Ангел

*** Наруто сидел на стуле, ожидая, когда же кто-нибудь из родителей заберет его из школы. Женщина, сидевшая перед ним и что-то печатающая на компьютере, как обычно излучала ауру недовольства и раздражения — сколько бы Узумаки не попадал к директору, эта дама всегда будет вгонять его в еще большее уныние, чем все остальное. — Итачи, я рассчитываю на тебя. — Услышал Наруто голос директора и оторвался от разглядывания ботинок. Он увидел выходящего из кабинета мужчину и молодого парня, очевидно, одного из учеников. — Все будет в лучшем виде. — Кивнул головой парень. Директор улыбнулся ему, а потом посмотрел на Наруто. Его улыбка мигом превратилась в довольно неприятное и хмурое выражение лица, будто бы он увидел самое большое разочарование в своей жизни. На самом деле Узумаки привык, потому что именно так на него смотрели все учителя школы. — Наруто, твои родители не приехали еще? — Мальчик покачал головой. — Заходи, как только они приедут. Нас ждет серьезный разговор. — После этих слов директор вернулся в свой обитель, а Наруто закатил глаза — будто бы он не знал эту систему. В свои четырнадцать лет он побывал в кабинете директора больше раз, чем в гостях у бабушки с дедушкой. Когда секретарь допечатала, то она поднялась со своего места и вышла из приемной, оставив Наруто и Итачи наедине. Темноволосый парень хотел было последовать за женщиной, но остановился, чтобы еще раз посмотреть на мальчика. — Как тебя зовут? — Наруто. — У тебя все хорошо? — Мягко спросил Итачи. — Все просто прекрасно. — Саркастично сказал Намикадзе, закатывая глаза. Итачи усмехнулся, почему-то проникаясь мгновенной симпатией к этому мальчику. То ли потому, что он напоминал его младшего брата в некоторой степени, то ли потому, что Наруто в принципе обладал природным обаянием. — За что ты здесь? — Подрался. — Пожал плечами парень. — Надеюсь, твой противник выглядит хуже. — Итачи кивнул головой в сторону ссадины на щеке. Узумаки фыркнул и кивнул, очевидно, довольный своим поступком. — За дело подрался-то? — Он заслужил. — Кивнул головой Наруто. Итачи подошел ближе и похлопал парня по плечу. Тот удивленно посмотрел на него. Признаться честно, в школе его никто не любил — учителя считали его слишком шумным и неуправляемым, а ученики — неинтересным и тупым. Поэтому видеть от кого-то, кроме родителей, заботу по отношению к себе или хоть какое-то проявление положительных эмоций — было определенно неожиданностью. — И ты сожалеешь? — Нет, конечно. — Фыркнул Наруто. — Просто устал всех разочаровывать. Учителя ждут не дождутся, когда я покину эту школу. — Главное, что о тебе думают твои близкие и ты сам. — Итачи присел на корточки. Наруто перевел взгляд на парня, все еще не веря, что в школе с ним кто-то нормально разговаривает, кроме Какаши-сенсея. — Никогда не переставай верить в себя, и тогда у тебя все получится. — Говоришь так, будто бы знаешь, как это — когда на тебя смотрят, как на самое большое разочарование в мире. — Фыркнул Наруто. — Выглядишь так, будто ты гордость семьи и школы. — Может быть, ты и прав, но я видел, как вот такие разочаровывающие взгляды влияют на людей. — Пожал плечами Итачи. Кинув последний взгляд на Наруто, он вышел из приемной. Узумаки посмотрел ему вслед и действительно задумался над его словами. Кто знал, что эта случайная встреча не станет первой и последней в их жизнях. /// Вынырнув из воспоминаний, когда в дверь постучали, Наруто разрешил человеку проникнуть в его кабинет. Узумаки облокотился на спинку своего кресла и положил ручку на стол, смотря и улыбаясь в сторону вошедшего человека. — А когда-то ты не смотрел так высокомерно на людей. — Сказал Итачи, складывая руки на груди. Наруто закатил глаза. — До твоего высокомерного взгляда мне еще