *** — Тебе может показаться, что я слишком сильно забегаю вперед, добавляю мало описания происходящего и так далее и тому подобное. И ты попал в точку. Да, так и есть. Почему? Ну, я буду оправдываться тем, что события, описываемые мной в данных момент, произошли столько лет назад, что в моей памяти уже не осталось почти… Похоже, за дверью кто-то был. Где-то разбилось стекло. Стали слышны звуки топающих маленьких босых ножек. Будто годовалое дитятко выбралось из своей кроватки и сейчас ударом с разбега чуть не сняло обшитую железом дверь с петель. Джонни потушил самокрутку и выдохнул дым из легких. Медленным и спокойным, размеренным движением руки взял ручку и… *** — Деловое предложение, от которого невозможно отказаться. Умирать я тогда не хотел, несмотря на свою позицию в пищевой цепочке общества. Позицию у нижней ступеньки огромной винтовой лестницы с кучей ответвлений и секретных помещений. Я должен был выполнить еще одно поручение и, так как я этому боссу вроде как приглянулся, то у меня появился шанс в случае успешного выполнения задания стать членом его скаттерской банды. Секс, наркотики, бухло, веселье. И так по кругу. Ишь, чего захотел, а? Ну, как говорится, на что замахнулся на том и на… *** Страшной силы был удар, но эта дубовая дверь оказалась на удивление крепкой. Джонни все еще сидел за столом, однако его «перо» стояло на месте. Похоже, что звуки решили сделать перерыв и стихнуть на пару минут. Он решил остановить выброс мыслей на бумагу и подумать, прежде чем что-то написать, трижды, а не дважды, как до этого. *** Я на месте. Передо мной открылся неплохой вид. Высокий забор с железными прутьями был выполнен в виде оплетающих все вокруг растений. Обширная дворовая площадь, покрытая ровно остриженной зеленью и рядами декоративных фонтанов. Несколько человек с оружием патрулируют вокруг этого дворца. Все, что мне нужно сделать, так это запугать хозяина этого места. Я должен объяснить ему, что произошло в том гребаном магазинчике и что за этим делом стоит большой человек скаттерских связей. Чтоб приутих немного. Ну и поручение, а? Одно время мне казалось, что от меня просто хотят таким образом избавиться, но потом это чувство прошло, — я смирился. Купил веревку. Добрый такой, приличных моток метров на двадцать. Подгадал момент, забросил петлю на вершину одного из прутьев и стал взбираться наверх. Так я попал в заднюю часть двора. Там был большой гараж, где стояла пара машин стоимостью в несколько моих жизней. Решил долго во дворе не задерживаться и подыскал себе вход. С досадой выяснил, что дверь была закрыта. Ключ может быть у патрульного? Возможно. В голове созрел простой план действий. Поджидаю его на маршруте, оглушаю по тихому и проникаю внутрь дворца. Так все и получилось. Взял у него связку ключей и с третьей пробы нашел подходящий. Плавно и медленно повернул. Тихий щелчок — и дверь была открыта. Как только я вошел, мне сразу захотелось бросить свой пистолет, заплакать и убежать прочь. Просто куда глаза глядят. Хоть я и не был верующим или просто не выделялся особой впечатлительностью, но то, что я увидел, заставило меня поперхнуться волной приумноженных волнений, что были тогда внутри меня. В этом просторном зале всюду были развешаны золотые кресты, картины на религиозную тему и, что повлияло на меня сильнее всего, — посередине помещения стояла статуя из белого мрамора. Статуя ангела, по щекам которого стекали слезы. Внизу табличка с цитатой какого-то неизвестного мне философа: «Ты не виноват. Я прощаю тебя, и ты прости меня.» Уже через минуту глубоких переживаний я вспоминал эту ситуацию уже со смехом. Почему это так сильно на меня повлияло я не знал. Точнее притворялся, что не знал: Всю жизнь я учился и следовал всевозможным правилам. Потом, после учебы, когда я не смог найти место работы (просто чертово место), я повернул на дорожку, по которой шел сейчас. Дорожка эта была короткая, как мне казалось, я уже начинал видеть ее конец… В самом доме оказалось на удивление тихо. Не только в том смысле, что не было никаких лишних звуков. Я слышал, как бегут по своему бесконечному кругу механические часы. Слышал свои шаги, которые пытался делать максимально тихо, и я был уверен, что если здесь кто-то и есть, то он точно знает, что я крадусь к нему. *** Новый удар. Похоже, кто-то выкинул из соседней комнаты нечто большое и тяжелое. Раздался протяжный сдавленный женский крик, который медленно переходил в собачий лай, такой, будто собаку эту мучили, пытали и избивали. Еще одна самокрутка отдала свои последние миллиграммы никотина. Сэнс примерно с минуту сидел неподвижно, смотрел на треснувшую дубовую дверь, затем отвел взгляд и вернул внимание на лист, по которому проходило его «перо». — Времени у меня, похоже, уже совсем мало. Джонни перевернул страницу и продолжил выписывать свои последние строки. *** И вот я, в обычной уличной одежде, двадцатипятилетний пацан, стою и направляю пистолет на старика лет шестидесяти-семидесяти. Он смотрит на меня спокойным взглядом, оценивает меня, будто уверен, что я не нажму на курок, и его жизнь не оборвется. Или ему просто все равно? Не знаю. — Ты от Эрвина? — прохрипел старик. — Да. Ты знаешь, зачем я здесь. Знаешь? Руки мои в тот момент невольно дрожали. Старик все это видел и читал меня, как книгу. Или, скорее, надпись на заборе. — Вы убили моего внука. Это я знаю. — Я здесь, чтобы попросить прощения. — Прощения?! Эдак ты прощения просишь? Наставил на меня пистолет, вломился в мой дом и просишь прощения? — старик насупил брови и хмуро посмотрел на меня. *** — Хотел бы я сказать так, как написал… Глядя на последние строки, Сэнс, с приятной улыбкой на лице, будто пробовал на вкус такое развитие событий, смаковал его. Ему нравилось думать об этом сейчас, спустя столько времени, он хотел, чтобы все так и было. Джонни зачеркнул строку. *** — Я здесь, чтобы убить тебя, понимаешь, старик? — Так чего же ты не стреляешь? — вызывающе раздвинул свои немощные руки в стороны тот. — Есть другой вариант… В дверь позади него начали ломиться. — Черт возьми! — Сэнс запаниковал. Старик, который секунду назад сидел весь такой беспомощный и немощный на своем кресле, — ловко подскочил, перекатился и схватил пистолет, что лежал на кофейном столике рядом с пепельницей. Джон выстрелил первый. Пуля прошла навылет через грудь старика, но тот не повалился на пол, а словно непробиваемая крепость остался твердо стоять на месте. Второй выстрел. Пуля прошла навылет. Хороший выстрел. Прямо в лоб.