Параллельно жить не запретишь.

Наступила череда долгих судебных разбирательств, арестов и жесткой борьбы справедливости со злом и долгой безнаказанностью. Павлу было тяжело переживать все это. Он вспомнил то время, когда судился с владельцем клиник за смерть своих родителей. Дом не находил себе места из-за этого. Он всячески старался отвлечь своего парня и поддержать, что очень сильно помогало Суккубу. Их духовная связь стала еще крепче. В минуту трудности они стали едины и по одиночке просто не смогли бы пережить данную ситуацию. Элиза набралась смелости и дала показания против Троя и Гэри. Она призналась, что те ее изнасиловали. Павел был вне себя от горя. Врач и подруга Мадам Максима предоставила свои медицинские осмотры девушки, как доказательства того, что ее точно изнасиловали и она, возможно, теперь бесплодна. Всевозможные суды длились шесть месяцев, по окончании которых справедливость восторжествовала. Трою и Гэри дали по двадцать лет заключения в тюрьме строгого режима «Черные Комнаты» и обязали выплатить всем пострадавшим от них денежные компенсации. Вергилия отстранили от поста, и дали срок десять лет в колонии общего режима. Примерно через неделю после вечеринки у Драконов парни стали разыскивать девушку полумага, которая так отчаянно желала им смерти. Им помогла чистая случайность. Дом пришел в ресторан дяди Павла, чтобы увидеться с Поппи. У него было к нему несколько вопросов касательно своих сил. – Милд, привет. Поппи сегодня в смене? – Ты знаешь, нет… Он в последнее время так странно себя ведет. Взял отпуск на неделю. Стал каким-то нервным и замкнутым. – Может это на него так подействовали последние события? – Возможно. Я дам тебе его адрес, навестите его с Павлом. Заехав за своим парнем, Дом отпустил охрану и они поехали к Поппи. Он снимал маленькую квартирку в каком-то захолустье на окраине города. – Давай найдем ему жилье получше, когда разберемся с остальными проблемами, Пум. – Да, не помешало бы. Парни поднялись на третий этаж обшарпанного общежития. – Вот, двенадцатая квартира. Дом уже занес руку, чтобы постучать в серо-зеленую дверь, но услышав повышенные голоса, остановился. Пум тоже прислушался. Говорил Поппи и какая-то девушка. – Зачем ты пришла ко мне!? Ты же знаешь, что сейчас это опасно! – Они всех повязали, По! Думаешь, я останусь в стороне!? – Рита, я сказал тебе пока не высовываться, не припрись ты сюда, все было бы спокойно! – Ты втянул меня в это! Я делала все по твоей воле! Из-за двери послышался звук будто упало что-то тяжелое, типа стула на пол. – Не надо винить только меня! Ты полностью разделяешь мое отношение к Магам! Твоя семья погибла тоже из-за них! Звук пощечины. – Скотина! Не приплетай сюда мою трагедию! Жалобный всхлип. – Рита, детка, прости… Я… Но ты же делала все это ради них… Снова что-то упало. – Не приближайся ко мне больше, все кончено! Я разберусь во всем сама! Звук шагов по направлению к двери и через секунду она отворилась. Из проема на Дома и Павла смотрела молодая девушка с черными короткими волосами и шрамом на правой щеке. Маг сразу узнал ее. Это была та девчонка, которую описал стрелок. – Ты! Рита попятилась, сильно прихрамывая на левую ногу. – По… Это… Поппи бросился вперед, сшибая с ног Павла и Дома. – БЕГИ! Рита, беги! Не смотря на свою хромоту, девушка проворно выскочила за дверь и быстро спустилась по лестнице. Воранат вскинул руку, чтобы задержать ее, но племянник Павла ухватился за нее и направил на своего дядю. Павел вскрикнул, его больно ударило в грудь. – НЕТ! Нет, не трогайте ее! Маг переключил свое внимание на Поппи. Тот уже вскочил на ноги и хотел убежать вслед за Ритой, но завис в воздухе. Дом удержал его. Павел держался за грудь рукой и пытался встать. – Как же больно, Дом! – Прости, Пум. Это было для нее… Как ты? – Жить буду, все нормально… Свободной рукой Маг коснулся груди Павла. – Легче? – Да, намного. – Прости, любимый. Воранат был сильно встревожен, и уже забыл, что держит в воздухе предателя. – Фу! Мерзость! Да что с ним станется! После этих слов Дом вспомнил про Поппи. – Пум, в следующий раз, когда будешь знакомить меня со своей родней, предупреждай, пожалуйста, кто