далеко. — Узумаки почувствовал разливающуюся внутри радость от встречи со старым другом. Он поднялся со своего места и вскоре уже был в крепких объятиях своего школьного товарища и друга. Итачи мягко похлопал его по спине, как обычно это делал, а потом отпустил. — Как дела? Мы с тобой почти полгода не виделись. — Кручусь-верчусь, как и ты. — Оба мужчины сели: Наруто расположился в своем кресле, а Итачи сел напротив него, все еще улыбаясь. В этом парне он всегда видел второго младшего брата, потому что в некоторых моментах они с Саске определенно были похожи. Этих моментов было, на самом деле, очень мало, потому что их различия гораздо больше бросались в глаза. Дальнейшие два часа Наруто и Итачи решили посвятить своей работе: мужчины обсудили все возможные и невозможные контракты, договорились об услугах, которые будет предоставлять охранная компания Учихи, и о возможностях, которые та получит в этом здании. Наруто был полностью удовлетворен сложившейся ситуации, потому что их старая охранная компания обанкротилась и попала под судебные иски, а Итачи Наруто искренне верил. Между ними возникло несколько разногласий, ведь каждый искал большую выгоду для себя и своих людей, однако они быстро смогли разрешить их и прийти к более или менее устраивавшему все стороны договору. В конце концов контракт был подписан, и мужчины облегченно вздохнули. — Ну, рассказывай, что у тебя нового? Как твои брат и племянница? — Спросил Наруто после подписания договора. Им оставалось получить еще несколько подписей, и контракт можно считать полностью действующим. — Все хорошо. Брат работает, племянница — учится. — Пожал плечами Итачи. Что было самое удивительное в их дружбе — они знакомы больше пятнадцати лет, но ни один из них не был знаком с родственниками друг друга. Итачи несколько раз пересекался с Минато, а также неплохо был знаком с Гаарой. Наруто в общих чертах знал про брата и маленькую племянницу Итачи, про его родителей, а тот про его маму, отца и бывшие отношения. — Как на личном? — После Гаары, на самом деле, серьезных отношений не было. — Пожал плечами Наруто. — У меня есть работа, и она занимает почти все мое время. — Сколько раз я тебе говорил, что с работой ты не будешь счастлив до конца жизни? — А сам-то… — Фыркнул Узумаки. — У меня есть мой брат и племянница, и я не чувствую себя одиноким, как ты. Ты же знаешь, что я никогда не нуждался в отношениях, как ты. — Эта тема меня угнетает. — Поморщился Наруто. Тема отношений и одиночества, на самом деле, всегда была для него болезненной — особенно после нескольких попыток построить что-то серьезное. Узумаки действительно хотел быть любимым и любить в ответ, но он не мог найти человека, который смог бы ему это дать. — Давай… — Блондин не успел договорить, поскольку его прервал стук в дверь. Через секунду зашла Темари, которая принесла пачку документов и сообщила, что через десять минут у него встреча с советом директоров. — Опаздывать не рекомендую. Мой брат сегодня в плохом настроении. — Сказала Собаку но, что-то печатая в планшете. — По-моему это я тут генеральный директор. — Фыркнул Наруто. — Ты же знаешь, что плохому настроению моего брата определенно плевать на это. — Дерзко улыбнулась Темари. Итачи тихо засмеялся со своего места, и Наруто бросил на него уничтожающий взгляд. — В этом коллективе у тебя определенно нет авторитета. Или, по крайней мере, плохое настроение Гаары имеет больший авторитет. — Наруто прищурился и слегка наклонил голову в бок. Ребяческое желание показать язык вспыхнуло в нем с новой силой. — Кажется, вам пора уходить, Учиха-сан. — Оскалился Наруто, и тогда Итачи засмеялся сильнее. Темари весело фыркнула, продолжая печатать что-то в планшете. Идиоты. *** — Если ты хоть на секунду решил, что я позволю тебе забрать мою дочь, то ты… — Саске не стал договаривать, потому что абсолютно все в кабинете поняли, что он имел в виду. Саске Учиха был молодым парнем, на плечи которого свалилась огромная ответственность. В двадцать лет он стал отцом маленькой и хрупкой девочки. Его жизнь полностью изменилась еще девять месяцев назад, когда ему пришлось отказаться от клубов, вечеринок и пьянок, чтобы начать обеспечивать мать ребенка и накопить деньги для нее. Ему было тяжело, потому что он еще и получал образование, чтобы впоследствии не оказаться без работы. Когда отец узнал о том, что он планирует оставить ребенка, он взбесился. Фугаку буквально вышел из себя, будучи категорически против столь раннего прибавления в семействе — он рассчитывал, что его сыновья получат хорошее образование и станут отличными руководителями его фирмы. Однако ребенок определенно нарушал его планы — Фугаку настаивал на аборте, как и Микото. Женщина считала, что ее сын недостаточно вырос, чтобы воспитывать собственного ребенка. Единственным, кто поддержал и помог Саске, стал Итачи. Старший брат с самого начала был против аборта, ведь этот ребенок был частью его семьи, пусть он еще и не родился. Нии-сан не хотел, чтобы его брат стал причиной того, что этот ребенок не появится на свет — поэтому он всеми силами старался убедить своего младшего брата. И когда Саске объявил, что этот ребенок появится на свет, он был несказанно рад. В отличие от отца и матери. — Ты не сможешь воспитать ее. — Проговорила спокойно Микото. — В тебе играют подростковые гормоны. Ты наиграешься с ребенком, а потом бросишь ее, как бросаешь все свои дела. — Моя дочь — не какая-то вещь, чтобы ее просто так бросить! — Гневно сказал Саске. — Вот именно! — Холодно сказал Фугаку. — Тебе сейчас не нужен ребенок. Дай возможность другим людям получить полноценную семью. Усыновление, возможно, станет ее счастливым билетом в жизнь — какую жизнь ей сможешь обеспечить ты. — Я никому не позволю забрать мою дочь. — Буквально зарычал Саске на своего отца. По его венам текла злость и ярость, она буквально сочилась и выливалась из Учихи — настолько сильно его довели отец и мать. — Я воспитаю ее сам, без вашей помощи — потому что она только моя ответственность! — Посмотрим, как ты продержишься без моих денег. — Фыркнул Фугаку. — Да подавись ты своими деньгами. — Именно с такими словами Саске вылетел из кабинета отца, громко хлопнув дверью. Итачи последовал за ним через пять минут, выслушав ряд довольно резких высказываний отца. — Что, тоже будешь говорить, что у меня ничего не получится? — Тихо спросил младший Учиха, держа на руках свою новорожденную дочь. Асами мирно спала на руках отца после двухчасового скандала. Саске мягко раскачивался из стороны в сторону, а одна из его рук осторожно поглаживала животик маленькой девочки. Итачи пришел к нему поздно вечером, дав Саске время остыть и обдумать всю ситуацию. — Нет, потому что у тебя все получится. — Мягко сказал Итачи, подходя к своему брату. Он посмотрел на мирно спящего ребенка, а потом перевел взгляд на нахмурившегося брата. — Это будет тяжело, но я помогу тебе. — Ты не должен. Это моя дочь. — Покачал головой Саске. — Я не должен. — Кивнул головой Итачи. — Но я могу и хочу. Это моя племянница. И, если ты помнишь, я первый выступил за ее рождение. — Младший Учиха посмотрел на своего брата. — Отец думает, что я на его стороне. Твой счет он, скорее всего, заблокирует, но мой будет открыт. Я смогу помогать тебе первое время, пока ты доучиваешься. У тебя и у меня есть некоторые сбережения, а жить ты будешь в моей квартире — отец не знает о ней. — Итачи… — Устало сказал Саске. — Мы справимся, слышишь? Как всегда справлялись — вместе. /// Саске посмотрел на