из них шизофреник с наклонностями убийцы. – Если бы я знал… Поппи отвезли в офис Дома, который был в Клубе. Туда же позвали Вирота и Милда. Кастор тоже пришел, оказывается, он только что приехал из Сибири. Когда все собрались, Дом рассказал им причину и привел в кабинет племянника. – Ты не шутишь, Дом? Этот мальчишка хотел тебя убить? – Нет, дедушка, не шучу. Не только меня, но и всех, кто ко мне приближен. Младший Воранат усадил брыкающегося парня на стул, а сам сел напротив. – Ну, давай рассказывай, Поппи. – Перед убийцами своего рода распинаться не собираюсь! – Может мне привести сюда Риту и у тебя сразу развяжется язык? Юнец испуганно посмотрел на Мага, но потом рассмеялся. – Ее не так-то легко найти! Ты блефуешь! – А если нет? Поппи нервно замотал головой. – Каким же надо быть трусом, чтобы заставлять свою девушку выполнять всю грязную работу за себя. – Помолчал бы ты про грязную работу, жалкий убийца! Слова парня отдавали горечью. – Лично я убиваю только за дело и сам. Может мне и Риту убить? Лицо парня побелело от подступившего гнева. Посмотрев на всех присутствующих по очереди, он снова нервно рассмеялся. – Кому ли, как не тебе, Дом Воранат, лучше знать про грязные поручения… Твой поганый клан во главе с обожаемым дедулей помыкал нами, Суккубами, как хотел! Мы! МЫ! Делали за вас всю грязную работу! Это нас вырезали пачками, убивали, калечили, лишали близких во время резни! Мою семью в то время тиранили больше остальных, потому что они были глупцами и помогали вам с особым рвением! Милд! Подтверди мои слова! Ты же сам охранял драгоценный зад своего дружка Вирота… – Замолчи! Грозный тон Милда заставил его умолкнуть и ошарашенно посмотреть на дядю. – Ты! Ты и сейчас это делаешь… Идиот, он пустит тебя в расход при первом же удобном случае. Тогда давно, Маги начали эту войну, а мы их поддержали и к чему это привело?! Вирот все это время пристально смотрел на парнишку. – Что ты уставился на меня? Осознал наконец весь пиздец своих начинаний? – Где ты учился, Попии? Этот вопрос поставил парня в тупик. Он затряс головой и уставился на Вирота безумным взглядом. – Он долгое время жил в Москве, Вирот. Учился там в университете, но историю Параллели изучал сам. – Видимо, тебе, парень, подсунули неправильные учебники. Потому что все было совсем иначе. После правления Драконов очень долгое время никто не хотел занимать пост Главы, в Параллели начались междоусобицы и беспредел. Столько много лет существовать без предводителя и самых элементарных законов – наш мир катился в бездну. Те, кто был разумнее стали думать, как это исправить. Каждый, повторюсь – Каждый клан выделил по одному представителю – так был создан Лабесторий, но и после этого ситуация не улучшилась. Была необходимость в написании законов и правил. Надо было выбрать того, кто бы смог все это грамотно организовать и направить Параллель на истинный путь. Общим советом было решено провести выборы, все было до сухого, как бы это сказать, простым и прозрачным. Все решал народ. Но в ходе выборов я стал набирать гораздо больше голосов, чем мои оппоненты. Почти все приняли это довольно спокойно и адекватно, кроме Эльфов. Они начали вставлять мне палки в колеса. Сначала это было безобидно и даже подстегивало к соревнованию, но потом они начали действовать более жестко. Похищали Магов, убивали, устраивали дебоши, но делали все это так, чтобы простой народ ни о чем не догадался. В конце концов, меня объявили предателем, врагом народа и весь род Магов тоже. Меня оставили в живых только с тем условием, что я откажусь от своих сил. Вот так все и произошло. В итоге, Эльфы все это начали и закончили кровавой резней. Вирот замолчал, пристально глядя в глаза парня. – А Суккубы всегда были хорошими друзьями Магам. У нас с ними что-то типа духовной связи. Мы не могли оставаться в стороне, когда Эльфы стали убивать наших друзей. Поппи, серьезно, по каким книгам ты учился? Во взгляде юнца безумия только прибавилось. – Мне все равно! Ваши слова ничего не меняют. По итогу нас, Суккубов, вытравили из-за вас, Магов! Наши семьи пострадали из-за вас! – Но тем не менее, выживших Суккубов