свою дочь, что увлеченно рассказывала про понедельник в школе — как они и договорились, она не дралась и не ругалась ни с кем целый день — и это определенно был успех. Саске смотрел на ребенка и не мог поверить, что когда-то его жизнь не крутилась вокруг этого маленького создания. Сейчас ей было посвящено все свободное время, потому что он старался дать своему чаду столько внимания, сколько не получил от своих родителей. Он хотел быть настоящим отцом, которого не просто уважают, но еще и искренне любят. Он хотел, чтобы его ребенок чувствовал родительскую поддержку и заботу. Иногда он спрашивал себя — действительно ли он хорошо справился с воспитанием Асами. Смог ли он обеспечить ей счастливую и беззаботную жизнь, прекрасное детство? Ему было трудно признать даже самому себе, что спустя восемь лет голоса родителей все еще звучат в его голове. В особо трудные времена он действительно думал сдаться, потому что мысли все чаще возвращались к матери и отцу. А потом он смотрел на Асами, на ее улыбку. Слушал ее смех, вытирал ее слезы, когда она чем-то расстроена, запоминал ее истории и привычки. Саске не думал, что придется столько запоминать после рождения ребенка, однако это действительно было так — сначала были инструкции по уходу, потом аннотации к лекарствам. Саске помнил, когда она впервые пошла, какое было первое слово — он действительно не думал, что это так важно для родителей, пока сам не испытал. Саске считал, что он неплохо справился, ведь у него растет прекрасная дочь. Она была умной, доброй и веселой, с большим чувством гордости и справедливости, немного (много) шумная и бодрая, совершенно непредсказуемая — и Саске не мог желать ничего другого. — Папочка, ты меня слушаешь? — Нахмурилась Асами, когда увидела, что ее отец смотрит куда-то вдаль. — Да. — Кивнул Учиха. Асами прищурилась и наклонила голову в бок, как всегда делала, когда была недовольна. — И о чем же рассказывала? — Ты рассказывала про то, как вы с Ай гуляли. — Сказал Саске последнее, что услышал. — Я это давно рассказала. — Прости, Ангел, я задумался. — Вздохнул Учиха. Асами закатила глаза, и Саске готов был поклясться, что эту привычку она взяла от него. Или от Итачи. Они оба подозрительно много закатывают глаза — они определенно скоро закатятся и не выкатятся обратно. — Папа! — Осуждающе сказала Асами, а Саске почему-то в интонации услышал нотки Итачи. Его ребенок определенно слишком много времени проводит с его старшим братом. — Можно мне посмотреть мультики? Я сделала все уроки, покушала и прибралась в комнате. — Быстро переключилась она с одной темы на другую. Учиха кивнул. Саске определенно хорошо справился со своей задачей: его дочь сама поддерживала порядок в своей комнате, следила за домашним заданием, предоставляя его только на проверку и всегда слушала — когда дела касались еды, сна или чего-то важного. А то, что у нее было шило в одном месте и она могла своими развлечениями довести любого человека до инфаркта, было всего лишь издержками характера. Асами просто не могла усидеть на месте: ей требовалось чем-то занять себя, что-то исследовать или осматривать. Она любила устраивать отцу квесты по типу «отыщи меня, если сможешь». Иногда они выходили из-под контроля, но так было не всегда — слава Богу. В общем, Саске считал, что он справился хорошо с воспитанием ребенка, вопреки словам своих матери и отца. Он не был идеальным отцом, и у них с Асами возникали ссоры по поводу и без. Иногда он был строгим, иногда совсем не понимал своего ребенка и ее желания, однако идеальных родителей не бывает. Всегда есть что-то, что помешает стать идеальным. — Люблю тебя, папочка! — Но пока его ребенок искренне говорит такие слова, Саске знает, что все сделал правильно. — И я тебя, Асами.