намного больше, чем Магов! Их всего двое! ТЫ не задумывался почему? Мелкий, безмозглый…. Вирот спас нас ценой потери собственного клана. В последних битвах Суккубов и не было вовсе, тогда весь удар на себя взяли Маги, а нас было решено отправить из страны на время! Идиотом сейчас выставляешь себя ты, Поппи! – Мне все равно. Я уже сказал, что ваши слова не поменяют моего мнения! Дому позвонили, он отошел, чтобы ответить. Через минуту вернулся обратно. – Кастор, хорошо, что ты приехал. Нужна будет твоя помощь. Дверь в кабинет открылась и в него завели Риту. Поппи попытался встать, но Дом ему не позволил. – Отпустите ее! Она невиновата! Все делал я… Дом заметил, как дымка Поппи окутала Риту с целью защиты. – Святые Драконы, да они истинные… Девушка заплакала. Руки ее были связаны за спиной. Ее посадили рядом с Поппи. Он тут же начал ее успокаивать. – Зачем вы связали ей руки!? Изверги! Кастор присмотрелся к девушке. – Я ее знаю. Рита Пан, она из семьи полумагов, которая жила в Сибири и входила в мой клан, но всех их убили тамошние Эльфы. Молодежь там свирепее и все еще помнит былую резню. Некоторые, особенно фанатичные, создают группировки на основе этого. Ее искалечили и оставили в живых, а я приютил ее, но по наступлении совершеннолетия Рита покинула мой дом. Я потерял с ней связь почти сразу. Да, она способна на то, что ты, Дом, мне рассказывал. В постижении Вуду она была одной из лучших. Все замолчали. Надо было обдумать все произошедшее. Первым тишину нарушил Поппи. – Я возьму всю вину на себя. Отпустите ее. – По… – Ри, ты была права – это я уговорил тебя пойти на такое. Вирот задумчиво посмотрел на парня и девушку. – Они еще так молоды… Совсем дети. Я позабочусь о них. Ломать жизнь в самом ее зародыше – преступление против природы. – Нам не нужны твои подачки! Просто сдай меня полиции, а ее отпусти! – Замолчи! Ты молод и глуп, чтобы что-то решать и доказал это своими поступками. Риту и Поппи решено было отдать в специальный приют, где с ними работали психотерапевты. Они там были под постоянным наблюдением. Им понадобился ни один год, чтобы осознать все, что они натворили. Но в итоге они поняли и раскаялись. Оба пришли к тому, что очень сильно заблуждались в своих суждениях. Через четыре года пребывания в этом приюте их выписали, но еще целый год они наблюдались у психолога. На следующий день после разоблачения Поппи и его девушки, Дом с Павлом решили устроить себе выходной и побыть наедине друг с другом. – Родной, прости, что так произошло… Павел обнял Дома сзади и не дал тому развернуться после своих слов. – Нет, подожди… Мне надо высказаться. Выслушай. – Может сделаешь это, глядя мне в глаза, Пум? Немного помедлив, Суккуб развернул Мага к себе лицом. – Мне очень больно от того, что тебе пришлось терпеть все это со стороны моей родни. Все нападки на тебя были из-за меня. – Чего ты такое говоришь, Пум… – Не перебивай, прошу, Дом. Это правда. Взять даже последние события с Поппи. Он все рассчитал и был уверен в том, что спасая меня от пули, ты потратишь столько сил, что умрешь сам. А машина, которая нас чуть не сбила… Вряд ли такое с тобой произошло бы, если бы мы не встречались. Я обещал, что не причиню тебе боли и страданий, а получилось все совсем наоборот. Это меня жутко угнетает. Прости меня. Я буду просить у тебя прощения всю жизнь, если ты, конечно, согласишься разделить ее со мной. Павел смотрел в глаза Дома своими, полными слез глазами, а Дом не мог найти слов в ответ. Прижав его к себе в долгом объятии, Маг нашел, что ответить. – Ты у меня такой дурак. Я уже давно согласился разделить свою жизнь с тобой. И никакие прошедшие события или будущие не изменят моего решения. Вместе до конца. Пум отстранился от него, смахнул с ресниц скопившиеся слезы и облегченно засмеялся. – Тогда на твоем пальце не хватает кольца. В руке Суккуба была коробочка с кольцом. – Дом Воранат, ты выйдешь за меня? Дом быстро заморгал, пытаясь не заплакать, но ничего не вышло – слезы радости хлынули из его глаз. – Да. Дату свадьбы назначили на следующее лето. В этом году произошло слишком много плохого, чтобы праздновать такое замечательное событие.